Долги ребёнка 2

      Установив ещё одну кровать в комнате, которую его братья выбрали для проживания после того, как осмотрели несколько домов и убедились, что она в достаточно хорошем состоянии, Вэй Ин ухмыльнулся своему младшему брату, который стоял у открытого окна и ковырял расколотую раму. Солнце всё ещё висело на расстоянии вытянутой руки над горизонтом, освещая пространство золотистым светом.       Усянь подскочил и набросился на А-Яна, обхватив мальчика руками и потирая костяшками пальцев его голову.       - Спасибо, что заступился за меня, А-Ян. Мой храбрый младший братик! Столкнуться лицом к лицу с сотнями пауков - это совсем не то же самое, что сразиться со старым козлом! Я так тобой горжусь!       Сюэ Ян ударил его по рукам.       - Прекрати! - проворчал он, извиваясь. Он плюхнулся на койку, поставленную у двери, и надулся. - Он это заслужил. Я доверял ему. Почему ты ему не нравишься?       Вздохнув, Вэй Ин придвинулся к брату и заключил его в объятия:       - Ах, я не знаю. Такие взрослые, как он, странные. У него и госпожи Юй, похоже, есть особый уголок в одной из их душ для хранения обид.       - Госпожа Юй - это та мерзавка из Пристани Лотоса, которая тебя ненавидит, верно?       Усянь пригладил волосы своего брата:       - Ага, это она.       А-Ян сморщил нос:       - Она мне не нравится.       Усмехнувшись, Вэй Ин кивнул:       - Мне тоже. Она и этот старый козёл ненавидели мою мать. Почему? Я не знаю. Всё, что мне остаётся, - это их злобные слова, и я отказываюсь им верить.       - Я тоже мало что знаю о своих родителях, - сказал его младший брат с тяжёлым выдохом и положил голову на плечо Вэй Ина. - Я рад, что с тобой всё в порядке.       - Я тоже. Я рад, что наконец-то убрал эту липкую дрянь с моих волос. Старший брат Яо продолжал угрожать отрезать их. Ты можешь в это поверить? - проговорил он с притворным возмущением.       - Это потому, что ты не сидел спокойно, пока я пытался их помыть, - вмешался их брат, не спеша прогуливаясь по комнате. Мэн Яо остановился и, порывшись в рукаве, бросил им пару шерстяных одеял. - Вот. Я купил их, когда был в городе.       - Это все равно ужасное оскорбление для моих родителей, - проворчал Усянь с преувеличенно хмурым взглядом и накинул одеяло на голову А-Яна.       Сводный брат ужасного павлина прищурил глаза и озорно ухмыльнулся:       - Мне кажется, твои родители поняли бы меня.       - Ха-ха, - ответил Усянь, прежде чем одарить хихикающего А-Яна взглядом широко раскрытых глаз с выражением предательства.       - Ай-я, Я окружён неверными братьями! Нечестно!       - Ах, ах! - взвизгнул А-Ян, согнувшись пополам, когда Вэй Ин принялся его щекотать. - Стой, стой! А- Яо, помоги!       Их старший брат устроился поудобнее на своей койке и вытащил книгу:       - Извини, А-Ян, ты сам по себе.       Стук в дверь заставил Вэй Ина перестать щекотать брата, но не хохотать.       - Входи. Мы одеты, - пропел он сквозь смех, ожидая увидеть либо А-Нина, либо сестрицу Цин, но его смех застрял у него в горле, когда на пороге появился Лань Цижэнь.       Учитель обвёл взглядом комнату, опущенный изгиб тонких губ свидетельствовал о его неодобрении.       Одобрял ли этот человек хоть что-нибудь? И почему он всё ещё был здесь после того, как отослал Сичэня и Лань Чжаня прочь?       Вэй Ин подавил желание закатить глаза, когда А-Яо встал и поклонился. Вместо этого, он толкнул А-Яна, и они дружно скопировали поклон старшего брата.       - Учитель Лань, чем мы можем Вам помочь? - спросил Мэн Яо, и его вежливая улыбка обнажила ямочки на щеках.       Лань Цижэнь вошёл в комнату, его взгляд метался по сторонам, как будто он нервничал, а тонкие пальцы стискивали несколько кусков пергамента, прижимая их к бледно-голубой мантии.       - Мэн Уяо, я обсуждал очищение гнезда демонических пауков и продажу бывшей деревни и окрестных земель тебе и твоим братьям.       Бледные карие глаза на долю секунды метнулись к Вэй Ину и Сюэ Яну, прежде чем вернуться к Мэн Яо. Усянь фыркнул и обменялся скептическим взглядом со своим младшим братом. А-Ян пожал плечами и прислонился к руке А-Ина.       