От рождения до... возрождения

Наспех позавтракав, Александра отправилась в Министерство. Выяснив, что арест был произведён незаконно, она намеривалась поговорить с исполнителями, и с этой целью навестила Аврорат. Нечего и говорить, что ей были не рады. Как Морган ни билась, но даже причину ареста выяснить не удалось. Картина вырисовывалась всё страшнее. Ордера нет, значит, некого обвинить в его подписании. Исполнителей нет, следовательно, некого ругать за незаконный арест. Обвинение не предъявлено, то есть защищаться не от чего. И даже ходатайство о личной встрече с бейлифом, и то было отклонено по причине его отсутствия на рабочем месте. Возвращение в Хогвартс стало новым испытанием. Сегодня состоялся решающий матч за кубок школы по квиддичу, который Морган пропустила и, словно не понимая, что ей всё равно, кто побеждает в школьных соревнованиях, сокурсники пытались рассказать ей об этой игре… — Я так и не поняла, кто выиграл? — прослушав большую часть эмоциональных высказываний, проформы ради задала она вопрос. — Никто! Представляешь?! Алекс не хотела представлять, но выбора ей не оставили. Как оказалось, разыгравшаяся непогода не только помешала игрокам проявить все свои таланты, но и в решающий момент остановила матч… — …И когда Гарри почти что поймал снитч, его сожгла молния! — Гарри сожгла? — хмыкнула Морган. — Да нет же, снитч сожгла, — не уловив издёвки, пояснила Лаванда, почему-то именно Браун сегодня решила выступить рассказчиком, хотя ранее не была замечена в особой любви к квиддичу. — Поэтому игру отложили до конца экзаменов. — Понятно. А в Лондоне даже туч не было. — Погода отвратительная, — присоединился к разговору Долгопупс. — Надо было вообще отменить сегодня игру. Молния могла ударить, когда Гарри уже схватил бы снитч… — Непонятно, что вообще с погодой творится. Десять раз на дню меняется. — Хагрид сказал, что в прошлый раз, когда Тот-Кого-Нельзя-Называть набирал силу, было так же. Что природа чувствует эманация зла и пытается защититься, — вдруг вставила Уизли и поёжилась словно от холода. — Ну, конечно, Джинни, как же это мы забыли, Хагрид же последняя инстанция, а по совместительству ещё и метеоролог, — издевательски усмехнулась Александра, вновь начав злиться. — Где взаимосвязь между погодой и людскими интригами? Последние слова она договаривала уже не таким уверенным тоном, как в начале речи. Мелькнувшая догадка заставила Морган содрогнуться. — Эй, ты в порядке? Ты побледнела, — состояние однокурсницы не укрылось от Грейнджер. — Нет, что-то мне нехорошо. — Может, ты ляжешь? — предложила Гермиона, поспешно уступая место на диване, таким образом надеясь хоть немного улучшить испорченные отношения с подругой. — Я лучше прогуляюсь. Извините. Выйдя из гриффиндорской башни, Морган прямым ходом направилась в гостиную Когтеврана, чтобы поговорить с девочкой, происходящей из семьи потомственных стихийных магов. Без проблем ответив на вопрос орлиной головы — стража башни, она впервые попала в помещения чужого факультета. Долго осматриваться ей не дали, справедливо поинтересовавшись, что здесь потребовалось гриффиндорке. — Всем привет, я ищу Мишель Эпелби. — Я позову её, — какая-то младшекурсница вскочила с места, вприпрыжку побежав к лестнице. — Зачем она тебе? — строго спросила Патил, как староста волнуясь за своих студентов. — Падма, расслабься, я не убиваю детей по субботам. Сегодня же суббота? — Суббота, — машинально подтвердила та. — Ну, значит, и волноваться не о чем. — Здрасти, вы хотели меня видеть? — черноволосая девочка незаметно подошла к беседующим старшекурсницам и застенчиво улыбнулась. — Привет, — доброжелательно улыбнулась Морган, — пойдём, побеседуем. Падма, я верну её в целости и сохранности, живой и невредимой. — Это в твоих же интересах, Алекс, — хмуро согласилась Патил, провожая глазами необычную пару. Выйдя из когтевранских апартаментов, Александра огляделась и, убедившись, что они в коридоре одни, сделала