Even Darkness can grow the true Sun

      Живя в Керамзине, Алина частенько сбегала по ночам. У неё не было друзей, не было абсолютно любых людей, способных её понять, поэтому восьмилетняя Алина топила все свои печали в книгах. Когда год назад проснулся дар и с ладоней потёк Свет, Старкова перерыла всю библиотеку поместья. Однажды ей даже пришлось прийти в церковь на службу, ради чего Алина уговорила Ану Кую пойти туда. То, какую истерику закатила девочка, когда ей отказали, запомнили навсегда — чуть стекла не лопнули от столь громких воплей и рыданий. Но даже перенесенные во имя знаний страдания в виде злых воспитателей не принесли желаемых плодов — священник в местной церкви был чванным, с большим толстым пузом и такой мизогинией, что Алину чуть не стошнило. Он был просто отвратительным, и девочка, глядя на него, подергала воспитательницу за рукав и с большими от ужаса глазами громким шепотом попросился оттуда уйти, а то устроит истерику. Причём ещё большую, чем в Керамзине. Ана Куя и сама была не прочь убраться куда подальше, поэтому согласилась. По итогу информацию про заклинательницу Солнца Старковой пришлось искать самостоятельно и по ночам, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Инциденты с другими сиротами на время прекратились и, хоть полушуханка могла на время вздохнуть с облегчением, это немного настораживало. Вроде бы недавно в приют привезли новую партию сирот (звучало-то как!) и все отвлеклись на них.       «Осталось только эти две книги найти, и всё» — пробормотала Алина, зачеркивая карандашом очередную прочитанную книгу. Пока что поиск и чтение не давали каких-то значимых результатов, но девочка не отчаивалась — в конце концов, ей всего восемь лет, гриши должны приехать на проверки только через полгода, время ещё есть.       Очень хотелось спать, всё-таки два часа ночи, но крепкий черный чай с сахаром помогал и тонизировал, позволяя одновременно пользоваться даром и нести большую кучу книг, раскладывая книги по нужным полкам. Несмотря на тот факт, что князь Керамзин довольно щедрый человек и оставил здесь много своих книг, всё равно не было никакой литературы, позволяющей прояснить положение и понять, стоит ли рассказывать взрослым о даре. Из-за этого единственными помощниками во всей сложившейся ситуации был старый сборник молитв Равкианской церкви и большой сборник всех Святых. Из этих книг Старкова поняла, что априори всех Святых убивают, и если она действительно истинная заклинательница Солнца, то сначала её используют, чтобы разрушить Каньон, а потом либо убьют, либо запрут где-нибудь и будут использовать для устрашения или каких-нибудь других целей. В принципе, нормальный вывод для слишком умного и сообразительного восьмилетнего ребёнка. Поэтому решение быть ниже травы, тише воды было самым разумным. Главное, дожить до того момента, когда должны приехать гриши — раз они пережили в прошлом такие огромные гонения, то должны, по-идее, её защитить.       Идеальный план.