Старейшина Лань протянул несколько листов бумаги их старшему брату:       - Это договоры купли-продажи с подробным описанием цены, прав собственности и ежегодных налоговых обязательств, и все они учитывают вашу огромную заслугу перед Гусу. - Он сделал паузу и прочистил горло. - Пожалуйста, просмотрите их, и мы сможем встретиться снова, чтобы обсудить любые вопросы, которые могут у вас возникнуть, когда вы будете готовы.       Как всегда политически корректный, Мэн Яо позволил старому козлу вложить документы в свои протянутые руки и склонил голову:       - Спасибо, великий учитель Лань, за то, что считаете нас достойными потенциальными соседями и полноправными гражданами Гусу. Мы рассмотрим эти контракты с большой тщательностью и вниманием.       - Я уверен, что вы так и сделаете, - ответил Цижэнь, сдвинув брови и погладив несколько волосков, свисающих с его подбородка.       - Значит, у вас нет проблем с тем, что Дафань Вэнь переезжает сюда? - спросил       Вэй Ин, всё ещё сомневаясь в искренности пожилого человека       Козёл повернулся, всё его тело напряглось:       - Есть несколько вопросов, которые необходимо прояснить в отношении Дафань Вэнь, но я и совет старейшин готовы работать со всеми вами, чтобы решить эти потенциальные проблемы.       - Потенциальные проблемы? Какие?       Великий учитель Лань расправил плечи, и его пристальный взгляд пронзил Вэй Ина:       - Вопрос об их имени, это первое. Если Дафань Вэнь переедет сюда и сохранит фамилию Вэнь, это может вызвать проблемы с Вэнь Жоханем, если хочешь знать.       - Да, это правда. Это проблема, которую мы уже обсуждали с Вэнь Цин и работаем над её решением. Завтра мы с А-Ином вернёмся в Дафань, чтобы встретиться с Вэнь Цин и их старейшинами. Я уверен, что решение скоро будет найдено, - сказал Мэн Яо ровным тоном, снова привлекая внимание козла к себе.       - Хм. Хорошо. Потребуется ещё несколько дней, чтобы очистить беспорядок от демонических пауков, поэтому я оставлю здесь нескольких старших учеников, чтобы они присматривали за этим местом, пока тебя нет.       - Этот благодарит Вас за вашу доброту и внимание, - ответил Мэн Яо, ещё раз кивнув головой.       Вэй Ин знал маску на лице своего старшего брата. Он натягивал её всякий раз, когда пытался угодить кому-то более высокого ранга в своих собственных целях. Усяня раздражало, что его старшему брату приходилось так осторожно маневрировать вокруг эгоизма и гордости дворянства. У А-Яо было больше мозгов и потенциала, чем у большинства заклинателей, бегающих с задранными носами.       Старый козёл снова повернулся к Вэй Ину, и выражение его лица заставило юношу забеспокоиться. Неужели он снова сделал что-то не так? Нет. Насколько он знал, нет, но кто мог знать этих Ланей с их стеной правил? Он, вероятно, нарушал тысячу из них, просто существуя.       - До моего сведения дошло, что у тебя не так много воспоминаний о твоих родителях. – Лань Цижэнь беспокойно переместился, и его взгляд теперь был больше направлен на стену позади Вэй Ина, чем на него самого. - Хотя у нас с твоей матерью были не самые лучшие отношения, были редкие случаи, когда нам удавалось сблизиться. - Козёл издал тихое ворчание и протянул юноше два сложенных пополам листа. - Вот. Я нашёл это среди своих бумаг и подумал, что ты мог бы их оценить.       Не в силах дышать, Вэй Ин взял пергаменты трясущимися руками. Его веки быстро заморгали, когда он понял, что это наброски портретов его родителей. Болезненный удар пронзил его в грудь, заставив задохнуться. О, он забыл, как они выглядели, и теперь они были там - его мать, улыбающаяся, с ясными глазами, и его красивый отец в мантии Ордена Цзян. Слёзы затуманили зрение, и горло сжалось, блокируя любые слова. Не в силах остановить себя, Усянь вскочил и поймал старого козла в крепкие объятия.       - Спасибо, - сумел пробормотать он, уткнувшись лицом в плечо мужчины.       Через мгновение мягкая рука коснулась его головы:       - Ну, ну. Излишние эмоции не нужны, - сказал учитель Лань неловким, но мягким тоном.       Вэй Ин хихикнул сквозь слёзы. Это не было чрезмерным. Это были годы одиночества, излившиеся из-за подарка, который он никогда не думал получить, но которого страстно желал глубоко в своей душе.