В тиши библиотек

Репетиции проходят более чем успешно, Сабрина все схватывает на лету. Мисс Уилсон, курирующая мероприятие, не устает радоваться красноречию и актерским способностям своей студентки. (А кого-то, между тем, тянет к ней с неистовой силой, что с каждым днем разгорается все сильнее). О, если бы мисс Уилсон только могла себе представить! Бедное юное девичье сердце словно пылает в огне, приложить бы лед. Сабрина Брукс, кажется, любит. Тихо и скромно, до последнего не смея признаться в этом даже себе самой, отчаянно балансируя на грани отрицания и принятия… Сколько себя помнит — Сабрина всю жизнь старалась все делать так, чтобы было правильно. Навещать на семейных праздниках новую семью матери — это правильно. Терпеть из жалости выходки Кэти — правильно. Втрескаться по уши в свою преподавательницу — неправильно. Но кто в принципе изобрел это мерило? Быть может, стоит уже наконец перестать соблюдать все каноны хорошей девочки, и прислушаться наконец к голосу своего сердца? Разум неустанно повторяет: «Забудь, выброси из головы как можно скорее!» Сердце же твердит совсем иное. Так к чьему же голосу, в конце концов, прислушаться? Впервые за долгое время Сабрина ощущает в своей жизни ужасную нестабильность. Прежде она знала, чего ей ждать от завтрашнего дня: очередные истеричные выпады Кэти, редкие звонки матери, шуточки тети Ирис… Все это составляло ее мир, и Сабрина не задумывалась о том, правильно ли все это, счастлива ли она — она к этому привыкла, и жизнь текла своим привычным чередом. Мисс Уилсон же ворвалась в ее жизнь столь спонтанно, нарушив привычный ход событий, мисс Уилсон — это то, что явно не вписывается в ее обычный распорядок, и оттого Сабрине не по себе вот уже который день подряд. Вот очередная репетиция, мисс Уилсон снова одобрительно улыбается и говорит ей приятные слова похвалы, а в девичьем сердце — настоящая буря, настоящий ураган! О, этот терпкий запах ее парфюма, ее улыбка с ямочками на щеках, ее взгляд, ее слегка низкий голос… К тому же, именно мисс Уилсон стала первой из преподавателей, кто так по-особенному к ней отнесся, кто принял участие в ее судьбе… Сабрину тянет к этой женщине. Сабрина все бы отдала, лишь бы просто быть рядом с этой женщиной. И каким болваном кажется ей сейчас бывший муж мисс Уилсон, что посмел оставить такую женщину, посмел отказаться от нее… До чего глупы порой бывают мужчины! Если бы ей, Сабрине, выпало такое счастье быть с ней, она бы ни за что ее не отпустила! Все до единого в мисс Уилсон кажется ей совершенным — от каждой детали внешности до невероятного благородства ее характера. И оттого щемящее чувство в груди нарастает с каждым днем сильнее и сильнее. За не оставляющими ее ни на миг мыслями о мисс Уилсон Сабрина не замечает, как наступает долгожданная дата выступления, к которой она так тщательно готовилась все эти дни. Сабрина готова чуть более, чем полностью, однако, конечно же, все равно ее одолевает волнение: не разочаровать бы, прежде всего, мисс Уилсон! Это, наверное, волнует ее сейчас больше, чем что бы то ни было. Проблемы приходят, откуда не ждали: как раз в самый день выступления Сабрину встречает возле ворот колледжа явно недовольная и не настроенная на конструктивный диалог Лаура Кларк, мать Кэти. — И не стыдно тебе? — на Сабрину она набрасывается прямо с ходу, без лишних предисловий. — Миссис Кларк? — Что, милая моя, не ожидала? — Лаура повышает тон. — Смотрю, ты прямо вся сияешь. А вот моя Кэти который день подряд сама не своя! Плачет, от еды отказывается… Уж не знаю, что там за черная кошка между вами перебежала, но так с друзьями не поступают! Яростный взгляд миссис Кларк буквально прожигает девушку насквозь, но давать слабину Сабрина явно не намерена, как бы ей сейчас ни было неуютно. — Миссис Кларк, мы с Кэти как-нибудь сами разберемся, хорошо? Кэти — взрослый человек, и поверьте, она вполне может справиться и без вашего вмешательства. С вами