От рождения до... возрождения

Меньше всего на свете Александра хотела участвовать в праздновании Нового года в кругу Пожирателей смерти, но одного недовольного взгляда Волдеморта хватило, чтобы она, натянув на лицо улыбку, с «радостью» приняла приглашение. Несмотря на то, что со многими последователями Тёмного Лорда у неё были хорошие отношения, в общей массе это были жестокие и опасные люди, а под воздействием алкоголя они утрачивали последние остатки самоконтроля, и в их обществе было по-настоящему страшно находиться. Александру спасало то, что благодаря расположению Тёмного Лорда никто из Ближнего круга не желал ей зла, и, независимо от количества выпитого, мужчины следили, чтобы к ней никто не смел приставать. Ближе к утру веселье пошло на спад. Мало кто из присутствующих оставался в здравом уме после целой ночи празднования. Половину бального зала занимали диваны или кушетки, на которые храпели пьяные гости, которые, благо что были волшебниками, сами наколдовывали себе спальные места. Полночи дыша перегаром, Алекс чувствовала себя так, будто сама напилась и была почти уверена, что наутро её ждёт похмелье. Простившись с Волдемортом, она направилась к камину, но дойти до своей цели так и не смогла: её перехватил Снейп. — Ты вообще, кроме Малфоя с кем-нибудь общаешься? — возмущённым тоном спросил Северус. Учитывая, что только благодаря перманентному присутствию Люциуса за её спиной она была избавлена от слащавых демонстраций симпатии и откровенных домогательств, его возмущение явно было несправедливым. Удивлённо посмотрев на Снейпа, Морган решила не ломать себе голову над причинами, побудившими задать такой вопрос, вместо этого просто ответив: — С Поттером, Ноттом… — А с Драко? — перебил Снейп. — Ты же сказал кроме Малфоя? — Я имел в виду твоего любимого Люциуса. — Вот так и рождаются сплетни, — с недовольством протянула Морган. — Извини, ты права, это было лишним. Я спрашиваю потому, что ты совершенно перестала общаться со мной… — Северус, у тебя есть сын и молодая любовница… — Но, Алекс, моя подруга — ты, а не один из них! — с обидой вскричал тот. — Ты раньше часто заходила ко мне просто поболтать, а за этот семестр… — Северус, у меня просто времени не было, — начала оправдываться Морган. — Я даже с отцом говорю только о делах! Я не хотела тебя обижать, честно. Поспорив ещё немного, Александра пообещала пересмотреть свой график и наконец-то отправилась домой. Рухнув в кровать, едва успев раздеться, она моментально уснула… Как Александра и предсказывала, наутро голова раскалывалась. Холодный душ ничуть не улучшил её самочувствие и, спускаясь к завтраку, она пребывала не в лучшем расположении духа. Драко не было, зато за столом обнаружились Белла и Люциус. — Привет семье, — весело поздоровалась Алекс, чье настроение заметно исправилось от помятого вида присутствующих. Дождавшись вместо приветствия невнятного бурчания, Александра вызвала домовика, приказав принести зелье от головной боли. — Как ты умудряешься после вечеринок у Тёмного Лорда выглядеть так, будто тебя только что снимали для обложки «Ведьмополитена»? Мы вернулись одновременно, но ты цветешь и пахнешь, а мы… — Пить меньше надо, — рассмеялась Алекс. — А если серьёзно, то у меня голова тоже болит, — призналась она и, ухмыльнувшись, заговорщицким шепотом добавила: — Наверное, я надышалась паров алкоголя, которые пили вы, и у меня тоже похмелье. Остаток завтрака прошёл в молчании. После ночи празднования всем хотелось просто посидеть в тишине. — Ладно, я собираюсь навестить библиотеку, так что всем пока, — допив кофе, Алекс встала из-за стола и, выслушав пожелания удачного дня, покинула столовую. Она не могла не думать о