От рождения до... возрождения

Слёзы кончились быстро – Морган вообще не умела отдаваться во власть эмоций прилюдно. – Прости, – попыталась она высвободиться из объятий лучшего друга, но Теодор лишь крепче прижал её к себе. – Какая же ты иногда глупая, – с усмешкой констатировал он, касаясь губами её волос. – Ты же сама утверждала, что проявить истинные чувства при друге не стыдно. А это даже не слабость, а последствия ритуала. – Я знаю. Оказалось, всё намного хуже, чем я запомнила, – после паузы вновь заговорила Морган, но теперь её тон был сух и холоден. – Макс хотел меня убить. Вернее, он приказал матери избавиться от меня, а сам куда-то ушёл… В общем, я жива только потому, что его жена была слишком измучена родами… Интересно, Кассиопея сама умерла, или отец наказал её за непослушание и рождение третьей дочери? – Ох, Салазар! Принцесса… – потрясённо выдохнул Нотт. – Хорошо, что он уже давно мёртв, и мне не грозит Азкабан за его убийство! – Меня ненавидела вся семья… Это всегда казалось нормальным… А сейчас почему-то не кажется. Ну, последние сомнения развеяны, теперь можно жить дальше, – довольно бодро заявила она, что, впрочем, не могло обмануть Теодора. – Я всегда это знала, Тео. Не хотела верить, запрещала вспоминать, но знала. Люциус тоже не пылал любовью к сыну, но он никогда его не ненавидел и уж точно не желал ему смерти! Наверное, поэтому он и заботился обо мне в детстве, видел, что больше некому. – Боюсь себе даже представить этот ад, если даже каменное сердце мистера Малфоя дало трещину. Тебе нужно отдохнуть, – меняя тему, произнёс он, и Алекс только теперь заметила, что уже стемнело. – Не уходи, ты нужен мне, – она смущённо улыбнулась, удерживая Теодора за руку, когда тот попытался встать. – Когда ты обнимаешь меня, мне становится легче. – Конечно, я останусь. Ложись. – Тео. – Да? – Срок вечности ещё не истёк? Нотт мгновенно понял, о чём спрашивает подруга, и тоже улыбнулся. – Вечность бесконечна. Александра счастливо улыбнулась и закрыла глаза.

***

Когда Алекс проснулась, Теодора рядом не было, зато она сама лежала рядом с Малфоем, обнимая его не только рукой, но и ногой. Поспешно отстранившись, она села и потёрла лицо руками, исподтишка глядя на однокурсников, расположившихся неподалёку. Как ни странно, но никто не стал комментировать ни позу, в которой она спала, ни вчерашние события. – Утро, – поприветствовала сразу всех Морган, подходя ближе и садясь рядом с завтракающими студентами. – Привет, – нестройно поздоровались шестикурсники, а Лаванда так ещё и подмигнула, протягивая ей бутерброд. – Нет, спасибо, – покачала головой Алекс, – мне бы кофе… – На, страдалица, – с улыбкой вручая Морган кособокую чашку, Гойл рассмеялся во весь голос, наблюдая за тем, как она принюхивается к напитку. – Всё утро экспериментировал, но вроде получилось похоже на кофе. Что скажешь? – Грэг, ты самый лучший человек! – О, ты уже проснулась? – Фрай подошёл после того, как опустела уже вторая чашка. – Я прикинул, что нам понадобится… – Майк, у тебя недержание речи? Дай мне проснуться нормально… Тот выразительно посмотрел на бывшую девушку, намекая, что здесь не подходящее место для споров, и вернулся в дальний конец поляны, бросив, что ждёт Морган через пятнадцать минут. Алекс посидела ещё несколько минут, собираясь с мыслями, но присоединилась к Фраю задолго до истечения указанного времени. – Выкладывай. Майк кивнул и приступил к пояснениям, по ходу дела вычерчивая разнообразные схемы Рунной магии и показывая уже готовые нумерологические расчёты. С чем-то Алекс сразу соглашалась, что-то исправляла, а что-то с первого взгляда забраковывала и делала сама. Толпа подростков молчаливо наблюдала за непонятными разговорами и действиями Фрая и Морган, но благоразумно не вмешивались. Количество исписанных пергаментов увеличивалось, а решение так и не было найдено. Уступая желанию Майка, они сделали перерыв на обед, но еды почти не осталось, и каждому достался лишь маленький