***

      Сидя в зале для каких-то военных переговоров, Алина понимает, что не понимает, чего Ярослав и Мирослава такие злые. И исключительно по этой причине сидит, не высовываясь, за спиной Дарклинга. Девочка уже успела заграбастать его кафтан, который был гораздо теплее, чем предыдущий. Правда, владелец кафтана ещё не знал о печальной судьбе вещи, которую девочка с чистой совестью планировала забрать себе — он был слишком занят отчитыванием этой парочки сердебитов, от которой Алина во второй раз за день успела ускользнуть. Опыт по обманыванию взрослых, полученный в Керамзине, и чаем не пропьёшь.       Кстати о чае, взрослых и обманывании. Не учитывая тот факт, что сейчас вроде как происходит что-то серьёзное, Алине было плевать на это — она хотела чай. Вот прямо сейчас и срочно. Потому что Свет в кои-то веки смог успокоиться, едва Алина сбежала к заклинателю Теней, и требовалось срочно размыслить о даре, о лысом коте, которого зовут Химерионом, и об этом странном мужчине в черном, которому дар так благоволит и не хочет быть без него. Но сначала надо прекратить всю эту вакханалию.       — А про меня тут никто не забыл? Я, между прочим, сама от них ушла, а не они меня не уберегли, понятно? — Используя железные аргументы, Алина спрыгнула с кресла и теперь требовательно теребила мужчину, который в четверо её больше, за подол кефты. И требовательно так в глаза смотрела, пытаясь смотреть на генерала Второй армии сверху вниз.       «Надо было на стол залезть, может, тогда бы получился этот взгляд» — досадливо подумала Алина, пока её за шкирку, вернее, за полюбившийся черный кафтан поднимают на уровень глаз, а после уже нормально перехватывают за талию и пристально, не мигая смотрит. Взгляд Киригана абсолютно нечитаемый, но девочке чудятся тени где-то в глубине, что извиваются и ждут продолжения.       Ну Алина и продолжила, чего нет-то? Думает, смутит её таким положением? А вот нет, она вредная, ему на зло будет дальше говорить! Ей так даже удобнее пытаться смотреть на него сверху вниз! И плевать, что хочется сжаться и уйти обратно, она хочет чай и на ручки к Ярославу, а ради этого придется конфликтовать.       — Чего ты меня так смотрите? — путаясь в словах и окончаниях, заговорила Старкова, грозно сводя брови. — Я честно сама пришла. И вообще, ведёте себя, как дети. Нет чтоб чай попить всем вместе, сидите и стоите, ругаясь.       Ещё со времен Керамзина Алина помнила главное — чай всегда всё решит. Абсолютно всё. Именно поэтому она сейчас собиралась повести всех на кухню, которую нашла после второго побега, точнее, после принятия ванны. Хороший план.       Главное, убедить в этом Тьму, что притаилась где-то в этом мужчине, которую Алина отчетливо чувствовала. А помириться с Мирославой и Ярославом труда не составит.

***

      «Слушай, дорогой мой, а она мне нравится» — эта фраза раздалась в голове Александра так неожиданно, что он чуть было не подавился чаем, за что получил ощутимый тычок от мелкого недоразумения, сидящего рядом. Как всегда Скверна была просто очаровательна и лезла в такие моменты, полные уюта и весьма неожиданного спокойствия.       «Изыди» — краткий и очень емкий, информативный ответ. Как жаль, что Скверна не оценила.       «Нет, ну вы посмотрите на него! — возмутилось… это нечто. Потому что свой дар Дарклинг определенно не мог назвать человеком. — Я в кои-то веки хвалю наше новое приобретение, а он! Ладно, что с тебя взять… даже очевидных вещей не можешь заметить. Например, того, что девочка куда умнее, чем неосознанно пытается тебе показаться. Она может нам пригодиться.»       Если бы не внимательные темно-карие глаза, пристально на него смотрящие, то Морозов бы взвыл. Потому что иногда его Тьма, его Тени слишком уж были циничны. Например, сейчас. Но надо терпеть как минимум ради маленькой заклинательницы Солнца, к которой слишком сильно тянулся его дар.       Видимо, дар помнял, о чем думает его хозяин, поэтому через несколько минут, полных периодических переругиваний с Алиной по поводу того, что нет, он не отдаст ей свой кафтан, и что сидеть у него на коленях не самая лучшая идея, потому что он этого не хочет, в голове раздалось: «Ну что-ж, если не хочешь мне отвечать, то волькры с тобой. Но не думай, что ты так просто от меня отделаешься. Ты жил со мной со времён основания Каньона, твоего детища, так что я тебя знаю идеально. И с девочкой общаться тоже буду, а принимать участие в её обучении даже больше, чем ты, понятно? Я слишком долго её ждал, мы слишком долго её ждали.»       — Ты меня слушаешь? — Громкий детский голос возмущенно раздался снизу, а через мгновение на колени Саши уже плюхнулся грозный ребенок с не менее грозным и злым котом. Видимо, ему всё-таки придется слушать большую историю о том, как Алина пыталась купать Химериона… И когда только успела?..