Подвеска

Пусть ученикам ничего не рассказали о случившемся, а разносить слухи было запрещено правилами клана Лань, всё же Облачные глубины были далеки от привычного спокойствия. Отсутствие Вэй Ина на занятиях каждый заметил, то, что вместе с ним пропал и Ванцзи, многих заставило задуматься. А уж то, что и учитель Лань отчего-то не появляется, оказалось вызовом для сообразительных умов. Сколько догадок было высказано в воздух, одна другой страшнее. Теперь же прибыл глава клана Цзян, и шёпот среди учеников стал ещё слышнее. Лань Сичэнь даже напомнил Ванцзи, что пока не состоится разговор между главами, ему лучше спокойно заниматься в библиотеке, не привлекая лишнего внимания. Вэй Ину лекари всё ещё не разрешали вернуться к учёбе, и Ванцзи ожидал, что проведёт весь день в одиночестве, но неожиданно двери библиотеки разошлись в стороны, и внутрь вошёл, озираясь, словно боялся, что его заметят, Не Хуайсан. Впрочем, у него были причины опасаться — всё же прямо сейчас он должен был не разгуливать праздно, а внимать мудрости наставника в Зале просвещения. В прошлые дни Ванцзи непременно сделал бы ему замечание, но сегодня вовсе того не хотелось, а правила отчего-то не вспомнились. — Лань-сюн, — тихо проговорил Не Хуайсан, подходя ближе и словно успокоившись, — может, расскажешь мне, что случилось с Вэй-сюном? — взгляд у него был чуть виноватый, и потому Ванцзи предположил, что Не Хуайсан прекрасно знал о задуманной Вэй Ином проделке с талисманом подчинения. С одной стороны, правила предписывали всё время говорить правду. Не Хуайсан задал вполне прямой вопрос, как тут было избежать подробного объяснения? С другой стороны — Лань Сичэнь наверняка об этом и предупреждал, когда просил оставаться в одиночестве. Перед Лань Ванцзи лежал непростой выбор. — Сейчас Вэй Ин чувствует себя хорошо, но ему нужно набраться сил, — наконец выбрал подходящие слова Лань Ванцзи. — Вэй Ин? Ты сказал — Вэй Ин, — уцепился за личное имя Не Хуайсан. Лань Ванцзи было прекрасно известно, что младший господин Не знал и Цзян Ваньина, и Вэй Усяня уже давно, но он не припоминал, чтобы они звали друг друга личными именами. Но «Вэй Ин» вырвалось само собой, и уже было поздно делать вид, что он случайно оговорился. — Вэй Ин и я… — растерялся Ванцзи, — мы… — Неужели что-то случилось между вами, что вы подружились? — в проницательности Не Хуайсану нельзя было отказать. Глядя на него, Лань Ванцзи подумал, что недооценивал его. Вот уже три года Не Хуайсан безуспешно пытался пройти обучение в Облачных глубинах. Но он вовсе не был безалаберным повесой, каким пытался казаться. Прямо сейчас Лань Ванцзи уловил в нём что-то иное. Неужели потому, что теперь не только сам испытывал чувства, но и придавал им больше значения, чем прежде? Взволновавшись, Ванцзи забыл ответить, а Не Хуайсан чуть заметно усмехнулся. — Мне всегда казалось, — продолжил он тоном спокойным и даже небрежным, — что холодность по отношению к нему у тебя, Ванцзи-сюн, напускная. Точно ты на самом деле хотел заслониться от него, как от солнца, но в то же время жаждал согреться в этих лучах. Прав я был? У Лань Ванцзи перехватило дыхание. Что-то в этих словах было не так. Как будто бы Не Хуайсан прямо сейчас говорил нечто непристойное. Но разве действительно можно было уловить двойной смысл в этих простых фразах? — Ох, неужели я зря затеял эту беседу? — Не Хуайсан наконец нашёл себе место и сел. Он казался одновременно и самым воспитанным и прилежным учеником, и хищником, затаившимся, чтобы напасть, едва жертва зазевается. Лань Ванцзи никогда прежде не замечал в нём эту черту. Ему и в голову не приходило опасаться Не Хуайсана. Тот ведь и ростом не вышел, и меча не хотел держать в