Please stop this nightmare I have every night

Тэхён не мог поверить в то, насколько глуп он был. Позволить Бомгю увидеть себя на индивидуальном оценивании было невероятно неразумно. Его даже не должно было там быть, но он умолял своего босса позволить ему прийти. И теперь все пошло под откос даже не начав улучшаться. Он и другие разработчики игр встали рано, спеша убедиться в том, что все в порядке и Игры могли начаться сегодня. Это включало проверку того, что взрывчатка под пьедесталами готова к работе и что в Роге изобилия есть что-то для каждого трибута. Они хотели завлечь как можно больше трибутов в надежде начать Игры с сочной кровавой бойни. Тэхён дважды и трижды проверил, есть ли топор для Бомгю, хоть и надеялся, что тот не пойдет за ним. После его оценивания стало ясно, что Бомгю может постоять за себя, но Тэхён все еще не хотел, чтобы он рисковал только ради оружия. Он мог только надеяться, что Чхве Ёнджун был достаточно умен, чтобы сказать Бомгю держаться подальше от Рога изобилия. Тэхён вошел в свою станцию и поморщился, когда человек рядом с ним закурил сигарету. Он предложил одну Тэхёну. — Нет, спасибо, я не курю — его нос сморщился, когда запах донесся до него. — Может, стоит подумать о том, чтобы начать. Скоро здесь будет по-настоящему стрессово — мужчина попытался выпустить кольцо дыма, но выкашлял только большое облако. Они разделили арену на четыре разные секции, каждая со своим уникальным климатом. Это был первый раз, когда они пытались использовать разные погодные условия на одной и той же арене, поэтому Тэхен взял на себя смелость проверить, все ли секции поддерживают свою собственную температуру и что жаркий климат не вызывает таяния ледяной. Затем он проверил свою любимую часть арены: руины посреди пустого луга. Другие разработчики хотели настроить их, не задумываясь, но Тэхён настоял на том, чтобы сделать их красивыми. Сквозь щели в фундаменте выглядывали цветы, а плющ ползал по всем оставшимся стенам, создавая дикий вид. Крыша все еще стояла, предоставляя убежище любому трибуту, осмелившемуся войти в здание, которое выглядело так, будто могло рухнуть в любую минуту. Посреди руин протекал ручей. Они надеялись, что это побудит трибутов прийти и, возможно, устроить там конфронтацию. Весь смысл работы Гейммейкера заключался в том, чтобы создавать ситуации, в которых трибуты будут вынуждены сражаться друг с другом; руины просто послужили прекрасным фоном для насилия. Тэхён совершил виртуальную экскурсию по руинам, довольный тем, как потрясающе они выглядят. Он почувствовал, как его мозг на секунду закипел, как будто он был зол на то, что одно из прекрасных творений Тэхёна было использовано для чего-то столь уродливого. Тэхён стряхнул с себя это чувство. Сегодня был тот самый день. Ему нужно было сосредоточиться. — Тэхён, пора, — позвал его босс. Тэхён был рад оставить курящего коллегу, но боялся того, что будет дальше. Потому что Тэхён направлялся на арену. ------ Бомгю кипел энергией, но в тоже время был как на иголках. Он лег спать, все еще находясь под кайфом от своего интервью. Ему было противно от того, как фальшиво он себя вёл, но все эти чувства были заглушены трепетом, который он испытывал от ухаживания за публикой. Ёнджун сказал ему, что он превосходно справился и что теперь он обязательно получит спонсоров. Однако теперь, когда наступило утро Голодных игр, вчерашние успехи казались довольно незначительными по сравнению с тем, что произойдет сегодня. После долгого душа, который Бомгю не хотел покидать, он встретился с Ёнджуном и Рюджин за завтраком, что быстро стало частью его распорядка за последние несколько дней. Однако, в отличие от последних нескольких дней, у Бомгю совсем не было аппетита; он заставлял