Наблюдение
10 ноября 2023 г., 02:07
Примечания:
Где-то тут жпж Мисако даëт подзатыльник канонной Мисако...
***
Насколько хорошей идеей было идти на урок сразу после душа с мокрой головой? Конечно, я пытался высушить эти волосы феном, но не получилось быстро. Я был рад, что хотя бы вода не стекала. Я даже не слушал, что говорил учитель. Он продолжал пытаться что-то мямлить, пока все занимались своими делами. Справа от меня кто-то разговаривал о чëм-то супер секретном, не обращая внимания, слева от меня на одном месте слишком тесно поместилась целая пятëрка человек, одни старались чуть ли не перелезть через задние парты, другие же отвернулись от учителя и смотрели только в одну точку. Немного нагнувшись, я понял, что они смотрели в телефон одного из учеников. Возможно, это хорошо, что я не стал доставать свой телефон, иначе мне бы от такой аудитории не отойти. Я даже не помнил, как звали учителя. Он продолжал что-то тихо говорить, объясняя тему, пока записывали за ним единицы. Здесь видно три варианта учеников: ударники, которым всё равно на этот урок, отличники, которые уже давно всё сделали и занимались своими делами, и что-то между ударниками и хорошистами, которые пытаются успевать, иногда оборачиваясь и шипя на мешающих учебному процессу одноклассников. Но частью какой-то из этих трëх групп я себя не считал. Лучше было оставаться одному и не отсвечивать, чтобы не попасться. Поэтому я просто поставил книгу и лëг на открытую тетрадь, сложив руки. В обычной одежде, чëм-то кроме школьной формы, было тепло. Было ли это из-за того, что начëс в школьной форме не посчитали нужным, или же из-за чего-то другого, никто не жаловался. Даже учителя вместо каких-то вычурных костюмов надевали более комфортную одежду, чтобы не замëрзнуть зимой. А значит, всем комфортно. Кроме Терешковой, которая всегда была в юбке, блузке и иногда надевала плащ поверх всего этого. И поэтому она смотрела на остальных пристально и хмурилась, снова недовольная чем-то. Уже пару раз увидев её лицо в такие моменты, мне стало даже всё равно. Это уже ничего не значило. Мысли ходили из стороны в сторону, снова переключаясь на вчерашний день. Что это было? Кто все эти люди? Смешно получается: пока я живу в интернате для мальчиков, я вижу вот такие... сны? Или видения? Что они вообще означают? А вообще, кто его знает? Странно это осознавать, но было всё равно. Мне уже снилось множество вещей, почему не может сниться и такое? Я почти привыкаю видеть как каждый раз во снах что-то происходит, а потом забывать, как и всё, что было до этого. Целые десять лет жизни. Стоп, а сколько мне сейчас? Сколько времени вообще прошло с того момента? - Цыц! - тихо прошипел кто-то с передних парт. Один парень обернулся, хмуро смотря на сбор любителей телефонов. - Вы нам записывать мешаете! - Пошëл нахуй. - ответил один из той группы. - Ты еблан? - тихо прошептал первый. - А ты подсосник. - усмехнулся второй. - Иди дальше работай за оценки, которые тебя нихуя не спасут. - Точно еблан. - на этом он обернулся, продолжая работать вместе с учителем. Когда он наконец-то отвернулся, внезапно остальные захихикали. Не поднимая голову, я повернулся к ним, чтобы послушать ещё. Не хотелось, чтобы и про меня сплетничали за спиной. - Бля, опять он всё веселье портит. - Тихо, а то запишет в книжечку, что ты его обидел. - Да много кто его обижает, пиздострадалец он. - один из парней откинулся на спинку с телефоном в руке. - Сначала говорит "мой отец об этом узнает" и потом бежит плакаться. Как девчонка. - Ага. Заебал. - Спорим, у него в штанах сосиски нет? - вся группа пыталась не смеяться, закрывая рты и хихикая. - Да успокойтесь вы, а то он опять плакаться будет! - Ты же с ним в одной комнате живëшь? - Ага. Только он пропадает всегда. Непонятно куда, приходит в комнату, довольный, нахватал оценок, пьëт кофе как будто это чай блять и сидит за книгами. - ученик, сказавший это, помассировал переносицу. Видно, его раздражал тот парень. Задрот короче. - Ну это ясно, почему кофе. Он там, может, своей пиздой торговал, раз хуя у него нет. - Блять, проиграл. - парень в середине передал телефон другому рядом. - Держи. "Как бабки на скамейке у подъезда" - промелькнуло в голове. В принципе, мы ничем и не отличаемся. Только у них шутки не смешные. И мне очень хотелось обратно в комнату, чтобы не слушать это всё. - Если он пиздой торговать ходит, то к кому? - продолжали они сплетничать. - В последний раз говорил, что к Терешковой ходил. Без понятия, что он у неё забыл. - Блять, только не Терешкова. Заебала эта сука со своими Моцартами-Хуëцартами. - тут я стал резко солидарен, хотя и не начал с ними говорить. - У неё же сестра Сальери, да? Мне кажется, скоро она её ëбнет и не будет больше музыки. - А мне кажется скорее Терешкова Сальери ëбнет. Подумай, сколько раз она к нам прибегала чтобы с ней поговорить и сколько раз она её выгоняла? - Да они друг друга убьют нахуй. - Или одна другую. И ты их не заподозришь блять, у одной лыба на всю харю, другая на бульдога похожа. А сплетни всё же затягивают. Я хоть и снова положил голову прямо к тетради и закрыл глаза, но всё ещё продолжал слушать. Как по мне, Терешкова больше похожа на большую немецкую овчарку. Хотя бы характером, потому что она также высматривала абсолютно весь класс на наличие шпаргалок и других вещей, которые по правилам нельзя было приносить в её кабинет. То есть из них я таскал с собой в рюкзаке сигареты, зажигалку, тот самый раскладной телефон и бутылку воды. Больше ничего. - Идиоты. Внезапно кто-то прошипел справа. Я повернул голову в сторону и увидел, что рядом со мной всё время сидел другой мальчик. Когда он подсел? - Что? - сразу же спросил он, в ответ посмотрев на меня. - Они идиоты. Сами на услуги будут бегать как угорелые, если на второй год не оставят и не вылетят. - Я ничего тебе и не говорил. Я сразу же выпрямил спину и посмотрел на доску, на которой красовалась пара новых формул и примеров. Кажется, ещё была одна задача. Посмотрев на соседа, я заметил, что он уже всё написал, и листал какую-то чëрную книгу. - Чего пялишься? Так интересно? - он прищурил свои светло-карие глаза, даже улыбнувшись. - Ты когда успел тут появиться? - я нахмурился, не понимая, когда я мог это пропустил. - Да я с самого начала тут был. - Я садился один. - Магия. - мальчик улыбнулся только шире, продолжая листать книгу. - Кто знает, может я чëрным ходом сюда пролез через призраков. - Призраков? - вот это уже было интересно. Здесь гуляют такие байки, как привидения? - Что, интересно? Интересно, да? - кажется, если бы у него был хвост, он бы забавно им дëргал, как собачка. - Успокойся. - хотелось дополнить ещё каким-нибудь матом в его сторону, но я сдержался. Это парень только ещё шире улыбнулся и сощурился, возращаясь к книге. - Любопытной Варе на базаре нос оторвали. - сказал он. Когда я снова непонятливо на него посмотрел, он повернулся и внезапно рассказал что-то интересное: - Такое уже было, когда кто-то из учеников по тайным проходам ходил. У нас же много призраков. - Да ну. - с сарказмом закатил я глаза. - И какие же? - Ну... - паренёк снова посмотрел на доску и взял ручку, отложив книгу рядом. Как только я понял, что на доске уже решалась новая