руках. Но, похоже, не стоило заводить себе такого врага. — Брат просил не говорить пока о том, что случилось, — сдался Лань Ванцзи. — А глава Цзян приехал потому, что Вэй-сюн оскорбил учителя Лань и больше его не хотят видеть в Облачных глубинах? — продолжал допытываться Не Хуайсан. — Вовсе нет, — покачал головой Лань Ванцзи. — Вэй Ин… ничего плохого не сделал. — Ага… — Не Хуайсан вдруг задумался. — Ты сказал, что он чувствует себя хорошо, ему нужно набраться сил… Цзян-сюн места себе не находит и мрачен настолько, словно что-то не то за обедом съел, к нему с расспросами и подходить страшно. Неужели вы сразились, и Вэй-сюн проиграл тебе, ты ранил его? — Ничего такого не случилось между нами, — опроверг Лань Ванцзи. — Зачем ты допытываешься?.. — Волнуюсь о своём друге, — Не Хуайсан чуть наклонил голову. — Что за тайна теперь между вами? Ты и знать его не хотел, а теперь зовёшь Вэй Ином, хотя даже его сводный брат зовёт Усянь и не иначе. — Разве тайна не потому тайна, что о ней никому не должно быть известно, а, Не-сюн? — голос Вэй Ина раздался неожиданно. Ванцзи повернул голову и увидел, что тот уже сидит на подоконнике. Может, это солнечный свет был виноват, но Вэй Ин казался особенно бледным. — Так значит, всё же есть тайна, — Не Хуайсан коротко улыбнулся. — Рад видеть тебя в добром здравии, Вэй-сюн. Некоторые ученики посчитали, что вы убили друг друга. Но после кто-то всё же видел Ванцзи, и потому все решили, что убит только ты. Когда наконец все увидят, что ты жив и здоров, должно быть, у Цзинь Цзысюаня случится несварение. — Этот напыщенный павлин смеет разгуливать так свободно лишь потому, — сощурил глаза Вэй Ин, — что шицзе просила меня не задевать его попусту. Что же до тайны, так она останется тайной. Но зато ты можешь убедиться сам — мы с Лань Чжанем стали добрыми друзьями за эти дни. — Друзьями? — повторил, чуть нахмурившись Не Хуайасан. — Пожалуй, если я о таком расскажу, мне поверят куда меньше, чем если я заикнусь об убийстве. Он, верно, помнил, каким Ванцзи был прежде, и представить себе не мог, что услышит вдруг: — Почему? Вэй Ин тихонько рассмеялся и скользнул всё же внутрь. Он шёл немного нетвёрдо, но при том улыбался, и Не Хуайсан то ли сделал вид, то ли действительно не обратил внимания, что ему всё ещё нездоровится. — Почему? — Не Хуайсан взглянул на Ванцзи удивлённо. — Ты спросил — почему?.. Раньше ты бы и внимания не обратил на эти шутки, Ванцзи-сюн. Прежде ты бы сказал только, что мы бесстыдники, напомнил бы, что обсуждать других людей не велят правила. Да ваша тайна столь занимательна, что я не уйду отсюда, пока не узнаю больше. — Почему все поверили бы в то, что я могу причинить Вэй Ину вред? — терпеливо повторил Лань Ванцзи. Не Хуайсан широко раскрыл глаза, словно ушам своим не поверил. На этот раз он не стал увиливать, а признался честно: — Да каждый был убеждён, что только правила сдерживают тебя от убийства. Ледяной тон, которым ты всякий раз пресекал его проказы, заклинание закрытого рта, бесконечные наказания, точно ты именно его решил сжить со света… Неужели ты сам не помнишь, что между вами случалось? Лань Ванцзи ещё не успел поразмыслить об этом. Он робко посмотрел на Вэй Ина, и жгучее чувство ужалило прямо в сердце. Действительно, что можно было подумать?! Как можно поверить в то, что они вдруг стали друзьями? Он опустил голову, вглядевшись в писчий прибор на столешнице, точно тот мог дать какой-то ответ. И совсем забыл, что Не Хуайсан придирчиво наблюдает за ним. Зато Вэй Ин об этом помнил. — Не-сюн, — сказал он вдруг твёрдо. — Ступай. Это нас освободили от занятий, а тебя наверняка уже ищут старшие ученики. Ты ведь не хочешь стоять коленями на камнях, чтобы дядя