себя есть только потому, что понятия не имел, когда в следующий раз получит доступ к еде. — Когда таймер отсчитает время, не бегите к Рогу изобилия. Если вам нужны припасы, вы всегда можете получить их позже, но Рог изобилия — это гарантированная кровавая баня, — дал им Ёнджун последний совет — Уходите как можно дальше и постарайтесь найти возвышенность, чтобы видеть, что происходит. На этот раз и Бомгю, и Рюджин молчали. — Посмотрите на меня, — сказал Ёнджун, и они встретились с ним глазами — Я верю в вас. Я знаю, на что вы способны, и искренне думаю, что смотрю на одного из победителей. Когда Рюджин покачала головой, он сказал: — Я серьезно. У вас, ребята, есть все, что нужно. Тишина повисла над троицей, долгая и непрерывная, пока за ними не пришел Джексон Бабл. На этот раз, когда они зашли в лифт, они поехали вверх, а не вниз. Они вышли на крышу и увидели, что их ждут два катера на воздушной подушке. Один побольше для всех трибутов и поменьше для наставников. При посадке они разделили мальчиков и девочек, отправив их по разным сторонам корабля. Когда они взлетели, к ним подошел парень с длинным шприцем. Нет, не просто какой-нибудь парень. Это был Кан Тэхён. На этот раз ошибки быть не могло, Бомгю никак не мог убедить себя, что это на самом деле не он. Он отличался почти во всех отношениях, но все же безошибочно оставался самим собой. — Твой трекер, — сказал Тэхён, указывая на руку Бомгю. Бомгю подчинился, пытаясь заставить Тэхёна встретиться с ним взглядом. Узнал бы он его? Было бы ему все равно, если бы он это сделал? Но нет, Тэхён избегал его взгляда и вводил трекер самым легким, самым мягким прикосновением. — Хорошая причёска, — пробормотал Тэхён достаточно громко, чтобы его услышал Бомгю, прежде чем двинуться дальше так быстро, что Бомгю подумал, что ему это показалось. Бомгю хотел осмыслить это, подумать о том, что все это значит. То, что он не видел Тэхёна много лет, а потом он появился здесь из всех мест. Сегодня, из всех дней. Но потом они прибыли, и у него появились проблемы посерьёзнее. Как только они приземлились, каждый трибут был доставлен в отдельную комнату ожидания. Комната была маленькая, рассчитанная максимум на пару человек, с большой трубой в углу. В комнате Бомгю ждал его стилист - Би. Она протянула ему вешалку с одеждой и повернулась к стене, чтобы дать ему уединение, пока он переодевался. — Я понятия не имею, какую арену они приготовили в этом году. Верх, который они тебе дали, достаточно тонкий, чтобы предложить что-то теплое, может быть, даже тропическое. Но потом они дали тебе это утепленное пальто? По крайней мере, штаны довольно стандартные. Из-за двух ужасных нарядов, которые она ему дала, и ее неспособности понять этот наряд, Бомгю подумал, что Би нужно поискать новую работу. Как только Бомгю переоделся, она поправила его пальто и прическу, прежде чем выбежать из комнаты. Ее быстро заменил Ёнджун. — Завтра я возвращаюсь в Дистрикт 7, чтобы навестить ваши семьи и посмотреть, как они поживают. Есть что-то, что ты хочешь, чтобы я им сказал? — спросил Ёнджун. — Скажи им, что я увижусь с ними через несколько дней. — Вот что я хотел услышать. Помни, не сходи со своей платформы, пока не придет время. Они запрограммированы на то, чтобы взорваться, если ты отступишь на секунду раньше. Их прервал механический голос. — Трибуты, пожалуйста, шагните в свои трубы. Бомгю забрался внутрь, и двери начали двигаться. — Найди Рюджин! — было последнее указание Ёнджуна перед тем, как двери закрылись, и Бомгю остался в полном одиночестве. ------ Он вернулся в комнату создателей игр незадолго до начала Игр. Руки Тэхёна перестали трястись, когда он снова занял свое место. Он часами молился, чтобы не оказаться тем, кто будет