It's a Nice Day for a Wolfstar Wedding / Это отличный день для свадьбы вульфстаров

Середина августа 1998 года — Теперь я объявляю вас... подожди, кем, блядь, я вас объявляю? — спросил Джеймс, искренне смутившись. — Отличный способ убить момент, — сказал Пит, посасывая свой косяк так, что его кончик светился красным в темноте. — Ты объявляешь нас замужними, придурок! — заорал Сириус. Римус закатил глаза. — Теперь я объявляю вас замужними, придурок! — крикнул в ответ Джеймс. — Ты можешь поцеловать Лунатика! — Эй, с чего ты взял, что я собираюсь быть тем... — начал Римус, глядя на Джеймса, но не смог закончить свою мысль, потому что Сириус обхватил его руками и повалил на спину, крепко целуя, как на том плакате, где солдат целует медсестру посреди Таймс-сквер в конце Второй мировой войны. Джеймс и Пит аплодировали и свистели, а Джеймс откупорил незаконную бутылку шампанского, которую они получили от старшей сестры Пита — и которая была причиной фальшивой свадьбы на заднем дворе Римуса. Джеймс сделал глоток из бутылки и передал её Питу, который сделал то же самое. — Фу, шампанское — отстой, — сказал Пит, скорчив гримасу. — Нет, оно просто не сочетается с травой, мой мальчик, — сказал Джеймс, потрепав Пита по волосам. Пит попытался передать бутылку Сириусу, но тот был занят тем, что прижал Римуса к дереву в грязном поцелуе. — Эй! — сказал Джеймс, пиная Сириуса по голени. — Оставь это для медового месяца. Сириус поднялся чтоб вдохнуть воздуха, схватил бутылку и вылил немного шампанского в рот Римусу, после чего закружил его в импровизированном танце на траве. Четверо Мародёров смеялись и пили, развели костер, пожарили зефир и докурили траву Пита, а затем вытащили спальные мешки на траву, чтобы всю ночь наблюдать за ежегодным метеоритным дождем Персеид. Позже, когда храп Джеймса и Пита наполнил тяжёлый августовский воздух вокруг них, Сириус шепнул Римусу. — Эй, — сказал Сириус. — Когда-нибудь мы должны сделать это по-настоящему. — Что? — Пожениться. — Почти уверен, что это незаконно, Бродяга, — засмеялся Римус. — Так не будет вечно, — сказал Сириус. — А когда это изменится... Он замолчал, внезапно застеснявшись. Перемена в голосе Сириуса заставила сердце Римуса сжаться. — Ты серьёзно? — спросил Римус. — Всегда, — ответил Сириус, вернув свой дразнящий тон. — Пошел ты, — сказал Римус, в наказание щёлкнув Сириуса по шее. — Я прямо вляпался в это, Лунатик. Они молчали ещё несколько секунд. Римус чувствовал, как Сириус внимательно наблюдает за ним. — Но серьёзно... ты правда имеешь это в виду? — сказал Римус, перекатываясь на бок. В темноте он едва мог различить очертания лица Блэка, но ему не нужен был свет, чтобы видеть Сириуса. Его лицо навсегда запечатлелось в его памяти. — Ты бы хотел выйти замуж? За меня? — За кого же ещё? — Я не знаю, — сказал Римус. — Леонардо Ди Каприо? — Да, он горячий, забей, я возьму его, — сказал Сириус, и Римус снова щёлкнул его. — Конечно, за тебя, идиот. Римус перевернулся на спину и стал смотреть на звёзды, думая о знакомых ему людях, которые были женаты. Были его родители и родители Сириуса — не совсем те люди, которым он хотел бы подражать. У дяди Сириуса, Альфарда, был "друг". Они не были женаты, но казались счастливыми. Как и мистер и миссис Поттер. Но они с Сириусом, понял Римус, не будут похожи ни на кого из них. Они не будут казаться счастливыми. Они будут счастливы. Он взял Сириуса за руку, и они оба вздохнули, когда по небу пронёсся огромный метеор с длинным серебристым хвостом, потом ещё один, и ещё. — Да, — прошептал Римус. — Я выйду за тебя. Сегодняшний день — Какие у вас ограничения