От рождения до... возрождения

Простившись с Ноттом, Алекс проскользнула в кабинет Снейпа и, воспользовавшись его камином, перенеслась в дом бывшего любовника. Пройдя через погруженный в темноту первый этаж, она остановилась перед дверью, ведущей в спальню хозяина. Глубоко вздохнув, Морган тихо открыла двери и зашла внутрь. Сняв мантию, Александра аккуратно положила её на кресло и неуверенно подошла к кровати. Мужчина спал, обхватив обеими руками подушку, и выглядел настолько беззащитно, что она не смогла удержаться от того, чтобы не улыбнуться. – Барти, – ласково позвала она. Как бы ей не было жалко будить его, но другого выхода не было, и Алекс протянула руку, чтобы погладить его по волосам. – Милый, проснись. – Сандра, – улыбнувшись во сне, невнятно пробормотал Крауч. – Проснись, мой хороший. – Тогда ты перестанешь мне сниться, – помотав головой, он зарылся лицом в подушку, продолжая спать. – Ну же, милый, я тебе не снюсь, – рассмеялась Александра, вытягивая подушку из его захвата. – Сандра? – приподнимая голову, удивлённо протянул Бартемиус и посмотрел по сторонам, желая убедиться в том, что это действительно не сон. Наконец, поверив, что Алекс на самом деле находится в его спальне, он сел в постели и внимательно посмотрел на неожиданную гостью. – Что с тобой? Почему ты плакала? Улыбка быстро сползла с лица Морган. – Потом расскажу. Ты прости, что я ввалилась посреди ночи, но… Мне просто больше не к кому пойти за утешением. – Сандра… я правильно тебя понял? – ошеломлённо уточнил он, не в силах поверить в то, что только что услышал. – Ты хочешь, чтобы я… – Да, милый, – твёрдо кивнула Алекс, садясь на постель рядом с ним. – Я хочу, чтобы ты заставил меня забыть обо всём на свете. – Девочка моя… – потрясённо прошептал Барти, притягивая Александру ближе. – Любимая… Спустя примерно час, Морган лежала в объятиях любовника, восстанавливая дыхание. – Ты, как всегда, великолепен. – У меня никого не было, – неожиданно признался Крауч, заставляя глаза Алекс, расшириться от удивления. – Я люблю тебя. – Сладкий, я даже не знаю, что сказать, – искренне произнесла та и крепко обняла его. – Знаешь, я так боюсь сделать что-то не так, – после паузы вновь заговорил Крауч. – Или проснуться завтра и понять, что это был всего лишь сон. – Хочешь, я ущипну тебя? – желая превратить разговор в шутку, предложила Александра. – Нет! А вдруг это правда, сон? Я не хочу просыпаться! – Барти, я обещаю, что когда ты проснёшься, я по-прежнему буду рядом с тобой, – серьёзно сказала Морган, понимая, насколько это важно для него. – Ты останешься?! – Если ты, конечно, не против, – смутилась Морган. – Шутишь? Да я буду счастлив! – вскричал Крауч, прижимая девушку к себе. – Для этого всё и затевалось, – еле слышно заметила Алекс, но он всё-таки услышал её. – Что затевалось и для чего «этого»? – уточнил Бартемиус, с неудовольствием наблюдая, как из глаз любовницы исчезает веселость. – Для того чтобы хотя бы ты был счастлив, – как можно спокойнее ответила она. – Сандра, я же не идиот, я понимаю, что раз ты здесь, со мной, значит между тобой и Малфоем что-то произошло. – Мы расстались, – опуская голову, призналась Морган. Зная, что слова бессильны утешить, Барти лишь обнял Александру, не став ничего больше спрашивать. *** – Доброе утро, любимая. Ласковый голос заставил Александру улыбнуться во сне. Ещё полностью не проснувшись, она вслепую протянула руку и, нащупав Крауча, притянула его к себе. – Привет, сладкий, я всё-таки тебе не снилась? – Нет, – со счастливой улыбкой покачал головой тот. – Милая, ты завтракать будешь? – Я не завтракаю, мой хороший. Привыкай, с утра мне нужно только кофе и нежный поцелуй после душа, – все ещё не открывая глаз, промурлыкала