задача, я тоже взял ручку и быстро начал записывать ломаной линией буквы. - Есть призрак матери и ребёнка. Они появились ещё когда школа была не только для мальчиков. - Ого. - Это опять сарказм? - Неа. Прости, если отвечаю как будто мне плевать, это интересно. Как только мы оба переписали решённую задачу, прозвенел звонок. Парень вздохнул и быстро сложил все школьные принадлежности, и уже было собирался уходить, как я взял его за рукав. - Ты, блять, стой, что там такого случилось? - почему-то эта вещь меня заинтересовала. Это было хоть что-то интересное об этом месте. Всё остальное, уроки и ученики, были просто неинтересной массовкой. - Ты так хочешь знать? - он улыбнулся и посмотрел на часы над школьной доской. - Ну, думаю, время есть рассказать. Но не здесь. Ты на крышу пойдёшь, или тебе страшно? - Неа. На крышу так на крышу. Я даже не знаю, зачем я согласился. Но стало понятней, когда снизу у лестниц начал нарастать шум и кричать дети. Теперь было ясно, почему он попросил пойти именно на крышу. Здесь можно было нормально выслушать рассказ. Парень открыл вход на крышу своими ключами и пригласил меня жестом наружу. А потом просто сел на большую квадратную трубу, наблюдая за небом и чем-то вдали. От наплывшего свежего воздуха и усталости от первых уроков математики и физики. - Кстати, тебя как зовут то? - вспомнил он. - Сначала ты. - Ладно. - он рассмеялся, положив голову на руки. - Томми я. - Ллойд. - возможно, это была плохая идея. Но я об этом не думал. Мне была интересна та история про призраков. - Так ты будешь говорить или нет? - Ладно-ладно. - Томми снова откинулся назад и опёрся руками о трубу, задумавшись. - Когда-то давно, когда в Даркли впускали на обучение девочек, была одна старшеклассница, которая от учителя забеременела. - Нихуя себе. - рассказ только начался, а я достал пачку сигарет и достал одну с зажигалкой. - Сорян, но мне после такой информации надо покурить. - Кури сколько влезет. - посмеялся он снова. И после того, как я зажёг сигарету, он продолжал молча смотреть на меня. - Что? Ты тоже хочешь? - Нет я не курю, спасибо. - Томми прочистил горло и продолжил рассказ. - Так вот, по идее ей должны были оплатить аборт, но срок уже был очень большой. В итоге её прятали в одной из скрытых комнат, возможно её можно найти, но я ходил и не видел. - Звучит как сюжет дерьмового ужастика. - Немного. - Томми неожиданно согласился, и продолжил рассказ. - Она в итоге умерла. - Ну ты уже сказал, что она стала призраком. - Да, но ребёнок выжил. - Только не говори, что ты и есть тот самый ребёнок. - Не додумывай. Если бы и был меня бы уже давно задушили. - он снова хитро улыбнулся и продолжил. - Не перебивай. На то время был другой директор, и он его задушил. Поговаривали, что это был его ребёнок, но я не в курсе этого момента. Вот так и получилось, что по коридорам бродит её призрак вместо с младенцем. Я не знаю, кажется, они уже меня находили... - Призраки? Серьёзно? - я докурил сигарету до середины и посмотрел на него не веря. - Как ты вообще определил, что за тебя призрак зацепился? - А что, ты собираешься пойти в секретные проходы? - Томми снова хитро сощурился, после чего посмеялся. - Ладно-ладно. Просто, если ты почувствуешь, что в любой части тела стало тяжело и тянуть вниз, значит за это и зацепился этот призрак. Хорошо, что мы не учителя, а то тогда мать бы съела. - Ну я понимаю, почему она так относится к ним. - и правда. По крайней мере это я мог понять. Я бы тоже был зол. Наконец-то хоть что-то, что я понимаю. Взглянув на Томми, который широко улыбался, я спросил: - Чего ты так смотришь? - Просто ты, считай, первый, кто слушает это, хе-хе. - он поправил один из локонов за ухо, и снова поднял голову ко мне. - Вообще, я думаю, эта легенда похожа на карту "Императрица", ты так не считаешь? - Я даже не понимаю о чём ты. - я усмехнулся, снова втягивая дым в лёгкие и выдыхая. - Но это действительно интересно. - Ну это Таро. Ты знаешь? - Где-то слышал. - снова вдохнув дым, я вспоминаю одну вещь: - Кстати, тот пацан рыжий с очками. - А, ты про Джина? Что про него? - Что за услуги? - что-то в этом слове меня напрягало. Когда Том поднял бровь, я понял, что мне стоило как-то прикрыть свой интерес. - Просто он не похож. - Я слышал, он с документами помогает, но это всё. - он пожал плечами. Видимо, он действительно был достаточно наивен. - Учителя тут тоже не сладко живут, знаешь. Куча макулатуры и кабинеты надо содержать в чистоте... Не подумай, что я что-то такое делаю, просто у меня отец учитель. Каждый раз как домой приходил, жаловался на кучу работы. - Ясно. - на этом я выкинул окурок за пределы крыши, чтобы не оставлять здесь. - Что ещё расскажешь? - О-о-о, у меня ещё много таких историй! Это место кишит легендами! - тут же Томми будто засиял, открывая ту самую чёрную книгу. - У них тут есть книги по оккультизму! - Кто вообще принимает такие в школу? - парень продолжил с энтузиазмом листать страницы. - Кто знает, главное, они есть! Вот, иди сюда, смотри! Тут есть статья про Гармадона! На это слово что-то внутри откликнулось. Я так и не понял что, это было очень знакомым. Сев рядом с ним и посмотрев на страницы, я увидел даже иллюстрации, нарисованные каким-то человеком. Почему-то он казался мне смутно знакомым, но я не мог вспомнить, что это за человек. И человек ли.***
До самого конца уроков, я оставался на крыше с Томми. Тот, часто запинаясь и тараторя, продолжал рассказывать про демонов и разную нечисть из книги. Он запомнил почти все круги и пентаграммы, но меня это не пугало. Он слишком хорошо рассказывал. Когда я вернулся в свою комнату, там уже ждал Брэд, который что-то делал на кровати. По ней были разбросаны учебники и тетради, а одну он держал в руках, карандашом что-то отмечая. - Я думал, ты как обычно опоздаешь. - после этого комментария, он поднял голову ко мне. - Работа закончилась чуть раньше. Ты же знаешь, я слишком хорошо в земле копаюсь. - Нашёл какие-нибудь кости? - я усмехнулся, подходя к своему столу и положив рюкзак у него. - Слава богу нет. - он усмехнулся в ответ, продолжая что-то писать в тетради. Ещё раз подняв матрас своей кровати, я проверил наличие всех пачек сигарет под ним. И снова увидел, как один из блоков был пусть на ещё две пачки. Проверив, чтобы постельное бельё оставалось таким же, как и до проверки, я повернулся к соседу по комнате, недовольный. - Ты опять у меня сиги тыришь? - он поднял глаза на меня, продолжая вертеть карандашом в руке. - А ты не полил мой подарок. - Что? - Я тебе как лучшему другу подарил чёртовы анемоны! - он сам был зол, встав с кровати и хмурясь. - И ты их не полил! А я просил! - Ну прости, у меня не было времени. Я сел за стол, пытаясь достать из рюкзака учебники и ещё пару тетрадей вместе с пеналом. Каждый из предметов застревал, что только меня злило. Брэд, посмотрев на меня, только ещё больше разозлился. - Ты, блять, чёрт ёбаный! - он повысил голос, на что я не обращал внимание. Голова резко закружилась, и его слова продолжали звенеть в ушах. - В знак дружбы, блять, из ёбаного мухосранска привёз! И прежде чем ты скажешь "ой ну Ниндзяго-сити не мухосранск", иди ты нахуй! Этот ёбаный район то ещё село. - Брэд, ты меня, конечно, прости, но не