Цзян тебя увидел? Он-то привык к моим проделкам и только посмеётся, но если упомянёт о подобном в разговоре с главой клана Не, разве будет хорошо? Не Хуайсан тут же поднялся. — Верно говоришь… Верно, — и поспешно сбежал. Тут же на плечо Лань Ванцзи легла горячая ладонь. Вэй Ин склонился к нему, заглядывая в лицо. — Эй, неужели теперь ты чувствуешь себя виноватым? — Я был несправедлив к тебе, — признал Ванцзи, а Вэй Ин рассмеялся. — Напротив, ты был холоден и справедлив, просто сердце твоё ни на что не откликалось, а справедливость — она ведь такая причудливая. Иногда справедливость правил и справедливость сердца совсем между собой не совпадают, — Вэй Ин сел перед ним на столешницу. Глаза его смеялись, улыбка царила и на губах, но в то же время казалось, что он смертельно устал. Лань Ванцзи тут же поймал его запястье, прислушался к пульсу и удивлённо выдохнул: — Что с тобой случилось, Вэй Ин! Золотое ядро истощено… — Не страшно, — Вэй Ин пожал плечами, но руки всё же не отнял. — Лишь хотел убедиться, что тренировки мне повредят. На краткое мгновение он прикрыл глаза и опустил голову, а мгновением позже у него вырвалось горькое признание: — Я всё ещё слишком слаб, больно сознавать. — Поиграю тебе ещё, — поднялся Ванцзи. — Восстанавливающие техники клана помогут. — Каждая такая мелодия, исполненная мастером клана Лань, драгоценна, тратить их на ученика, что не может набраться терпения? — хмыкнул Вэй Ин. — Я должен лечь, как и говорили лекари клана, а не утруждать тебя. — Не для какого-то ученика, а для Вэй Ина, — твёрдо возразил Ванцзи. — Я помогу дойти к цзинши… И они снова отправились по тропе вдвоём. Вэй Ин, на удивление, молчал всю дорогу. Может, слишком устал или был смущён решимостью Ванцзи. Но эта тишина не казалась гнетущей, напротив, успокаивала. А ещё Лань Ванцзи осознал, что действительно не стал бы играть ни для кого другого в таких обстоятельствах. Его духовная сила тоже не восстановилась до конца, но он готов был потратить на Вэй Ина последние крохи. Что это значило? Эта тайна была посложнее вопросов, что задавал Не Хуайсан. *** Весь день сидеть взаперти, ожидая, когда главы кланов наговорятся — это точно было не про Вэй Ина. Как только Цзян Чэн ушёл на занятия, он тоже покинул домик и выбрался на поляну, что не просматривалась ни с одной из близлежащих дорожек. Он собирался немного позаниматься с мечом, убеждённый, что тренировка только укрепит его силы. Однако вскоре был вынужден признать, что поторопился. В болезнях, что затрагивали Золотое ядро, Вэй Ин был не силён, и потому легко признал, что просчитался. Наверняка лекари клана Лань правы, и ему пока не стоит вести привычную жизнь. Посидев на зелёной траве, он осознал, что не хочет возвращаться в домик. Там-то уж точно можно было умереть от скуки. Тогда он решил тихонько пробраться в библиотеку. Может, его и считали за смутьяна, но он ценил книги и не упускал возможность углубиться в них, пусть и спорил с авторами! Стоило приблизиться к окну — двери просматривались от самого Зала наказаний, а Вэй Ин не хотел быть замеченным, как он услышал голос Не Хуайсана. И конечно, не мог оставить Лань Ванцзи без защиты. Теперь же он сидел в цзинши и размышлял, что за странная сила постоянно подталкивает его всё ближе и ближе к Лань Ванцзи. Отчего ей невозможно противиться? Звучала музыка, лился свет, и он не мог взгляда отвести от Лань Ванцзи. Отчего он так любуется им?.. Только ли потому, что Второй Нефрит отличается редкой красотой?.. Вэй Ин всё же зажмурился, но прекрасный образ никуда не исчез — отпечатался под веками. Не у кого было просить совета, а сердце билось тяжело, грудь распирало какое-то чувство! Неужели он один ощущает всё это?