приглашающий жест, первой усаживаясь на подоконник. — Ты прошла посвящение? — прямо спросила Морган. — Ситуация может оказаться очень серьёзной, так что если нет, то лучше сразу обратиться к твоему отцу. — Прошла, — спокойно перебила Мишель, мгновенно утратив облик недалёкой малолетки, прекрасно поняв, о чём с ней может хотеть говорить гриффиндорская шестикурсница, и сама перешла к нужной теме: — Мы обсуждали с ним происходящее. — Значит, ты чувствуешь… — Естественно! — высокомерно усмехнулась Эпелби. — Если даже ты догадалась, а у тебя нет и намёка на врождённую предрасположенность… — И какие версии? — серьёзно спросила Морган, уже не обращая внимания на возраст собеседницы, признав, что Мишель лучше неё понимает происходящее. — Одна хуже другой! Отец считает, что о случайных всплесках и речи быть не может, тебе лучше самой с ним поговорить, но если хочешь знать моё мнение — это Дамблдор. — Откуда ты знаешь? — быстро спросила Алекс, не удержавшись от удивлённого вздоха. — Меня трясло почти месяц, а стоило ему сбежать из школы — всё мгновенно прекратилось. Папа говорит, что я не должна бросаться такими обвинениями, ведь доказательств у меня нет, но таких совпадений не бывает! — Вот и я не верю в такие совпадения, — поддержала Александра. — Спасибо за пояснения, Мишель. Я могу рассчитывать, что ты организуешь мне встречу с твоим отцом? Самой мне обращаться к нему будет подозрительно… — Я понимаю, я напишу ему сегодня же, а захочет ли он с тобой встречаться… Хотя, думаю, всё же захочет. Я сообщу, когда папа пришлёт ответ. Пока. Девочка помахала рукой, возвращаясь в свою гостиную, а Алекс ещё долго стояла посреди коридора, обдумывая только что услышанное. Что же задумал Альбус? Сначала инферналы, теперь погода… Старик кидается из одной крайности в другую, от Некромантии до Стихийной магии. Какова же цель? Понятно, что он хочет власти, но как именно он планирует её заполучить? Так и не придумав ничего стоящего, Морган вернулась в башню. — Ты всё выучила? — поинтересовалась Парвати, когда Морган просидела минут десять, бездумно глядя перед собой. — Что? А-а-а, нет. — Держи, — вручив конспект по Трансфигурации, Патил встала с дивана. — Не могу больше учить. — Не думаю, что МакГонагалл будет зверствовать на экзамене. Хотя подготовиться, конечно, не помешает. — Наша декан спуску никому не даст, — не согласилась Парвати. — Увидишь Кристину, передай, что её учебник по Чарам у Симуса. — Ладно, — сосредотачиваясь на тексте, кивнула Александра. * * * Воскресное утро для Александры началось со стука в двери. Выпутавшись из одеяла, она поспешно накинула халат и распахнула дверь. — Каково Мордреда ты… — Доброе утро, — игнорируя недовольство подруги, Поттер протиснулся в комнату. — Ты помнишь, что завтра экзамен? — У меня есть дела и поважнее… — Алекс, ну нельзя же так! Я понимаю, что ты злишься из-за мистера Малфоя, но Бартемиус сказал, что это просто недоразумение и… Ты куда?! Пока гость распинался, Морган нырнула обратно под одеяло и теперь смотрела на него из «кокона». — Я поздно легла, Гарри, я хочу спать. В полдень мы с Теодором должны быть в одном месте, а до этого времени я намеривалась выспаться. — Я хочу поговорить с тобой о своих уроках с Краучем. После того, как они выбрались с острова Инициации, Поттер обратился к подруге с просьбой увеличить количество уроков по Защите от Тёмных искусств, а уж когда он стал свидетелем дружеского сражения Морган со слизеринцами, его настойчивость приобрела угрожающие масштабы. И хотя Александра была не против помочь другу, времени на это у неё не было. Однако Гарри не привык сдаваться и, когда, навещая в Малфой-мэноре Алекс встретил Крауча, обратился к нему напрямую. Бартемиус не возражал и, получив благословение Морган, два столь непохожих волшебника договорились о времени и месте занятий. За неделю Поттер узнал о Тёмной магии столько, что смело мог предлагать свои услуги Волдеморту. В основном это