бутерброд, да чашка чая, поэтому довольно скоро они вернулись к своим вычислениям. – Без артефактов мы не справимся. – Если бы хоть Малфой был в сознании… – Но мы не можем ждать, пока он придёт в себя, – жёстко перебила Морган. – Придётся использовать то, что есть. – Ты уверена, что… – начал возражать Фрай, но, встретившись взглядом с Алекс, замолчал и больше не мешал ей размышлять. Александра молчала почти час. Постепенно притихли и все остальные, начиная понимать всю важность момента. Наконец, Морган тряхнула головой, резко поднимаясь на ноги и окидывая всех сразу взглядом. – Грегори, вдвоём мы не справимся, ты… – Источник грубой силы? – перебил Гойл, прекрасно понимая, о чём идёт речь. – Без вопросов. Я согласен. – Что ж, прекрасно, Майк займёшься им? – Фрай кивнул, сразу же принимаясь за новые расчёты, а Алекс вернулась к объяснениям. – Ритуал требует очень больших затрат магической энергии. В нормальных условиях мы воспользовались бы силой артефактов, но здесь и сейчас, как вы сами понимаете, это невозможно, поэтому высока вероятность того, что ни у одного из нас не останется сил ни на что. Приготовьте несколько носилок, – приняв решение, она сосредоточилась на самой подготовке. – После этого ритуала Гойл самостоятельно передвигаться вряд ли сможет, да и мы с Майком тоже. Далее, соберите все вещи, я не могу заранее сказать, в какой момент вам придётся заняться бегом, но позаботьтесь, чтобы обувь не тёрла, а рюкзак не сползал. Эмили, Гермиона, от вас требуется идеальное построение пентаграммы, ориентированной строго на запад… Алекс всё говорила и говорила, то и дело один из студентов вставал, чтобы сразу же начать выполнять поручение, а остальные постепенно становились всё мрачней, осознавая, что «Песня силы», о которой так небрежно говорил Фрай, по-настоящему серьёзная магия, требующая колоссальной подготовки и грозившая в случае неудачи вовсе не синяками и ссадинами. Завершив приготовления лишь к закату, было решено провести обряд с утра, и взволнованные шестикурсники долго не могли заснуть, пытаясь представить, что же произойдёт завтра. Около трёх часов ночи студентов разбудил волчий вой, но когда все повскакивали на ноги, готовые сражаться до последнего, на поляне, словно из ниоткуда, появились несколько студентов Когтеврана. – Такое впечатление, что Остров собирает всех нас вместе, – ни к кому конкретно не обращаясь, задумчиво произнёс Забини, придя к тому же выводу, что и Фрай ранее, и остальные были вынуждены с ним согласиться. Они входили в лабиринт в разное время, шли в разных направлениях, но все равно встретились на этой богами забытой поляне. Было ли это совпадением? Морган была воспитана в такой манере, что не верила в совпадения: вселенная редко бывала ленива. И никогда не списывала на совпадения необъяснимые вещи. Утро было насыщенно взволнованными вопросами, суетливыми сборами и испуганными взглядами, но Фрай и Гойл надёжно скрывали от взгляда Александры всё происходящее в лагере. Последние уточнения не смогли их полностью успокоить, но все трое были готовы к ритуалу. – Что ж, встаньте где-нибудь там, – указав взмахом руки направление, Майк всем корпусом повернулся к «коллегам» и негромко резюмировал: – И да помогут нами боги! Морган молча кивнула, настраиваясь на голос Грегори, и закрыла глаза. Гориллоподобный слизеринец, которого абсолютно все считали недоумком, обладал чистым, красивым баритоном и, повинуясь силе его голоса, Алекс всё глубже погружалась в транс. Не прошло и минуты, как к нему присоединился Фрай, и по ровному току магических нитей, оплетающих всё вокруг, Морган поняла: всё идёт именно так, как и должно. Когда она открыла рот, из горла полился настолько восхитительный звук, но она чуть не сбилась с ритма от удивления: у неё был совершенно иной голос! Но у магии было своё представление о правильной тональности исполнения Песни силы, и Алекс предпочла подумать на эту тему позднее, если вообще доживёт до того славного момента. Несколько