вставлять трекеры, но по традиции новейший Гейммейкер выполнял «черную работу». Тэхён ненавидел каждую секунду этого. Ненавидел невозможность поговорить с Бомгю, ненавидел выражение ужаса на его лице. Вот почему он не мог встретиться с ним взглядом. Он знал, что ему не понравится то, что он увидит. Глядя на экран, Тэхён вдруг вспомнил, что Бомгю никогда не мог стоять на месте. Он постоянно ерзал, постукивал ногой или раскачивался из стороны в сторону. Пока он смотрел, как трибуты поднимаются на арену, этот факт неожиданно всплыл в его голове. Что, если Бомгю не вырос из этого? Он попытался вспомнить, что тот делал, когда он давал ему трекер. Тэхён мог бы поклясться, что тот дрыгал ногой, пока ждал. Что, если, стоя на платформе и слушая обратный отсчет, он начнет покачиваться, постукивать, ерзать и случайно вызовет взрыв? Нет, Тэхён не мог этого допустить. Никто бы не заметил, если бы он просто отключил взрывчатку на секунду, а затем снова включил ее, когда Игры начались. Он довольно легко оправдал это перед собой. Бомгю набрал высокие баллы и, вероятно, сделал бы потрясающее шоу. Они не могли потерять такого человека так рано, просто не могли. Тэхён не задумываясь нажал кнопку, чтобы обезвредить её. ------- Когда платформа привела Бомгю на арену, его первой мыслью было, что, может быть, Би не так уж плохо справлялась со своей работой. Район, непосредственно окружавший пьедестал Бомгю, представлял собой луг, заросший высокой травой и яркими цветами. Однако всего в нескольких футах от него травянистый ландшафт сменился безлюдной пустыней. На другой стороне секции Бомгю был сумасшедший вид на зимнюю страну чудес. В ней были большие полосы льда, а гигантские сосульки, свисающие с деревьев, больше походили на клыки. На противоположной стороне арены был зеленый лес с оттенками коричневых и оранжевых листьев. Там, где все секции должны были пересекаться, находился Рог изобилия. Он находился прямо в центре трибутов, закрывая некоторых в секции леса от взгляда Бомгю. Вся обстановка напомнила Бомгю о четырех временах года, что, возможно, и было их замыслом. Бомгю провел последние несколько дней, запоминая имена остальных трибутов, и узнал тех, кто стоял по обе стороны от него, как Гриффина из 9 и Вонджуна, мальчика, с которым разговаривала Рюджин, из 12. Бомгю посмотрел в глаза Вонджуну, который дал ему сдержанный кивок. Бомгю нашел Рюджин на краю квадранта пустыни, недалеко от того места, где земля превращалась в лес. Его пьедестал издал странный щелкающий звук, которого он не слышал ни от кого другого, но у него не было времени останавливаться на этом, потому что… «10, 9, 8...» Он расправил плечи. «7, 6, 5...» Он согнул колени, готовый бежать. «4, 3, 2...» Он сделал долгий, глубокий вдох. «1». На мгновение он замер, не решаясь пошевелиться первым. Затем, при первых признаках движения, он помчался через остальную травянистую местность, минуя Рог изобилия и направляясь прямо к ледникам. Он бежал, пока не наткнулся на дерево и не начал карабкаться. Он забрался достаточно высоко, чтобы видеть кровопролитие внизу. На земле уже лежало одно тело: Ракета, маленький мальчик из 6-го дистрикта, выглядел так, будто ему сломали шею. Ближе к устью Рога изобилия завязался бой. В гуще событий были Пикси и Саммит из Дистрикта 2, которые боролись из-за лука и стрел с Эмбер из Дистрикта 9. Бомгю взобрался выше по дереву, его руки онемели от холода. Он перегнулся через ветку и сорвал одну из массивных сосулек. Она была примерно такой же длины, как его голова, и острой на конце. Он вцепился в нее, не обращая внимания на то, как лед обжег его руку. Он продолжал наблюдать за сценой внизу, чувствуя себя в большей безопасности со своим импровизированным оружием. Он