было что-то ужасное, но порой встречались такие вещи, что Гарри испытывал благоговейный трепет, слушая, как Крауч рассказывает о ритуалах и их результатах. — Как вы ладите? — На удивление хорошо. Барти прекрасный учитель, ещё и баллы не снимает… — Поспать ты мне не дашь, — обречённо констатировала Морган в конце рассказа Поттера. — Тогда дай мне одеться. — Я буду ждать в гостиной. И не вздумай завалиться спать обратно! — Ладно, ладно. За разговорами время пролетело незаметно. После разоблачения Уизли Гарри старался компенсировать нехватку дружеского общения, но ни Гермиона, ни Невилл, ни Джинни не смогли улучшить его настроения. Видя, что Морган поглощена насущными проблемами, он сдерживался сколько мог, вываливая переживания на подвернувшегося учителя, и хотя Поттеру с каждым днём все больше нравился этот Пожиратель смерти, полностью заменить болтовню с однокурсниками эти беседы не могли. Поэтому, разбудив лучшую подругу, Гарри всё утро не отходил от неё ни на шаг, торопясь обсудить как можно больше вопросов, возникающих у него в последнее время. Наконец, незадолго до полудня, Алекс с ним простилась и, найдя Теодора, отправилась в Отдел тайн на встречу с шефом. Физическое состояние оставляло желать лучшего, несмотря на привлечение лучших колдомедиков, так что Айзек согласился с решением ученицы сделать перерыв, и подождать, пока Морган полностью восстановится. Начальник Тайной канцелярии пытался выяснить всё, что происходило с девушкой, но обет молчания надёжно защищал секреты её врагов, и единственное, что могла Александра — пожимать плечами. Но зато о собственном похищении она могла говорить свободно. — Я не знал, что Бренен Пожиратель смерти. — Теофилиус всегда тщательно скрывал свою службу Лорду. Насколько мне известно, это было одним из его условий при принятии метки. — А теперь он ни с того, ни сего решил предать Волдеморта? — Это вышло почти случайно, — неуверенно произнесла Морган. — Ты недоговариваешь, — проницательно заметил Айзек. — Это не моя тайна. Ну, или не только моя. — Это твоя тайна, — возразил невыразимец. — И ты должна мне доверять. Морган с сомнением глянула на шефа, но открыться побоялась. — Вы знаете кто я, но не знаете почему. Я не могу просто взять и ответить, как так получилось, что Пожиратели смерти ищут Бренена, потому что мне придётся параллельно раскрыть множество чужих секретов, а это недопустимо. — Ладно, к этому разговору мы ещё вернёмся. — Единственное, что я могу сказать по поводу Бренена — он пойдёт на поклон к Дамблдору. Теперь у них есть общие враги и помимо меня. К счастью, Айзек удовлетворился этой отрывочной информацией и не стал настаивать, за что Морган была по-настоящему благодарна, не зная, как, не раскрывая её родственной связи с Волдемортом, можно объяснить всё остальное. Ведь единственной причиной «предательства» Бренена, являлось то, что Реддл разозлился, что кто-то посмел навредить его крестнице. Теофилиусу просто не к кому было поддаться за защитой, кроме Дамблдора. * * * Экзамен по Трансфигурации прошёл быстро и, дождавшись, когда все ученики покинут кабинет, Алекс направилась прямиком к столу учителя. — Профессор МакГонагалл, скажите, а в каких случаях у волшебников могут быть одинаковые Патронусы? — издалека начала она, для начала решив выяснить этот малозначимый вопрос. Поскольку «любовь» это, может и хорошо, но для Морган предпочтительнее было получить более научное объяснение. — Ни в каких, — удивилась Минерва, отрывая взгляд от пергамента. — Все Патронусы строго индивидуальные, недаром их иногда используют для идентификации волшебников. — Да? — разочаровано вздохнула Морган. — А можно ли поменять форму Патронуса? — Как вам прекраснно известно, Патронус может измениться в случае сильной эмоциональной встряски, но просто взять и поменять? Такое невозможно. — А анимагическая форма? — Да вы с ума сошли! — воскликнула МакГонагалл, откладывая стопку экзаменационных работ, поняв, что