Подвеска

Праздно сидеть в домике и созерцать стены Вэй Ин точно не собирался. Пусть ему запретили и тренировки, и медитации, это вовсе не значило, что он готов был отдать всё время сну или скучным книгам. Цзян Чэн отправился на занятия, Цзян Фэнмянь ушёл к главе клана Лань, и Вэй Ин тоже покинул дом. День стоял солнечный и тёплый, Вэй Ин, не задумываясь, устремился к водопаду, чтобы не попадаться на глаза другим ученикам или учителям. Быстро бегущая вода успокаивала его порой лучше всяких медитаций и помогала мыслям прийти в порядок. Впрочем, сложность состояла в том, что Вэй Ин никак не мог понять, решение какой задачи ищет. Он никак не мог сформулировать вопроса, а значит, и ответ ускользал столь же легко, как скользкая рыба из пальцев незадачливого ловца. Отчего-то память снова и снова возвращала его к подвеске. Не должно было проклятье так просто позволить ей разрушиться! Даже виски заныли, когда он в очередной раз принялся гонять эту мысль по кругу. Опустившись на скальный уступ, Вэй Ин подобрал первый попавшийся камень и швырнул его в водопад. Что же такое он не может рассмотреть?! — Вэй Ин? — чуть удивлённый голос раздался позади. Повернув голову, Вэй Ин улыбнулся Лань Чжаню. — Удивительно, правда? — сказал он. — Хочешь ты этого или нет, но пути наши постоянно пересекаются. Так и прежде было, помнишь?.. Или на самом деле сейчас ты действительно меня искал, Лань Чжань? — Не искал, — качнул тот головой и осторожно приблизился. — Хотел поразмышлять вдали от всех. — Порой поверить не могу, что мы так похожи, — Вэй Ин смущённо отвёл взгляд. — То есть, конечно, прежде никто бы не сказал, что у нас есть что-то общее. Но мне всегда так казалось. Вот и места для размышлений мы, видимо, выбираем одинаково. А о чём же ты задумался? Лань Чжань ответил не сразу. Замер, глядя на водопад. В золотых глазах танцевали солнечные блики, и Вэй Ин на миг залюбовался, забыв даже, что задал вопрос. Впрочем, ему было не привыкать к тому, что Лань Чжань не отвечает вовсе. Только теперь это, кажется, начало меняться. Инстинктивно Вэй Ин приложил ладонь к сердцу. Чего оно вдруг так затрепыхалось? Что это — застарелая боль или нечаянная радость от понимания, что они действительно стали друзьями? — Ты говорил про истинную любовь, — вдруг подал голос Лань Чжань. — И, похоже, ты был прав. В этом кроется причина, отчего подвеска всё-таки разбилась. Иначе проклятье продолжало бы сохранять себя. — А?.. — Вэй Ин широко раскрыл глаза. — Неужели?! Ты всё-таки влюблён? — но только одно мгновение его это радовало. Сразу после в груди разлилась полынная горечь. Казалось бы, Лань Чжань говорит о хорошем, а сердце словно сжало болью и даже горло перехватило. Вэй Ин облизнул пересохшие губы. Ему так и хотелось задать следующий вопрос, узнать поскорее, кто же та счастливица, что стала избранницей Второго Нефрита. Вот только зачем ему это имя?.. Неужели станет легче? И что с ним такое? — С любовью не так просто, как с обидой или ненавистью, — продолжал тихо говорить Лань Чжань. — Трудно отличить, почему именно стал так дорог… какой-то человек. Так что я понял не сразу, — он коротко взглянул на Вэй Ина. — Но брат… Брат сказал, что сам любит, и объяснил, как это для него, как он различает, что это именно то самое чувство. И тогда я узнал наконец, что на самом деле тоже влюблён. — Это же прекрасно, Лань Чжань, — Вэй Ин едва мог говорить. Почему вдруг голос его звучал так безжизненно и тускло? — Прекрасно, что ты отыскал любовь. Не забудешь… не забудешь пригласить меня на свадьбу? Или