сейчас. - голова болела. Зрение помутнилось, и я взялся за голову, стараясь сжать её, чтобы она перестала спазмировать. - "Не сейчас"? "Не сейчас"?! Ты за меня придурка не держи! Я тебе сейчас..! Тело резко обмякло и я ударился о столешницу, закрывая глаза. Тут же он перестал вопить, и голова даже будто бы стала легче, но всё равно побаливала. И тут же я открыл глаза на кровати, укрытый одеялом в этой же комнате. Немного промычав, я понял, что язык был похож на просто вымоченную в воде бумагу. Тут же у кровати показался Брэд, склонившись и посмотрев на меня. - Идиот, блять. - голос всё ещё звенел, но не так сильно. Я поднял руку и положил её на лоб по рефлексу, будто это уменьшит боль. - Ты когда последний раз ел? - Чё..? - Я спрашиваю, ты когда ел? - Брэд нахмурился, смотря на меня. - Так когда? - Я не помню... Съебись... - я хотел повернуться, но не смог. Тело было тяжёлым, я не мог подняться. На это он только вздохнул и, матеря всё на свете, взял меня за подмышки и посадил прямо на кровати. Я почувстовал себя беспомощным. Как чёртов котёнок, которого взяла за шкирку мама-кошка. У котят есть рефлекс застывать, когда их берут за шкирку, это я вспомнил сразу, как только почувствовал это. Тело было ватным, но я поднял руку и почти "ударил" его слабым кулаком. Это ничего не сделало, он только цыкнул на меня. - Не трогай меня, долбаёб... - даже речь была невнятной. Я не мог понять, что происходит со мной. - Долбаёб тут только ты. - он наконец-то отстал от меня, выпрямившись, пока я протирал глаза рукавом. - Ты мне скажи, когда ты ел то? - Не помню, хоть убей... - Ты так не шути со мной, я думал, у тебя приступ, блять! - И что ты ожидаешь от меня? "Прости, пожалуйста, булочка, я не хотел тебя тревожить"? На это он не отреагировал. Отойдя, он взял что-то со стола, и подошёл ко мне, сев на стул. Присмотревшись, я понял, что он держал в руках глубокую тарелку, из которой выглядывала ложка. - Ты идиот, ты знаешь это? - сказал он, взяв ложку и зачерпнув что-то. Он сам посмотрел на содержимое, прежде чем протянуть эту руку мне. - Оно уже остыло, но съедобно. - Ты надо мной издеваешься? - на это он только приложил ложку ближе к моим губам. Она действительно была холодной. - Это ты надо мной издеваешься! - снова повысил он голос. - Я, блять, к Терешковой побежал, когда ты в обморок грохнулся! Ты же знаешь, что её все боятся! После этого, я снова посмотрел на него, сощурившись. Неужели, даже он так сильно боится Терешкову? Хотя я не мог его обвинять, один её взгляд пробирал множество моих одноклассников в дрожь. Я взял ложку в рот, сразу же съев это. Он выдохнул, зачерпнув ещё супа из посуды. - Что она сказала? - Да ничего такого. Просто мне придётся поменять это на ещё одну услугу. Как обычно документами завалит. - он вздохнул, снова положив мне ложку в рот. - А ещё сказала, что ты ёбаный кетозник. - Прям так и сказала? - Нет, конечно. - ещё одна ложка. - Это кратко. Она же у нас за мат прям хуярит. - Ну, хотя бы не отпиздила. И кстати, - я взял его руку, которая уже отправляла ложку прямо ко мне в рот. - Отдай мне и съебись уже. Я сам поесть могу. - Сказал тот, кто вот сейчас в обморок от недоедания упал. Ешь давай. И он запихнул мне ложку в рот, отчего я закашлялся. Кажется, он задел заднюю стенку горла, однако я смог это проглотить. - Бля, прости. - Иди нахуй. - вытерев рот, я выхватил ложку из его рук. - Полью я эти твои ебучие цветы, полью. Уйди с глаз моих.***
Мне всё ещё не даёт покоя эта информация. Даже продолжая учиться так, как сейчас, я понимал, что я не смогу покинуть это место при всём своём желании. Эти стены продолжают давить на меня, как будто где-то внутри действительно водятся призраки, как и говорил Томми. Ещё вчера его истории про легенды и демонов забавляли меня, однако сейчас у меня был ком в горле. Будто действительно тот самый призрак младенца схватился прямо за мою шею и тянул вниз. Среди всех мыслей, которые у меня были, я продолжал думать про какую-то дополнительную работу. Брэд сказал, что он будет разбирать документы вместе с мадам Терешковой, хотя снова ныл, что лучше бы отрабатывал тот холодный суп у Сальери. Он начинал меня бесить своей зацикленностью на ней, будто она действительно какой-то ангел, спустившийся с неба. Ангелов не существует, я знаю, иначе этого места бы не существовало. И я снова стою у этих злосчастных дверей, на которой табличка гласила, что это кабинет директора. Я даже впервые увидел его фамилию, "Рейд". Странно, что красного в его комнате было довольно мало. У меня дрожжали ноги. И я не понимаю почему. Может, я боюсь его. Кто знает, что он может сделать. Все его боялись и даже одно слово, без его имени, вгоняло в ужас всех мальчишек, которых я видел. Почему они его бояться? Почему я его боюсь? Откуда вообще взялся этот страх неизвестности? Раз, два, три. Я снова стучу в дверь и вхожу, услышав приглашение. Комната всё та же, кажется, ничего не изменилось. Мужчина в этот раз сразу поднял на меня глаза и снял очки, с улыбкой приветствуя: - Доброе утро. - Доброе... Я подхожу и встаю прямо напротив него. Разделял нас только деревянный стол с бумагами на нëм. Но в этот раз, когда я решился сам прийти без приглашения и не по времени... Я даже не знаю как начать разговор. Голос будто бы пропал, горло не работает. И я мнусь на одном месте, перекатываясь с ноги на ногу. И понимаю, что мне нужны оценки. И я знаю, что директор точно на это может повлиять, но как его уговорить? Хочу отсюда уйти. - Так, что-то случилось? - спрашивает директор, выгибая бровь. - Вчера услышал кое-что странное. - раскаиваюсь я, также подняв на него взгляд. - Вы знали, что некоторые ученики из кожи вон лезут ради благ? - Были слушки такие. - подтверждает он. Где-то глубоко в душе я нервно посмеиваюсь. Коррупция налицо. - Твой сосед так делал, чтобы получить некоторые вещи. Кстати, что именно? - Всего то посуда и фильтр для воды. - Умно. Я бы и сам ему отдал это, зачем так надрываться у учителей? - задаëтся он вопросом. - А почему тогда не издать указ, чтобы у всех был доступ к чистой воде в комнатах? - спрашиваю я в ответ. - Это проблематично, да и я не президент чтобы издавать указы. - пожал он плечами. - Есть какая-то особая причина, что ты пришëл рассказать мне это? - Чтож... да. - говорю я, снова неуверенный в словах. - Они обычно меняют услуги на что-то, о чëм договорились. И раз уж мы можем договориться... - Ну? - выпытывает он. - Если я что-то сделаю, то, может быть, мои оценки можно подтянуть быстрее? - неуверенно говорю я, отворачиваясь. - Ллойд... Я, конечно, директор, но полного контроля над оценками нет. - говорит он с полной серьëзностью. - Я могу только надавить, чтобы тебе давали больше заданий и вытащили из твоей долговой ямы. - Но всё же можете. - я ухмыляюсь и снова смотрю на него. - Так что, ну... пожалуйста? - А что ты собираешься сделать ради этого? - спрашивает директор. - Да что угодно, чтобы свалить отсюда. - Знаешь, нельзя говорить такое тем, кто может заставить тебя делать что-то плохое. - качает он головой. - Но... ты серьëзно готов что угодно сделать? - Допустим... - говорю я спустя пару секунд. - А ты подумал, на кого именно мне надавить? - Так... С физикой и математикой всё в