Долги ребёнка 2

      Цзян Чэн и его спутники прибыли к воротам Гусу как раз перед делегацией Ордена Цзинь, и хотя это доставляло ему самодовольное удовольствие, его угрюмое настроение росло, пока он ждал, когда его первый помощник раскопает их приглашение.       - Нет приглашения -нет входа! - имел наглость заявить надменный ланьский стражник.       Скрипя зубами, Цзян Чэн хмуро посмотрел на своего ученика, который продолжал бросать нервные взгляды на передние складки его мантии.       - Он пытается сказать Вам, что приглашение спрятано под Вашей мантией, - сказал Цзинь Цзысюань, подходя и передавая ланьскому охраннику свои документы.       С пылающим лицом, Цзян Чэн выдернул приглашение из мешочка на поясе и бросил его в охранника. Из всех вещей, которые пошли не так в этот день, он должен был облажаться перед Павлином! Цзян Чэн проигнорировал хихиканье учеников Цзинь и направился к воротам.       К его шоку и раздражению Цзинь Цзысюань пошёл с ним в ногу.       - Чего ты хочешь?       Раздражитель закатил глаза, как будто это Цзян Чэн был тем, кто вторгался в его личное пространство:       - Ничего, я просто хотел поздравить Вас с Вашей помолвкой.       Грудь Цзян Чэна сжалась, и он стиснул кулаки, чтобы не ударить наследника Цзинь своими язвительными комментариями. Он отказался отвечать. Вместо этого он сосредоточил своё внимание на тропинке. Довольно скоро их пути разошлись, и Цзян Чэн укрылся в своих гостевых покоях       Остаток вечера он решил провести в своей комнате. Мысль о том, что ему придётся терпеть новые комплименты или наилучшие пожелания по поводу помолвки, бесила его. Цзян Чэн распаковал свои вещи и посвятил себя полировке меча, прежде чем устроиться на ночь.       На следующее утро наследник убедился, что он и его окружение отражают положительный образ Юньмэн Цзяна, прежде чем отправиться на завтрак. Несколько его учеников по пути ворчали, но неодобрительный взгляд, который он скопировал у своей матери, быстро заставил их замолчать. В обеденном зале Цзян Чэн заметил учеников Цзинь, собравшихся в одном углу, их надменное павлинье поведение демонстрировалось во всей красе. На другой стороне зала несколько учеников второстепенных Орденов, в том числе Яо, расположились за несколькими столами вместе. Наследник Ордена Яо помахал ему рукой и направился в его сторону.       Цзян Чэн резко повернулся и зашагал к дальнему столу. Он тяжело опустился на подушку, а его ученики заняли места вокруг. Подошёл слуга и подал ему миску простого отвара с гарниром из сушёного чернослива. Но, прежде чем он успел пожаловаться на скудность завтрака, из-за главного стола поднялся мужчина постарше с тонкой козлиной бородкой.       - Добро пожаловать на лекции этого года, студенты. Поскольку многие из вас здесь впервые, пожалуйста, знайте, что разговаривать во время еды запрещено. После того, как вы закончите свой завтрак, пройдите в учебный зал, где вас проинструктируют о правилах в Облачных Глубинах. На данный момент это всё. - Он снова сел и пригладил бороду, оглядывая зал.       Цзян Чэн равнодушно ковырнул чернослив. Он был здесь, чтобы учиться, он был здесь, чтобы принести честь своему Ордену и клану. Всё, что ему нужно было делать, это следовать правилам и получать хорошие оценки. Он мог это сделать, он мог показать остальному миру ценность заклинателей Цзян.       Вэнь Чао вошёл в Облачные Глубины, мало заботясь об их правилах. Вся эта ситуация злила его до предела. Ему было наплевать на Вэй Усяня, и уж точно он не хотел с ним дружить. По его мнению, общение с бродячим заклинателем было ниже его достоинства, тот вообще был недостоин его внимания. Вэнь Чао сильно сомневался, что Усянь так талантлив, как ходили слухи, но его отец настаивал на их дружбе, и он не мог спорить.       Вэнь Чжулю следовал за ним с коробкой относительно бесполезных свитков. Почему люди так ценят такие вещи, Вэнь Чао не мог понять. Чтение не имело ничего общего с силой. Тем не менее, если Орден Лань хотел их заполучить - пожалуйста, для него это не имело большого значения. Всё, что ему нужно было сделать, это подружиться с малышом Вэем и заставить его присоединиться к Ордену Вэнь. И тогда он мог бы спокойно вернуться домой к своей новой любовнице.       Покидая частную резиденцию, отведенную ему и его братьям, Вэй Ин потёр сытый живот и позволил солнцу согреть свое тело:       - Ах, А-Сан, разве мой старший брат не прекрасный повар? Это был завтрак, способный удовлетворить самую привередливую душу!        