в клане Лань такое не принято? Он и рад был улыбнуться, да что-то губы ни за что не хотели складываться как нужно. — Что с тобой, Вэй Ин? — от Лань Чжаня это не скрылось. Словно забыв, о чём он там говорил, он шагнул ближе, заглянул участливо в лицо. — Снова изнурял себя тренировками? Давай я сыграю для тебя, — он даже хотел поймать его за запястье и посчитать пульс. — Пустяки, — Вэй Ин перевёл взгляд на водопад, не позволил Лань Чжаню взять его за руку. — Если ты не хочешь отвечать, я пойму. В конце концов, мы… совсем недолго друзья. Может, тебе неловко говорить о таких вещах. Ты только скажи, я отступлюсь. И снова горечь и боль сжали горло. «Что я за чудовище такое? Отчего не могу порадоваться за друга? — возмутился про себя Вэй Ин. — Каждого ждёт супружество, отчего же именно мысль о Лань Чжане так…» — В клане Лань много лет не случались свадьбы, — тихо проговорил Лань Чжань. — И, наверное, долго ещё не случатся. — Это ещё почему? — Вэй Ин оглянулся. — Какая девушка согласится выйти за такую ледышку? — послышался ответ. Вэй Ин так и подскочил. — Эй! Когда я говорил это, помнил лишь то, каким ты был под действием проклятья! Теперь, конечно, всё изменилось. Уверен, что ты будешь замечательным супругом, — прикусить себе язык он уже не мог. — Ведь ты благородный и честный, сердце твоё чистое. Ты заботлив и наверняка сумеешь быть нежным. На тебя всегда можно положиться. А уж сосчитать твои таланты и вовсе никому не под силу… Разве может девушка тебе отказать?.. Ну, кто она? Хочешь, я схожу поговорить с ней? Всё же к семье невесты сначала посылают людей, чтобы… — А ты отказал бы? — раздалось вдруг. Вэй Ин поперхнулся словами и замер. — Что ты сказал? — прошептал он. Но по скулам уже разлился жар, сердце забилось ещё быстрее и тревожнее. — Что ты такое сказал, Лань Чжань? — А ты, Вэй Ин, отказал бы мне, если бы я предложил… — тут Лань Чжань помедлил, но всё же закончил: — Предложил бы тебе разделить со мной путь совершенствования? — Лань Чжань, ты шутишь ведь, да? — Вэй Ин смотрел на него, на солнечные блики в глазах, и чувствовал, как вслед за смущением наворачиваются слёзы. — Понимаю, ты ведь не умел шутить прежде… Не над всем можно смеяться, но тебе ещё нужно научиться, разобраться, где… где проходит эта грань. — Я не смеюсь, — Лань Чжань всё так же пристально смотрел на него. — Не смеёшься? Тогда я и вовсе не понимаю. Хочешь, чтобы я выслушал твоё признание вместо той, кого ты любишь всем сердцем? — Вэй Ин сглотнул. — Ну… Тогда я выслушаю. Мы ведь друзья, как я могу… — Вэй Ин, ты… ты станешь моим супругом? — словно потерял терпение Лань Чжань. Слёзы всё же побежали по щекам, а Вэй Ин и понять не мог, отчего это с ним происходит. Больно было и смотреть, и дышать. Больно. Судорожно вздохнув, он снова проговорил: — Это ведь невозможно, Лань Чжань. Не стоит так дразнить других людей. Лучше уже скажи всё сразу той, кого выбрало твоё сердце. А если ты шутишь так… то больше не нужно. Лань Чжань вдруг встряхнул его за плечи. Снова поймал взгляд. — Вэй Ин, Вэй Ин, но ведь я… — и тут он отступил. Отвернулся. Теперь уже его голос зазвучал иначе, словно что-то в нём дало трещину: — Прости меня, Вэй Ин. Я действительно люблю тебя, но не могу не понимать, что даже представить подобную связь… очень сложно. Такой вот я недостойный человек. Может, не зря дядя запечатал все мои чувства. Вдруг он понимал, что я… что я… Грохотал водопад, лился солнечный свет, ветер украдкой дёргал Лань Чжаня за белые кончики ленты. Вэй Ин смотрел на него и никак не мог