порядке, физкультуру переживу, труды... Так... - начинаю я перечислять, вспоминая всех учителей и предметы. - Разве что по музыке и по столярному труду. Я не помню с чем ещё у меня проблемы. - Вообще-то у тебя ещё долги по литературе и истории. - напомнил директор. - Тц, вечная проблема: растормошить на слëзы литератора и доказать Райту, что он не прав. - выходит из меня со злостью. - Я поговорю со всеми, но не с мадам Терешковой. С ней говорить трудно, а терять нельзя. Айми будет не в восторге. - объяснил он. У меня снова нахмуриваются брови от нового имени. До этого оно мне не было знакомо. - Она по блату что ли преподаëт? - Айми да, но она доказала, что она хороший учитель. А вот Терешкова преподавала почти что с самого начала. Как дерево корнями впилась в школу. А, так вот что. До меня доходит, о ком именно он говорит. Так Айми, про которую даже он так тепло говорит, это мисс Сальери. Интересная у них история. - Попадалово. - красноречиво подбираю я слова, после чего разворачиваюсь. - Ладно, переживу. Физкультуру же пережил. - Ты ничего не забыл? - Что? - Условия. - напоминает он. - А, да... Так, что мне надо будет сделать? - поворачиваюсь я обратно. - А что ты точно готов сделать? - Ну не знаю... с бумагами помочь? Или могу убраться, тут как-то пыльно. - судя по его лицу, директор задумал что-то не стандартное. И мои предложения не входят в его планы. - Нет. - подтверждает он. - Тогда что мне надо сделать? - спрашиваю я, не понимая к чему он клонит. - Хм, ну... - думает мужчина, откинувшись в кресле. На некоторое время он останавливается, разглядывая меня, после чего наконец решается. - Во-первых, подойди поближе. Я в непонятках подхожу прямо к его креслу, с правой стороны, в которую он поворачивает офисное кресло. Ещё пару секунд он смотрит на меня, нагнетая обстановку, после чего выдыхает: - Покажи-ка мне свой язык. У меня теряется дар речи. Это было так неожиданно, что я мог бы упасть прямо здесь, но держался на ногах. О чëм думает этот человек? Он прав, читать по лицу у меня получается плохо. Тут уже проявляется что-то на подобии эгоцентризма. - Ладно. - хмурюсь я, после чего открываю рот. Он смотрит ещё несколько мгновений, осматривая всё моë лицо. Я чувствую, как влага на языке высыхает, а под ним образовывается новая порция слюны. Директор же не ожидал, что я действительно сделаю это, но и в полном восторге не был. Хотя фраза "если не избежать драки - бей первым" мне нравилась всегда. А откуда, кстати, я её знаю? - Это всё? - закрываю я рот и сглатываю слюну. - Я не рассмотрел. - аргументирует он, после чего самодовольно улыбается. - Ты можешь лучше. - Ладно... Я снова открываю рот, уже вываливая язык наружу, пока он продолжает смотреть. Кажется, мне стоит сбавить обороты, иначе проблем будет очень много. У меня уже теряется терпение как только меня донимают. Конечно, мне хотелось потягаться, как только говорили, что чего-то не достаточно. Я уверен, что делаю всё, что в моих силах. Все домашние задания и долги, которые надо сдать, я делаю всё. Иногда забывая, зачем это всё. А ведь всё просто: нужно отсюда найти выход и уйти. Язык уже высыхал и стягивался, но я держал рот открытым. "Смотри, как могу!" с гордостью звучит в голове. Если это всё, что мне нужно, чтобы уйти отсюда, то я сделаю это. Возможно, я смогу поехать в очередную командировку вместе с Мисако. У неё очень интересная профессия, но чтобы постичь её, нужно хорошо знать историю. Это заставляло даже грустить. Может быть, можно будет уговорить еë уволиться и поселиться где-нибудь в глуши, чтобы жизнь была более спокойной? Ей точно должна понравиться эта идея. Просыпаться по утрам, делать привячную зарядку, собраться и пойти на спокойную работу, где будут стабильно платить, и можно будет просто жить в своë удовольствие. Хотя мама без тяги к приключениям - это не мама. По перепискам я это знаю. Но надо соблюдать золотую середину. В этих мыслях я даже забываю, зачем я здесь стою. И меня возращает только чувство натяжения на уже сухом языке. - У ак ам? - проговариваю я с высунутым языком. Директор ничего не говорит, только смотрит на моë лицо, после чего многозначительно кивает. Наконец-то можно убрать язык обратно. - Ну что? - Молодец. - улыбнулся он. - Пока что всё. Я поговорю со всеми, но не перенапрягайся. Алиса мне вчера жалилась на педсовете, что ты не ешь. - Кто? - Мадам Терешкова. - ответил он, не меняя выражение лица. - Это её имя, Алиса Терешкова. Она хоть и строгая и любит покричать, но она хорошая женщина. - Звучит так, как будто вы влюбились. - усмехаюсь я, сглотнув. За эту неделю и так получалось слишком много Терешковой: то вчера к ней бегал Брэд, то сегодня с самого утра, а завтра ведь у нас музыка с ней. Тоже бесит. - Ну, мне с ней ничего не светит. - Рейд пожал плечами. - Хотя она действительно мне нравится. - Ты чё... - я даже не успел сформулировать свою реакцию на это, как увидел, как директор поднял палец к губам. - Тихо-тихо, пусть это будет нашим секретом. Тут везде есть уши. - с улыбкой произнёс он, после чего убрал руку и посмотрел на наручные часы. - Скоро уже занятия, иди подготовься. Ты же не упадёшь в оборок сегодня? - Не упаду. - я закатил глаза и подошёл к выходу, на миг остановившись с вопросом должен ли я как-то прощаться с ним. - Всего хорошего. - Удачи. Он продолжал улыбаться, пока я не покинул комнату. Есть не хотелось, только курить. Скоро, наверное, все сигареты закончатся. А ведь сегодня физкультура. Кажется, сегодня будет очень больно.***
Физкультура? А что такое физкультура? Это не физкультура, это чёртова каторга, как будто нас пытаются подготовить к чему-то сложному. Конечно, учитель разрешал отдыхать максимум пять минут и брать с собой бутылки с водой, однако не у всех они были. Кто-то продолжал клянчить хотя бы каплю воды, пока другой ученик противился отдавать свою бутылку. Мы хоть и не старшеклассники, пока что, но они как дети малые. Пока что, как я услышал от учителя, шёл модуль лёгкой атлетики, поэтому мы первый урок продолжаем бегать на какие-то дистанции, которые я даже не запоминаю. И потом, сразу после небольшой перемены, учитель давал нам на выбор в какую игру мы будем играть. Участвуют все, отказы им не принимались. Если остаются хотя бы двадцать два человека, тогда футбол. Если четырнадцать - держите волейбольный мяч, но игра без сетки, потому что её кто-то порвал мячом и пришлось запрячь его сшивать заново.