минут Александре удавалось удерживать своё сознание, но магия всё настойчивее тянула её в свои сети, и противиться этому почти не оставалось желания. Однако Морган ещё удерживала мысль о том, что их сил явно не хватает, она всем своим существом тянулась к магии, «наматывая» силовые нити на руку… Она уже почти кричала, но голос становился всё тише и тише, и из горла шёл лишь шёпот. Александра не могла ничего поделать: голос ей не подчинялся. Она видела, как Майк упал на колени, как у Гойла хлынула кровь из носа, но эти события она замечала лишь мимоходом. Сознание было подчинено магии. Алекс знала, что осталось совсем немного, но сил не было. Колени подогнулись, но удара об землю не последовало. Александра знала, что Теодор, стоящий наготове, успел удержать её в вертикальном положении, сохраняя контур заклинания, но не чувствовала его рук. Она вообще ничего не чувствовала, кроме магии внутри себя. – Ещё чуть-чуть, милая. Ты сможешь, только не сдавайся… То ли подействовали слова друга, то ли у неё открылось пресловутое второе дыхание, но Морган словно со стороны увидела, как её рука поднялась на уровень груди, и в следующую секунду с кончиков пальцев сорвалась багровая молния, высвечивая контуры магической клетки и разрушая глубинные скрепы магии. Мгновенная вспышка обжигающей боли – и темнота сомкнулась над сознанием, погружая Александру в благословенное беспамятство.

***

Очнулась Алекс лишь к обеду. Открыв глаза, она слегка пошевелилась, стремясь принять более удобное положение, что не укрылось от внимательного взгляда Нотта. – Принцесса, как ты себя чувствуешь? – тут же взволнованно спросил тот. В ответ Морган лишь пожала плечами и улыбнулась. – Всё прошло нормально, Грэг недавно пришёл в себя, у него только слабость, а Фрай, кажется, стал сквибом… – Алекс помотала головой, не соглашаясь, и Теодор запнулся. – Ты не можешь говорить? Это из-за ритуала? – она кивнула и принялась оглядываться по сторонам. – Если ты ищешь Драко, то с ним тоже порядок. Восстановление идёт так, как и положено. Алекс, что с твоим голосом, чем тебе помочь? – та вновь улыбнулась и успокоительно погладила друга по руке, показывая, что беспокоится не о чем. – Есть хочешь? – Морган с энтузиазмом кивнула, и Нотт начал успокаиваться, уверовав, что с его лучшей подругой всё будет нормально. Пока она ела, ей в подробностях поведали о том, как Песнь силы выглядела со стороны, и что произошло после того, как Алекс потеряла сознание. Фактически, она спасла жизни десятку подростков, но к благодарностям она отнеслась с таким равнодушием, что на поляне наступила тишина. И даже Поттер, переживающий за подругу и сгорающий от любопытства, был вынужден оставить её в покое, после того, как на все его вопросы Александра нехотя пожимала плечами, не имея возможности отвечать. Невозможность говорить стала неожиданным сюрпризом. Нигде ни слова не говорилось о таком эффекте ритуала. Потеря Фраем магических способностей была платой за использованную им силу, и об этом было известно заранее. На три дня тот превратился в маггла. Но немота… Алекс не слишком переживала, или, если уж быть совсем откровенным, она вообще никогда не была настолько умиротворённой. Словно вокруг неё был кокон, способный защитить её от всего на свете. На лице блуждала совершенно не свойственная ей улыбка, и все, кто её хорошо знал, были искренне удивлены этим зрелищем. Даже если бы Морган могла говорить, она не смогла бы объяснить, что чувствует. Самым правильным словом, которым можно было бы обозначить её состояние, стало бы гармония. После пребывания в магической клетке с полным отсутствием продуктов и вынужденной голодовкой, обед преизрядно затянулся, но, в конце концов, шестикурсники продолжили путь. Разглядывая диковинные растения, сквозь заросли которых они пробирались в поисках хоть какого-то подобия тропы, подростки совершенно не обращали внимание на фауну этого «леса». И довольно быстро поплатились за небрежность и самоуверенность. – Что