же я ничего обсуждать не намерена, тем более — в таком тоне. — Ты мне еще поговори тут, девочка! — Лаура распаляется еще сильнее. — Она тут будет еще хамить человеку вдвое старше ее! А за свою дочь я глотку перегрызу, так и знай! Еще хоть раз я увижу, что моя Кэти плачет из-за тебя… — Сабрина, у вас все в порядке? — до девушки доносится до боли знакомый и приятный голос. — Какие-то проблемы? Мисс Уилсон подходит ближе и смотрит на стоящую перед ней миссис Кларк прямым, жестким взглядом. — Все нормально, мисс Уилсон, — в этот момент Сабрина чувствует, что готова сквозь землю провалиться от стыда и неловкости. — Это миссис Кларк, мать Кэти… Вот, пришла со мной поговорить. — А вы — преподаватель, верно? — произносит Лаура. — Вы вообще в курсе, что из-за нее, — она указывает рукой на Сабрину, — из-за нее моя дочь который день места себе не находит! Они так крепко дружили, и ни с того ни с сего она бросает мою Кэти! — Я не намерена дальше продолжать этот разговор, миссис Кларк, — тон преподавательницы холоден и полон достоинства. — Здесь вам не базарная площадь для выяснения отношений — это колледж, здесь все взрослые люди, которые пришли сюда учиться. Мисс Брукс абсолютно ничем ни вам, ни вашей дочери не обязана. Будьте добры, покиньте эту территорию, не заставляйте меня вызывать охрану. И впредь, пожалуйста, прекратите свои поползновения! — Так и думала, что только зря время потрачу, — тяжело вздыхает та, после чего быстрым шагом удаляется прочь. — Мисс Уилсон, вы вовсе не должны были за меня заступаться, — стыдливо произносит Сабрина. — Честно, я не ожидала, что миссис Кларк вообще в это вмешается… Хотя, наверное, этого мне и стоило ожидать — Кэти недалеко ушла от своей матери. — Сабрина, я надеюсь, эта женщина не сильно испортила вам день, — мисс Уилсон улыбается уголками губ. — Ни в коем случае только не чувствуйте себя виноватой и кому-то что-то должной, хорошо? Кэтрин не маленькая, ей давно пора научиться разбираться в своих проблемах самой, без мамочки. Ну что, Сабрина, к выступлению готовы? — Да, мисс Уилсон, уже не терпится, — она улыбается в ответ. — Спасибо вам огромное! А в мыслях лишь одно: до чего эта женщина совершенна! Сердце в груди бьется сильнее, и Сабрине насилу удается взять себя в руки. Не время давать волю эмоциям — нужно мыслить трезво, нужно собраться и отлично выступить на литературном вечере. (Не разочаровать мисс Уилсон. Ни в коем случае). И Сабрина настраивает себя на нужный лад. Выступление проходит на ура — Сабрина, успевшая за эти несколько репетиций тщательно подготовиться, буквально блистает на сцене, уверенно декламируя строчки из стихотворений Роберта Бернса и ловя на себе восхищенные, полные гордости взгляды сидящей в первом ряду мисс Уилсон. О, если бы знал весь этот зрительный зал, ради кого она сейчас так старается, ради кого пытается выложиться на полную катушку! Лишь ради нее одной… Между грудью и животом у Сабрины появляется приятное тянущее чувство, а сердцебиение учащается, стоит ей лишь обратить свой взор на мисс Уилсон, и ей хочется, хочется еще сильнее ей понравиться, хочется завоевать ее симпатию! Похоже, такое с Сабриной точно в первый раз. Прежде она ни к кому еще не испытывала таких сильных чувств, даже к Уиллу: теперь девушка абсолютно точно отдает себе отчет в том, что она его, пожалуй, и не любила никогда. Это было чем угодно — глупой полудетской привязанностью, желанием нравиться, нуждой во внимании — чем угодно, но не любовью. С мисс Уилсон же все иначе: Сабрина наверняка уверена, что именно с появлением этой женщины в ее жизнь ворвалось то самое настоящее чувство, о котором она прежде прочла столько книжек и посмотрела столько фильмов. Чувство, вспыхнувшее, подобно молнии в ночном небе, и глубоко пустившее корни в юной душе. Очевидно, Сабрина уже давно была готова к тому самому, к настоящему чувству, и тут как нельзя кстати появилась эта женщина с элегантными манерами, мягкой