До встречи, Джу

Джувия оказалась в гильдии. Ее друзья с деловым видом сновали туда-сюда. Они переносили коробки, полные украшений к Новому году, сервировали столы закусками и что-то с воодушевлением обсуждали. В воздухе витал аромат свежей хвои, смолы и шишек. К этому примешивалась весомая нотка выпечки. Кто-то открыл дверь, и запах мороза снёс все предыдущие ароматы, как вихрь сшибает верхушки толстых сугробов. Локсар, задремавшая на столе, проснулась от удара входной двери. Она обожала новогодние хлопоты. "Так, стоп, как я здесь оказалась?" - проморгавшись, одернула себя волшебница, вспомнив, как только что сражалась с мастерицей иллюзий. - Томока, - с презрением процедила она. - Джувия? - ее окликнула Эльза, - Можешь помочь, пожалуйста? Водяная фея в растерянности осмотрелась еще раз. Но это совсем не походило на иллюзии Грея. Тут нечего было преодолевать, некого было спасать. "Но как тогда выбраться отсюда?" - не понимала девушка. Решив, что лучшее - это двигаться по течению, она отправилась к Эльзе, поправляющей блестящие подарки под огромной пушистой елью. - Надо положить их так, чтобы не началась давка, понимаешь? Джувия кивнула. - Первым к елке побежит Нацу. Подарки для него должны лежать ближе всех. За ним точно кинутся Грей и Гажил, а там уже... - Скарлет перечислила предполагаемый порядок энтузиастов. - Кстати, - сказала она, когда часть презентов уже возлежала у подножия праздничного дерева, - А что ты подаришь Грею? Сердце Джувии кольнуло - ничего. У нее ничего не было подготовлено! И хотя она помнила, что все вокруг - подобие сна, Томоке удалось задеть её. Один из страхов волшебницы - проявить невнимательность к любимому человеку. - Да брось, - поддержала подругу оружейница, - Ничего такого, если подаришь ему что-то потом. Он не очень-то хорошо обращался с тобой в последнее время. - Что вы имеете в виду, Эльза-сан? По словам Титании, Грей вел себя еще более отчужденно, чем делал это обычно. Как будто охладел. Джувия напряглась. "Вот оно", - подумала девушка, - "Сейчас начнется". Она догадывалась, что её боль будет связана с созидателем, это было весьма предсказуемо со стороны Томоки. Однако Локсар решила во что бы то ни стало не вестись на её иллюзии. Подходило время к полуночи. Большинство уже расположилось за накрытым столом, облизываясь на закуски, пока место, отведённое для Грея, пустовало. Джувия от нетерпения пустукивала пальцами по вышитой салфетке из плотного льна. То и дело волшебница бросала взгляд на часы. Когда она сделала это в последний раз, оставалось полчаса до Нового года. "Может, с ним что-то случилось?" - переживала девушка, наблюдая, как плавно движется секундная стрелка. Она подумала, что первое предположение было неверным, и иллюзия Томоки - беда с любимым. Друзья тоже чувствовали неладное - Грей не приходил в гильдию с самого утра, хотя обычно он помогал с праздничными хлопотами: перетаскивал скамейки, помогал Венди водрузить огромную звезду на верхушку ели, расправлял гирлянды, которые каждый год были причиной раздора - кто же так складывает провода? Наконец входная дверь медленно отворилась, словно кто-то вовсе не желал её открывать. За ней показалось пристыженное лицо Фуллбастера. Скрип привлек больше внимания, чем созидатель рассчитывал. - О, ледышка! Че так долго, к качеле примерз? - поприветствовал его Нацу. Но брюнет не ответил. Он лишь кинул взгляд за плечо и приказал заходить. Грей был не один. На пороге стояли ледяной созидатель и девушка с шапочкой на светлых волосах. - Привет! - помахала она рукой. Грей двинулся вперёд, сразу к столу. Та поспешила за ним. - Это Манами. Моя девушка, - представил ее друзьям, не без труда выговорив последнее слово, - И она очень хотела встретить с нами Новый год. Манами улыбнулась, предполагая, что с этим не возникнет проблем. Согильдийцы переглянулись. Девушка? Лицо Фуллбастера выражало вину. Кажется, он, в отличие от подруги, не очень-то желал встречать Новый год в такой компании. Джувия побледнела. Она хорошо его знала. Поэтому смогла прочитать по поджатым губам непроизнесенные слова. Манами напросилась пойти с ним, а он не в силах был