разговор предстоит долгий. — Анимагия — это редчайший дар, непосильный большинству волшебников. Далеко не у каждого мага есть вторая ипостась… — Но, профессор, ведь во всех трудах по этой теме говорится, что форма Патронуса напрямую связана с анимагической формой. Даже более того, раньше утверждалось, что Патронус не может быть волшебным животным… — Да, но в этом правиле есть свои исключения. У сильнейших магов Патронус — это как раз только волшебное существо и может быть. У Дамблдора, как вам должно быть известно, Патронус — феникс, а у Того-Кого-Нельзя-Называть… — Василиск, да, я знаю. Но чисто гипотетически, если Патронус может меняться… — При сильном эмоциональном потрясении, — напомнила Минерва. — Пусть так, но тогда и аниформа должна меняться. — Мисс Морган, — тяжко вздохнула Макгонагалл, — вам что, мало приключений на вашу… голову? Займитесь лучше подготовкой к экзаменам. Я готова ответить на все ваши вопросы, но не сейчас. Да и потом, что я могу вам рассказать? Вы прочитали все те книги, по которым училась анимагии и я. — Спасибо, профессор, — разочарование в голосе было столь явным, что Алекс даже стало неудобно. — Извините, что отвлекла. МакГонагалл только и сумела, что пробормотать слова прощания в спину ученице, а Александра уже погрузилась в размышления, сможет ли кардинальная смена положительный воспоминаний, необходимых при вызове Патронуса, помочь изменить его форму… Теоретически всё должно было получиться, практически же она не могла придумать, какие тут нужны воспоминания. Все приятные моменты, которые приходили на ум, обязательно были чем-нибудь омрачены. Постепенно Алекс отбросила абстрактные воспоминания и вновь сосредоточилась на Люциусе. С чего всё началось? С похищения? Или даже раньше? Нет, в нападение на Хогвартс инферналов Малфоя никто не посмеет обвинить, но вот в похищении вполне могут. Очевидно, МакГонагалл сообщила аврорам о письме Люциуса, а отсутствие какой-либо информации о том, как он нашёл пленников, возбудили подозрения стражей правопорядка даже несмотря на показания жертв. И как сейчас догадывалась Александра, её поспешный переезд тоже был воспринят всеми, как нежелание находиться рядом с человеком, по чьей вине она чуть не погибла. Пока всё сходилось, но дальше становилось только хуже. Когда Драко принял на себя летящий в невесту луч Авады, магия Морган вышла из-под контроля, и единственными, кого видели на том проклятом месте, были Гарри и Люциус. И сколько бы раз Поттер не повторил, что Малфой его защищал, всё равно все восприняли это как агрессию Пожирателя смерти по отношению к Мальчику-Который-Выжил. Кто бы всё это ни придумал — а Алекс не сомневалась, что авторство принадлежит Дамблдору, — действовал он чётко и своевременно. Малфой — значимая фигура при Тёмном Лорде, так что пока главный враг отсутствует, нужно быстро убрать с политической арены его сторонников. Важнейшим условием успеха этой операции было загнать Люциуса в Азкабан. Правдами и неправдами, но благодаря репутации опального аристократа, старик был уверен, что желающих помочь Люциусу обрести свободу не найдётся, как и тех, кто хотя бы захочет за него заступиться. Что же касалось обвинений в «Пророке», то сработали они уж слишком оперативно. Рано утром поймали, а к восьми утра уже готов выпуск? А найти колдографии всех участников? А написать текст? А сверстать газету? Нет, всё было сделано заблаговременно, ждали лишь поимки главного фигуранта. Но Алекс это было только на руку — при таком раскладе оправдать отца не составит труда. Вопрос лишь во времени. Несвоевременное предательство Снейпа было проблемой Волдеморта. На самого Северуса Алекс с недавнего времени было плевать, за Брэнда только обидно, но зато у отца оказалось непробиваемое алиби. По словам очевидцев, авроры нацелились на Малфоя после того, как Морган исчезла из Хогсмида в его обществе накануне днём… Что характерно, её саму никто даже ни о чём не спросил, заочно сделав