Хуайсан рассмеялся и обнял его за плечи:       - Я не могу с этим поспорить, А-Сянь. Из всех случаев, когда я принимал участие в лекциях Ордена Лань, я никогда не получал такого удовольствия от еды, как сегодня утром. Я так рад, что вы здесь в этом году.       Вэй Ин прислонился к своему другу с трагическим выражением лица:       - Аааа, как жаль, что старший брат Яо завтра уезжает. После этого нам придётся полагаться на собственную стряпню.       Его друг оттолкнул его:       - Никогда не думал, что скажу это, А-Сянь, но я лучше буду есть ланьскую пищу, чем твою стряпню.       Обиженный Усянь схватился за грудь и уставился на Хуайсана:       - Лань Чжань, ты слышал это? Так жестоко, А-Сан.       - Мм, не жестоко. Правда, - ответил его Лань, поймав руку Вэй Ина в свою.       Вэй Ин хотел было возразить, но обнаружил, что трепет их переплетённых пальцев отвлекает его. Как он может дуться, когда его губы настаивают на широкой улыбке?       - Буду готовить для Вэй Ина и его друзей, пока вы здесь, - продолжил Лань Чжань, и его золотые глаза встретились с глазами Вэй Ина.       Внезапно охваченный застенчивостью, Усянь стукнулся о плечо Ланя, его щёки болели от неспособности перестать улыбаться.       - Спасибо тебе, Ванцзи-сюн, за то, что спас мою палитру и желудок, - сказал Хуайсан с поклоном, прежде чем щёлкнуть веером и прикрыть большую часть лица, - Итак, когда вы двое официально объявите о своём ухаживании?       - Как только старший брат Яо и Лань Сичэнь перестанут танцевать друг вокруг друга, - ответил Усянь с долгим вздохом. - Я не знаю, почему они так долго. Даже великий учитель Лань видит, как они относятся друг к другу.       Хуайсан хихикнул, прикрывшись веером, и они направились по дорожке к лекционному залу:       - Да, как глупо. Как будто вы двое не танцевали друг вокруг друга с того момента, как встретились.       Лань Чжань проигнорировал его заявление:       - Сюнчжан находится в противоречии.       - Противоречие? В чём?       - Не спрашивай, - ответил Вэй Ин, срывая цветок с обочины тропы, - это запутанная паутина, о которой он не будет вдаваться в подробности.       - Кто? Ванцзи-сюн или старший брат Сичэнь?       Вэй Ин повертел нежный белый цветок между пальцами, а потом засунул его за ухо Лань Чжаня:       - Оба. Они оба ужасно хороши в том, чтобы скрывать самые пикантные моменты жизни.       - Но у тебя есть теории, - сказал Хуайсан с огоньком в глазах.       - Возможно, - ответил Усянь с ухмылкой.       - Вэй Ин.       Усянь похлопал Ванцзи по груди.       - Я знаю, я знаю, Лань Чжань. Сплетни запрещены. - Печальный выдох сорвался с его губ. - Вот почему мы с А-Саном продолжим этот разговор, когда посетим Тянь Хэ. Вэй Ин хихикнул, увидев нежное раздражение в глазах своего Ланя. Ах, он действительно был лучшим.       - И когда ты собираешься рассказать мне, как вы двое, наконец, осознали свои чувства друг к другу? - спросил Хуайсан, постукивая веером по предплечью друга.       - Ах, это действительно романтическая история, - заявил Усянь, размахивая их с Лань Чжанем соединенными руками, и даже пару раз подпрыгнул от избытка чувств.       - Ммм, я уверен. Роман на века. Тот, что предназначен для сцены.       - Вот именно, - ответил Вэй Ин со смехом. Мысль о том, что их история превратится в пьесу, приводила его в восторг. - И такая история заслуживает того, чтобы её рассказали в надлежащее время в надлежащем месте. Её нельзя торопить или втискивать до обещанного чтения всех трех тысяч правил Ордена Лань.       - Вэй-сюн, кто теперь жестокий? - надувшись, сказал Хуайсан. - Мне нужно что-то, что поддержит меня, что-то большее, чем намеки.       Вэй Ин открыл дверь и жестом пригласил своего друга войти:       - Боюсь, тебе придётся полагаться на своё воображение, пока не придёт время.       Он неохотно отпустил руку Лань Чжаня и последовал за своим возлюбленным в класс. Когда глаза привыкли к тусклому свету, улыбка застыла на его лице. Ему и в голову не приходило поинтересоваться, кто будут его сокурсники.       Цзинь Цзысюань сидел среди своих дружков, его поза и выражение лица были надменными, и он игнорировал остальную часть комнаты. Через проход от Цзинь, Цзян Чэн опустился на колени, его спина и плечи напряглись, как будто он ожидал удара ножом между лопаток. А сзади, развалившись, сидел Вэнь Чао.       Вэнь Чао?       Какого хрена?       Раздражающий второй сын Вэнь послал ему жуткую ухмылку, которая подразумевала дружескую фамильярность, но потерпела неудачу. Вэй Ин выдавил неловкую улыбку в ответ, прежде чем занять своё место рядом с Лань Чжанем.       Если всё остальное потерпит неудачу, он всегда сможет сбежать.