отказать. На самом деле, Грей выбирал между праздником для двоих (остаться с девушкой) и праздником для всей гильдии (отметить Новый год с друзьями). Его подруга нашла универсальное решение, разрубив все сомнения острым ножом - предложила совместить варианты. Идея резанула Фуллбастеру по щеке. Он словно почувствовал будущую пощёчину Джувии. Грей понимал, что так праздник будет испорчен, и стал отнекиваться. - А, я поняла. Тебе стыдно показать меня друзьям! - откликнулась на это Манами. Грей, предприняв ещё несколько попыток все объяснить, сдался перед её обидой. И сейчас, пока девушка теснила его на скамейке, поглядывал в сторону Джувии. Он ожидал катастрофы. Но та спокойно пила минеральную воду, терпеливо ожидая двенадцати. Локсар напоминала себе, что это не более чем иллюзия, которая рано или поздно должна рассеяться. "Неплохая попытка, Томока", - думала она. Между тем, общительная Манами перезнакомилась с половиной гильдии, успела пообсуждать с Нацу, как было бы здорово, если бы поездов не существовало, и раскрыла, что она тоже убийца драконов. Но её стихия, в отличие от Драгнила - вода. От такого заявления глаза друзей округлились. До Джувии долетел отрывок их разговора, точнее, шокированный вскрик Нацу: "Да ты гонишь!". Тогда Локсар словно укололи булавкой под грудь. Почему не она сидела рядом с Греем, если девушки были так похожи? Второй вопрос, крутившийся в её голове: "Значит, Манами, сильнее?" Девушка вновь напомнила себе, что происходящее - провокация Томоки, и попросила Фрида налить в её стакан ещё немного воды. Наступил Новый год, и зимняя ночь наполнилась музыкой, смехом и звоном бокалов. Любой проходящий мимо по шуму и свету за окнами гильдии чувствовал, что в здании люди наслаждаются жизнью. Локсар пыталась веселиться со всеми, но выходило это прескверно. Привычка - радоваться близости Грея, сидеть на соседнем месте - сегодня оказалась недоступной. Место было занято. Джувия сидела по другую сторону стола и даже не напротив любимого. Фуллбастер бросил ещё один ненавязчивый взгляд в её сторону, когда понял, что в нем самом вот-вот прожгут дыру. Титания желала вбить другу в голову, что такое поведение могло кое-кого опечалить. Кана толкнула Джувию в бок и прогорланила: - Вот ты с нами уже сколько? А я все тебя понять не могу. Такая ты странная, Джувия! Я думала, ты хотя бы расстроишься. А ты ни слезинки не проронила. Умеешь удивлять! Кремень, уважаю! - Альберона хлопнула Локсар по плечу. Это было грубо даже для пьяного языка, хотя брюнетка не желала задеть чувства подруги. Говорила она так громко, что привлекла внимание многих товарищей. Джувия поймала на себе сочувствующие взгляды. Они расстреляли её, как дробь. Неприятно, даже если это обман зрения. Всеобщая жалость отвратительна. Локсар решила, что вообще-то может не терпеть это и сломать нарисованную врагом картинку. Это же равносильно сну, так почему бы не сделать его осознанным? - А чего мне плакать? Это же мираж, - ответила она ещё громче картежницы. Вероятно, чтобы достучаться до хозяйки иллюзии. Теперь уже все взгляды были прикованы к водяной волшебнице, до единого. Сейчас они напоминали лучи прожекторов, устремленные в одну точку. - Что? - оглядела всех Локсар, - Что смотрите? Не ожидали? Джувия знает, что это обман. Томока, можешь забирать меня отсюда, ты проиграла! Друзья притихли. Как будто Новый год резко закончился, и все разошлись по домам, оставив только самых пьяных спать на скамейках гильдии. - Джувия, ты хорошо себя чувствуешь? - спросила Люси. - Замечательно. - Какая Томока, Джу? - впервые девушка увидела лицо Леона. На нем пролегла тень беспокойства. - Тебе приснилось, может быть? Ты же спала, когда я позвала тебя, - вспомнила Эрза. - Даже не пытайтесь меня переубедить, - с вызовом заявила Джувия. Она все ещё сражалась с Томокой, а в бою уверенности ей было не занимать, - Вы на её стороне, вы ненастоящие. Повисло тяжёлое молчание. Наконец Скарлет выразила все, о чем думали за столом: - Грей. Иди-ка сюда. Я сломаю тебе шею так же, как ты сломал ей психику. - Эй, - испугался Фуллбастер и встал из-за стола, чтобы в случае чего убежать. - Это