(Да иди ты в задницу, физрук! Даже обратно не повесил!) Если на ногах стоят всего десять человек, то так уж и быть, пусть играют в баскетбол. Сегодня пришлось играть в баскетбол. Интересно, если я скажу Мисако, что всё-таки смог забить пару двухочковых, она будет рада? Уже когда я закончил с одеждой, я увидел как на одном из шкафчиков маркером была написана целая переписка. "Да какого хрена вы продолжаете рисовать на моём шкафчике? - я даже подписывать не буду" "На всё есть ответы... - Я приду к тебе ночью :)" "Почему боксёрские перчатки называются перчатками, если они варежки? - Аноним" "Блять. - Я приду к тебе ночью :)" "Хватит писать на моём шкафчике, пидоры - всё ещё не подписываю" Я улыбнулся, вспомнив самый первый урок физкультуры, который помнил, и как я впервые увидел эту надпись. Странно, это произошло не так давно, но я всё равно чувствовал ностальгию. А потому вытащил ещё один маркер и незамысловатым движением внёс ещё одну поправку в интерьер шкафчика. Странно, что его всё ещё не отмыли от этого, может быть, маркеры перманентные? В любом случае, теперь под этой маленькой перепиской красовался очень хороший рисунок. Я понятия не имею, почему это доставляет мне такое удовольствие, но мне просто очень смешно. Хихикая, я взял свои вещи и уже хотел убраться из раздевалки подальше, как вдруг прямо на входе кто-то схватил меня за капюшон и воротник чуть меня не придушил. - Так, ну-ка погоди! Я по инерции обернулся и посмотрел на человека, который меня схватил. Судя по росту, старшеклассник. И сильный. Неужели, он этим шкафчиком пользуется? В любом случае, он выглядит грозно. Я даже поднял обе руки, будто сдаюсь. - Слушай, честное слово, это не я нарисовал хуй на шкафчике, клянусь маминым сердцем. - Э... - он раскрыл глаза, смотря на меня, после чего заглянул в раздевалку, высматривая тот самый шкафчик. Но затем, к моему удивлению, он сам рассмеялся. - Бля, расслабься, я сам там хуи рисую иногда. - Чё тогда пугаешь. - я шлёпнул по его руке, и он отпустил капюшон. - Чего тебе? - Слушай, пацан, подсоби, а? - он пригнулся, чтобы мы были на одном уровне. - Я обежал Сальери, что присмотрю за её детьми, пока она урок ведёт, а у меня тоже урок, замени меня, пока он не закончится, а? - Зачем ты вообще согласился, если знал, что у тебя физ-ра? - тут даже он меня начал подбешивать. Но, вспомнив про Брэда и его отношение к учительнице музыки, я понял, для чего это всё: - Только не говори, что ты тоже по ней сохнешь. И он снова раскрыл глаза, потом отвернулся, и уже по этому можно было понять, что угадал я правильно. Рука поднялась к лицу и помассировала переносицу. - Так, ясно... И что ты мне за это дашь? - Чего? - парень снова посмотрел на меня, такими же распахнутыми глазами. - А что ты вообще хочешь. - Хочу билет отсюда куда угодно. - я пожал плечами, после чего принюхался к воздуху. Табак. - Ты куришь, чтоли? - Так, мелкий, если ты хоть кому-то расскажешь... - Тогда отдай мне пару и мы в расчёте. - старшеклассник нахмурился, но кивнул. - У меня четыре осталось, тебе хватит? - Хватит. Ладно, где? - Короче, помнишь ту площадку, на которой концерт проводится? - на мой кивок, он продолжил объяснение: - Вот между ней и школой есть маленький дворик, она обычно туда проводит всех. - Ясно, понял, давай, удачи. Как только я развернулся и начал уходить, позвенел ещё один звонок, и тот самый старшеклассник вбежал в раздевалку. А за ним ещё три. И все остальные. Мне даже стало интересно, также ли мы выглядим, когда бежим на физкультуру? Ещё немного поплутав по зданию, я вышел на улицу и прошёл вдоль стены прямо к той самой площадке со сценой. И наконец-то завернув, я увидел несколько младшеклассников, которые сидели на лавочке и что-то высматривали. Кто-то из них взял мелки и теперь разрисовывал асфальт. Но посмотрев чуть в сторону, я увидел, как один из мальчишек решил залезть на дерево. И, кажется, у него получалось. Я подошёл ближе к дереву и встал прямо под ним, продолжая смотреть как этот мальчик карабкался наверх. Пару раз он, схватив ближние ветки, просто сломал их пополам и бросил на землю. Ещё пара веток просто надломилась, но он продолжал хватать их. - Кир, тебя спалили! - крикнул кто-то из детей сзади. Мальчишка тут же обернулся на крик, а потом посмотрел вниз, после чего сам закричал и сорвался вниз, угодив прямо мне в руки. - Даже бегать не пришлось. Усмехнувшись, я поставил его на землю и обернулся на остальных детей, которые меня заметили. Целый класс маленьких детей продолжал смотреть на меня и хлопать глазами. Даже те, кто был занят рисованием, подняли головы. - И что ты там делать собрался? - обратился я к спасённому мальчишке. - Я доставал... - Что доставал? - Точнее кого... - поправил другой мальчик. Сразу же наверху кто-то зашевелил листву. Среди быстро выросших листьев показалась одна блондинистая голова. - Дед, ну вот зачем я согласился. - закатив глаза, я снова протянул руки перед собой. - Прыгай, я поймаю. И чтоб без выкрутасов. И уже второй ребёнок прыгнул мне в руки, после чего стоял на земле и отряхивал штаны. Когда я уже хотел пойти к скамейкам, самый первый взял меня за рукав и дёрнул. - А там ещё. Снова посмотрев наверх, я увидел уже другого мальчишку, который находился чуть правее от второго. Он попытался перелезть ниже, но оступился, и среди листвы я заметил, что его поймали ещё две руки. - Да вы издеваетесь, вас там сколько?! - уже хотелось выть. И захотелось ещё больше, когда я увидел, что из-за листвы показалось целых четыре головы. - Зачем вы вообще туда полезли? - Ну, эм... Там... Ну... Короче... - Без короче, живо по одному слезайте, иначе сам полезу. Я снова выставил руки и поочерёдно поймал троих. Четвёртый, самый высокий из них, продолжил сидеть на дереве, видяя ногами. Вздохнув, я посмотрел на всех спасённых детей, которые смотрели то на дерево, болтающиеся ноги одноклассника, и меня. А последний ни на какие уговоры не хотел слезать. - Ну всё. Рюкзак остался на земле, а я прыгнул и схватился за самую широкую ветку, какую мог, подтянулся и встал на неё. Мальчуган уже повис вверх тормашками, держать коленями и руками за одну из веток. И когда мы оказались лицо к лицу, он открыл рот, не ожидая этого. И всё же с усмешкой и его схватил и спрыгнул вниз с ним на руках. - Нихуя себе! - крикнул кто-то из наблюдавших. - А сальто сделать можешь? - Только через забор. - я сам отряхнулся и хмуро посмотрел на них. - Вы что там делали? - Ну... - Давай без "ну", что вы там все делали? - Да... Так и не объяснить сразу... - они продолжали мяться, переминаясь с ноги на ногу. - Я жду. - Они тренировались закидывать кроссовки на провода. - крикнул кто-то из класса. - Что? - я сразу же посмотрел на дерево и заметил, как среди листвы действительно выглядывает чей-то кроссовок. - Ну, мы немного промахнулись... - Вы серьёзно? - я снова сжал переносицу и вздохнул. Один из мальчиков, что продолжал смотреть на меня с распахнутыми глазами, подошёл чуть ближе. - Ты можешь достать? - Эх, да что с вами делать... И я снова полез тем же способом на дерево, чтобы достать ещё и обувь. Один из мальчишек подошёл и быстро забрал свои кроссовки, запихнув в рюкзак. А остальные так и продолжали смотреть на меня, пока я пытался разомнуть мышцы. - Вообще-то у меня уже была физ-ра сегодня... - Да? А как ты ходишь? - сразу же ещё пара мальчишек подошла ко мне, окружая. Хорошо, что остальные продолжали оставаться на своих местах. - Просто хожу. Что, у вас тоже после физ-ры ничего не работает? - Неа. А сегодня не было. - сразу же после того, как один ответил, к нему подключились остальные. - Ты реально всё ещё двигаешься, или притворяешься? - А правда, что вы там с мячами играете? - Там турнир кстати проводить будут, ты пойдёшь? - Кстати да! Я хочу посмотреть тоже! - Так, ну-ка не надо меня никуда причислять! - чтобы остановить их, пришлось даже повысить голос. Я выдохнул, чувствуя, как реально хочу теперь ещё больше покурить, и поднял рюкзак с земли. - Пойдём лучше сядем. Мальчишки сразу же побежали к скамейкам. И