Научись меня слышать

Полтора года спустя... — Тут какие-то постеры на стенах, занятно. Эти группы слушали с полвека назад, они все мертвы, — Солдатик поскреб один из плакатов ногтем, прищелкнул. Корделл при всем желании не смог бы увидеть, что там сумел разглядеть супер в кромешном мраке. Над головой снова — раз в десятый за последние двадцать минут — грохнуло и протяжно завыло, и он против воли вздрогнул. Не из пугливых же, но как представишь, что могло там твориться прямо сейчас — в самом центре торнадо, в который они угодили, когда уже возвращались в Остин на ранчо. — Не вижу ни черта. Здесь может где-нибудь быть огарок свечи, у меня есть зажигалка. Хрен знает, сколько нам еще здесь сидеть, не хочу быть как крот... — проворчал Уокер. — Сейчас посвечу. — Погоди, торопыга, — теплые пальцы перехватили запястье, мешая добраться до вожделенного источника света. — В этом погребе слишком много сухой соломы и старых газет. Одна искра, и все вспыхнет, а путь наверх будет отрезан еще часа три. В лучшем случае. Не хочу, чтобы ты заживо сгорел у меня на руках или задохнулся от дыма. Корделл дернулся, но спорить с доводами Бена не стал. Правда, еще сильнее взбесился. — Нахрена нас вообще понесло в Перритон, ты не помнишь? Достали бы сейчас из погреба дома ящик сидра, на рыбалку сходили, давно собирались... Солдатик — невидимый в темноте, хохотнул грубовато. Ноздри щекотал терпкий запах машинного масла, виски и пота — чуть-чуть табака. Бен все еще курил самокрутки из крепкого табака, но не так часто, как на заре их знакомства. Да и про травку, к счастью, давным-давно позабыл. Рейнджер не мог сейчас его видеть, но мог ощущать — от того тянуло жаром, как от сталеплавильной печи. С ним не замерзнешь в самую лютую стужу, как не замерз он тогда — на берегу безымянной реки в Колорадо, в охотничьем домике, когда "Воут", отчаявшись отыскать беглого супера, накрыли всю зону предполагаемых поисков "климатическим колпаком". Корделл Уокер, несколько дней валяющийся в отключке после взрыва машины, должен был насмерть замерзнуть в первые же пару часов. Но Мальчик-солдат был совсем не согласен с таким поворотом событий. Мальчик-солдат спалил в печке все, чтобы было в состоянии гореть, а потом согревал его своим телом... — Ух, как ты задышал. Не знал, что темнота тебя так заводит, — игриво промурлыкал Солдатик и легонько ущипнул за бедро. "Хорошо, что здесь так темно, — непоследовательно подумал Уокер. — И Бен не увидит, что я краснею, как девчонка-подросток. Опять." — Мне всего лишь здесь неуютно. Мы давным-давно должны были быть в Остине, дома. Вот только ему же и приспичило сделать крюк, чтобы посмотреть на одной ферме призовых скакунов на продажу, а Бен категорически отказался отпускать его одного: "Да, та мразь — Кевин Голден, заманивший тебя в ловушку по распоряжению "Воут", давно мертв. Да и сами "Воут" отстали. Скоро, кажется, загнутся совсем. Но в мире есть... много всего. Глаз, короче, с тебя не спущу, не проси". И таскался за рейнджером хмурым телохранителем по всем просторам Техаса, вызывая у обычных фермеров и владельцев конюшен бурю веселья и неуместных сравнений с героем Кевина Костнера из одного старого фильма. — Дома, конечно же, сейчас хорошо, кто же спорит? — шепнул Бен. Уже где-то с полгода он стал звать ранчо домом. Это грело, отзывалось теплым и тягучим внутри. Солдатик с этим местом как-то даже сросся, сроднился и в атмосферу идеально вписался. Сдружился с рабочими, с Тэмми (оставившей, кстати, пустые