все ты виноват. Она с ума сошла, что, не видишь? Зачем ты привёл сюда подружку? Ещё и в такой праздник! - Я... - растерялся парень. На него начали наседать. - Раньше не мог сказать ей? Как снег на голову свалился. - Обязательно в Новый год было? - Грей, у тебя была ещё одна девушка? - подняла бровь Манами. Локсар решила заступиться за своего псевдо-любимого: - Успокойтесь, я не сошла с ума. Всё в порядке. Видишь, Томока, - обратилась Джувия к той, кого не могло быть среди присутствующих, - Я выдержала. Со мной все хорошо. Томока, - добавила фея уже для своих друзей, - Это волшебница, которая создаёт иллюзии, чтобы заставить людей чувствовать себя плохо. Или хорошо. В зависимости от настроения. Я сражаюсь с ней прямо сейчас, и она развернула всю эту историю специально для меня. Чтобы я проиграла. Несложно убедить людей в том, что ты свихнулся. Кидайся на них с кулаками или говори несуразицу с серьёзным лицом. Выдумай язык и общайся только на нем. Миллионы способов изобразить отклонения. Но как доказать людям, что ты нормальный? "Да я не сошёл с ума! Точно вам говорю!" - не вразумляет и ничего не доказывает. Люди лишь сильнее сомневаются в твоей адекватности. - Джувия, может, ты полежишь? У тебя нет температуры? - наперебой стали предлагать друзья. Полюшку попросили осмотреть больную. Та заявила, что приём возможен только в её доме, ведь там все необходимые инструменты. Локсар содрогнулась, представив, какими инструментами можно проверять непорядки с головой. Она испугалась и запротестовала. Ощущение, будто бы её окружили, заставляло бояться своих же товарищей. У каждого был совет, у каждого - причитание, у каждого отыскался самый жалостливый взгляд. Все соболезновали водной фее. Даже Манами, казалось, прониклась печалью и тревогой за эту несчастную влюбленную. Ей уже рассказали много занимательных историй о Джувии. - Да, она раньше тоже чудоковатой была. За Греем носилась, булки ему пекла с его же лицом, - обсуждали прежние намёки на отклонения друзья девушки. - Я как-то зашла к ней в комнату, а там все в его изображениях. И куклы, куклы! Локсар сглотнула. К ней тянулись руки, чтобы проверить её температуру, подать воды, уложить её на скамейку. Фею увещевали. - Хватит, прекратите! Я не сумасшедшая! Почему вы мне не верите? - она уже впадала в панику. Между тем Титания отчитывала Грея. Но тот уже устал терпеть избиение, к тому же не хотел, чтобы Манами видела его таким. - Почему я всегда во всем виноват?! - закричал Фуллбастер, отразив удар аловолосой, - Почему? Что я такого сделал? Я просто хотел провести новый год с друзьями и с той, которую люблю. Нельзя?! Почему я всегда должен был выбирать? Почему я не могу познакомить Манами с гильдией? Мы почти год встречаемся, а мне ни словом про неё обмолвиться нельзя было! Ещё и ходить каждый раз к ней на свидания, как к любовнице. Чтобы Джувия ни о чём не узнала. Я никогда ей ничего не обещал. Мы с ней никогда не встречались. Так почему я не могу жить нормальной жизнью? Я устал. Джувия, прости меня. Я и правда должен был сделать это раньше, - виновато обратился он к водной волшебнице, - Но я так не хотел разбивать тебе сердце, что в итоге разбил его вот так, в Новый год. Прости меня. Эрза задумалась. Грей имел право на любовь, на свидания, на возможность не прятаться, как и все остальные люди. Но ведь и Джувию было жаль. С другой стороны, один из них в любом случае бы оказался несчастен, так почему же все накинулись на Фуллбастера? Локсар старалась сохранить самообладание и непоколебимую веру в то, что сложившаяся ситуация - фантастический сон, фата-моргана, галлюцинация. И эта убежденность - не помутнение рассудка, не отголоски приснившегося кошмара, а единственно возможная истина. Томока же существует, верно? "Это же правда было? Деревня, голубые кубы, запертые в них одинокие люди, вопящие о своём злоключении... Было или не было?" - начала сомневаться голубоволосая девушка. И это сомнение в своей адекватности - первый шаг в пропасть. - Я не знаю, правда это или нет! Я ничего не знаю! - закричала она и закрыла лицо руками. Эта реакция казалась неуместной после слов Фуллбастера. Будто