мне пришлось тоже, но тело всё ещё болело. Как будто внутрь вклололи что-то, отчего мышцы продолжали спазмировать и выделять тепло. Больно, но терпимо. Когда я смог сесть на скамейку, я заметил, что у детей на другой скамейке рядом что-то было в руках. Прищурившись, я увидел что-то красное. Наругают ли меня за то, что кто-то поранился? Даже если они не подавали виду, что на самом деле деле где-то поцарапались до крови, увидит ли это та же Сальери? Хотя, я вообще не должен был следить за детьми, это должен был делать тот старшеклассник. А мне хотелось только лечь в кровать и поспать. - Что это там? - любопытство взяло верх, и я придвинулся ближе к краю, чтобы разглядеть ярко-красное пятно на руке у одного ребёнка. Тут же, как они увидели меня, тоже начали говорить каждый сам за себя. - Мы нашли логово солдатиков! - дети начали кричать, перебивая друг друга. Но не смотря на желание, уши я не закрыл. Руки не хотели подниматься. - Вау. И что вы собираетесь с ними делать? - Ну вообще... хотели отпустить. - замялся мальчик с жуком на руке, после чего приложил палец к губам. - Только тс-с! Это тайна! Почему-то он только больше стало похож на Рейда. - Ого. - тут уже удивился я. - Я думал вы туда воды зальёте или что-то другое. - А что мы можем залить? - подпрыгнул один из них. - Не знаю. Я знаю только то, что можно туда что-то залить металлическое, чтобы получилась какая-то фигня, похожая на люстру. Что-то снова вспоминалось. Но даже зажмурившись я не мог досконально вспомнить, что именно было в моей голове. И что за металл тоже. Такое ведь уже не первый раз происходит. Голова не болит, но всё ещё меня нервировало то, что я не мог вспомнить это. Просто какое-то чувство, сравнимое со вспышкой. Эврика. А что такое эврика? Я не помню. Я правда не помню, разве это действительно должно меня так волновать? Я не мог забыть что-то важное, и всё, что я вспоминал до этого, было просто не самыми полезными отрывками. Зачем мне это? Справа показалась чья-то тëмная голова с раскрытыми в любопытстве глазами. Один карий, другой такой же, но только светлее. И оба впивались в моë лицо взглядом, от которого по спине пробежали мурашки. Женщина вглядывалась в меня, будто анализировала, а затем распрямилась и поднесла руку к подбородку, задумчиво продолжая оглядывать. - Ч-что? - голос предательски дрогнул, но она только улыбнулась и слегка захихикала. - Не часто тут увидишь старшеклассников. - сказала она, положив руку обратно на бедро. - Малой, ты чей будешь? - Что? - Ну кто твой классный руководитель? - продолжила допрос она. Но, взглянув в моë полное недоумения лицо, она сделала свои выводы: - Или ты из тех, чьи классруки не делают ничего? Тогда круг сужается. - Почему вам это так важно? - фыркнул я, отвернувшись. - Просто интересуюсь. Тут много кто не знает своего классрука. - она пожала плечами и села рядом, глядя на снующих из стороны в сторону детей. - И всё же дай угадаю. Не Терешкова же? - Нет, она у нас только музыку ведëт. - притянутый за уши разговор продолжал надоедать. - О, ну блин. - разочарованно вздохнула она. - А я то надеялась, что ты у сестрëнки моей в классе будешь. Ну, видимо, не судьба. После того, как она сказала это, я повернулся чтобы посмотреть на неё. Хоть и не прямо, но она сказала, что мадам Терешкова - её сестра. И хоть они были похожи только цветом волос, это было очевидно. А приглядевшись ещё раз, на руке я увидел татуировку, узоры которой скрывались под тенью и сжатые давлением между её телом и деревянными покрашенными досками скамейки.. - Погоди-ка, если Терешкова, то... - я поднял глаза, чтобы снова убедиться в этом. Они были всё также открыты и даже широкая её улыбка не подняла веки даже на миллиметр. - Сальери? - Для тебя я Мисс Сальери, молодой человек. - женщина подняла руку и дала щелбан по лбу. - Но молодец, будешь у меня учиться, халявная пятëрка тебе обеспечена. - Пф, нужна мне эта халявная пятëрка по музыке... - я потëр лоб с мыслью, что оценка всë-таки нужна. Сальери только ещё шире улыбнулась и пожала плечами. - Поступай как знаешь, но я всё равно уточню, когда ты придëшь. Я в недовольстве фыркнул, поднимаясь с рюкзаком и быстро уходя от разговора к двери во внутренний коридор. Тут же в меня врезался тот самый старшеклассник, подскользнувшись на скользкой ступени. Если бы я не отошëл в сторону сразу после столкновения, то он бы упал мне в руки. А так теперь валяется на полу и поднимается, отряхивая от грязи штаны. - Что, уе закончился урок? - спросил я, стараясь уйти отсюда поскорее. Но для начала я протянул руку сидящему на земле парню. Он, сначала хмуро посмотрев на меня, помялся, после чего дал свою руку. - Ты идиот? - он начинает меня бесить. Разбудил ещё одну вспышку гнева. Когда он растерянно похлопал глазами, я закатил свои и напряг руку, чтобы помочь ему подняться. - Плата где? - А, да точно. - старшеклассник сразу же проверил карманы и протянул мне тëмную пачку с зелëно-красным принтом. Кажется, на ней даже был орнамент, который было видно при правильном наклоне света. - Не знаю, какие у тебя отношения с Честером, но я слышал Сальери такие любит. Половина, как договаривались. - Угу, прекрасно. - я сразу взял пачку и спрятал в карман толстовки, начав уходить внутрь здания. - Она как раз там, иди, красуйся. - А? Что? Где? И он остался стоять на одном месте. Все детские голоса поутихли, стоило взобраться на крышу. Вся площадка была слишком просторной, будто бы здесь что-то было кроме квадратных труб вентиляции и электрогенераторов по углам за двумя выходами наружу. Зато здесь был низкий заборчик, который, однако, перелезть можно было. Поэтому, может быть, и запретили выходить на крышу? Я уже автоматически беру в рот сигарету и поджигаю её, затягиваюсь и смотрю на окрестности. Отсюда было видно выезд и асфальт, который начинал крошиться где-то ближе к горизонту. Кажется, тогда у меня было желание взять с собой какую-нибудь его часть, однако, не получилось. Да и не положил бы я его никуда, как бы ни хотелось. Нужно умерить свои хотелки. С правой стороны шëл слабый ветер, который сдул весь дым от сигареты прямо изо рта. Я хотел раздражëнно вздохнуть, чтобы успокоиться, но внезапно почувствовал запах. Обернувшись туда, я убедился, что пахло именно с той стороны. Это вода, однако, что там находилось? Просто мелкое озеро, речка или море? По запаху я не могу определить это, и из-за этого было досадно. Однако всё равно было в этом что-то знакомое. "Хочу жить около моря на горе. Как в Поньо." - пришла мысль. Может быть, мама тоже оценит? Почему я так продолжаю держаться за неё? По идее, она мне никто. Тогда почему? Просто потому что она поможет мне выйти отсюда? А можно ли просто сбежать? - О, вот это встреча! -послышался голос сзади. Обернувшись, я увидел несколько старшеклассников, улыбающихся, как кот наевшийся сметаны. У них были такие широкие улыбки, что я сам усмехнулся. Кто-то всë же меня спалил за курением, и я выбросил окурок за пределы крыши. - Ты что тут забыл? - А ты? - парирую я, смотря в ответ. Он только цыкнул и взъерошил тëмную чëлку. - Вообще-то это наше место. - Не вижу никаких подписей. - я пожал плечами, оборнувшись в сторону, из которой доносился запах моря. - Кстати, разве сюда