бюджета? Сириус и Римус сидели в двух белых кожаных креслах с высокими спинками перед белым столом из люцита, за которым перед компьютером сидела маленькая светловолосая женщина, которую можно было бы принять за человеческую куклу, и выжидательно смотрела на них. На белой стене над её головой были написаны слова "Давай поженимся!" розово-золотым шрифтом в окружении метёлок пыльно-розовых цветов и стелющегося зеленого плюща. На столе перед ними стояли два фужера с шампанским и маленькая тарелочка с французскими пирожными макаронс пастельных тонов. Сириус настороженно посмотрел на Римуса и поймал его взгляд, прежде чем снова повернуться к организатору свадьбы. — Ммм, у нас их нет. — Сириус! — прошептал Римус, наклонившись и положив кончики пальцев на запястье своего жениха. — Что? У нас их нет! — Но они должны у нас быть, — мягко ответил Римус. Сириус взял его за руку. — Зачем? Зачем они нам? — Я просто не думаю, что нам нужно что-то экстравагантное. — Это не будет экстравагантным, Луни, — успокаивающе ответил Сириус. — Я просто хочу, чтобы это было приятно для тебя. — Приятно для нас, ты имеешь в виду? — Да, для нас, — согласился Сириус. — Но в основном для тебя. — Почему в основном для меня? — спросил Римус. Сириус сделал паузу и повернулся к свадебному организатору. — Не могли бы вы дать нам несколько минут, Пандора? — спросил Сириус. Пандора посмотрела на них своим немного пустым, широко раскрытым взглядом и медленно моргнула длинными накладными ресницами, затем мило улыбнулась, кивнула и вышла из комнаты. Когда она закрыла за собой дверь, Сириус встал со стула и опустился на пушистый белый ковёр, став на одно колено перед Римусом, который закатил глаза. — Этот корабль ушёл, Бродяга, я уже сказал "да". Дважды. Теперь, пожалуйста, объясни мне, почему наш свадебный бюджет должен соответствовать ВВП небольшой страны? — Альфард, — просто сказал Сириус, взяв руку Римуса в свои обе и проведя большим пальцем по тонкому золотому обручальному кольцу на пальце Римуса. — А что насчет него? — спросил Римус. — Он оставил мне всё. — Я знаю. — Я должен сказать... он оставил мне почти всё. — Ну, да, я знаю, что он оставил кое-что и для Лео, но... — Нет, я имею в виду, что у него было условие в завещании. Для моей свадьбы. С тобой. — Он... что? — Он указал в своем завещании — которое представляет собой его последнюю надежду на этой земле — что если мы с тобой наконец поженимся после 20 лет отчаянного ожидания и тоски друг по другу, то мы должны потратить специально выделенную — и чрезвычайно щедрую — сумму денег на эту свадьбу. Так что у нас действительно нет выбора. Мы должны выполнить предсмертное желание моего дорогого покойного дяди Альфарда и возвеличить силу настоящей и нерушимой любви. Сириус поцеловал руку Римуса и поднял на него глаза. Римус встретил взгляд широко раскрытых, искренних, серо-голубых глаз Сириуса своими, подозрительно суженными медового цвета. — Сириус? — Да, мой дорогой? — Вся эта история — выдумка, не так ли? Сириус не ответил сразу. Вместо этого он поцеловал внутреннюю сторону запястий Римуса. Его ладони. Каждый из кончиков пальцев. — Да, это выдумка, — сказал он наконец. — Бродяга! Какого чёрта! — Я просто хочу устроить большую ёбаную вечеринку, окей? Пышные свадьбы — это единственное право семьи Блэк, которое я хочу. Нет, которое я требую! — сказал Сириус, и Римус рассмеялся. — Кроме того, я хочу, чтобы все на этой планете знали, что я наконец-то смогу выйти за тебя, как я хотел с 15 лет! Римус подвинулся вперёд на край своего кресла, раздвинув колени так, что они оказались по обе стороны от Сириуса, который всё ещё