надежды), снискал одобрение ворчливого старика Луи и восхищение Кевина. Стал в доску своим. Неотъемлемой частью. Сейчас, в темноте, приблизившись вплотную, заговорил жарко на ухо, прихватывая мочку и заставляя дрожать: — Корди, ты точно не помнишь, почему мы все-таки задержались? Солдатик — этот грубиян и в чем-то даже мужлан, беспардонный, хамоватый и наглый, не подавал ни малейших признаков раздражения. Ластился, соблазнял, флиртовал. Кому-то это, может быть, показалось бы нелогичным и странным. Но не тому, кто прожил с ним бок о бок уже столько месяцев, вылившихся в почти два уже неплохих таких года. — Помню, но ты мог меня остановить, когда я не закончил на осмотре конюшен третьего ранчо, а двинул дальше, — скупо и неохотно проворчал рейнджер. Кончики пальцев кололо, а внутри разгорался пожар. Но он упрямо, из вредности, отворачивался и поджимал губы. Это тоже была у них своего рода игра. — Для тебя было важно найти идеальных лошадей. А мне как-то посрать, ночуем мы дома в спальне, в гостевом доме или хижине на дальних полях, в дрянном мотеле или разбитом фургоне. Главное, чтобы ты рядом был. Прозвучало почти что сопливо. Корделл от изумления задохнулся и подавился воздухом, принялся кашлять. — ... мне так спокойней. Когда ты где-нибудь далеко, внутри нехорошо так зудит и может рвануть в любой миг. Сразу спалюсь перед "Воут" — тем, что от ублюдков осталось, — добавил скороговоркой супергерой и очень мило смутился. Уокер даже представил, как тот пожевал нижнюю губу и нахмурился, отводя в угол глаза. Все еще боялся, конечно же, показаться сентиментальным и слабым. Размазней, одним словом. Сильнейший человек на планете чурался собственной слабости. И при этом втихушку вил из Корделла Уокера веревки. Манипулятор и отпетый засранец. — Я понял, — отрубил рейнджер и попытался стряхнуть его руку. Куда там. — Не злись. Помогу расслабиться, хочешь? Ноздри забивал запах пыли, слежавшейся старой бумаги, трухи, каких-то приправ, крошащихся в пальцах кукурузных початков. И наверняка здесь куча крыс и помета... — Не думай, Корди. Не напрягайся. Доверься мне, хорошо?.. — жаркий шепот на шее и руки, скользящие по бокам так привычно, легко... — Это не головорезы Голдена, не отморозки из "Воут". Торнадо. Просто стихия, слышишь меня? "Когда это мы успели поменяться ролями? Как будто меня надо успокаивать. Как будто я — нестабилен эмоционально. Со мной все в порядке, нормально. Я — рейнджер..." — Да, Уокер. Ты — самый крутой рейнджер Техаса. Никто не спорит. Считай, что мне здесь дико скучно, — шептал Солдатик, скользя губами по его взмокшей шее, прихватывал, не жалея, зубами. Уокер шипел, но дышал при этом все сорванней, чаще. — Конечно, тут наверняка найдутся кроссворды... — Может быть, ты заткнешься? — рвано выдохнул сквозь сжатые зубы, когда ладонь скользнула по твердому прессу и тут же нырнула ниже... — Ох, бля-я-я-я-я... — Может быть, — хмыкнул тот и опять укусил. — Заткнешь меня, рейнджер? — О, с радостью... На колени, Солдат... — Тащусь, когда ты такой властный... Наверху грохнуло снова. Кажется, это прямо в стену разваливающегося на куски гаража влетел их пикап, который они бросили поперек подъездной дорожки, торопясь в этот погреб. Вероятно, прямо сейчас и тот гараж, и соседствующий с ним хлипкий сарай превращались в обломки. Внизу человек и его супергерой ничего не услышали или не обратили внимания. Даже когда прямо на крышку грохнулся вывороченный с корнем вековой дуб. Прямо сейчас их совсем не интересовала стихия.