вчерашнем разговоре с Северусом. Что-то настораживало в его словах. Из-за бессонной ночи Алекс сразу не сообразила, что Снейп не просто так завел тот разговор, но, выспавшись, она восстановила в памяти не только слова, но и выражение его лица во время диалога и результат ей не слишком-то понравился. Прошло действительно много времени с тех пор, когда Морган чувствовала себя комфортно в обществе отца своего племянника. И дело было вовсе не в том, что они мало общались в последние месяцы. С недавних пор Снейп не вызывал у неё доверия. Александра слишком хорошо знала этого мужчину, чтобы не замечать перемен, произошедших в его поведении. Вряд ли это было видно кому-нибудь ещё, но с самого первого курса Северус постепенно открывался перед ней, а во время Турнира Трёх Волшебников, так и вовсе позволил при Александре проявиться своим истинным чувствам, после чего носить строгую маску стало просто глупо. В итоге, мисс Морган стала единственным человеком, кто знал настоящего Северуса Снейпа, со всеми его достоинствами и недостатками, надеждами и страхами… Если раньше Морган была уверена, что Северус хоть и не на стороне Пожирателей, но и врагом для неё не является, то теперь и это вызывало сомнения. Из-за своей роли шпиона, Снейп бывал на собраниях Пожирателей смерти довольно редко, а после того, как Волдеморт решил, не дожидаясь окончания школы, сделать из некоторых студентов Хогвартса своих последователей, то Северус и вовсе встречался с хозяином в основном наедине. Так что не было ничего удивительного, что он до сих пор не имел представления, насколько Александра вовлечена в деятельность Тёмного Лорда, ну и об их родственной связи тоже. Александре совершенно не импонировало такое неопределённое положение вещей и, дойдя до библиотеки, она изменила направление движения, решив навестить Снейпа и прояснить его позицию. Выйдя из камина в доме Северуса, Александра брезгливо поджала губы. Спёртый воздух, отсутствие солнечного света и скрипящий при каждом шаге пол создавали атмосферу запустения намного более достоверно, чем пыльные шторы, немытые окна и витающий вокруг запах плесени. Вышедший навстречу гостье хозяин был явно удивлён, но не стал ничего спрашивать, ожидая, когда та сама скажет о цели визита. — Я вспомнила твои вчерашние слова и не могла не заметить, что ты на самом деле интересовался вовсе не тем, почему я перестала заходить к тебе в гости, а моими делами вообще, — после непродолжительного молчания, во время которого она пыталась решить, стоит ли садиться на пыльный стул, первой заговорила Александра. — Мне неприятно думать, что мы станем врагами, Северус. — Взаимно, — холодно отозвался тот, ничем не показывая своего истинного отношения к происходящему. — Но это зависит только от тебя. — Наоборот, это зависит только от твоего выбора, — печально улыбнувшись, возразила Алекс и всё же решила достать волшебную палочку и очистить стул, понимая, что разговор предстоит не только серьёзный, но и долгий. — Я открыто выбрала, на чьей я стороне, а вот ты по-прежнему юлишь. — Все твои представления о добре и зле не более чем абстракция. Ты знаешь, что хорошо, а что плохо, но к себе эти познания применять не хочешь. И поступки твои, кстати, это лишь подтверждают. Признайся, Алекс, ты ведь одинаково равнодушна и к тем, и к другим? Что, если ты выбрала не ту сторону? — Брось, Северус, я не флюгер, чтобы менять направление в зависимости от порывов ветра. Та, не та… я своей выбор сделала, сделай и ты. — Выбор? — переспросил Снейп, сверкнув глазами. — Я тоже сделал свой выбор ещё много лет назад, но ты почему-то предпочитаешь делать вид, что не помнишь об этом. — Нет, Северус, на самом деле ты пошёл по пути