он спросил, какой сегодня день недели, а она ответила что дельфины не способны летать. Из-под прикрытых рук показались слезы, они потекли по подбородку. - О нет, - в ужасе взглянула на девушку Люси. Её панику поддержали и остальные, ведь Джувия уже буквально промокла от своих же слез, они залили её платье, на полу начала формироваться небольшая лужица в виде кляксы. - Джувия, не плачь, пожалуйста! - почти умоляли её девчонки. - Грей, ну я же тебе сказала, что ты все испортил! - вернулся гнев Титании. - Уведите её к Полюшке, как мы и собирались. Не успели, черт! - Ну уж нет! Я её в свой дом теперь не поведу, опоздали. - Она же сейчас все затопит, все, что мы сегодня тут сделали, - вторили сожалеющие голоса, - Уберите хотя бы подарки под ёлкой, им первым придёт конец. Молодые люди побежали к праздничному дереву. Кто-то переносил еду со стола на второй этаж. Джувия очнулась от плача: - Так вы... Вовсе не обо мне беспокоились? Евергрин, несущая в руках два больших блюда с салатами, остановилась: - А ты как думаешь? Мы несколько дней готовились! Закупали еду, драили гильдию, подарки накупили. А ты хочешь все утопить, весь праздник! Джувия в недоумении смотрела на девушку перед собой. А та продолжала: - Ну не этот парень, так другой. Че ты так убиваешься по этому Грею? Единственный он, что ли. Это нездоровая мания. Ты с прибабахом! Локсар сжала мокрое платье. Ее подбородок трясся. - Эрза-сан, вы тоже так думаете? - девушке хватило сил задать вопрос Скарллет. Та всегда казалась ей наиболее сочувствующей. Но Титания лишь пожала плечами: - Я могу понять каждую сторону. И тебя, и Грея, и ребят. Кана вмешалась, спасая бутылки с алкоголем: - В прошлый раз из-за какой-то чепухи бочки с моим любимым вином в открытое море вынесла! Ты эгоистка! Только о себе думаешь, о своей любви, - она особенно выделила это слово, исковеркав его. У Джувии замелькали перед глазами кадры из далёкого прошлого. Тогда она жила в приюте. И её не жаловали за бесконечный дождь, следовавший за ней. Локсар тогда было тяжело - она тосковала по родителям, еще не зная, что они умерли. Девочка думала, что те просто оставили ее, и гадала, что же с ней не так. Но детям-сиротам хотелось бы ещё хоть раз в жизни увидеть солнце, поэтому никого не волновали страдания голубоволосой. Её просто старались не брать ни в какие игры. А если Джувия шла за ними, то малыши прогоняли девочку, чтоб не портила всем веселье. - Эгоистка! - окрестила её сирота, когда Локсар в очередной раз поймали притаившейся в кустах. - Но я же не играю с вами, я просто смотрю... - пыталась оправдаться волшебница-дождь. - Нельзя. Подумай о других! Ты мешаешь нам радоваться. Тогда Джувия сшила первую куклу. Она была её единственным другом, единственным, кто не прогонял. Эта кукла должна была стать оберегом от проклятого дождя. Но толку от него было мало. Вины Локсар в своих способностях не было. Она не выбирала родиться одним из четырёх элементов, не выбирала превращаться в водные потоки и насылать на жителей ливневые дожди. Её саму это тяготило. Как проклятие - невозможность завести друзей. Только печаль, кукла и дождь никогда не покидали голубоволосую волшебницу. "Эгоистка", - лицо Каны на миг показалось Джувии лицом той девочки из приюта. Локсар подумала, что и правда сходит с ума. Фея мечтала, что с переходом в Фейри Тейл все изменится. Тёмная полоса в жизни ведь не может быть вечной. Приют и Фантом Лорд не баловали принятием. В Хвосте Феи она впервые почувствовала себя не изгоем. И в благодарность влюбилась в Грея сильнее. Теперь же её любовь держит за руку другую девчонку, как бы готовясь защищать её в случае чего. В случае если сумасшедшая Джувия кинется на неё. Друзья Локсар уносят вещи на другой этаж, надеясь, что чокнутая затопит лишь первый и не призовет дождь посреди зимы и осадки не пробьют крышу. Они все видят её монстром, который все только портит. Джувия становится очень холодно. В ушах закладывает от шума чужих хлопот, словно это сам мороз трещит внутри её тела. Девушка обхватывает себя руками в попытке согреться, и выглядит точно как психбольной, одетый в смирительную рубашку.

