От рождения до... возрождения

Обрадованный предстоящим переездом, Драко весь вечер не отходил от невесты, обсуждая совместную жизнь. В другое время Морган с удовольствием включилась бы в разговор, но сегодня она была слишком уставшей. – Милый, давай завтра поговорим? Я дико хочу спать, – дождавшись паузы в монологе жениха, произнесла она с извиняющейся улыбкой. – Если хочешь, можешь прямо сейчас начать обустраиваться. – Ты на самом деле будешь спать, или хочешь почитать? – Я хочу лечь, – искренне призналась Морган. – Ладно, иди, а я пока раздам эльфам указания, – Малфой уже собрался идти, когда словно запнувшись на пороге, вернулся назад, и уточнил абсолютно серьёзным тоном: – Ты точно не передумаешь? – Нет, глупый! – вымученно улыбнулась Александра. – И постарайся не будить меня, когда придёшь. – Спокойной ночи. – Удачных сборов. Оставшись одна, Алекс облегчённо вздохнула: боль, мучавшая её весь день, к ночи стала просто нестерпимой. Зелья давно перестали действовать, так что Морган не оставалось ничего иного, как воспользоваться крайним средством. Кровь единорога – уникальная по восстанавливающим свойствам жидкость, «один глоток которой спасет даже того, кто на волосок от гибели». Положим, смерть ей в данный момент не грозила, но терпеть и дальше тело отказывалось категорически, настоятельно требуя «живительной влаги». Последний флакон Александра берегла, как зеницу ока, но выбора не оставалось. Глоток… и по телу прошла судорога. Боль исчезла мгновенно, словно её никогда и не было: Алекс переполняла энергия и сила. Уснуть теперь стало невыполнимой задачей – ей хотелось бегать, прыгать и смеяться. И лишь на периферии сознания тревожным молоточком билась мысль, что флакон был последним, и у неё больше нет «панацеи» от смерти… Пока она думала, что же теперь делать, Драко громко приказал домовикам закончить что-то к его приходу и, уточнив, что вернется через два часа, с хлопком трансгрессировал. И Александра решилась. Кожаный штаны, высокие сапоги, вязаная шапка, скрывающая светлые волосы, перчатки из драконьей кожи: она была готова к походу в Запретный лес. Естественно, она знала, где ещё водятся единороги, но смысла тащиться на другой континент, имея под боком хогвартское стадо, не видела. Поздний час ничуть не смутил её. Когда выбор зависел от неё, Алекс всегда отдавала предпочтение ночи. Днём, даже в лесу, всё просматривается на десятки ярдов, да и животные бодрствуют, а вот ночью… Морган абсолютно не пугали «страшные и ужасные ужасы» водящиеся в Запретном лесу. Как сильная волшебница, Алекс могла справиться с любыми дикими животными, а вот двуногих хищников в тёмное время суток избежать гораздо легче. Однако Александра не стала пренебрегать элементарным здравым смыслом и наложила на себя не только чары невидимости и бесшумности, но и отвлекающие, отбивающие запах, умиротворяющие, рассеивающие внимание… Трансгрессировав в нескольких милях от Хогвартса, она мысленно попросила любимого Салазара уберечь её от встреч с кентаврами и, превратившись в пантеру, побежала в чащу, ориентируясь исключительно на кошачье обоняние. Подобраться к стаду незамеченным непросто, но Морган справилась блестяще. Сложнее было провести забор крови, не всполошив весь табун, и не навредив донору: получить проклятие – последнее чего хотела Алекс. Обратно она шла чуть ли не вприпрыжку, на радостях решив подышать свежим лесным воздухом. За что и поплатилась, налетев в темноте на кентавра. Встреча вполне могла бы закончиться кровопролитием, ведь непарнокопытные предсказатели терпеть не могут чужаков на своей территории, но Морган мгновенно ретировалась – от греха подальше. В итоге вся операция заняла менее двух часов, и она успела уничтожить все следы отлучки до того, как Драко вернулся в мэнор. Заглянув в спальню, тот застал умиротворяющую картину сладко спящей невесты, и с чувством, что всё прекрасно, вновь занялся переездом.