можно ученикам? Получается, вы регулярно устав нарушаете. - Ты ещё и угрожать вздумал? - самый первый сжал кулаки в карманах. - Слушай, ты... - Это не угроза, а просто предположение. Вы регулярно нарушаете устав, по идее я должен об этом доложить. - Ах ты крыса... Он подошëл ближе, сокращая расстояние всего парой шагов, и хмуро оскалился, смотря на меня. И как только я выгнул бровь, он вытащил кулаки из кармана и резко ударил по лицу. Тело пошатнулось, но я продолжал стоять, взявшись за щеку. Во рту начала собираться кислая жидкость. - Ты, блять, ёбаная псина! Ты хоть знаешь, что с тобой сделают, если ты доложишь своему любимому Рейду, а?! - Нахуй мне нужен этот твой Рейд... Ответив это, я почувствал, как изо рта и по подбородку та самая жидкость начала течь. Плюнув в сторону, чтобы не задеть одежду, я увидел только яркое тëмно-красное пятно. - Блять, ты бы ещё плюнул здесь! - крикнул кто-то сзади старшеклассника. - Увидят же! - Вы и так тут свои сиги оставляете. По-любому бы увидели. У ударившего перекосилось лицо. Кажется, он не умеет смотреть в глаза фактам. Каждый укромный уголок здесь, казалось, был пропитан запахом сигарет самого разного качества. Однако, чаще всего я чуял самые дешëвые сигареты с обычной белой бумагой. Некоторые из них даже не имели фильтра. Впрочем, они умрут быстрее, жалеть их не хотелось. Что за зависимость от курева? Откуда она вообще? Он протягивает мне бело-зелëную пачку сигарет. - Может ты и уберëшь это, раз ты такой чистюля? - Хм? Старшеклассник резко взял меня за волосы на голове и протëр лицом землю рядом с уже потушенными окурками мигает. - Открой рот, блять! Не заставляй нас это убирать! После этого я почувствовал, как кто-то из них пнул ногой в живот, отчего тело сжалось. Сразу же за этим пошла порция ещё нескольких ударов. Они продолжали пинать меня, как будто я был футбольным мячом или мешком с песком. - Не бейте в лицо! Надо там, где не будет видно! - Да понял я, понял! Избиение продолжилось. Только теперь я закрывал не голову, а живот и грудь, чтобы хоть как-то уменьшить количество синяков. Было больно, но не так сильно, чтобы я умер. А они действительно знают, как избивать кого-то, особенно после нескольких часов физической активности. Они этим наслаждаются. Они продолжали пинать обувью, смеясь над этим. Сколько это может продолжаться? - Фух, всё. Пойдëм. Сиги всё равно у меня. - сказал один из них, с надменной гордостью показав мою пачку. - О, а это какие? - спросил удаляющийся голос. - Вроде Честер. Средняя пачка, не королевская, но сойдëт. - Сальери же такие курит? - Может он у неё спиздил? - Похуй. Я хочу знать, какие она курит. Я думал Чапман или что-то такое. Голоса удалились, и когда их уже было не разобрать, я поднялся на трясущиеся ноги, став отряхиваться и стараясь не хихикать слишком громко. Мне хотелось засмеяться, зная, что там осталось только три сигареты. Всего тридцать рублей, не шибко большая потеря. Рублей? Смеяться расхотелось. Что такое рубль? И почему он падает? Почему я откуда-то помню это, чëрт возьми? Зато... за этот день и все предыдущие, пока я наблюдал за ними, включая драки в закромах школы и даже в коридорах, я понял кое-что, в чëм они удостоверились уже давно. Насилие способно заткнуть даже мысли. Они не плохо били, всё же старшеклассники, но я на их уровне. И моë тело вполне способно выдержать всё, что они придумают своими тупыми мозгами. Есть ли у них вообще мозги? Снова захотелось злорадно посмеяться от этой мысли. Внезапно перед моими глазами появилась золотая рамка.Слава богу это всего лишь игра, да?
Выносливость повышена на 1 уровень.
Что?***
И всё же я сбежал. Снова. В этот раз вместо того, чтобы пойти по той же дороге и оказаться в людном месте, я сразу свернул в другую сторону. С этой стороны, ещё на крыше, я чуял запах моря. Я хочу посмотреть, что там. Когда я уже забежал в лесистую местность, с сухими деревьями, на которых еле держались сухие листья, можно было отдышаться. Даже без листвы, меня не было видно даже с крыши. Наконец-то можно было присесть и отдохнуть, да? Нет. Шорох из противоположной стороны стал таким же неожиданным, как всё, что происходило до этого. Я уже вжался в дерево, приготовившись защищаться, как вдруг по прелой листве прошла собака. Большая, шерсть торчала по разным сторонам, от тëмных спины, лап и носа цвет уходит в тëмно-серый, на животе уже светлый. Собака поморгала, посмотрев на меня, но атаковать не собиралась. Это успокаивало, и я просто решил отдохнуть, спокойно сев и в ответ протянув животному руку. Та сначала хотела отойти, но остановилась, повесив свою лапу в воздухе. И через полминуты она подошла, начиная нюхать мою руку. После того, как она фыркнула, я вспомнил про то, что этой рукой держал сигарету. Всë же я правша. Собака подошла ещё ближе, нюхая уже не руку, а пройдя до подбородка. Фыркнув ещё пару раз, она лизнула его, и наконец-то дала себя погладить. Дворняга? Она в любом случае очень милая. И тут, понюхав моë ухо, она резко вскочила, взяв пастью мою руку и начиная куда-то тянуть. - Ай! Я ж не щенок! Отпусти! Собака только зарычала, продолжая меня с силой куда-то тащить. Серьёзно, как нашкодившего щенка. Кого-то эта собака мне напоминала. Очень сильно напоминала, но я не помнил, кого именно. Даже внешность этого человека ускользала, как только я пытался подобрать. Не получалось. Она протащила меня ещё пару метров, пока наконец-то мы не вышли до полянки, на которой был костёр. Кажется, он был здесь совсем недавно. Угли продолжали тлеть и распространять тепло, но огню было не за что зацепиться. - И зачем тебе сюда? - спросил я животное, на что она только моргнула пару раз и отошла, нюхая траву, а затем легла рядом с костром. Я посмотрел на свои руки и сразу же понял, почему она отвела меня именно сюда. Здесь было сухо и тепло, костёр согревал. А мои руки были уже красными от ночного холода. Всё же это правда, что по ночам температура понижается. Хотя это объяснимо физикой, почему это должно удивлять. Я подошёл к собаке ближе, сев рядом, но не совсем близко, чтобы не спугнуть. Это хоть какая-то компания. Животное подняло голову, посмотрев на меня ещё с минуту, прежде чем положило голову обратно на лапы. - Кого-то ты мне напоминаешь... Но вот кого... - Как будто бы собака могла меня понять. Я продолжал смотреть на неё и на то, как свет от костра с разных сторон освещал её шерсть. В собачьих глазах были блики, она продолжала смотреть на костёр и греться. - Что, думаешь, он будет гореть до утра? Собака так и не подняла голову, продолжая смотреть на тлеющие угли. Была ли она такой же уставшей? У меня тело действительно болело после сегодняшнего дня, однако, я всё ещё мог двигаться. Повезло, что единственным моим изъяном в здоровье оказалось плохое, по сравнению с обычным, зрение. Кажется, различать предметы я мог, однако что именно с ним я не знал. Это ещё одна причина того, что этот человек сделал тогда? Нет, слишком глупо. От плохого зрения ещё никто не умирал. Однако всё равно почему-то мысли продолжили зацикливаться на этом факте. Я даже не знал, насколько оно плохое. Хотя, если с дальних парт я всё ещё мог различить какие-то заглавные буквы, всё не так уж и плохо? Я не хочу пересаживаться