улыбкой и благородным сердцем. Сабрина пытается донести, прежде всего, до себя самой, что ее не в чем винить — разве мы выбираем, в кого нам влюбиться? Только вот стоит ли ей открыться мисс Уилсон, или же так и оставить свое чувство на задворках сердца? Выбор не из легких. Хорошая девочка Сабрина Брукс, которая всегда слушалась старших, не сердилась на маму, прощала выходки Кэти и никогда не позволяла себе злиться, уж точно все бы оставила при себе, так и не посмев потревожить душевный покой преподавательницы. Нехорошо все это, неправильно… Но кто сказал, что это так уж полезно — всегда быть этой самой хорошей девочкой? Быть может, настала пора наконец уже начать выбирать себя и ставить в приоритет свои собственные чувства? О, сколько противоречий разрывают в этот момент ее душу! Сколько тревог и сомнений… Едва только литературный вечер заканчивается, мисс Уилсон с радостной улыбкой подходит к Сабрине и обнимает ее, неустанно хваля за прекрасное выступление. В первый раз в жизни мисс Уилсон ее обняла… По телу Сабрины словно пробегает сильнейший разряд электрического тока. До чего приятно, Сабрина все бы отдала, лишь бы это объятие длилось вечность! — Сабрина, вы — такая молодец! — на губах мисс Уилсон играет ее привычная теплая улыбка, от которой девичье сердце тает словно снег по весне. — Словами не передать, как я вами горжусь! Спасибо, Сабрина, огромное, что согласились поучаствовать! — Это вам спасибо, мисс Уилсон. Они остаются одни в классе после проведения мероприятия. Решайся же, Сабрина Брукс! Или сейчас, или никогда. — Мисс Уилсон, как вы думаете, я могла бы вам понравиться? Что сорвалось с уст — то уже не вернешь назад, но Сабрина ни о чем не жалеет, Сабрина и не думает отступать. — Понравиться? — переспрашивает порядком озадаченная мисс Уилсон. — В каком смысле «понравиться»? Что ты имеешь в виду? — Имею в виду — как девушка, — Сабрина не видит смысла ходить вокруг да около, потому говорит прямо. — Кажется, мисс Уилсон… Да нет, не кажется, я в этом точно уверена. Уверена, что люблю вас, мисс Уилсон, что меня тянет к вам с бешеной силой, с каждым днем все больше и больше! Это сильнее меня самой, и я больше не в силах молчать. Вы — удивительная женщина, мисс Уилсон, вы красивы, умны, вы так добры ко мне, благодаря вам я почувствовала впервые за долгое время уверенность в себе, ощутила почву под ногами! Я понятия не имею, есть ли у меня хоть малейший шанс на взаимность, но я в любом случае просто хочу, чтобы вы об этом знали. Выпалив все это как на духу, девушка резко замолкает, с колотящимся сердцем ожидая ответной реакции. В воздухе повисает напряженная пауза. — Сабрина, — мисс Уилсон наконец-то разрывает гнетущую тишину. — Сабрина, поймите меня правильно: я не хочу, чтобы у вас из-за этого начались проблемы в колледже. Так что даже если шанс на взаимность у вас и есть, это вряд ли что-то изменит. Я попрошу вас на меня не обижаться и понять меня правильно, мы ведь с вами взрослые люди. — Значит, шанс на взаимность все-таки есть? — тихо молвит та в ответ. — Это ровным счетом ничего не меняет, — ответ преподавательницы донельзя короток, прост и хлесток. — Я давно установила для себя правила, которые вряд ли когда-либо нарушу. Пойми меня, Сабрина, ты ведь умная девушка, — произносит она уже более тихим и низким голосом. — И что вы мне предлагаете? — Не думай об этом. Постарайся забыть, отвлечься на что-нибудь. Тебе всего девятнадцать, скоро должно отпустить. — Я с вами не согласна, мисс Уилсон, — Сабрина смотрит ей в глаза прямым взглядом. — Но в любом случае, спасибо за ответ. В эту ночь Сабрина Брукс не может заснуть часов до пяти утра, и лишь многострадальная подушка впитывает все слезы, которые у нее только есть. Как ни старается — а все-таки она никак не может понять этих искусственно установленных «правил» мисс Уилсон. Неужто какие-то условности могут стоить человеку собственного счастья? Или она не права?..