***

Открыв глаза, Гарри с удовольствием огляделся. Гостиная Морган-мэнора неизменно поражала его воображение своей мрачной роскошью. Словно видя впервые, Поттер переводил взгляд с выложенного тёмным мрамором камина, на портреты в дорогих рамах, откуда неподвижные мужчины в вычурных старинных одеждах оценивающе рассматривали гостя. Шестиугольное помещение, одну стену которого занимал камин, было магической прихожей для гостей. Желая попасть в родовое поместье Морганов, ты попадал именно сюда (если, конечно, ты был внесен в «список разрешённых посетителей»), и должен был ждать, когда за тобой прибудет домовик. Пять дверей, по одной на каждую стену, были защищены серьёзнее, чем Букингемский дворец, но все равно «охранялись» парочкой злобного вида горгулий. Гарри никогда не спрашивал, но что-то ему подсказывало, что горгульи здесь поставлены не только в качестве украшения интерьера. Тёмный паркет, тёмное дерево дверей, тёмный мрамор камина… Поместье было словно пропитано тьмой. Озвучь Поттер свои мысли, Алекс подняла бы его на смех, ведь после ремонта, затеянного ею перед переездом, мэнор лишился своей «готичности». Однако, что для светлого волшебника мрачно, то для тёмного – радуга, и Алекс искренне считала свое родовое гнездо уютным. – Мистер Поттер, прошу следовать за мной. Эльф появился как раз тогда, когда Гарри закончил осмотр. – Привет, Кэрри. Алекс дома? – Да, сэр. Госпожа завтракает. Позвольте забрать ваш багаж? – Да у меня только сумка, – он смущенно протянул холщевый мешок, подумав, что Алекс слуг одевает лучше, чем Дурсли племянника. – Привет, – как обычно робея по приезду, поздоровался Мальчик-Который-Выжил. – Гарри! Я ждала тебя позже… Спасибо, Кэрри, – поблагодарила хозяйка, когда эльф без напоминаний поставил на стол дополнительный прибор. – Выглядишь ужасно, – констатировал Драко вместо приветствия, разглядывая гостя. – Магглы тебя что, совсем не кормят? – Иногда кормят, – пожал плечами Поттер. – Правда, я за месяц съедаю меньше, чем мой кузен за день. – Алекс, если мы его усыновим, здорово сэкономим на продуктах. – Я ещё и за садом буду ухаживать, – ничуть не обидевшись, улыбнулся Поттер. – Все соседи завидуют розам тёти Петуньи. Я высокоопытный садовник! Меня нужно кормить! Ребята рассмеялись, и дальнейший завтрак протекал в непринуждённой атмосфере. – А где Брэнд? – мимоходом поинтересовался гость, привыкший к компании мальчика на каникулах. – У отца. По идеи, скоро должен вернуться. – Ты и его отослала? Я думал, что это я буду мешать… А Малфоя ты тоже от дома отлучала?.. Я что-то не то сказал? – нерешительно уточнил он, уловив мгновенное изменение настроения сотрапезников. – Не ты сказал, а Алекс сделала, – невозмутимо ответил Драко, вставая из-за стола. – Я домой, нужно кое за чем проследить. К обеду постараюсь вернуться. – Хорошо. Пока, – подставив щёку для поцелуя, попрощалась Морган. – Гарри, ты снова предоставлен самому себе. У меня, как обычно, куча дел. – Как обычно, – понятливо усмехнулся Поттер. – Пойду осваиваться.