Морган. – Хм… Сандра… – неуверенно начал Барти, но этого хватило, чтобы она открыла глаза. – Сколько времени?! – вскричала Александра, обнаруживая, что за окном светло, и резко садясь в кровати. – Достаточно, чтобы принять душ, выпить кофе, поцеловать меня и при всём этом не опоздать на занятия, – скрывая тревогу, отчитался Барти. – Слава Салазару, – облегчённо выдохнула она, падая обратно на подушку. – Северус меня точно прибыл бы, если бы я второй урок подряд прогуляла. Хорошо, что ты оказался более прагматичен, чем я, и сообразил, что с утра я должна попасть в Хогвартс. Когда кофе был допит, Александра уже хотела трансгрессировать в школу, когда заметила тот самый взгляд, который она сотни раз видела в глазах любовника в тот период, когда они состояли в отношениях, и поняла, что просто уйти у неё не получится. – Барти, ты хочешь, чтобы я осталась? – Да, но я понимаю, что ты должна идти, – отводя взгляд, произнёс он совершенно спокойным тоном. – Я спрашиваю не про сию минуту. Ты хочешь, чтобы после занятий я вернулась в твой дом? К тебе? – Ты… – в его глазах было столько эмоций, что Алекс уже не требовался вербальный ответ. – Я приду, – просто сообщила она. – Я люблю тебя, Сандра, я буду ждать тебя, – тихо пообещал Крауч, когда Александра коснулась его губ лёгким поцелуем, перед тем, как трансгрессировать. *** Игнорировать Малфоя было довольно трудно, но, приняв решение, Александра не сомневалась. Сложнее было объяснить Теодору, что даже будучи лучшим другом, он не имеет права вмешиваться в её личную жизнь. Утреннюю тренировку Алекс пропустила, но, зная о том, что случилось вчера, Нотт ни словом, ни взглядом не упрекнул подругу, и после уроков предложил ей не ходить на занятия к невыразимцам. – Тео, я не больна, а расстроена, так что можешь не жалеть меня. Идём, нас уже ждут. Тот предпочёл промолчать, двинувшись следом за подругой по направлению к Хогсмиду. Трансгрессировав в Министерство магии, пара сразу направилась в кабинет шефа, но их остановили на полпути. – Сегодня у нас выезд, шеф ждёт на месте. За мной, расскажу по пути, что нам предстоит, – улыбаясь до ушей, Реджинальд сделал приглашающий жест, и молодые люди покорно двинулись за ним. – После долгих и нудных споров, где-то наверху было принято решение о привлечении вас обоих на должность внештатных сотрудников. Так что, пока не закончите Хогвартс и не пройдёте стажировку, работать будете именно таким образом. – Редж, а зачем такие сложности? – полюбопытствовал Нотт. – Мы же вроде не рвались в официоз… – Вы-то может, и не рвались, а мы очень даже, – хмыкнул тот. – Да поймите же, без вашей помощи и от нас, и от мракоборческого департамента ничего не останется, пока вы будете в школе прохлаждаться! С той дрянью, кроме вас и Хантера больше никто не умеет обращаться! Ладно, вернёмся к насущному, – посерьёзнел он, – итак, господа и дамы, новые изменения в вашем расписании. Понедельник, среда, пятница – физподготовка. Вторник, четверг – магподготовка. Суббота – стажировка. – А воскресенье? – с надеждой в голосе спросил Теодор. – А не знаю, – развёл руками Редж, – это как босс решит. Но это ещё не всё. – В неделю добавили восьмой день? – ухмыльнулась Морган. – А почему мне никто не сообщил? – Вот сейчас я и сообщаю. Статус внештатника вам выбили не просто так. Будьте готовы в любую минуту, что вас вызовут. Хантер тоже прикреплён к нам в этом деле, так что работать будете втроём. С мёртвой дрянью работать будете вы. – Она не мёртвая, – не удержавшись, поправила его Александра, – она неживая, а это разные вещи! – Ну, тебе виднее, – не стал спорить невыразимец, – держите портал. Готовы? Алекс и Теодор синхронно кивнули и тут же почувствовали перемещение. Сегодняшний выезд