искал Рюджин, но нигде не было видно ее розовой головы. Хорошо, это означало, что она тоже сбежала. Его голова закружилась от звука пушки. Эмбер проиграла битву с Профи. Бомгю больше не мог смотреть на насилие, поэтому он отвлекся на то, что было внутри Рога изобилия. Даже отсюда он мог видеть блеск топора, а также метательные ножи для Рюджин и рюкзаки, полные припасов. Если бы только был какой-то способ добраться до них. Он не мог рисковать и идти туда сейчас, но если он еще долго будет обходиться без припасов, то далеко не уйдет. Бомгю начал спускаться с дерева, когда услышал звук «Псс». Он посмотрел вниз и увидел, что Вонджун указывает на него. Ему удалось схватить рюкзак из Рога изобилия, и он протянул его, чтобы показать Бомгю. Бомгю с ужасом наблюдал, как в один момент там стоял Вонджун с улыбкой на лице, гордый своей находкой, а в следующий момент копье пронзило его живот. Кровь капала из раны и пузырилась изо рта. Вонджун уронил свой рюкзак, чтобы схватиться за живот, и упал на колени. Бомгю наблюдал со своего наблюдательного пункта, как Тора из 11 взяла свое копье и побежала в сторону лесного сектора. Когда он убедился, что она ушла, Бомгю сполз с дерева, бросил сосульку и осторожно схватил рюкзак Вонджуна, стараясь не потревожить его тело. Он огляделся, чтобы увидеть, нет ли кого рядом с ним, а затем побежал дальше в ледники. Когда он слишком замерзал и уставал, чтобы бежать, он шел, его носки полностью промокли от растаявшего снега. Этот пейзаж был бесплодным, и, кроме случайного заснеженного дерева, укрытия особо не было. Он мог видеть вдалеке гору со снежной вершиной, но не хотел приближаться к ней. Вместо этого он двинулся в противоположном направлении, время от времени останавливаясь, чтобы смахнуть немного снега, убедившись, что не наступит на замерзшее озеро. Полдня он шел пешком, солнце садилось, и он был готов упасть в обморок. Он был уверен, что никто другой не был настолько глуп, чтобы следовать за ним в эту холодную, жалкую пустошь. Он был готов сдаться и просто спать там, где стоял, когда наткнулся на лазейку. Он пододвинул пальто ближе к себе и вошел. Это была гигантская пещера, внутри примерно в два раза больше, чем классная комната Бомгю в школе, а потолок был высоким, около 3-х этажей. Сотни сосулек всех форм и размеров свисали с потолка и росли из пола. Бомгю прошел весь путь до задней части пещеры. Несмотря на то, что она сделана изо льда, здесь было гораздо теплее, чем снаружи. Казалось, это самое подходящее место для ночлега. Он снял рюкзак Вонджуна с плеча и высыпал его содержимое. Внутри была веревка, кремень, пустая фляга, перчатки и нож. Бомгю надел перчатки, радуясь, что наконец-то его пальцы немного избавились от холода, и положил веревку и кремень обратно в сумку. Он вонзил нож в стену пещеры рядом с собой, пока не освободил кусок льда. Кусок был размером с большой грейпфрут. Он швырнул его на пол и смотрел, как он рассыпается на более мелкие кусочки. Он собрал осколки и запихнул их в фляжку, надеясь, что они растают и у него будет питьевая вода. Он засунул фляжку в пальто, чтобы согреть ее. Бомгю сидел, сжимая нож, несколько часов, и не двигался с места, пока не услышал гимн Панема. Он подошел к входу в пещеру и высунул голову, чтобы увидеть лица павших трибутов. Он уже знал о Ракете, Эмбер и Вонджуне, но Зек из 3, Джисон из 8 и оба трибута из 10 тоже умерли. 7 погибших в первый день. Он мог представить себе Цезаря и любого гостя, которого он привел, говорящих об этом. — 7 — это довольно мало для первого дня — так, будто они были разочарованы «низким» числом. Бомгю вернулся на свое место в задней части пещеры. Он положил сумку в качестве подушки и лег. Он крепко сжал нож, готовясь к беспокойному сну.