***

Присутствие сидящего под дверью Поттер, поджидающего, когда она освободится, в широко открытых глазах которого плескалась гремучая смесь из любопытства и обиды, подсказало Александре, что разговор предстоит долгий. – Почему ты ничего не сказала?! Это ведь ты? – выпалил он, стоило двери открыться. – Я так понимаю, ты прочитал «Пророк». – Да! Ты освободила Пожирателей из Азкабана? – Да. – Ты – ненормальная! – резюмировал Поттер. – Если норма – слабость, глупость и нерешительность, то да, я – ненормальная. Сохраняя внешнее спокойствие, Морган обошла гостя и продолжила путь. – Я просто не знаю, что сказать, – признался тот через минуту, идя следом. – Как ты это сделала? – Позволь воздержаться от ответа. У девушки должны быть секреты. – Секреты? Алекс, ты неверно понимаешь смысл этого выражения! Для девушек секреты – это вес, количество бывших, возраст, но никак не способ проникновения в тюрьму! В «Пророке» написано, что действовали изнутри, это правда? – Да. – Но как? – Какая разница, Поттер? – все так же сохраняя невозмутимость, пожала плечами Александра. – Да никакой, в принципе… Ты читала интервью Малфоя? – Нет, – удивилась она. – Что пишут? Развернув газету, Гарри уселся прямо на пол и, найдя глазами нужное место, принялся читать: – «Единственный Пожиратель смерти не сбежавший из Азкабана по примеру своих коллег, заявил, что верит в правосудие, и уверен, что вопрос о его непричастности к инкриминируемым ему преступным деяниям решится в кратчайшие сроки…» – процитировав статью, Гарри поднял глаза на Алекс. – Но если не Малфой…Ты хотела вытащить Барти? –Угадал, – кратко подтвердила та. – Гарри, что насчёт обеда? – Ну, за обедом мы точно не сможем поговорить о Крауче… – Что ты хочешь знать? – прямо спросила Александра. – Он у себя дома, восстанавливается после Азкабана. Что ещё? – Как он вообще? – Плохо, но это ты должен и сам понимать. – Не злись, я спрашиваю потому, что чувствую себя виноватым. Как думаешь, он согласится продолжить наши занятия, когда поправится? – Это тебе лучше спросить у него самого, – пожала плечами хозяйка и оттолкнулась от стены, показывая, что разговор окончен. – Идём в столовую, Драко, должно быть, уже вернулся. Обед уже подходил к концу, когда в мэноре появился Брэнд. Холодно кивнув парням, он обратился прямо к Алекс: – Ты ничего не хочешь мне объяснить? – Здравствуй, для начала, – напомнила о правилах приличия та. – Привет, – покорно произнес Брэнд. – Теперь мы можем поговорить? – Говори. – Здесь? Я предпочту поговорить наедине. – Что тебе мешает говорить здесь? В конце концов, если ты не можешь высказаться при них, жди конца обеда… – Какого Мордреда происходит?! – Конкретизируй свое возмущение, – невозмутимо отреагировала Морган, гася раздражение. – Пока я не понимаю, о чём идет речь. – Мне говорить при нём? – ткнув пальцев в Поттера, уточнил Брэнд. – Гарри давно стал почти что членом семьи. Здесь все свои. Я не вижу необходимости хранить наши тайны от него. – Да мне плевать, знает он, или нет! Это была твоя идея, скрывать всё, что только можно скрыть… – Я твою жизнь спасала! – резко хлопнула ладонью по столу Александра. Однако взяла себя в руки, и продолжила говорить спокойным тоном. – А теперь давай по существу. – Ты пытала моего отца Круциатусом! – Он подставил моего отца! Неужто ты так наивен, что думал, что я спущу подобное на тормозах? – Но ведь он действовал по приказу Тёмного Лорда! – Плевать на Лорда. Безопасность моих близких – не так область, в которой я приемлю компромиссы. – О да, припоминаю, – ехидно протянул Брэнд, – ведь проще убить, чем уступить… Да? – Проще, но ты-то ещё жив, – ничуть не обидевшись на напоминание об ультиматуме Волдеморта, из-за которого Алекс едва не убила племянника, она равнодушно пожала плечами. – Ты решил спустя два года напомнить мне об этом? – Нет, что ты? Мне просто захотелось понять твою извращённую логику. Ты поссорилась