затянулся. Обычная рутинная работа по обезвреживанию случайно наложенных чар, с которыми не справились ни сотрудники Отдела по отмене случайного колдовства, ни авроры. Не то что бы было скучно, но точно не интересно. Заметив, с каким выражением лица Александра разглядывает разложенные на каминной полке побрякушки, Айзек решил приободрить ученицу: – У нас редко бывают настолько тривиальные вызовы, так что не расстраивайся. – Да нет, не в том дело, просто… Посмотрите на эту статуэтку, вы ничего не чувствуете? – Нет, все вещи в этой комнате уже проверили… – Я знаю, но… Что-то с ней не так! – объяснить, что ей не нравится, Алекс не могла, но чувствовала еле заметный флёр волшебства от статуэтки какого-то древнего бога. – Может, я параноик, но с ней точно не всё в порядке! – О, в том, что ты параноик, можешь даже не сомневаться! Другие к нам не попадают! – вмешался в разговор Даниэль. – Шеф, там нужна твоя помощь. Оставшись в одиночестве рядом с непонятным предметом, Морган пыталась восстановить в памяти хоть что-нибудь, что поможет ей идентифицировать непонятную ауру, но до самого ухода так и не сообразила, чем же ей не нравится произведение искусства. Трансгрессировав в Хогсмид с Теодором, Алекс замерла на месте, не зная, как объяснить другу, что она будет ночевать в другом месте. Помявшись, она поймала напряжённый взгляд Нотта и поняла, что тянуть дальше нельзя. – Завтра с утра попроси сдать тест на трансгрессию досрочно. – Ты… ладно, – оборвав сам себя в самом начале фразы, Теодор невозмутимо кивнул. – Встретимся в Министерстве минут за десять до полудня. Если я опоздаю, значит, заберёшь меня отсюда. – Хорошо… Тео… – Ты не должна мне ничего объяснять, – перебил тот. – Спокойной ночи, Принцесса. Увидимся завтра. *** Трансгрессировав в гостиную дома Крауча, Алекс в мгновение ока растеряла всю уверенность в правильности своего поступка. – Ты всё-таки пришла… Крепко обняв Александру, Бартемиус уткнулся носом в её волосы и так и замер. – Барти, ну что ты? Я же сказала, что вернусь, почему ты сомневался? – Солнышко, сейчас час ночи, а занятия в Хогвартсе заканчиваются… – О, Салазар! – воскликнула Александра, наконец-то поняв, что его так расстроило. – Прости, сладкий, я даже не подумала, что уже так поздно! – Ты и не обязана… – Да нет, Барти! – горячо заговорила Алекс, которой действительно было неудобно, что она заставила любовника волноваться и прождать её несколько часов. – Я была очень занята, я не могу сказать чем, но не из-за недоверия. Я, правда, не могу, я принесла клятву о неразглашении. – Сандра, ты не должна передо мной оправдываться, – поняв, что Морган вернулась к нему, Бартемиус готов был отмахнуться от всего остального. – Но я хочу, чтобы ты понял! Барти, у меня сейчас сложный период, я постоянно занята, но я не хочу, чтобы ты думал, что я специально… – Всё в порядке, любимая, я верю, что ты не специально, – заткнув ей рот поцелуем, Крауч намеривался отправиться сразу в спальню, но Алекс запротестовала. – Я голодная, как мантикора! Милый, ты хочешь уморить меня голодом? – Нет, конечно. Пинки, ужин! – Пинки, пары бутербродов будет достаточно, – остановила домовика Александра. – И если у тебя есть что-нибудь сладкое… – Госпожа будет довольна! – воскликнул эльф, даже не дослушивая приказа. – Пинки принесёт сладкое для Госпожи! Во время еды Алекс пыталась придумать что-нибудь, что объясняло бы её постоянные отлучки в Министерство, но, как назло, сонный мозг отказывался нормально работать. – Барти, ты, правда, хочешь, чтобы я осталась? – Конечно! – изумлённо воскликнул тот. – Разве я дал тебе повод сомневаться? – Я не то имею в виду, – смутилась Алекс, не представляя, как подобраться к интересующему её вопросу. – Вчера я