Заповедник

— Мне сегодня такое приснилось. Ух, Джей, я так удивился, чуть не сгрыз собственный хвост, — тараторил Бельчонок, по привычке с размаху прыгая из дупла на своего Лося и зарываясь носом в короткую шерсть. Джаред зажмурился, пережидая приступ щемящей нежности. Где-то он слышал, что подобное чувство, когда внутри широкой груди все сжимается и одновременно трепещет, называется именно так. Может быть, от бабушки с дедом или от Джима-бобра? — Целая гора из самых разных орехов и тех сладких ягод, которые тебе как-то оставили у дупла? — хмыкнул Джей, вспоминая тот диковинный случай. Человеческая девчушка — чуть выше трухлявого пня, что у протоки, приковыляла от дома людей с мешочком разных разностей, оставила Дженсену вкусняшек прямиком на траве и убежала, смешно загребая короткими тощими ножками. Дженсен вылез из дупла сильно позже, когда убедился, что люди точно ушли далеко. Попробовал подношения — осторожно откусывая понемножечку от каждого фрукта, с каждым укусом причмокивая все сильней. Потом вспоминал угощение еще каждый день целый месяц. Джаред даже задумался, где бы ему подобное раздобыть, чтобы порадовать друга. — А вот и нет! Хотя я бы не отказался. Но в этом сне, представляешь, был ты! Ты был человеком! Обалденный красавец в смешной красной шапке с мехом — почти как у Лиса, правда, пушистым и белым. Джаред на этих словах подавился. — Я — человек? А почему ты решил, что это я? — Ну, глаза-то были твои — такие же теплые, и, когда он, то есть, — ты, смотрел на меня, они улыбались. Ай, Джей, откуда я знаю. Просто это был ты. Вот и все. Притащил мне мешок человечьих конфет и огромное яблоко, а еще что-то круглое и большое, оранжевое, похожее на мяч — в такой людские дети на полянке часто играют, когда приезжают. Потом ты взял меня на руки, гладил по спине и говорил, что я очень красивый, рассказывал про мой мягкий мех. Дженсен, распластавшись у Джареда на спине, блаженно вздохнул, обхватывая друга за могучую шею. Вернее, попытался так сделать. — А правда было бы здорово, если бы мы могли превратиться в людей? Хотя бы на время. — Не знаю. Я совсем не умею быть человеком. Что бы мы с тобой стали делать? — ответил Лось осторожно и ошарашенно от мелькающих картин в голове. — Ну, ты смог бы меня обнять для начала, вот так, — шепнул Дженсен, прижимаясь к своему Лосю щекой. — И вообще, мы бы с тобой научились. Я точно знаю. Одним словом, это был потрясающий сон. Надеюсь, он ко мне как-нибудь ночью вернется. А чем мы займемся сейчас? — Может быть, пойдем твои конфеты искать? Кажется, ночью в домике опять были люди. — Конечно, пошли! — подскочил довольный Бельчонок, ловко кувыркнувшись со спины Лося прямиком в снег. Гостинцы зверью готовил и оставлял не один смотритель заповедника Эрик. И каждый раз это был — волшебный сюрприз.