со всеми, кто окружал тебя последние годы… – Не говори глупости! – Ну почему же глупости? Я не слепой. Ты отослала меня, выгнала тетю Беллу… И всё ради того, что расчистить дорогу Драко. – Ты самостоятельно принял решение о переезде, что же касается Беллы – ей давно пора жить отдельно. – Ты говорила, что никому не позволишь распоряжаться членами своей семьи, а теперь не Морган, а Малфой живет в комнатах Главы Рода! – Это просто комнаты, Брэнд. И если ты позабыл, напоминаю: Драко мой будущий муж. – О-о-о, не волнуйся, об этом я прекрасно помню, – с сарказмом протянул тот, даже не посмотрев на обсуждаемого парня. – Вот только я – не Белла. Я молча подчиняться ему не буду! В помещение повисло молчание. Драко и Гарри не вмешивались в семейные разборки, предпочитая оставаться в стороне от конфликта. И если Поттер чувствовал себя лишним, то Малфой признавал авторитет невесты. Однако последняя фраза Брэнда его очень сильно задела, и он уже хотел сообщить об этом, когда Александра его опередила: – Неблагодарный мальчишка! Ты забыл своё место? Так я напомню! Ты жив только потому, что я спасла тебя! Если бы Ариадна не была идиоткой, всем нам жилось бы значительно легче… – Не смей о ней так говорить! – взвился Брэнд. – Я буду говорить то, что посчитаю нужным, – отрезала Александра. – Ради тебя я рисковала не только своей жизнью, но и жизнью Беллатрисы. Я отдавала тебе всю еду, которую мне удавалось добыть в приюте. Я защищала тебя, не считаясь с травмами. Я готова была предать доверие лучшего друга, лишь бы сохранить твою жалкую жизнь… И так ты отблагодарил меня?! – Я ценю… – Молчать! – рявкнула Александра, и по столовой прокатился порыв ледяного ветра стихийной магии. – Либо ты признаешь власть Малфоя, либо покинешь этот дом. Выбор за тобой. – Выбор всегда за мной, – огрызнулся побледневший Брэнд. – Это было первым, что я усвоил из твоих уроков. – Вот и сделай его. А теперь убирайся! После ухода младшего Моргана тишина продержалась недолго. – Что это вообще было? – Это была наглядная демонстрация доказывающая пагубность влияния Северуса Снейпа на неокрепшую детскую психику. – Снейпа? – Он отец Брэнда. Челюсть Поттера непроизвольно отвисла. Помолчав немного, Гарри всё же поинтересовался: – Я правильно помню, что твоя старшая сестра ещё училась в Хогвартсе, когда… – Северус спал со своей студенткой, – равнодушно подтвердила Алекс. – Так вот почему он к тебе так хорошо относился с самого начала! – Я тоже голову себе ломала, но на втором курсе меня младший МакНейр просветил относительно личной жизни Ариадны, а потом уже я обрадовала Снейпа. – А зачем было скрывать… – Гарри, я не могу сказать, что сама проложила себе путь к вершинам пищевой цепочки – это заслуга предков. Но вот удерживаюсь я на этом месте исключительно благодаря собственным талантам. Меня и сейчас не многие воспринимают всерьёз, а в одиннадцать лет, когда я приняла управление делами Рода… Даже ты, по сути ещё несовершеннолетний ребенок, а с каким пренебрежением ты относишься к первокурсникам? А теперь представь, как приняли меня. Конкуренты рвали на части мой бизнес, используя любые средства. Отцовские враги готовы были на любую подлость, чтобы раз и навсегда избавиться от угрозы под именем Морган. В такой обстановке Брэнд представлял собой великолепную мишень. Ведь через него можно было добраться до меня! Каждый раз, когда мне приходилось покидать мэнор, я боялась не вернуться. Но меня учил Максимилиан, так что я и в одиннадцать была опасным противником, а вот Брэнд был беззащитен. А теперь вспомни, кто такой Северус Снейп. У него врагов, как воды в море. Причём, как среди светлых, так и среди тёмных. И если до меня пытались добраться из соображений выгоды – по большей части, по крайней мере, – то до него из принципа. Я не выпускала Брэнда из дома три года, и всё шло прекрасно, но стоило мне уступить и позволить Люциусу взять мальчишку с собой