пришла, потому что не хотела оставаться в Хогвартсе, а сегодня – потому что обещала. Но для того, чтобы прийти завтра, мне нужно быть уверенной… – Сандра, – перебил Крауч и, обойдя стол, сел перед любовницей на корточки, беря её за руки, – единственное, чего я по-настоящему хочу, так это того, чтобы ты всегда была со мной. Я понимаю, это невозможно в силу самых разных обстоятельств, но если есть хоть малейшая надежда, что ты… Я люблю тебя. Это твой дом. Я хочу, чтобы после Хогвартса ты возвращалась сюда, ко мне… – Спасибо, милый, это я и хотела услышать. *** Постепенно Алекс перестала чувствовать себя в доме любовника незваным гостем, возвращаясь к нему по вечерам. Отношения с Малфоем тоже, вроде, наладились. Конечно, до нормального общения было ещё очень далеко, но, по крайней мере, тот перестал сверлить невесту подозрительным взглядом, и на уроках они могли спокойно разговаривать. А вот с Поттером, наоборот, дело обстояло не лучшим образом. Алекс не знала, что послужило тому причиной, но он избегал её. Гарри не убегал и не прерывал своих дел при появлении Морган, но и не стремился к обществу лучшей подруги, как раньше. Из-за стажировки в Отделе тайн, Алекс с Теодором не имели достаточно свободного времени для занятий с Отрядом Хогвартса, и число встреч в Выручай-Комнате сократилось до одного раза в неделю. Первое знакомство членов ОХ со слизеринцами прошло ужасно. Презрение, с которым Эйвери и Гойл относились к магическим способностям сокурсников, было отчетливо видно по их лицам, а настороженная ненависть гриффиндорцев просто бросалась в глаза. – Итак, думаю, для начала необходимо вас познакомить. – Да мы шесть лет знакомы, если ты вдруг забыла, – усмехнулся Поттер. – Нет, Гарри, вы вовсе не были знакомы до этого момента. За стенами этой комнаты творите всё, что вам заблагорассудится, но здесь вам придётся сотрудничать. И начать следует с того, чтобы запомнить имена друг друга. Эмили, Грегори, включите режим доброжелательности, – слизеринцы нехотя кивнули и оба улыбнулись. – Теперь, что касается вас: кто считает, что контакты с представителями четвёртого факультета унижает его достоинство, прошу прямо сейчас покинуть помещение… Отлично, – усмехнулась Морган, когда ни один из студентов не сдвинулся с места, – тогда не забывайте, что это ваш выбор. – Алекс, чему они могут нас научить? – Хороший вопрос, особенно учитывая тот факт, что вы ничего не знаете. Но, думаю, небольшая демонстрация вам не повредит. Кто первый? Естественно, Гарри, – улыбнулась она, когда Поттер смело шагнул вперед. – Гарри, защищайся, ты же самый опытный, попробуй удержать щит, а ты, Грэг, попробуй его пробить. И, Гойл, поосторожнее. Юноши вышли в центр комнаты, приняв удобные позиции, и кивнули друг другу, показывая, что готовы. Через секунду Поттер отлетел на несколько метров, повинуясь одному движению слизеринца. Все ученики Отряда Хогвартса тут же выхватили волшебные палочки, готовые отомстить, но Морган успела первой. – Экспеллиармус! Грэг, я же просила, осторожнее! – Прости, я вроде и так… – пробубнил тот, но Александра не стала слушать его оправданий. – Теперь, что касается вас, – заговорила она таким тоном, что студенты поёжились. – Я меньше минуты назад сказала, что вы должны сотрудничать, но вместо этого вы решили всем скопом накинуться на Грегори только за то, что он честно победил Поттера! Вам не кажется, что это не совсем похоже на сотрудничество? Или вы на самом деле возомнили, что хоть кто-нибудь из вас сможет победить Гойла? Поттер, хорош придуряться, иди сюда! – Да я почти в порядке, – смущённо пробормотал тот, держась за голову, которой он стукнулся при падении. – Прекрасно. Теперь проанализируй, почему ты проиграл, без учёта силы