вывод, что она была перемещена против воли и в виновности Люциуса. Да и глупость самого Малфоя сыграла министерским работникам на руку. Несмотря на строжайший запрет покидать мэнор и магическое истощение, отец отправился на какую-то встречу и попал прямиком в руку аврорам. И в Азкабан… Встряхнувшись, Александра поняла, что уже давно стоит перед входом в «Три метлы», поэтому решила не привлекать в себе лишнее внимание обитателей магической деревни и трансгрессировала. — Привет, — найдя Бартемиуса за рассматриванием какой-то карты в обществе старшего Нотта, она сделала приглашающий жест. — Можно тебя на пару минут? — Рад тебя видеть, — подал голос Крауч, когда они оказались в его доме. — Я заранее хочу извиниться за то, что собираюсь использовать тебя в своих целях, но для меня это важно и… — Сандра, ты же знаешь, я для тебя всё сделаю… Недослушивая, Морган шагнула вперёд, сокращая между ними расстояние, и обняла Бартемиуса за шею. — Сладкий мой, поцелуй меня. Уж что-что, а дважды просить не пришлось. Едва их губы соприкоснулись, Барти с силой прижал её к себе. Алекс застонала уже не только от возбуждения, но и от боли — хватка моментально ослабла. Физическое наслаждение от умелых ласк ни шло ни в какое сравнение с эмоциональным восторгом. Как эмпат, Александра блаженствовала в потоках любви, щедро выплёскиваемых на неё любовником. — Я люблю тебя, Сандра, я так тебя люблю… — бормотал тот в паузах между поцелуями. Чуть отстранившись, Алекс улыбнулась и, не открывая глаз, произнесла: — Экспекто Патронум! Удивлённый возглас, вырвавшийся у Крауча, подтвердил, что у неё всё получилось, и Александра обернулась. По комнате прыгал самый обычный лис, только серебристый и полупрозрачный, как и было положено Патронусу. — Получилось! — завизжала Морган, подпрыгивая от переполнявшей её радости. Не размыкая объятий, Бартемиус смотрел на неё и улыбался. — Значит, ты теперь вспоминаешь меня, когда вызываешь Патронуса. — Теперь у меня два Патронуса, — помотала головой Александра и снова его поцеловала. — Официальный — дракон, и анонимный — лис. — Раньше это считалось невозможным. — Для меня нет ничего невозможного, — самодовольно хмыкнула Морган. — Лишь неизученное. Спасибо тебе, милый. — Да ну, — отмахнулся от благодарности Крауч и хотел возобновить поцелуи, но вовремя заметил, что Алекс уже думает о совершенно других вещах, и предпочёл сменить тему: — Эльф сказал, что ты приходила ко мне с кем-то чужим. — Я же спрашивала тебя… — Я не в упрёк, просто хочу убедиться, что это безопасно для тебя. — Барти, я очень осторожна, ты же знаешь. Поэтому я и встречаюсь с посторонними людьми, которым не могу доверять, там, где у меня есть преимущество. Связать со мной твой дом при всём желании никто не сможет, а учитывая твоё ко мне отношение, защита дома вполне распространяется на меня. — Ты снова что-то замышляешь? — осуждающе покачал головой Крауч. — И, естественно, ни Лорд, ни Малфой ничего не знают? — Волдеморта даже нет в Англии, а Люциус, как тебе прекрасно известно, в Азкабане, так что оба не смогли бы мне помешать, даже если бы и знали о моих планах. Кстати, о моих планах, — она сделала паузу и окинула любовника проницательным взглядом. — У тебя появились планы на меня? — Тебя это удивляет? — невесело усмехнулась Морган. — Ты достаточно дорог мне, чтобы я думала о твоём будущем, но недостаточно силён, чтобы я считалась с твоими капризами, когда убеждена, что мои замыслы направлены на твоё благо. — Та-а-ак, — протянул Крауч, отбрасывая личину «любящего мальчика». — Что же ты задумала? — Женить тебя, — невозмутимо ответила Александра. И когда его лицо приобрело изумлённое выражение, расхохоталась. — Не ожидал? — А ты как думаешь? — медленно приходя в себя после ошеломляющего заявления, буркнул Бартемиус. — Что в тебе поражает, так это абсолютное равнодушие к нормальным человеческим реакциям. Сандра, по-твоему, это нормально, сказать любовнику, пусть даже