на чемпионат по квиддичу, и он тут же оказался заложником Лорда. Кстати, Волдеморт требовал привести тебя в обмен на жизнь племянника. – Тогда почему я ещё жив? – шокированно спросил Поттер. – Потому что я никогда и никому не позволю себя шантажировать. – О чём теперь оповещено все магическое сообщество, – добавил Малфой и, возвращаясь к началу разговора, заметил: – Я должен был настоять на другой комнате. – Не говори глупости! Я в состоянии самостоятельно разобраться с вопросом, в какие комнаты селить собственного будущего мужа, и подсказки зарвавшегося мальчишки мне не нужны! У меня апатит пропал, – без перехода заявила Морган, вставая из-за стола. – Если вы закончили, пойдемте в Изумрудную гостиную, пирожные можно и на диване съесть. Кэрри, принеси… Кэрри, что с твоим ухом?! Левое ухо появившегося на зов домовика было багрового цвета, словно его кто-то только что выкручивал. Эльф попытался отвернуться, чтобы скрыть увечье, но под взглядом хозяйки признался: – Мистер Снейп требовал, чтобы я доставил его в мэнор, а когда я сообщил, что Госпожа запретила, мистер Снейп разозлился. – Приведи его! – приказала Морган таким тоном, что Гарри вздрогнул. Камин вспыхнул зелёным огнем, и через минуту в столовую вошла Беллатриса. – Я не вовремя? – с опаской глянув на непроницаемое лицо сестры, поинтересовалась та. – Сядь и не отсвечивай, – буркнула Александра, от которой ощутимо исходила угроза. – Вас двоих это тоже касается. Оба парня поспешно расселись в кресла, по опыту зная, что когда Алекс в таком настроении, вмешиваться себе дороже. Через минуту в гостиной с хлопком появился домовик, доставивший Снейпа. – Какова дьявола я не могу попасть в мэнор? – не подозревая о нависшей над ним опасности, раздраженно начал тот. – Круцио! – спокойно произнесла Морган, а когда Северус заорал от боли, добавила: – Силенцио! – продержав пыточное проклятие ещё чуть-чуть, она отвела палочку в сторону, давая гостю отдышаться. – Я смотрю, ты расслабился, Северус. Хозяином жизни себя вообразил? С чего в твою дурную голову пришла мысль, что ты имеешь право наказывать моего эльфа? – Ох… Ты что, пытала меня из-за домовика?! – Я готова была убить Максимилиана за то, что он пнул Кэрри, думаешь, я сохраню твою жизнь? – Мне нужно было с тобой встретиться… – Это не оправдание, Снейп! – Да что с тобой? Это всего лишь домовой эльф! – не сдержался тот. – Это мой эльф! – припечатала хозяйка. Гарри сидел, ни жив, ни мертв. Влезать в «семейные» разборки у него не было ни малейшего желания, особенно после того, как Драко жестами приказал молчать, но и сидеть сложа руки было как-то странно. Ему редко приходилось становиться свидетелем того, как Морган выходит из себя, однако этого было более чем достаточно, чтобы Поттер зарекся её провоцировать. Единственное, что сейчас по-настоящему волновало Мальчика-Который-Выжил – это месть профессора Снейпа за то, что ненавистный гриффиндорец видел его унижение. – Гриндилоу с ним, какого Мордреда ты наговорила Брэнду? – Тебя это не касается, – хмуро ответила Александра, отходя к окну. И, не отрывая взгляда от унылого пейзажа, добавила: – В моей семье принято беспрекословно подчиняться Главе Рода. Все несогласные из Рода будут изгнаны. Напомни сыну об этом, Северус. Да, и еще, я больше не хочу видеть тебя в своём доме. Что же до племянника, я даю ему неделю на раздумья. – Ты не можешь… – испуганно начал Снейп, но под взглядом Алекс умолк. – Я – могу, – веско произнесла Морган. – Кэрри, убери его отсюда. Слуга моментально трансгрессировал вместе с зельеваром, и она обернулась к оставшимся: – Я приятно удивлена, что в кои-то веки никто из вас не полез с возражениями. – Может, мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? – жалобно попросил Поттер. – Почему ты пытала Снейпа? – Позволь мне, – быстро сказала Белла, и когда сестра неопределенно пожала плечами, приступила к повествованию: – Отец подарил