заклинания. – А? О-о-о! Я… – Гарри! Не мямли! – Я не знаю, – смущённо глядя в пол, ответил тот. – Грэг! – Поттер использовал неприемлемые щитовые чары. Стандартный курс защитных заклинаний второго курса не мог противостоять атакующим заклятиям шестого, – отчитался Гойл, старательно проговаривая текст. – Вот именно, дорогие мои, – удовлетворённо кивнув, кивнула Морган. – Обратите внимание, что Грэг использовал не то, что он знает благодаря своему происхождению, а то, что учил наравне с вами в школе. – Причём здесь его происхождение? – полюбопытствовала Грейнджер, крайне недовольная проигрышем друга. – Притом, что никто из нас не станет в реальном бою пользоваться школьными знаниями, – абсолютно спокойно ответила Александра. – Но вы даже им не в состоянии противостоять! Гриффиндорцы пристыженно умолкли. – Алекс, а ты научишь нас боевым заклинаниям? – робко уточнил Долгопупс, отчаянно при этом покраснев. – «Вас» – это кого? Тебя? Поттера? Или всех вас? – Всех, естественно! – удивлённо воскликнула Гермиона. – Нам всем нужны эти знания! – Тогда мой ответ «нет», – улыбнувшись, покачала головой Морган. – Защите я вас постараюсь научить, а вот атакующей магии даже пытаться не стану. Вот ты, Гермиона, зачем тебе уметь накладывать проклятия? Кого бы ты прокляла? – И так понятно кого, Пожирателей, конечно же! – помрачнела Грейнджер. – А я не хочу, чтобы ты или кто-то из присутствующих проклинали Пожирателей. Вы видели, что Грэг пробил щит Поттера в одно мгновение, так что ж вы думаете, что он сильнее Пожирателей смерти? Пока вы защищаетесь, они лишь отмахиваются от вас, как от докучливых насекомых, но стоит вам начать атаковать, как вас убьют ещё до того, как вы успеете договорить заклинание. Да и потом, только чистокровные волшебники способны на использование Тёмной магии… Гриффиндорцы возмущённо загалдели, но их всех перекрыл голос Джинни. – Что за бред! Да всем известно, что непростительное проклятие повинуется волшебнику независимо от чистоты его крови! Просто применяют его только такие сволочи, как Малфой – чистокровные ублюдки! – Ох, Джинни, Джинни, – печально протянула Морган, пропуская мимо ушей оскорбления, направленные в адрес её будущего мужа. – Да, Авада – это Тёмная магия, но по сравнению с… неважно, название вам всё равно ни о чем не скажет, Авада – это как назвать пасмурный день глухой ночью! Три непростительных лишь отражают современную политику. Убить можно очень многими заклинаниями и не обязательно Тёмными! Наше законодательство несовершенно в этой области. Раньше, к примеру, судили за фактический состав преступления. То есть, если ты убил кого-нибудь, то неважно, заклинанием Агуаменти или Авадой ты пользовался, наказание ты получишь именно за убийство. Но сейчас за использование непростительного дают больший срок и более строгие условия – Азкабан, а за другие проклятия, ты получаешь курортный Нумергард. Однако логика в этом отсутствует напрочь. Поясню на примере: Авада убивает мгновенно. Жертва не только не мучается, но чаще всего даже не успевает испугаться, что само по себе гуманно. А взять для сравнения тот же Аквайс? Это элементарное заклинание превращающее воду в лед. Однако при правильном использовании оно может стать ужаснейшей из пыток, превращая в лёд кровь жертвы. убедившись, что однокурсники смотрят на неё со смесью ужаса и любопытства, Александра невозмутимо продолжила рассуждения. – Но вернёмся к Тёмной магии. Вся разница между Тёмной и Светлой магией в её источнике, а вовсе не в дихотомии: хорошая и не хорошая, как думают грязнокровки. Никто из вас не задумывался, откуда вообще берётся магия? Вы просто машете волшебной палочкой и, вуаля, что-то наколдовалось. А для того, чтобы добиться чего-нибудь с помощью