стоял на полу перед ним. Он положил локти на плечи Сириуса и взял его лицо в обе ладони. — Тогда почему ты просто не сказал этого? — Потому что ты чертовски практичен! — сказал Сириус. — Ты бы хотел, чтобы мы поженились в мэрии и подавали вареные хот-доги на заднем дворе... — Нет! Я бы пожарил хот-доги на гриле! — И тогда наши гости ушли бы голодными... — У нас было бы ещё несколько салатов... — И весь дом пропах бы водой от хот-догов... — Ещё раз. Мы. Будем. Их. Жарить. Сириус положил свои ладони поверх рук Римуса и заглянул ему в глаза. — Я провел 20 лет без тебя, — серьёзно сказал Сириус. — Я просто хочу дать тебе всё. — О, малыш, у меня уже есть всё, — сказал Римус, наклоняясь для поцелуя. Сириус закрыл глаза и со вздохом погрузился в поцелуй. Они снова были вместе почти полтора года, но Сириус не думал, что когда-нибудь примет как должное тот факт, что он может целовать Римуса в любое время после того, как не имел такой возможности так долго. Они отстранились, и Римус провёл большими пальцами по щекам Сириуса. — Всё, чего я когда-либо хотел, это ты, — сказал Римус. — А теперь у меня наконец-то ты есть, и мне больше ничего не нужно. Римус сделал паузу, на его лице появился призрак улыбки. — Но... — Но... — повторил Сириус, его глаза с надеждой расширились. — Но большая вечеринка тоже была бы кстати. — Ура! — сказал Сириус, и Римус засмеялся. — Ура? — Да, ура! Это повод для ура! — Хорошо, тогда ура! Может, хотя бы составим что-то типа бюджета? — Конечно, — кивнул Сириус. — О чём ты думал? — Я не знаю, может быть, около... — Римус сделал паузу, чтобы подумать. — $10,000? Сириус рассмеялся. — Римус, $10,000 едва хватит на группу. — Группу? — спросил Римус, и Сириус недоверчиво посмотрел на него. — Конечно, группу! Ты что, собирался просто подключить свой iPhone и ткнуть шаффл? Римус пожал плечами. — У меня хороший музыкальный вкус, — сказал он, и Сириус в отчаянии положил голову на руки. — Лунатик, — сказал он наконец. — Послушай меня, дорогой. Вот что мне нужно, чтобы ты сделал. Просто предоставь всё это мне. Окей? Всё, что я хочу от тебя, это чтоб ты появился и выглядел красиво. Ты можешь сделать это для меня? — У тебя гораздо лучше получается появляться и выглядеть красиво, чем у меня, — сказал Римус, но Сириус уже мог сказать, что он победил. — Что-то мне подсказывает, что у тебя всё получится, — сказал Сириус. — Пожалуйста? — Ладно, — вздохнул Римус, и Сириус снова поцеловал его. — Но никаких, например, живых животных или чего-то подобного. — Даже без... — Бродяга? — Хорошо. Спустя два часа и несколько важных решений — "да" закускам, открытому бару, группе из 10 человек и навесу из цветов; "нет" дымовой машине, фейерверкам и воздушному шару — Сириус и Римус покинули офис Пандоры с двумя самыми важными деталями, высеченными в камне: дата и место проведения свадьбы. 15 июня в замке Хаммонд, каменном замке в средневековом стиле, расположенном на утёсе с видом на океан, который был построен эксцентричным старым изобретателем около 100 лет назад. Вернувшись домой, они обнаружили своих 17-летних сыновей, Тедди и Лео, вместе на диване в гостиной. Лео сидел с прямой спиной в одном углу, а длинное тело Тедди раскинулось по всему дивану. Его ноги свисали с одного края, а голова покоилась на коленях Лео — метафора их отношений, если таковая вообще существовала. Лео рассеянно перебирал пальцами кудри Тедди, пока они смотрели телевизор. Это могло показаться странной сценой — два почти сводных брата лежат в обнимку — но Тедди и Лео встречались друг с другом дольше, чем их отцы, по крайней мере, в этот раз. На самом деле, именно их