бывшему, что ты собираешься его женить?! — Сладкий, тебе давно не семнадцать лет, а у тебя до сих пор нет наследника. Как я и сказала, ты мне не безразличен, поэтому я сама займусь решением этого вопроса. Барти, — повысила она голос, когда Крауч попытался возразить, — я прекрасно знаю, что ты хочешь сказать. Я не заставляю тебя любить супругу, я даже не прошу об этом, но сын у тебя должен быть. И это не обсуждается! В душе Крауча боролись несколько чувств: злость за то, что Александра смеет принимать решение за него; зависть, поскольку не он, а Малфой получил в невесты его любимую; стыд, что подавшись чувствам, он сам не предпринял шагов для продолжения Рода и ярость, поскольку несмотря на понимание всего этого, он не хотел отказываться от шанса быть с Сандрой… — Пожалуйста, позволь мне сделать это за тебя, — будучи эмпатом, Морган не пришлось прикладывать никаких усилий, чтобы подгадать момент. — Я хочу, чтобы у тебя была настоящая семья. Вербального ответа Александра не получила, но объятия ясно дали понять, что сопротивление Бартемиуса сломлено. * * * Вернувшись в Хогвартс, Алекс обнаружила на прикроватном столике письмо от Майлза Эпелби, отца Мишель. Стихийный маг писал об опасности личной встречи, поскольку он отказался присоединяться к Ордену Феникса, и теперь занесён в список «нежелательных лиц», но обещал ответить на любые вопросы и оказать любую посильную помощь в обмен на защиту единственной дочери. Не понаслышке зная о скрытности некоторых волшебников, занимающихся запрещёнными Министерством видами магии, Алекс благосклонно приняла условия респондента, о чём сразу же и написала ему. Задумавшись об обеспечении безопасности Мишель, Морган покинула свою комнату, чтобы обсудить этот вопрос с самой девочкой, но на выходе из башни столкнулась с Элиной Кларк. — Привет, Алекс, я тебя искала. — Что-то случилось? — Ну… мы можем где-нибудь поговорить? — неуверенно спросила та. — Конечно. Ты плакала? — проницательно спросила она, заметив красноту вокруг глаз собеседницы. — Профессор МакГонагалл сказала, что, поскольку я теперь сирота, то кто-то в Министерстве уже всё оформил, и как только кончится учебный год, я… меня… Я не хочу-у-у! — разрыдалась Кларк, уткнувшись лицом в мантию Александры. — Тебя хотят отправить в приют? — процедила сквозь зубы Морган, чувствуя, что магия стремится вырваться на волю. Сделав глубокий вдох, она постаралась успокоиться, но всё равно, когда заговорила, в голосе отчётливо слышалась злость: — Декан не предлагала вариантов? Каких-нибудь опекунов? — Нет, — всхлипнула Элина. — Что мне делать? Я не хочу… — Я не знаю, милая, но постараюсь что-нибудь придумать… — Морган искренне не знала, чем можно помочь. — У меня даже вещей нет… — Ну, с этим я точно справлюсь, — с наигранным воодушевлением воскликнула Морган. — Хочешь, можем прямо сейчас отправиться в Косую аллею за покупками? — А можно? — робко спросила Кларк, стирая тыльной стороной ладони слёзы. — Пойдём к МакГонагалл и спросим, но, не думаю, что это может вызвать какие-то затруднения. Затруднения это всё-таки вызвало, но упрямство Александры сыграло свою роль и, в конце концов, Минерва была вынуждена уступить, позволив двум своим ученицам покинуть школу без присмотра взрослых. * * * — Ты как? — поинтересовалась Морган, с сочувствием глядя на спутницу. — Нужно было воспользоваться камином в «Трёх мётлах»… — Всё в порядке, — попыталась улыбнуться та, борясь с тошнотой. — Извини, я не подумала… Зная, что Кларк чистокровная волшебница, Алекс даже не вспомнила о том, что учить девочку магии было некому, поэтому и трансгрессия для неё не была привычным способом перемещения. Но, к счастью, Элина нормально перенесла путешествие и уже через пару минут чувствовала себя отлично. Посетив магазин мадам Малкин, и закупив всю нужную одежду, Александра настояла на том, чтобы зайти в книжный, проигнорировав лепет первокурсницы об отсутствии денег. Приобретя учебники для