этого эльфа Александре, когда она родилась. Сестренка всегда очень трепетно относилась к своей собственности, так что однажды… Отец за что-то пнул домовика, да так, что тот влетел в противоположную стену. Ну и Алекс, недолго думая, впечатала отца в стену родовой магией. Сколько тебе тогда было, года три? – риторически осведомилась она, и продолжила: – Алекс заявила что-то о том, что эльф её, и если он провинился, то отец должен наказывать её, а не слугу. Естественно отец взбесился, и запер Александру в подвале на неделю. Ему даже пришлось выпустить её раньше срока, потому что мелкая сразу же заболела, и к середине срока уже бредила из-за высокой температуры… Но с тех пор её эльфа никто не смел наказывать. – Господи, как можно маленького ребёнка сажать в подвал?! – И это говорит человек, чье детство прошло в чулане под лестницей? – хмыкнула Алекс. – Это ерунда, Гарри. Знаешь, кто по-настоящему страшен? Светлый волшебник, позабывший, что он не Бог. – Ты о чём сейчас? – Драко озвучил вопрос, вертящийся на языке у каждого. – О разнице в методах воспитания. Ни тебя, ни нас с Беллой не унижали. Наказывали, пугали, но никогда не унижали! А тот же Крауч помимо аналога чулана и ремня, за малейшую провинность… Ох, что-то я разговорилась, – глубоко вздохнув, Морган скомканно закончила: – Те, кто исповедует гуманизм и терпимость – на деле самые страшные тираны, до жестокости которых не опустится ни один «злой колдун». – Госпожа, извините, но к вам пришёл мистер Нотт, – доложил вездесущий эльф за несколько секунд до того, как в Изумрудную гостиную вошел Теодор. – Привет! – жизнерадостно поздоровался он, но окинув взглядом компанию, гораздо менее уверенно спросил: – Я не вовремя? – Нормально, – поднявшись навстречу другу, хмыкнул Малфой. И, пожимая протянутую руку, риторически добавил: – Ты по делу. – Но кофе он выпьет с нами, – приказала хозяйка, не обратив внимания на собственный тон: она все ещё корила себя за несдержанность, вследствие которой чуть было ни наговорила лишнего. – С удовольствием, – пропустив мимо ушей тот факт, что это не было приглашением, Теодор согласно кивнул. – Белла, Поттер, рад вас видеть. Несколько минут разговор крутился вокруг статей «Ежедневного пророка», но Мальчик-Который-Выжил не умел вести светские беседы «ни о чём», поэтому долго не продержался, искренне воскликнув: – И всё-таки, вы – ненормальные! Теодор не мог не заметить, что что-то произошло, но делает вид, что слепой. В свою очередь вы не могли не понять, что он что-то заметил, но всё равно делаете вид, будто ничего не случилось. – Гарри, так ведут себя воспитанные люди, – мягко улыбнулся гость. – Что бы ни произошло – меня это не касается. Будь иначе, Алекс бы объяснила, в чём дело. Так зачем лезть с вопросами? Если хозяева сочтут нужным – они скажут. – А тебе не интересно? – по-детски спросил Поттер. – Не до такой степени, чтобы вести себя, как гриффиндорец. – Достойный ответ, – ухмыльнулся Драко. – Мне нравится! Атмосфера заметно разрядилась, однако обе сестры продолжали помалкивать, медленно осмысливая ситуация с племянником. Парни некоторое время поддерживали диалог, но молчание обеих представительниц семейства Морган становилось всё более очевидным, так что в гостиной установилась тишина… Кэрри вновь материализовался перед Александрой, тем самым спасая положение: – Госпожа, мистер Лестрейндж вызывает вас через камин. Он утверждает, что это очень-очень срочно. – Спасибо. Ребят, я вас покину… Тео, надеюсь, у тебя ничего срочного? – призвав мантию, Алекс притормозила около жениха, мимоходом чмокнув его в щёку. – Нет, всё в порядке, – махнул рукой Нотт, – поговорим позже. Если ты не возражаешь, я задержусь… – Разумеется. Уверена, присутствующие не откажутся проявить гостеприимство за меня. И, улыбнувшись с облегчением, вышла, спеша к камину. – Руди, что стряслось? – На Забини напали, – хмуро сообщил тот. – Кто это