***

Грей отвлёкся на сражение со старухой и её приспешниками и не заметил метаморфоз Джувии. - Твою мать! Глаза парня расширились, когда он бросил взгляд на то место, где только что была Локсар. Теперь там стояло чудовище. - Это ещё что такое?! Синий монстр с длинной шерстью дрожал. Глаза бегали из стороны в сторону, не в силах на чем-то остановится. Мощная грудь животного вздымалась как от нехватки воздуха. Клацая челюстью, оно выдало: - П-помогите... И потянуло руки в сторону мага. - Где Джувия?! - Грей отступил на шаг и сколдовал ледяной щит. Томока ухмыльнулась. Тело болело от многочисленных ран, но теперь, казалось, ей удалось перевернуть ход сражения в свою сторону. - Ни в жизнь не догадаешься! - бросила она парню. Фуллбастер позвал Локсар. Конечно, ему никто не ответил, лишь монстр хлопал глазами и тянул когтистые лапы в его сторону, за что тут же получал ледяным хлыстом. Волшебница стояла прямо перед ним. Однако чары Томоки на этот раз обращались и во внешний мир - искажали зрение окружащих по отношению к заколдованному. Бледные трепещущие руки - лапы. Грустные голубые глаза, наполненные до краёв страхом, остались голубыми, но превратились в нечеловеческие. Слишком круглые. Густые белые ресницы подсвечивали влажность глаз. Монстру хотелось плакать, он чувствовал себя запертым в теле, которое колотил озноб и била неведомая тревога, ощущение зыбкости жизни, неустойчивости, словно земля уходит из-под ног, а рядом нет ни одной стены, к которой можно было бы прислониться. В груди будто поселился вакуум, чёрная дыра, желающая поглотить в себя сущее. Хотелось заткнуть пустоту, как окно затыкают ватой для пущего утепления. А вроде бы шерсть! Бери и вяжи из неё тёплый свитер! А сам обладатель роскоши замерзал. Иногда мы не заслуживаем свое тело. Мощное, здоровое, молодое. Оно желает жить. А наше искалеченное сознание хочет покончить с этим. Чтобы больше не чувствовать абсурд, проникший внутрь мозгов и распространивший свое влияние по всему организму. Стресс портит здоровье. Разум толкает нас к бегству от самих себя. Желает все прекратить. Тогда как телу это неведомо. Оно дышало бы ровно, не будь поганых мыслей в сознании. Оно бы расслабилось, не будь зажимов в голове. Чудовище с крепким телом, но слабым духом - почти оксюморон. Так бы Грей и не отыскал подругу, если бы наперекор стуку зубов зверь не смог вымолвить знакомое "-сама". Томока вывернула Джувию наизнанку - обнажила для других то, что было где-то под кожей. Нечто похожее на игрушки два в одном. Волшебница не хотела бы показывать эту уязвимую часть себя. Но дело было сделано. И теперь существо тянулось к тому, от кого рассчитывало получить хоть грамм понимания. - Холодно... - выдавила девушка и повторила просьбу о помощи. - Джувия?! - Согрейте... - Я? Но я, - он посмотрел на свои руки, светящиеся от магии холодным синим оттенком и ощутил свое бессилие. "Был бы здесь Нацу", - подумал Грей. - Как Я могу помочь? Томока, расколдуй её немедленно! В старуху вновь полетели ножи. Но зверю становилось все хуже, он рос, как на дрожжах, уже обгоняя Грея на голову. - Да неужели ты не знаешь, что нужно делать?! - рассердилась Томока, - Пока ты бьёшь меня, ничего не изменится. Увидь же выход! Созидатель, теряясь в собственных мыслях, поступил наугад, скорее по интуиции. Он схватил монстра и под влиянием порыва прижал к себе. Парень закрыл глаза, ощущая, что поступил правильно. Это было понимание не на уровне рассудка, напротив в голове наконец-таки воцарилась полная тишина, понимание словно жило в нем самом, в каждой клеточке тела. Чудище уменьшалось в руках мужчины. Звериное обличье таяло. Монстр превратился в хрупкую подрагивающую девушку с кудрявыми синими волосами. Грей обнимал Джувию, вдыхая уже родной аромат её кожи. Он смог её увидеть, даже несмотря на искажение её облика. Дрожь феи унялась - тепло ледяного созидателя подействовало умиротворяюще. Тогда Фуллбастер отпустил волшебницу. - Ты как? Нормально? В ответ девушка кивнула, улыбнувшись. - Тогда давай размажем Томоку. Мы не можем вернуться в гильдию без победы.