второго курса, чтобы той было чем заняться на каникулах, Морган предложила перед возвращением что-нибудь перекусить… Грохот взрыва раздался в нескольких десятках ярдов, но Алекс только и успела, что схватить перепуганную девчонку за руку, приготовившись к перемещению, когда прямо перед ней материализовалась зловещего вида фигура. — Что ты тут делаешь? — Могу задать тебе тот же вопрос, — парировала Морган, успокоившись сразу, как только поняла, что ей ничего не угрожает и врагов рядом нет. — Кто санкционировала нападение в отсутствие Тёмного Лорда? — Мы можем поговорить наедине? — предложил Лестрейндж, бросая тревожные взгляды по сторонам. — Это вообще кто? — Это Элина, племянница Селвина, — хладнокровно представила Александра свою спутницу. — Привет, — миролюбиво улыбнулся Рудольфус, или вернее, он посчитал, что его оскал выглядит миролюбиво. — Здрасти, — пролепетала Кларк, на которую произвело неизгладимое впечатление само появление мужчины, так что дополнительные улыбки уже не имели большого значения, и были попросту излишни. — Не бойся, я ничего тебе не сделаю… — Ты бы хоть палочку опустил, — усмехнулась Морган. — Так ты ответишь? — Что? — недоумённо переспросил Лестрейндж. — Кто несёт ответственность за это нападение? — Да это не нападение, — смущённо пожал плечами Пожиратель смерти, — Антонину нужна была новая палочка… — Так вы за покупками пришли? Потрясающе! — искренне рассмеялась Морган. — Давай чай попьём? Прямо сейчас? — Вообще-то, я собиралась… — Алекс, не отказывай. — Ну, ладно, — уступила Морган, не понимая, что послужило причиной горячности знакомого. — Доставлю Элину в Хогвартс и… — Она тоже может пойти с нами, — настойчиво предложил Лестрейндж. — Руди, — строгим тоном перебила Александра, но выражения для дальнейшей фразы выбирала с особой тщательностью, — с чего такое предложение? — Ну… твои поиски так ни к чему и не привели… Я просто хочу пообщаться с ребёнком, ты же знаешь, я ничего ей не сделаю! — Мне кажется, сейчас для этого не самое подходящее время, но… — Алекс покачала головой и дальше обратилась уже напрямую к Кларк: — Если ты не против, то я предлагаю воспользоваться приглашением мистера Лестрейнджа и выпить чаю. Элина поспешно кивнула, и Алекс не оставалось ничего иного, как согласиться. Следующие два часа Морган всеми силами подавляла смех, потому что с серьёзным видом наблюдать за безжалостным Пожирателем смерти, Рудольфусом Лестрейнджем, когда он пытался понравиться первому ребёнку, с которым он общался в жизни, было более чем забавно. — Нам пора, — наконец сообщила Александра после того, как в очередной раз взглянула на часы. — Спасибо за чай, — пискнула Кларк. — Вам спасибо за компанию, — неловко поклонился Рудольфус. — Приходите ещё. — Обязательно, — хмыкнула Морган, — а теперь нам действительно пора. По дороге из Хогсмида Элина шагала молча, что-то напряжённо обдумывая. Но перед замком она притормозила и, обернувшись к спутнице, прямо спросила: — Почему мистер Лестрейндж был добр ко мне? — Об этом почти никто не знает, но Рудольфус потерял дочь, и хотя прошло много времени, ему по-прежнему одиноко, — стараясь говорить честно, ответила Морган. — Он никогда не общался с детьми до сегодняшнего дня, поэтому и не знал, как себя с тобой вести, чтобы не напугать. Но зачем ему это и почему сейчас, я не знаю. В любом случае, надеюсь, ты понимаешь, что об этой встрече никто не должен узнать? — Я понимаю, — серьёзно кивнула Кларк. — Пойдём к декану. Надо отчитаться, что я вернула себя в целости и сохранности. — Спасибо тебе… — Брось, ты всегда можешь ко мне обратиться, если тебе что-то будет нужно, — смутилась Александра. — Если тебя будут обижать, не стесняйся, сразу же напиши… И вообще, я хочу, чтобы ты знала, что в любой момент можешь прийти, даже если ты просто захочешь поговорить. Алекс искренне не знала, как выразить испытываемые ей чувства, но судя по глазам Элины, ей все же удалось донести до той информацию.