отношения помогли Римусу и Сириусу снова быть вместе после разрыва в колледже больше 20 лет назад. Тедди взволнованно сел, когда их отцы вошли в комнату. — Итак! — сказал он, слегка подпрыгивая на краю диванной подушки. — У нас намечается свадьба? — Конечно, намечается, — сказал Сириус, вешая ключи на крючок у двери. — Да, королевская свадьба, — сказал Римус, но Сириус только обнял его. — Только лучшее для тебя, Лунный Лучик. — Кстати, о лучшем... — сказал Тедди, обнимая Лео за плечи. — Есть что-нибудь особенное, о чем должны знать ваши шаферы? — Только то, что мы все приедем на лошадях, — ответил Сириус, отпрыгивая в сторону, когда Римус хотел шлёпнуть его по заднице. — Животных не будет, — сказал Римус. — Очень жаль, — сказал Тедди, задумчиво глядя на Лео. — Ты был бы симпатичным ковбоем. — Йии-блядь-хааа, — резко ответил Лео, и Тедди упал с дивана от смеха. — Единственное, что вам сейчас нужно знать, это дату: 15 июня, — сказал Сириус. — Запишите её в свои календари. Лео тут же достал свой телефон и открыл календарь. — Репетиция накануне вечером? — спросил Лео. — Да, мой эффективный мальчик, — сказал Сириус. — И поздний завтрак на следующее утро. — Не забудь добавить это в наш общий календарь, пожалуйста? — попросил Тедди с пола. — Я хочу, чтобы ты был там, поэтому, конечно, я это сделаю, — ответил Лео. — Спасибо, любовь моя, — сказал Тедди и поцеловал его. В ту ночь Римус и Сириус легли в постель вместе с нетерпением и некоторым отчаянием. Им не нужно было говорить о том, почему в последнее время их поцелуи и прикосновения казались более пылкими и интенсивными, чем когда-либо. И когда Сириус толкнулся в Римуса, их губы не покидали друг друга, их руки не переставали крепко сжимать пальцы друг друга, как будто пытаясь сделать себя настолько связанными, насколько это возможно, везде. Сириус задавался вопросом, перестанет ли он когда-нибудь чувствовать, что они навёрстывают упущенное время. Они провели 20 лет в разлуке. Они знали сердца и души друг друга — и теперь даже свои более взрослые тела — но всё ещё не знали всех секретов, всех деталей прошедших двух десятилетий. Он полагал, что ни одна пара не знает друг о друге всё, и это было хорошо. Он надеялся, что всегда будет что-то новое, что можно узнать о Римусе, какой-то новый слой, который нужно разгадать. Только на прошлой неделе он узнал, что Римус и Тедди провели год — год! — живя в Лос-Анджелесе после свадьбы Тонкс и Флёр, чтобы быть ближе к ним, но потом решили, что скучают по Массачусетсу. Но тот факт, что Сириус мог узнавать новую информацию о многолетних отрезках жизни Римуса, по-прежнему разбивал его сердце снова и снова. И, несмотря на все поддразнивания Сириуса по поводу свадьбы в мэрии, у него было сильное искушение самому сделать это. Ведь тогда им не пришлось бы ждать ещё пять месяцев, чтобы пожениться. Они могли бы сделать это на следующей неделе. Они могли бы сделать это завтра. И Римус окончательно, бесповоротно стал бы его. Однажды он уже потерял его. Он не может вынести того, что это может снова произойти. — Малыш, я никуда не уйду, — сказал Римус после того, как Сириус признался во всём этом, поглаживая его по щеке в постели. Их постели. В их доме. С их сыновьями, спящими дальше по коридору. То, чего у них никогда не было раньше. — А ты? — Никогда, — ответил Сириус, притягивая Римуса ближе. — Я хочу выйти за тебя. Больше всего на свете, — сказал Римус. — Но мне не нужна бумажка, чтобы знать, что я никогда, никогда не отпущу тебя. — Я знаю, — вздохнул Сириус. — Мне тоже. Это была правда. Он верил Римусу. Он верил себе. Но все равно. Он хотел эту бумажку.