План
21 ноября 2025 г., 00:40
Только Гермиону выписали из больничного крыла, как она побежала в комнату, чтобы взять сумку с учебниками и безотлагательно приступить к занятиям.
Девушка помнила — ей необходимо зайти к МакГонагалл. Было так много вопросов, но ответов на них ни одного.
Кто мог желать ей зла? Нашли ли того, кто наложил на мантию проклятие?
А самый важный вопрос — целью была она?
Также знать хотелось и о том, просила ли профессор Малфоя ее проведать.
Ее изнутри обжигал огонь неизведанности. Однако, она была уверена, что сейчас профессор занята и лучше будет подойти после занятий.
Коридоры были полны людей. Они все куда-то спешили, но при виде живой и здоровой гриффиндорки, отвлекались от своих дел: одни начинали перешептываться, другие выражать свою радость и поддержку, третьи просто жалобно смотрели. Гермионе не нравилось излишнее внимание к своей персоне, но будучи подругой Гарри Поттера ей зачастую приходилось переживать такие моменты.
Грейнджер лишь вяло улыбалась, стараясь быстрее дойти до комнаты и хоть немного времени провести подальше от любопытных глаз.
Однако, как бы сильно ей не хотелось скрыться от людей, этому не суждено было сбыться. В гостиной никого уже не было, а вот в комнате на своей кровати сгорбившись сидела Лаванда. Она плакала. Дабы понять это, не было никакой необходимости в том, чтобы видеть ее лицо. Всхлипы и подрагивающие плечи говорили сами за себя. Девушка вошла очень тихо, а теперь и вовсе не знала куда себя деть.
Гермиона буквально забыла как дышать, так как впала в ступор.
Аккуратно выйти и подождать в гостиной?
Или постараться как можно быстрее забрать все необходимое.
Выбор был сделан быстро. И он был сделан не ею.
Браун резко развернулась. Она испугалась, но это чувство при взгляде на Гермиону резко сменилось презрением и, как показалось девушке, ненавистью.
— Что такое? Почему ты так смотришь? — решила прервать натянутое молчание гриффиндорка, которая пошла к своей сумке, дабы чем-то занять руки.
Лаванда встрепенулась всем телом, сжала губы и зло выплюнула:
— Это ты. Конечно же это ты!
— Что я? Я не понимаю, — обескураженно ответила девушка, закидывая последний учебник в сумку.
— Ты виновата в том, что он от меня ушел, — эти слова были сказаны с такой болью и обидой, что Гермиона не могла найти слов на ответ. — Не оправдывайся, мы обе знаем, что я права. Это все потому что меня он не любил. Думаю, что он никого, кроме тебя, не любил по-настоящему. И со мной еще неизвестно почему был, может, тоже тебе назло.
Ее слова были полны горечи. Внутри Гермионы все горело. Ей было непривычно видеть гриффиндорку такой — тем более быть причиной чьих-то страданий. Девушка чувствовала себя виноватой, хотя не сделала ровным счетом ничего. У нее когда-то были чувства к Рону, но после начала отношений Уизли и Лаванды они прошли. Ей было когда-то также горько, как и Браун. А причиной был один и тот же человек.
— Мне жаль, — выпалила Гермиона. И ей действительно было искренне жаль, хотя когда-то она желала, чтобы они разошлись — за это было жаль еще больше. Они обе не виноваты в том, что у них появились чувства, которые себя не оправдали.
— Я не нуждаюсь в твоей жалости, — выкрикнула гриффиндорка, после чего из ее глаз с новой силой полились слезы. — Ты не любишь его. Не любишь, а я люблю.
— Я не хотела, чтобы все вот так вышло, — произнесла Гермиона, пытаясь подойти к Лаванде и сесть рядом. Она чувствовала необходимость ей помочь — успокоить, выслушать.
— Уходи, — прошептала Браун, вытирая слезы рукавом мантии, — Просто уйди уже, наконец.
И Гермиона не ослушалась — крепко сжав лямку сумки девушка убежала из спальни. Ей было не по себе. Ей было стыдно. Девушка не заметила, как добежала до кабинета. Она хотела бы сейчас оказаться где угодно, но только не на Зельеварении у Снейпа.
Гарри сразу заметил подругу и махнул ей рукой, приглашая присесть с ними. Девушка понимала, что сейчас не хотела сидеть рядом с Роном, поэтому присела между Гарри и Ноттом. Слизеринец обычно сидел на другом ряду, однако сейчас целью Грейнджер было не сидеть рядом с Уизли, поэтому причина происхождения здесь Тео была не так важна.
Слизиринец выказал удивлением когда между ним и Дином гриффиндорка выбрала его, но ничего не сказал.
— Мы проспали, поэтому пришлось бежать сразу сюда, — с виноватым видом оправдывался Гарри, по которому и так было видно, что встал он минут пять назад.