Тёмной магии, энергии статичного мира недостаточно. Тёмная магии черпает силы в разрушении, и от объекта разрушения зависит сила конечного заклинания. Но есть внутренние барьеры, которые необходимо уничтожить, чтобы применить некоторые чары. Возьмем, к примеру, небезызвестную вам Аваду. Чтобы твоя палочка выпустила смертоносный луч, ты должен разрушить часть своей души. Забудьте всё, что слышали об этом ранее, Дамблдор просто боялся, что эта информация попадёт в руки ничего не соображающих детей. Ты не уничтожаешь свою душу убийством, ты лишь освобождаешь её от оков, в которые она искусственно заковывается на протяжении всей жизни. Человечность, законы, страх, слабость… Энергия, необходимая для убийства берётся в разрушении оков. – Но, Алекс… – почти шёпотом произнесла Гермиона, когда Морган сделала паузу. – Оковы, о которых ты говорила, они есть не только у чистокровных… – Нет, конечно, Гермиона. Я говорила о первом убийстве. Не разрушив их, ты никогда не сможешь сотворить ничего из по-настоящему Тёмной магии. Это, можно сказать, присказка к тому, о чём я толкую. Вы что, считаете Аваду апофеозом Тёмной магии? По сравнению с большинством Тёмных проклятий, Авада что-то вроде манящих чар в Светлой: так же примитивно и повсеместно распространенно. Это ведь даже не Чёрная магия. – Я не буду учить Тёмную магию! – твёрдо сообщила Гермиона. – Ох уж мне этот Гриффиндор, – с высокомерным сожалением глядя на хогвартскую заучку, Эйвери недовольно покачала головой. – Грейнджер, ты, естественно, этого не знаешь, но потом проверишь правдивость моих слов в библиотеке. Половина заклинаний, которые используются в колдомедицине – это именно Тёмная магия. Да почти любое проклятие снимается именно с помощью Тёмной магии! Знаешь, как тушат лесные пожары? Пускают встречный огонь, так же и здесь. До этого вы могли бы и сами додуматься… – Я не верю, что Тёмную магию Пожиратели учили для того, чтобы использовать на благо! – Неделю назад я была ранена, – в голосе Морган эмоции отсутствовали напрочь, – ножевое ранение, ни намёка на магию… Смертельное ранение для любого маггла. То, чем меня лечили – это смесь Тёмной магии с некромантией. Да-да, вы все знаете, что некромантия используется только для издевательств над мертвыми… – естественная реакция большинства на одно лишь упоминание некромантии, заставила Александру улыбнуться. – Тео, милый, объясни смысл использования этого раздела магии в колдомедицине. – Если утрировать, то это деконтаминация*: волшебник заставляет мёртвую плоть исчезнуть, очищая рану, – с каменным выражением лица ответил Нотт. – В чистокровных семьях испокон веков передаются знания о самых различных областях магии, и с каждым новым поколением магия совершенствуется. Мы не кричим на каждом углу о том, что используем некромантию, но я не стану обрекать себя на смерть только из-за того, что она запрещена Министерством! Возможности магии безграничны, преступление отказываться от огромной её части лишь из-за страха правителя перед обретаемой тобой мощью… Каждая встреча с Отрядом Хогвартса неизменно заканчивалась подобными монологами. Иногда разговор сам переходил к этому, иногда Алекс мастерски поворачивала русло беседы в нужном ей направлении, но превосходство чистокровных обсуждалось постоянно. Решив, что магическое население в лице однокурсников, посещающих эти занятия, должно знать правду о мире, в котором они живут, Александра постепенно всё глубже и глубже погружала их в реальность. __________________________________________________ * Деконтаминация представляет собой собирательное понятие, которое означает очищение поверхности от загрязнителей — контаминантов. Как правило, речь идёт об удалении болезнетворных микроорганизмов.