за… – крик девушки оборвался, когда прямо ей на голову свалился какой-то монстр и, если бы не молниеносная реакция Забини, сбившего зубастого нахала, эти слова стали бы последними для пуффендуйки, отделавшейся глубокими царапинами. Зато теперь все уставились вверх, позабыв смотреть под ноги. – Идём парами, – скомандовал Нотт, – один смотрит вверх, второй вниз. Не прошло и пяти минут, как кто-то снова заорал от боли, проморгав нападение, и пока Блейз накладывал обезболивающие чары, присутствующие пополняли запасы ругательств эффектными выражениями, Теодор обернулся к подруге, с желанием что-то спросить, но так и замер с приоткрытым ртом. Над той висели два представителя местных хищников и отчаянно дёргались в попытке освободиться, однако сама Морган словно и не замечала этого и глупо улыбалась. – Алекс, что это за щит? – осторожно задал Теодор вопрос, понятия не имея, каков будет ответ. И он оказался прав в своих опасениях: вместо ответа та пожала плечами. – А ты можешь наколдовать такой щит остальным? – Спасибо, – искренне поблагодарил Блейз, когда мерцающее поле распространилось над шестикурсниками. – Ребят, не растягивайтесь, Принцессе будет сложно контролировать большую площадь. Морган кивком подтвердила его правоту, и народ поспешно сбился в кучу. – Твоя улыбка меня пугает, – шёпот Нотта раздался настолько близко к уху, что от его дыхания по телу прошла дрожь, заставив Александру поёжиться. – Надеюсь, действие ритуала скоро сойдёт на нет, и ты снова станешь самой собой.

***

Наконец-то они остановились. Алекс была вымотана до предела. Несколько часов подряд держать щитовое заклинание над таким количеством людей было чересчур даже для неё. Обессилено опустившись прямо на траву, она потянулась и, раскинув руки в стороны, закрыла глаза, предоставляя другим заботу о себе. – Принцесса, ужин готов. – Она такая милая, когда спит, – донёсся до неё шёпот Поттера. – Не волнуйся, она проснётся такой же стервой, как и уснула, – возразил чей-то гневный голос. Открыв глаза, Морган с удивлением осмотрелась, поняв, что она умудрилась уснуть. Кто-то побеспокоился о её комфорте и наколдовал под ней матрас, так что Александра прекрасно отдохнула. Потерев ладонями лицо, она только собиралась встать, когда неподалёку раздался крик Эйвери. – Алекс, он очнулся!!! Морган в одно мгновение преодолела расстояние, отделяющее её от Малфоя и, не успел тот вымолвить и слова, как она повалила его обратно на одеяло, прижимаясь всем телом и лихорадочно обнимая. – Милая, я тоже соскучился, но… – ошарашенный таким ярким проявлением чувств, Драко обнял невесту в ответ, но почти сразу отстранился. – Что с тобой? Твоя аура изменилась… – Она не может говорить, – поспешила предупредить Эмили, видя удивление парня от отсутствия ответа. – Алекс?! – та, не размыкая объятий, приподняла голову и так выразительно посмотрела на будущего мужа, что он невольно улыбнулся. – Точно хорошо? Даже без проникновения в её сознание, Малфой понимал, что невеста хочет ему сказать, поэтому безошибочно определил, что забота ей в данный момент явно не нужна. Морган твёрдо кивнула, и они оба расслабились, просто наслаждаясь обществом друг друга. – Драко, рад видеть тебя в сознании, – улыбающийся Нотт левитировал перед собой некое подобие подноса с наспех трансфигурированными тарелками. – После нескольких суток сна ты, наверное, жутко проголодался? – Теодор, я начинаю понимать, за что мы тебя так любим, – хмыкнул тот, потянувшись к еде. – А то! – самодовольно кивнул Нотт. – Принцесса, ты тоже должна поесть. – Пока мы будем есть, будь любезен рассказать, что здесь вообще произошло, и, в частности, почему Алекс не может говорить? Нотт согласно кивнул и приступил к рассказу. Магический сон пошёл Драко на пользу: сейчас он был полон сил и способен на подвиги. Когда перерыв на еду закончился, шестикурсники довольно организовано собрали свои вещи и уничтожили все следы своего пребывания на этой поляне, после чего незамедлительно