наименьшего сопротивления. Сначала ты пришёл к Волдеморту из-за детских обид, а потом отвернулся от него из-за страха. Это не выбор. Твою жизнь исковеркал именно Дамблдор, а не Тёмный Лорд. Именно директор заставил тебя мучиться чувством вины, и именно он успешно манипулировал тобой все эти годы, используя в собственных целях. Директор — это извращённое понимание добра. Секунду Снейп колебался, однако вспомнив, что перед ним не просто посторонний человек, а подруга, которой известно истинное положение вещей, искренне сказал: — Алекс, я не могу забыть, по чьей вине погибла Лили. — Ну и по чьей же? — жёстко спросила Морган, решив не церемониться с подбором слов. — По твоей? Нет, ты не мог предположить, чем закончится передача тобой обрывка подслушанного разговора. По вине Волдеморта? Тоже нет, он стремился защитить собственную жизнь и винить его в этом, по меньшей мере, глупо. Может, по вине Трелони? Ведь именно она сделала то мордредово пророчество. Или по вине Петтигрю, в конце концов, именно это ничтожество предало своих друзей. А может, всё намного проще? Кто затеял травлю Волдеморта? — Он чудовище, Алекс, и ты знаешь это не хуже меня! — А ты знаешь, что он не просто маньяк-убийца! — раздражённо воскликнула Александра, которая откровенно не понимала упорства собеседника. — Северус, очнись, ты же знаешь, что происходит! Тебе прекрасно известно, что Тёмный Лорд не убивает просто так, из одного лишь желания убить! — Дамблдор защищает всех… — Что за бред? — перебила она, повышая голос. — Ты просил у него защиты для Поттеров, хотя он и так обязан был их защитить, не так ли? Ты открытым текстом предупредил, что Лорд ищет способ проникнуть в их дом. И чем это закончилось? Мало того, что директор позволил их убить, он же использует их гибель для того, чтобы манипулировать тобой до сих пор! — Дамблдор многое для меня сделал, — предпринял последнюю попытку возразить Снейп, но Алекс лишь рассмеялась в ответ. — О да! Он позволил одному из лучших мастеров зельеварения в Великобритании преподавать в своей школе. Невиданная щедрость! Северус, ты же сам не веришь в то, что говоришь! Несколько секунд Снейп просто смотрел на Александру, словно сомневаясь, что нужно продолжать этот спор. Та молчала, терпеливо ожидая решения. — Чего ты добиваешься? — опустив голову, устало спросил он. — Чтобы ты научился думать о себе. Не о благе директора и его грандиозных планах, а о собственной выгоде. Сейчас ты просто марионетка, послушно повторяющая слова Дамблдора, и не дающая себе труда осмыслить то, что слышишь. Посмотри вокруг — Дамблдор посадил тебя на цепь и не позволяет ни на шаг отойти в сторону. Ты даже дом не можешь привести в порядок на ту зарплату, что утвердил директор. Северус, ты же гениальный зельевар, зачем тебе Хогвартс с толпой ненавистных студентов и директором-кукловодом? Почему ты отказываешься от нормальной жизни? Ладно, раньше ты упивался самобичеванием, но теперь ты не имеешь на это морального права: у тебя есть сын, который заслуживает того, чтобы гордиться отцом. У тебя даже девушка есть, Салазар тебя раздери! Подумай обо всём этом, подумай непредвзято и прими окончательное решение. Ещё год назад ты сам хотел избавиться от давления директора, что изменилось? — Всё! Ты не видела, что творит Волдеморт! Ты не видела его жертв! Если старый маразматик может защитить нас от этого, то я сохраню свою преданность… — Преданность? Это то самое чувство, которое внушают, чтобы в нужный момент заставить кого бы то ни было поступать так, как тебе выгодно? — с презрительной ухмылкой уточнила Морган, убеждаясь, что все её слова проходят мимо, не достигая цели. — Да, я его знаю, сама с удовольствием им