на первые парты из-за такого пустяка. Это ведь этот старик сказал, что у меня плохое зрение от мамы, а она носит очки. И тут же я помотал головой. Раньше зрение было идеальное. Почему-то я продолжаю забывать, что это тело даже не моё. Кто вообще решил поиграть в вершителя судеб и перенести меня? Это не моё тело, я точно знаю. Могу ли я вообще к нему относиться, как к уже своему? Что вообще, чёрт возьми, произошло, и почему у меня память работает не так, как надо? Вспоминает то, что не надо, любую странную информацию, кроме той, что хоть бы немного объяснила, кто я вообще. Из всех людей, которых я пока что встретил, мне было жаль только единственного человека, который оставался в неведении о всём происходящем. Достав из кармана телефон, я открываю его и смотрю на список контактов, в котором был только один-единственный активный номер матери, не считая этого старика. Разве я вообще могу продолжать отыгрывать роль её сына и называть её своей матерью? Она даже не догадывается. Ни о чём. Я изначально уже достаточно соврал ей, чтобы она продолжала мне верить. Она верит, что я жив, и делает всё возможное. Она сейчас спит или работает? Я даже ни разу сам не писал ей, кажется. Именно просто поговорить. Она все диалоги начинала сама, спрашивая о самочувствии и прогрессе в учёбе. Было чувство, что что-то здесь не так. Зачем я здесь, если этот ребёнок уже умер? - Твою мать! Кто-то прижал меня к себе, закрывая весь обзор. Человек тяжело дышал, его сердце колотилось как будто тот же самый ядерный реактор. Он прижимал меня, пока я чувствовал себя настолько маленьким, насколько вообще можно чувствовать. Когда я увидел свои ладони, также прижимающиеся к груди, я понял, что я действительно уменьшился. - Merdoso. Я поднимаю голову, с удивлением обнаруживая человека, которого не ожидал увидеть. Мисако. Чëрт, мама. - Мисако Монтгомери, вы обязаны нам открыть дверь! - послышался грозный голос из-за двери. Мама оторвала одну руку от меня и прислонила её к двери, чтобы её не открыли. Второй же она продолжала прижимать меня ближе к груди, обе её руки дрожжали. Я поднял ещё раз голову и посмотрел на её лицо. Её прическа неестественно растрепалась, она сильно нахмурена и, кажется, даже была готова заплакать, хотя её рот был искривлëн в гримасе, которую я не мог разобрать. Я поднял вторую руку, чтобы добраться до её лица, но смог дотянуться только до плеча. Она перевела взгляд на меня и повернулась вниз ко мне, после чего улыбнулась. - Всё будет хорошо. - хотя она сказала это таким нежным тоном, она явно нерничала. Её голос дрожжал. - Всё будет хорошо, милый. Мама тебя никому не отдаст. Я хочу ей верить. Я действительно хочу ей верить, но стуки в дверь всё ещё продолжались, даже стекло дребезжало так, что вот-вот, и оно сломается. Но Мисако продолжала держать дверь и прижимать меня, пытаясь успокоить. Я не понимаю. А что происходит? Почему в дверь так долбятся? И почему она не хочет открывать? Я только сильнее прижимаюсь к ней и закрываю уши, стараясь унять боль в висках. Мы всё это время были на полу. Она явно была вымотана происходящим, но всё равно продолжала стараться изо всех сил. Она явно не хотела меня отдавать. Впрочем, и я от неё не хотел уходить. Я хочу остаться с ней, мне здесь комфортно. Мама бы вряд ли сделала что-то, что мне навредит. - Именем закона, откройте дверь! - Vecchio schifoso... Va fa'un fica! Мисако продолжала кричать в ответ что-то на языке, который я не понимал. Какой это язык? Она меня никогда ему не учила. Она оторвала руку от двери и прижала ею только ближе, и тут до меня дошло, что вот оно. Конец. Она уже настолько слаба, что даже начала плакать. - Нет, я больше не могу. Я поднял голову снова, смотря как слëзы льются по её щекам. Подняв руку, я провëл ею по её щеке, вытирая их. Она раскрыла заплаканные глаза, смотря на меня, после чего улыбнулась и снова погладила по голове. - Ты ж мой хороший... Я почувствовал, как её хватка ослабевает, и тут же мои мысли начали бурлить. Я только сильнее сжал её одежду, нервно оглядываясь то на тень в стекле двери, то на неё саму. Дверь, в конце концов, всё же открылась, больно ударив по моей спине. В проходе появилась женщина в какой-то форме, которую я не узнал. А посмотрев сначала на маму, которая без сил сжимала меня в руках, и на меня, она только цыкнула. - Мне самой не хочется этого делать, но я обязана изъять ребëнка. - почти прошипела она, сощуриваясь. - Нет. - мама прошептала, продолжая слабо прижимать меня к себе, не отпуская ни на секунду. - Не надо. Я не хочу, и он не хочет. - Закону плевать. - процедила женщина, после чего наклонилась и грубо взяла меня за левую руку. Моë детское тело не могло противостоять. Я пытался вырваться, но как только понял, что это бесполезно, начал тянуться обратно к матери. У неё закрывались глаза. Мне думалось, что она умирает. Руку всё ещё сжимали до боли и её неестественно сильно жгло от трения. - МАМА! Руку жгло. Руку невероятно жгло. Белëсый выпуклый шрам вдоль половины всей руки оставался таким уже долгое время, но его всё равно жгло. Я моргаю и тут же вижу, что в правой ладони я сжал тлеющий кусок толстой ветки, который смог вытащить из костра, а сам раскалëнный древесный уголь был плотно прижат к другой руке. - Блять! Палка полетела в сторону, а я прижал новый ожог, стараясь унять боль. Из глаз начали без предупреждения течь слëзы, которые тоже оказывались на ране и только больше раздражали её. - Блять, блять, блять, блять, ëбаный рот, пиздец, чтоб все сдохли нахуй! - шипел я, продолжая пытаться успокоить рану, которая всё также болела. - Блять, больно нахуй! Какого хуя?! Только потратив половину бутылки с водой на промытие раны, стало совсем немного лучше. Я не знал, есть ли у нас что-нибудь от ожогов в аптечке, моих сил бороться уже не хватало. Почему это происходит? Почему я это не контролирую? Глаза сами по себе закрылись и тело расслабилось. И тут же, кажется, заснуло. Наконец-то тишина. Наблюдение — описательный психологический исследовательский метод, заключающийся в целенаправленном и организованном восприятии и регистрации поведения изучаемого объекта.
Примечания:
Привет, начинаем за здравие и заканчиваем чуть-чуть за упокой. Не смотря на то, что я по часу в день отвожу на написание и что у меня 50 черновых глав(да, они есть) скорее всего они будут выходить ЕЩЁ РЕЖЕ. Почему? Потому что так получилось что я попал в долг в 200к, который я потянуть просто не смогу физически. Кто читает тг тот знает, что я на двух работах работаю и у меня и так есть проблемы с психикой, поэтому на меня это очень сильно давит сейчас. Я уже ищу и 3 работу или хотя бы подработку, и то мне придëтся очень сильно экономить. Тобишь есть придëтся 1 раз в день чтоб не тратить продукты и вообще себя ограничивать даже в куреве, зная, что я тот ещё паровоз. В общем, такие дела. А ещё у меня умер очень важный член семьи, то есть кот. Простите за это.
Ну и чтоб ваще не скиснуть, вот вам мем как обычно после главы
Брэд: Братииишка! Братииишка! Как... Как поспал, братишка? Проголодался, наверное?
Ллойд, только что после голодного обморока: Ёб твою мать, блять, иди отсюда нахуй, блять
Брэд: Я тебе покушать принёс!
Ллойд: Сука, блять, иди отсюда нахуй, блять