понять, услышал ли то, что услышал, мог ли его собственный слух подвести его. — Любишь меня?.. — повторил он наконец. — Лань Чжань?.. Спина Лань Чжаня была удивительно ровной. Только ладони, что он завёл назад, были сжаты с невероятной силой — даже костяшки пальцев побелели, выдавая ужасающее напряжение. Вэй Ин смотрел на это, а шум воды превращался медленно в звон в ушах. И дыхания как будто не хватало. — Да, — больше Лань Чжань не повернулся. Облик его то расплывался, то становился невообразимо чётким. Вэй Ин не сразу понял — это потому, что он смаргивает слёзы. — Любовь к тебе разрушила проклятье. Стоит мне закрыть глаза, отрешиться от всего вокруг, и передо мной возникает облик лишь одного человека. Только одна улыбка всплывает в памяти. Даже когда подвеска была цела, со мной происходило ровным счётом то же самое. Не понимая, отчего это, я испытывал странные ощущения — и раздражался, и искал новой встречи, — мгновение он помолчал, переводя дыхание, а Вэй Ин застыл, как будто небесная кара только что поразила его. — Я не мог забыть ни голос, ни смех. И в душе моей, и в теле рождается невыносимый жар. И отказаться от этого я не могу и не хочу. Если это — не любовь, тогда что любовь такое?.. Ноги отказывались держать, и Вэй Ин опустился на скальный уступ, весь дрожа. Лань Чжань всё ещё не смотрел на него. — Но если любовь вспыхнула в одном сердце, не значит вовсе, что она загорится и в другом, — завершил он. — Я понимаю. Прости, больше никогда впредь я не заговорю ни о чём подобном. А если не захочешь видеть меня, уйду. — Я — и не захочу? — голос Вэй Ина казался надтреснутым и сиплым. — Кажется, это я не давал тебе спокойно и шагу ступить, — он закрыл ладонями лицо, всё ещё не в силах осознать то, что услышал. — Лань Чжань… «Стоит закрыть глаза, отрешиться от всего вокруг, и передо мной возникает облик лишь одного человека», — повторила память. Тысячи раз Вэй Ин закрывал глаза и думал только о Лань Чжане — улыбнётся он хоть раз, снова назначит наказание, может ли в его лице появиться хоть одна эмоция? «Только одна улыбка всплывает в памяти», — продолжало звучать. Да что там улыбка? Вэй Ин с такой жадностью всякий раз вглядывался в бесстрастное лицо, что и тень улыбки, и мельчайшее проявление эмоций хранил, как самую драгоценную вещь. «Я не мог забыть ни голос, ни смех»… И Вэй Ин не мог! Сколько раз он снова и снова спорил с Лань Чжанем, представляя его, вслушиваясь в непрозвучавший голос! А если бы хоть однажды услышать смех… Разве не этого он искал, когда решился талисман принуждения использовать, только бы заставить Лань Чжаня… остаться с ним рядом. Так значит, всё это смятение, вся эта горечь и боль — всё потому, что он любит Лань Чжаня, но даже не осознал это? И когда пришло в голову, что тот нашёл истинную любовь, даже и жить расхотелось. Ревность взыграла, отчаяние охватило — всё лишь из-за того, что самому себе он не успел сказать, к кому испытывает истинное чувство? — Прости, Вэй Ин, — оказалось, Лань Чжань уже замер рядом. В глазах его затаилась глубочайшая печаль. — Мне… лучше уйти. — Никуда я тебя не пущу! — мгновенно Вэй Ин вцепился в его плечи. — Слышишь? Никуда больше! Хочешь, чтобы я стал твоим спутником на тропе совершенствования? Так я стану! И ни за что больше не отойду от тебя и на полшага! — Вэй Ин… — теперь уже Лань Чжань растерялся. Вглядываясь в его лицо, Вэй Ин в полной мере осознал, как тяжело ему далось признание. — Если всё, что я чувствую к тебе, не любовь, — решительно сказал он, — что тогда любовь такое?..