пользуюсь. Перестань заниматься самообманом, — посерьёзнела она. — Интеллект не может сделать человека добрым или злым. Поступки зависят лишь от внутреннего убеждения. И если Дамблдор предпочитает прятаться за спинами таких, как ты, тех, кто и выполняет за них всю грязную работу, чтобы потом можно было удивлённо развести руками и печально покачать головой, типа он ничего и не подозревал, то Волдеморт не боится испачкать руки, действуя открыто. Ладно, закончим на этой оптимистической ноте. Будет жаль оказаться с тобой по разные стороны баррикад. И, не дожидаясь, что скажет Снейп в ответ на её слова, Александра трансгрессировала домой, не прощаясь. * * * После встречи со Снейпом настроение Александры окончательно испортилось. Если до Нового года всё было более чем неплохо, то с наступлением января события перестали радовать. И дело было не в том, что происходило что-то по-настоящему плохое, а скорее в мелких досадных случаях, которые в совокупности складывались в печальную картину. Перед обедом Александра разбирала в кабинете декабрьские счета, когда ей неожиданно пришла в голову очень интересная мысль, и она безо всякого предупреждения решила нанести визит вежливости своему давнему деловому партнеры, чтобы обсудить её. В результате Алекс осталась на обед в доме Эдриана Нотта, чтобы сразу же после вместе с ним отправиться на встречу. Но, вернувшись, она не успела произнести ни слова, наткнувшись на недовольного жениха. — Зачем ты навещала Теодора? Быть может, если бы у Алекс было хорошее настроение, или если бы она не была уставшей после долгих пререканий с представителями будущих партнеров, она обняла бы Драко и успокоила его обычным поцелуем, или просто перевела бы разговор в более мирное русло… Но так сложилось, что именно сейчас Морган не желала быть миротворцем. — Я не навещала Теодора. — Не… — удивлённо хотел переспросить Малфой, но, не договорив, перебил сам себя. — Но я знаю, что ты обедала с Ноттом, почему ты врёшь мне? — Не забывайся, — ледяным тоном напомнила Александра. — Я не обязана отчитываться в каждом своем шаге, но так уж и быть, скажу. Я встречалась с Эдрианом, а не с Тео. Резко развернувшись, она покинула гостиную, оставляя жениха в одиночестве. Ужин проходил в атмосфере тягостного молчания. Драко обижался, а Алекс не обращала на него никакого внимания. Одновременно с десертом домовик принёс конверт. — Тёмный Лорд хочет меня видеть, — в никуда бросила Морган, вставая из-за стола и, не дожидаясь какой бы то ни было реакции, покинула столовую. Пообщавшись с Волдемортом, Алекс не торопилась покидать его поместье и возвращаться домой. Пройдя в малую гостиную, она остановилась поздороваться с Краучем и Лестрейнджем и проговорила с ними почти два часа, прежде чем здравый смысл напомнил, что пора бы и честь знать. — Где ты была? Это было первым, что Александра услышала, едва пламя в камине опало. Какое-то мгновение она хотела малодушно сбежать, но не позволила слабости победить, напомнив себе, что это всё-таки её дом. Шагнув в гостиную, Алекс невозмутимо отряхнула мантию от золы и только после этого посмотрела на встречающего её парня. Драко был в ярости. Она видела это совершенно отчётливо по раздувающимся крыльям носа, по сжатым губам и, конечно, по глазам. — Я сказала, куда иду, — сохраняя внешнее спокойствие, небрежно ответила Алекс, намереваясь пройти мимо, но Малфой схватил её за запястье, вынуждая остаться. — Мне не по душе подобное отношение. Уж тебе-то это должно быть известно, — холодно добавила Морган. — Я знаю, где ты была. Я хочу знать, почему. — О чём ты? — искреннее удивление затмило злость, и вопрос она задала вполне нормальным тоном. — Ты видел письмо… — Ты была