— Прости, что не встретили тебя, — начал говорить Рон, а Гермиона подумала лишь о том, что все сложилось как нельзя лучше. — Как ты чувствуешь себя?
— Не переживайте, я в порядке.
— Выйдем поговорить после Зельеварения? — спросил Гарри, пытаясь привести в порядок свою прическу.
Только гриффиндорка хотела ответить, как вошел Снейп. В своей привычной манере полной экспрессии преподаватель занавесил окна одним взмахом палочки и выдал:
— Достаем учебники, прежде чем начать готовить то, что я скажу, вам необходимо изучить технику приготовления. Страница 63.
На этой странице ученики прочли название зелья «Сыворотка правды». В кабинете стало заметно громче, так как ученики принялись шептаться друг с другом.
— Тишина, — крикнул преподаватель, взгляд которого говорил сам за себя, поэтому все сразу замолчали.
Северус в своей привычной манере совершал обход по кабинету, пока ученики вчитывались в страницы старых учебников. Гермиона прикладывала все усилия, чтобы вникнуть в суть написанного, но в голове роилось столько мыслей, которые она, как не пыталась, не могла отогнать.
Она подняла взгляд от книги и оглянулась по сторонам, дабы продолжить разговор с друзьями, как глаза столкнулись с такими же карими. Теодор ухмыльнулся. Он выглядел совершенно расслабленно в отличие от девушки.
— Собираешься нарушить правила, — шепнул слизеринец девушке, немного наклонившись в ее сторону.
Гриффиндорка прислушалась к шагам Снейпа, но он видимо ничего не слышал, поэтому она ответила:
— Мне не впервой.
— Привыкла, что вашему трио все прощается? — улыбка на его губах говорила лишь о том, что ему просто весело над ней издеваться.
— Не думаю, что это так, — возразила девушка, понимая, что парень просто ее подначивает.
— По крайней мере Снейп вряд ли будет придерживаться такой концепции, — и вновь эта издевательская улыбка. У Гермионы было ощущение, что их на Слизерине этому выражению лица учат.
— Да он и вас не особо жалует, — уколол, от которого на душе стало чуточку приятнее.
— Иногда ты умеешь показать коготки, — ответил Тео, а после улыбнулся — искренне и открыто. — Думаю, вряд ли кто-то смог бы заслужить его одобрение.
Сзади послышался предупредительный кашель, которым преподаватель давал понять, что их заметили. Ученики переглянулись и перевели взгляд на потертые страницы учебника.
разума Гарри. — Поэтому я думаю, что идея хорошая, ведь он сам это предложил — не воспользоваться шансом будет глупо. Однако, если вдруг что-то случится, ты сразу нам расскажешь, Гермиона.
Было видно, что Рон зол и недоволен, но правоту Гарри оспорить было нечем. На том они и сошлись. Оставалось только зайти к МакГонагалл. И тогда все карты будут в ее руках.
***
После окончания урока Рон напомнил о том, чтобы выйти на улицу, пройтись. Гермиона понимала, что прогулка его волновала в самый последний момент. — О чем вы говорили с Ноттом? — спросил Уизли, как только они втроем вышли за стены Хогвартса. — Ничего такого, о чем вам стоило бы волноваться, — ответила девушка, стараясь быть убедительной. — А мне показалось, что вы очень мило беседовали, — не унимался Рон, по выражению лица которого было понятно, что ему это не понравилось. — Рон, ты позвал нас за этим? Чтобы обсудить Теодора? — уточнила девушка, решив, что перевести тему будет хорошим вариантом. — Нет, я хотел обсудить то, что ты сказала по поводу Малфоя. — Мне тоже интересно, — присоединился Гарри, которому девушка была очень благодарна. Может он помогал ей перевести тему, а может из своего интереса — неважно. — Я еще не была у МакГонагалл, но я думаю подыграть ему. Он предложил мне усовершенствовать свои навыки в Защите от Темных искусств, — начала рассказывать девушка, оглядываясь по сторонам, дабы убедиться, что их никто не услышит. — Я могла бы попытаться узнать что-то по ходу этих дополнительных занятий. Может, это будет полезно нам. — Ты добровольно предлагаешь за ним следить? — уточнил Гарри, как будто не до конца верил словам своей подруги. — Это звучит отвратительно, Гарри, — озвучивает свои мысли Гермиона. Ей не нравится формулировка, хотя это правда — именно это она и предлагала. — Но суть такова, — подытоживает Поттер, смотря на подругу с нескрываемой жалостью. Он ее понимает. И то, что ей это претит. — Да, суть такова, — соглашается девушка и садится на скамейку, а внутри целый ворох сомнений. — Мне не нравится эта идея, — говорит Рон, присаживаясь рядом. — Тебе придется слишком много времени проводить рядом с ним. — В этом и суть, Рональд, — слишком жестко, но гриффиндорка не может ничего поделать со своими эмоциями. — Иначе никто из нас не сможет к нему подобраться, — звучит голос