тронулись в путь. Александра снова наколдовала щит и всё с той же потусторонней улыбкой зашагала рядом с Драко, заставляя его то и дело оглядываться на Теодора, словно ища подтверждения, что всё будет в порядке. Роща и её зубастые обитатели довольно быстро закончилась, и только Морган собралась вздохнуть с облегчением, сняв наконец-то щит, как впереди идущие попадали прямо там, где и стояли. – Назад! – приказал Забини за секунду до того, как тоже потерял сознание. Студенты поспешно отступили и чарами левитации перенесли всех бессознательных однокурсников в безопасность, под деревья. – Они просто спят, – с видимым облегчением сообщила Гермиона, наспех продиагностировав состояние пострадавших. – Так это что, сонное поле? – Наверное… Алекс! Стой! Морган не останавливаясь, махнула рукой, пытаясь этим незамысловатым жестом дать понять, что контролирует ситуацию, и спокойно прошла ещё несколько метров по цветущему неизвестными цветами полю. Сорвав несколько растений, она внимательно их осмотрела, после чего незамедлительно вернулась обратно. Как без слов объяснить то, что она узнала, Алекс не имела ни малейшего понятия, поэтому остановившись перед Малфоем, попыталась на пальцах обрисовать ситуацию. Молча наблюдая за рукой невесты, пытающейся изобразить шагающих человечков, Драко быстро сдался. – Единственное, что я понял из твоей пантомимы и жестов, так это то, что ты что-то придумала для того, чтобы мы могли перебраться на другую сторону этого поля, – Морган радостно кивнула. – Но я не понял как. Улыбка померкла на какое-то мгновение, но, буквально через секунду, она снова заулыбалась с прежней силой. Александре понадобилось не меньше часа, чтобы донести до сокурсников информацию, да и то, только благодаря тому, что Невилл был бесспорным гением в Травологии. – Алекс, всё дело в пыльце? – Морган чуть не бросилась на шею Долгопупсу, когда услышала правильную интерпретацию. – Но самый простой выход нам по каким-то причинам не подходит, так? Сон абсолютно безвреден? Следовательно, нужно просто сделать так, чтобы кто-то оказался на той стороне и помог спящим… – частые кивки подтвердили, что Невилл всё понял правильно. – Как ты противодействуешь сну? – с лёгким удивлением поинтересовалась Грейнджер, не понимая, по какой причине Алекс стала единственной, на кого сонные чары не действуют. На что Морган совершено искренне пожала плечами. – Ладно, – после небольшой паузы произнёс Драко, – тогда решим так. Чтобы ускорить процесс, предлагаю соединить несколько человек между собой… верёвками, к примеру… Он был вынужден прерваться, заметив манипуляции невесты. Пока ребята старались выработать план действий, Александра тихо-мирно трансфигурировала несколько обычных палок, создав из них некое подобие повозки. – Отлично! Осталось решить, кто пойдёт первым. – Ну, учитывая, что Морган оказалась единственным человеком, на которого не действуют эти цветочки, по-моему, решать нечего, Морган и пойдёт, – вполне логично предположил Томас, не видя иного выхода. – Ты сможешь сразу взять кого-то с собой? – внёс предложение Поттер. – Мало ли что может оказать на той стороне, а занятая нашей левитацией, ты не сможешь защититься… Лицо Александры выразило сначала удивление, а ещё через секунду, раздражение. Покачав головой, она подошла к Драко и, нежно коснувшись его щеки поцелуем, решительно направилась к усыпляющему полю. После слов Гарри она поняла, почему не заснула вместе со всеми остальными: потому что не шла по полю! Алекс даже не заметила, что использовала левитацию на себе! Опасаясь уснуть, она интуитивно побоялась наступать на цветы, и тем самым не потревожила пыльцу, которая и являлась снотворным элементом. Удивляясь собственной невнимательности, она всего за несколько минут пересекла цветущее поле и, тщательно убедившись в безопасности, опустилась на землю на другой его стороне. Сигнальной вспышкой сообщив остальным, что с ней все в порядке, Морган приступила к операции «спасения».