в поместье Тёмного Лорда, я и не спорю. Вот только общалась ты не с ним! — О, очередной приступ ревности, — протянула Алекс издевательски, оставляя надежду быстро прекратить ссору. — Я не оставалась с Барти наедине ни на секунду, если тебе интересно. — Мне интересно, почему ты вообще… — Драко, перестань! — все же разозлилась Александра. — Я общаюсь с теми, с кем мне хочется, и точка! Ты хочешь поссориться? — Я хочу, чтобы ты была со мной, а не… — Довольно! Я не могу так! Я задыхаюсь. От твоей ревности, от постоянной подозрительности, от косых взглядов и недоверия… Твоё желание быть рядом переходит все границы! Ты посадил меня на цепь и всё туже затягиваешь её. Драко, мне необходима передышка! — И эта передышка тебе нужна в его обществе? — понимая, что перегнул палку, поинтересовался Малфой. — Ты бежишь к нему каждый раз, когда у нас возникают сложности. По-твоему, это нормально? — С ним я не чувствую постоянного давления. В горе и в радости нам нужны абсолютно разные люди. Алекс произнесла это с такой горечью, что когда развернулась, чтобы уйти, Малфой даже не стал её удерживать. Они никогда не ссорились. Естественно, за столько лет знакомства в их отношениях порой возникали конфликты, однако это никогда не было чем-то серьёзным. Алекс и Драко были слишком похожи, чтобы долго спорить, предпочитая сразу же разрешать недопонимание путем мирных переговоров. Но сейчас что-то едва уловимо изменилось. Оба считали себя правыми и оба не желали идти на компромисс первыми… * * * Деятельность Волдеморта постепенно набирала обороты. Тёмный Лорд не гнушался никакими способами получения желаемого, и число его сторонников росло с каждым днём. Уставшие от закостенелости Министерства, волшебники с энтузиазмом встречали любые реформы, порой даже не давая себе труда задуматься, к чему они приведут в итоге. Большинство «сочувствующих» не было знакомо друг с другом, поэтому, когда несколько человек, независимо друг от друга делали одно и то же, в результате получался хаос. Алекс со скоростью звука пробежала через весь Малфой-мэнор, стремясь как можно быстрее сообщить отцу новости и, не тратя лишнее время на проявление вежливости, без стука распахнула дверь в его комнату. И застыла с открытым ртом. Представшее зрелище откровенно шокировало. Александра, естественно, понимала, что Люциус Малфой интересный и совсем не старый мужчина и знала, что у него довольно часто меняются любовницы, но, вообще-то, эта сторона жизни отца её абсолютно не интересовала. Однако дело было не столько в том, что она застала отца в процессе удовлетворения плотских желаний, сколько в выборе партнерши. — Выйди! — рявкнул Малфой, и Морган захлопнула дверь, на негнущихся ногах медленно направившись в кабинет. — С тобой всё в порядке? — несмотря на то, что последние дни молодые люди почти не общались, Драко не смог пройти мимо невесты, не поинтересовавшись её состоянием: девушка двигалась словно сомнамбула. — А? Нет, я в шоке, — призналась Алекс, всё ещё не придя в себя. — Что произошло? — Я застала отца в весьма недвусмысленной ситуации… — начала объяснять она, когда в кабинет вбежал старший Малфой. — Драко, выйди! — Что… — Пошёл вон! — повысил голос Люциус, смотря при этом только на Алекс. — Да пошли вы оба! — разозлился доведённый отцовским пренебрежением до крайности Драко, вскакивая на ноги. — Стой! — неожиданно велел Люциус, чувствуя, что переборщил. — Алекс ворвалась ко мне, когда я был не один… — И что?! — Ты идиот? — с недовольством хмыкнул старший Малфой, стремясь обрести утраченное спокойствие. — А ты? — огрызнулся тот, чего никогда не позволял себе раньше. Но сейчас Драко было наплевать на грядущее наказание — он просто не мог