был, нам узнать не удалось, но… Короче, мальчишка бьётся в истерике, а Беатриса, кажется, умирает… Давай сюда, может, тебе что-то умное в голову взбредёт, ты ж вечно мыслишь нестандартно. Отрывисто кивнув, Морган метнулась в лабораторию, посчитав не лишним прихватить парочку лечебных зелий собственного изобретения, и через минуту уже вышла из камина в доме Забини. Её уже ждали. – Привет, Принцесса, – поздоровался Фрай, и Алекс поняла, что дела плохи, поскольку никогда не видела этого юношу взволнованным. – Признаюсь честно – я не знаю, что можно сделать. – Это Тёмная магия? – В том-то и дело – Белая! – Тогда зачем я здесь? – Морган даже остановилась. – Я тебе и в подмётки не гожусь… – Ты сначала посмотри! – потянув её за рукав, возразил Майк. – Я ещё никогда не встречал ничего подобного… Мерлин, да я даже не слышал о таком! Заинтересованная Александра вошла в спальню хозяйки дома и остановилась. – Заклинание накладывал очень сильный маг. – Насколько сильный? – уточнил Лестрейндж. – Нашего с вами уровня. Беатриса «фонит» на десяток ярдов, так что список подозреваемых значительно сужается. А если вспомнить, что большая часть рейтинга – это Пожиратели смерти, благодарные Забини за лечение… – она многозначительно умолкла, оставляя выводы на долю Рудольфуса. – Майк, я тоже не встречала такого… Она без сознания, или ты её усыпил? – Без сознания. Мадам Забини была в таком состоянии, когда я прибыл, так что вопросы нужно задавать не мне. – Меня вызвали в ресторанный дворик, когда нападающих и след простыл, – Лестрейндж не нуждался в дополнительных просьбах, сразу же приступив к рассказу. – Беатриса и её муж лежали рядом… – Что с ним? – Мёртв. – Хм… – Так вот, – Пожиратель сделал вид, что не заметил замешательства, продолжив доклад, – сам я в лечении ноль, поэтому вызвал её сына, а уже он Фрая. – А Блейз где? – Я заставил его принять успокоительное. – Ладно, Мордред с ним, – пробурчала Морган, рассматривая пострадавшую. – Такая плотная текстура чар, но почему-то не закольцована, а… Майк, – совершенно иным тоном позвала Алекс, – заряд-то у магии положительный. – Я видел, – не придал значения «открытию» тот. – И что? – «Что»? Ты знаешь много энергетических чар с положительным зарядом? – ещё не понимая, к чему она клонит, Фрай насторожился. – Здесь всё наоборот! Проклятие не высасывает из Беатрисы жизненные силы и магию, а… – Но это же приведёт к взрыву! – наконец сообразил Фрай. – Мерлин! Всё так и было задумано, чтобы убить не только мать Блейза, но и всех, кто окажется поблизости! – А теперь скажите, что маму нужно убить раньше, чем это произойдёт, – срывающийся голос Забини напугал Александру: не истерика, но горе было в нем. Пока Майк успокаивал друга, уверяя в ошибочности его выводов, Морган непроизвольно начала вычислять отведённое им время. – Принцесса, ну скажи хоть что-нибудь! Поцелуй тебя дементор, ты же всегда всё знаешь! – Дементор! – воскликнула она и рассмеялась. – Проклятие имеет положительный заряд, то есть это именно то, что потребляют дементоры! – Морган, ты вообще адекватная… – Помолчи! – резко скомандовала та. – Мы не можем нейтрализовать эту энергию, но «отцепить» от жертвы сможем. – Алекс, – тщательно подбирая слова, Фрай говорил медленно, словно боясь её реакции, – в этом нет смысла, ведь ты сама сказала, что нейтрализовать… – Майк, что-то я не припоминаю, когда я дала тебе повод считать меня сумасшедшей? Забини, ты готов доверить мне жизнь матери? У неё часа два осталось, а потом, как ты и предположил, или нужно будет её ликвидировать, или эвакуировать всех живых из дома. – Что ты задумала? – У меня появилась идея. Понятия не имею, насколько она жизнеспособна, но Беатриса спасла мне жизнь и я считаю, что должна испробовать всё. – Действуй, – коротко решил Блейз, закрыв глаза руками. – У меня нет иного выхода, как довериться тебе. Фрай пытался возражать, но Александра уже трансгрессировала.