***

Левитация, или искусство летать, было одним из самых первых заклинаний, с которыми знакомились первокурсники, и тем удивительнее оказалось понимание того, что некоторые шестикурсники до сих пор не освоили этот навык. Первые «спасённые» присоединились к Александре уже через несколько минут, но если Морган поднимала однокурсников в воздух на том «берегу» и опускала на этом, то остальные умудрились несколько раз уронить свою ношу по дороге. Тем не менее, через пару часов всё закончилось, и студенты отдыхали, повалившись на землю, кто где. В конце концов, инициируемые волшебники единогласно решили на сегодня закончить с приключениями и занялись обустройством лагеря. Плюнув на приличия, Александра обняла Драко и стояла так минут десять, просто наслаждаясь его близостью, чувствуя, как тот обнимает её в ответ, целует волосы, гладит спину… Она хотела многое ему сказать, например, как ей было плохо без него, но после «пения» она не могла не только разговаривать, но и любыми другими способами передавать информацию. Если бы не её умиротворение от ритуала, то неизвестно какая последовала бы реакция на это открытие, а так она лишь пожала плечами, осознав, что перо её не слушается, а легилименция недоступна. Вечер прошёл спокойно, никто не пытался сожрать подростков, и когда насущные дела были обсуждены, разговор плавно перетёк на абстрактные рассуждения. Временно позабыв о факультетской вражде, шестикурсники расспрашивали слизеринцев о подробностях применяемого ими волшебства, удивляясь обширности их знаний в тех областях магии, о которых большинство и не слышало. Но самый животрепещущий вопрос, который не оставлял равнодушным никого – это роль Дамблдора в происходящем. Смирившись с тем, что никто не торопится их спасать, подростки были вынуждены признать, что поступки директора не поддаются простой человеческой логике. Некоторые до сих пор не верили в то, что это вина Альбуса, перекладывая ответственность на неведомого Торреса, а то и вовсе на Того-Кого-Нельзя-Называть. На быстро темнеющем небе уже проступали первые звёзды, а дискуссия всё не стихала: – Если бы мы попали сюда по желанию профессора Дамблдора, хотя такое и предполагать глупо, – вещала Гермиона менторским тоном, – никто бы не пострадал! И мне кажется, что на самом деле нам ничего и не угрожало, просто… – Но Калеб умер! – заорал Финч-Флетчли. – Я своими глазами видел его тело! – Джастин, ты не можешь этого утверждать, – Грейнджер немного утратила апломб, однако не собиралась так легко сдаваться. – Ты же не видел, что стало с Калебом после? Вероятно, когда мы уже не видим, пострадавших забирают в Больничное крыло… – Мерлин, Грейнджер, ты на самом деле такая дура, или прикидываешься?! – не выдержав идиотского разговора, поинтересовалась Паркинсон. – Это не детская песочница, это реальная жизнь! И раны реальные! Ты что, думаешь, я стала бы останавливать кровотечение грязнокровке, если бы не была уверена в том, что без меня он сдохнет?! Да в других условиях я бы на ноющего Томаса и внимания не обратила бы! – По-моему, это естественно – помочь пострадавшему. – Ты не права, Гермиона, – поддержал Пэнси Поттер, – для нас с тобой, это, может, и нормально, но не для слизеринцев. Если бы не угроза жизни, Паркинсон на самом деле не стала бы даже прикасаться к Дину. – Гарри! – воскликнула староста Гриффиндора, крайне недовольная заступничеством друга по отношению к змеиному факультету. – Поттер прав, – невозмутимо констатировал Гойл. – Взять хоть нас с Долгопупсом. В обычных условиях мы бы держались друг от друга подальше, но здесь мы оба уже не раз спасали друг друга. – И между прочим, Гермиона, если бы не слизеринцы, у нас шансов вообще бы не было, нас перебили бы как котят ещё в первый же день, – устало пробурчал Гарри, отворачиваясь от подруги. – Ты не можешь всерьёз думать, что в этом виноват профессор Дамблдор! А что касается слизеринцев, с которыми у тебя такие прекрасные отношения… – Грейнджер, с твоей стороны верх неблагодарности дурно отзываться о нас, – с недовольством глядя на неё, негромко заметил Драко. – Мы не пытаемся казаться