больше терпеть. — Ты думаешь, Алекс ничего не знает о сексе? — Дело не в том, что… Дело в том, с кем я был, — смущённо пояснил Люциус. — Оказывается, можно просто сказать, в чём проблема, и язык не отсох, — пробурчал Драко, перед тем как выйти. — Алекс, мне очень жаль… — Я просто в шоке! — перебила та. — Несколько дней назад ты закатил истерику, что я посмела привести домой Уизли, а сегодня ты не только привел её к себе, но и… Отец, ты в своём уме? — Это случайность, — пролепетал пристыженный Люциус, чувствуя себя при этом хуже некуда. — Какая случайность?! Вы просто не могли встретиться случайно! Вы вращаетесь в абсолютно непересекающихся кругах! Ты что, в моём доме с ней договорился?! — дошло до Александры, и она чуть не задохнулась от возмущения. — Прости, я не думал, что ты так разозлишься. Она сама хотела… — Люциус, ты взрослый мужчина! Мало ли чего захотела девчонка, где твоя голова в тот момент была?! Она в два раза моложе тебя! Да она даже моложе твоего сына! — Кто бы говорил, у тебя у самой, помнится, был любовник в два раза старше, — огрызнулся Малфой. — Что ты сравниваешь? — обиделась Алекс. — У нас много общего, и потом, мы целый месяц каждый день виделись прежде чем… В нашем случае, это действительно была случайность, хотя довольно закономерная, должна признать. А вот ты… У меня просто слов нет! Ты что, хочешь ещё одного наследника? — Не говори глупостей. Это просто секс. Одноразовый. Тебе совершенно не о чём беспокоиться. — Ну, конечно! Она несовершеннолетняя! — Всё, хватит. Мне не шестнадцать лет, а ты не моя мать. — Зато мне шестнадцать и ты мой отец! Но, тем не менее, именно ты ведёшь себя так, что хочется взять лозину и выпороть тебя, чтобы в мозгах прояснилось! — Это не повторится. Прости, мне на самом деле стыдно, что всё так получилось. Алекс? Она лишь махнула рукой, соглашаясь забыть инцидент, хотя внутри неё всё прямо кричало от возмущения. * * * Конфликт с сестрой, ссора с Драко, размолвка с Люциусом — это были худшие каникулы на её памяти, но возвращение в школу всё равно совершенно не радовало Александру. Мало того, что ей придётся каждый день просыпаться ни свет ни заря, так ещё и общаться нужно будет не с теми, кто ей интересен или хотя бы выгоден, а с кучей однокурсников. Выучив за столько лет расписание Хогвартс-экспресса, Алекс ступила на мостовую Хогсмидской станции в ту же секунду, что и другие студенты. Заранее позаботившись о том, чтобы натянуть маску «милой гриффиндорки», она спокойно вынесла первый вечер в школе: шум и суета пока не слишком раздражали. На следующее утро все разговоры сводились к одной теме: урокам трансгрессии. Большой зал бурлил. Согласно сведениям, появившимся на доске объявлений во время каникул, с февраля должны были начаться дополнительные курсы, и каждую субботу студенты Хогвартса будут тренироваться исчезать и появляться в строго опредёленных местах. Слизеринцам, в большинстве своём обученным родителями ещё на первых курсах, а то и раньше, уроки были не слишком интересны, однако из всей школы только Морган и Фрай имели лицензию на трансгрессию, вследствие чего могли игнорировать всеобщий ажиотаж. Остальным же школьный факультатив помогал сэкономить время и силы, а потому принимался благосклонно. Для Алекс новость была приятна по другим причинам. Наконец-то она могла посещать Айзека без придумывания фантастических оправданий своего отсутствия, ведь теперь его просто-напросто никто не заметит. В Хогвартсе только МакГонагалл знала о связи Александры с невыразимцами — Отдел тайн свято хранил свои секреты, — но декан Гриффиндора была строго предупреждена об ответственности за разглашение этой информации. Начало семестра означало не только то, что студенты будут посещать официальные лекции, но и возобновление тренировок Отряда Дамблдора, который, после долгих размышлений, решено было переименовать в Отряд Хогвартса. Уже в среду Гарри собрал свою команду для составления расписания на предстоящее полугодие. Алекс кривилась, но не отказывалась от своего участия, хотя ни желания, ни свободного времени у неё на это не было. С начала года нападения Пожирателей участились, и атмосфера в школе стояла мрачная. Как ни странно, но пока семьи школьников несчастья обходили стороной, хотя мало кто верил, что существующее положение вещей сохранится надолго. И тем удивительнее было, что первый в этом году урок прошёл на удивление мирно. Гриффиндорцы больше не видели в Нотте врага. Ребята, естественно, не могли в одночасье изменить мнение, сложившиеся за пять с лишним лет, но регулярные занятия в обществе Теодора многих заставили пересмотреть стереотипное восприятие, и теперь Тео стал просто парнем, с которым они мало знакомы, но о котором доброжелательно отзывается сам Гарри Поттер. Студенты беспрекословно выполняли все команды Александры и спокойно воспринимали критику от Нотта, чем очень радовали своих учителей. Единственным, у кого успехи отсутствовали напрочь, был Невилл, но как бы с ним ни бились сначала Поттер, а теперь и Алекс, тот стабильно не мог выполнить элементарных заклинаний. — Невилл, соберись. Ты очень способный волшебник, но с тобой может справиться и тот, кто слабее тебя в несколько раз! — Я безнадёжен. — Нет! Если бы это было так, я не стала бы тратить на тебя время, — утешительно покачала головой Морган. — Ты слишком не уверен в себе. — Я знаю, — тяжко вздохнул Долгопупс, опустив взгляд. — Я стараюсь, но у меня всё равно ничего не получается. — Ты не к тому старания прикладываешь. Чтобы колдовать не задумываясь, палочка должна стать продолжением руки. Может, причина в другом, но мне кажется, ты до сих пор сомневаешься в своей способности творить волшебство. Пусть первый стихийный выброс у тебя произошёл очень поздно для чистокровного, но ведь произошёл! Это главное. Ты — маг, Невилл, и это навсегда, — Алекс коснулась руки Долгопупса и доброжелательно улыбнулась. — Посмотри на Гарри. У него похожая ситуация, но результат противоположный: он сразу безоговорочно поверил в магию. Поэтому, хотя силы его невелики, уверенности достаточно для того, чтобы всё получалось. Хотя ему это не поможет — он всё равно будет проигрывать даже намного более слабому противнику. — Почему? — возмутился Поттер, незаметно оказавшийся рядом и услышавший нелестную оценку. — Да потому, что ты не умеешь контролировать эмоции. Чтобы выиграть, необходимо сохранять ясную голову, а ты слишком эмоционален. Тебя очень просто выбить из равновесия. Достаточно лишь оскорбить тебя, или надавить на жалость, или… — Ты можешь на этом остановиться и не перечислять при всех мои недостатки, — недовольно заметил Поттер. — Нет, Гарри, не могу. Если я всем скажу, как можно тебя победить, у тебя вполне возможно сработает инстинкт самосохранения, и ты изживёшь в себе эти качества. — Или меня убьют, — парировал Поттер. — Ну, я в любом случае в выигрыше, — рассмеялась Александра. — Ты мой друг, поэтому, думаю, ты сам догадываешься, что совместные приключения нам обеспечены, а там и до встреч на поле боя недалеко. И если ты не в состоянии полноценно сражаться, то я должна заранее об этом знать, поскольку не хочу рисковать, доверившись тебе. — Вместо того чтобы говорить мне гадости, лучше поддержала бы! — Моя моральная поддержка ничем не поможет тебе во время физического столкновения с врагом. — Но я могу объяснить, почему так происходит, — начал оправдываться