лучше, чем на самом деле, но, кажется, за сегодняшний день твою жизнь трижды спасали слизеринцы. И насколько я слышал, ни одного ты не поблагодарила. Гермиона покраснела и пробурчала себе под нос что-то непонятное, прежде чем отвернуться. – Вот и вся хваленная гриффиндорская справедливость, – усмехнулся Забини. – Спасибо, ребята. Если мои однокурсники не понимают этого, то я скажу за них. Спасибо, – глядя поочерёдно на каждого слизеринца, с чувством поблагодарил Гарри. – Мы ж не ради «спасибо», – обиженно протянул Гойл. – Просто мы знаем, что всё серьёзно и пытаемся не только сами спастись, но и остальных вытащить, а вместо благодарности нас же и оскорбляют. – Никто вас не оскорблял, – взвилась Гермиона, – я лишь сказала, что вы не должны обвинять профессор Дамблдора! – А кого обвинять, Грейнджер? – взмахом руки прося остальных не вмешиваться в спор, невозмутимо спросил Фрай. – Назови ответственного за наше нынешнее местопребывание? – Я не знаю, но… – А я знаю! Нельзя просто взять и отправить неугодного человека сюда! Это преступление против самой магии. Морган рассказывала вам об этом месте, но, очевидно, вы всё прослушали. Только Глава семьи может послать сюда своего наследника. Больше никто не имеет на это права. Ни мама, ни папа, ни дедушка с бабушкой, ни муж с женой, ни дети, ни дядя и тёти, никто, кроме Главы Рода! Но если одного волшебника можно безбоязненно представить магии наследником, а позже отречься, то с сотней подростков провернуть этот фокус нельзя! Дамблдор смог обойти это правило, и мы даже смогли догадаться, как. Он директор, и несёт ответственность за всех учеников Хогвартса. Таким образом, он единственный человек, который, пусть и чисто номинально, но имеет право распоряжаться нашими судьбами. Мне вообще не понятно, почему ты вечно норовишь поспорить с нами? Ты, грязнокровка, имеешь наглость спорить с чистокровными волшебниками в десятом поколении о Родовой магии! – Не смей называть её так! – Заткнись, Уизли, это не оскорбление, я лишь указываю её статус. Ты же вообще ничего не смыслишь в магии! – Гермиона – лучшая ученица! – справедливости ради, вставила Лаванда. – Ох, и почему вы такие тупые? – горестно закатив глаза, Майк с укором посмотрел на Александру, прежде чем продолжить. – Морган рассказывала вам о принципах волшебства, о разнице между чистокровными волшебниками и всеми остальными. Вам нужна наглядная демонстрация? – Ничего нам от вас не нужно, – попытался избежать унижения Корнер. – Давай, Грейнджер, повтори это, – приказала Паркинсон, помнящая о временных затруднениях Фрая, взмахом палочки трансфигурируя траву под ногами в какой-то алхимический аппарат. – Ты же лучшая ученица, – ехидно добавила она, когда покрасневшая гриффиндорка опустила глаза. – Не можешь? Ладно, не беда. Давай проверим на том, в чем ты якобы сильна, – уничтожив аппарат, Пэнси наколдовала несколько манекенов. – Со Ступефаем, ты, надеюсь, в состоянии справиться? Финниган, Поттер, не откажетесь поучаствовать? Прекрасно, тогда, будете добры, покажите самый мощный Ступефай, на какой вы способны. Манекен Гермионы лишь слегка покачнулся, когда та в него попала. У Симуса мишень опрокинулась навзничь, а «жертва» Гарри отлетела на ярд назад, вызвав на лицах присутствующих улыбки. – Что ж, а теперь я поясню, – благодарно кивнул своей старосте Майк, прежде чем снова взять инициативу в свои руки – Финниган полукровка, один из его родителей посредственный волшебник. Поттер тоже полукровка, но его отец происходил из чистокровной семьи. А теперь… И повинуясь жесту Майка, несколько слизеринцев дали залп заклинаний по мишеням. Некоторые манекены улетали на десяток ярдов, другие же просто-напросто взрывались, не долетев до земли. – Фрай, значит, когда мы сцепляемся с кем-то из слизеринцев… – Да, Браун, любой из нас может вас убить, просто не рассчитав силу. – Алекс говорила об этом постоянно, – напомнил друзьям Невилл, – но почему-то никто ей не верил. Взгляды переместились к Морган, но та спала, положив голову на колени Драко, и не обращала ровным счётом никакого внимания на разборки сокурсников.