Поттер. — А я и так прекрасно понимаю, — перебила Алекс. — Тогда почему ты… — Я сказала, что понимаю, но это ещё не означает, что я готова с этим смириться. Покачав головой, Поттер отошёл в другой конец зала, прекращая разговор. — Ты слишком строга с ним. — И это говоришь мне ты? — Морган вытаращила на Теодора глаза, точно не ожидая услышать критику от него. — Если тебе жалко нашего доморощенного героя, иди и сам учи его, чтобы в следующий раз, когда я увидела Поттера, его манера боя не вызвала у меня никаких нареканий! Когда урок закончился, Гарри попросил подругу задержаться, как думала Алекс, для того, чтобы обсудить её критику, но оказалось, у него были совершено иные цели. Когда все студенты вышли из Выручай-комнаты, и они остались вдвоём, Поттер уселся на пол и, опустив взгляд, приступил к повествованию: — Ты же знаешь, что я регулярно встречаюсь с Дамблдором? Я рассказывал тебе об этих встречах. Сначала он показывал мне воспоминания в Омуте памяти, рассказывая о детстве и юности Волдеморта… — Гарри? — поторопила Морган, когда пауза стала слишком уж затягиваться. — Тут такое дело… Ты знаешь что-нибудь о крестражах? — неуверенно спросил он. — Конечно, — удивлённая странным вопросом, Алекс, тем не менее, утвердительно кивнула. — Нет ничего такого, что было бы известно тебе, но не знала бы я. — В общем, Волдеморт создал крестражи… и директор хочет, чтобы я помог ему их найти и уничтожить. Алекс глубоко задумалась, но совершенно не выглядела шокированной. Морган отреагировала совершенно не так, как ждал Поттер: она казалась абсолютно спокойной. — Гарри, у нас проблемы, — наконец изрекла она. — Что ты имеешь в виду? — Это довольно серьёзно, я не могу скрыть это от Тома. — Никаких проблем, — согласно кивнул тот. — Ты не возражаешь?! — неверяще воскликнула Морган, приготовившаяся к долгим спорам. — Я же сказал: я на твоей стороне. Раз ты считаешь, что Волдеморт должен об этом знать, я не стану тебе препятствовать. Я так и думал, что ты захочешь ему всё рассказать. Кстати, о крестражах, — вспомнил Поттер, — у профессора Слизнорта есть какая-то информация, и директор приказал мне с ним сблизиться и… — Понятно, можешь не продолжать, — недовольно нахмурившись, перебила Алекс. — Дамблдор в своём репертуаре. Знаешь, чем дольше я знаю его, тем больше убеждаюсь, что его девиз «что бы ни делалось, должно делаться чужими руками». — Похоже на то, — улыбнулся Гарри. — Я пытался подружиться со Слизнортом… — Это заметно, — ухмыльнулась Морган, вспоминая поведение друга на уроках Зельеварения. — Но этого мало! А сейчас, после того, как я задал ему прямой вопрос… — Видимо, Дамблдор боится его спугнуть, поэтому не стал использовать обычные методы получения информации, — выслушав жалобы однокурсника, резюмировала Александра. — Непонятно почему, но, предположим, в этом есть смысл. Тогда тебе нужно… — Что? — нетерпеливо воскликнул Гарри, когда та замолчала. — Есть одно зелье, — медленно протянула Алекс, — вот только оно очень долго готовится, это если забыть о том, что оно запрещено к производству Министерством, а за его использование тебя могут посадить в Азкабан. — Алекс, а ты можешь его приготовить? Тебе ничего за это не будет? — Приготовить-то я могу всё что угодно, а будет ли что-нибудь мне за это или нет, зависит только от тебя. Держи язык за зубами. И, Гарри, попробуй пока сам его разговорить, чтобы не терять время. Зелье на самом деле долго готовить. — Хорошо, попробую. Спасибо тебе, Алекс. — Свои люди, сочтёмся, — небрежно отмахнулась Александра, — мне нужно к Лорду, отмажь меня перед гриффиндорцами, я вернусь поздно. — А можно я подожду тебя в твоей комнате? — Конечно, но лучше давай поговорим завтра.