От рождения до... возрождения

Ближе к вечеру Морган переместилась в Дарк-мэнор, дабы лично удостовериться, что Пожиратели смерти хорошо усвоили, что цель рейда не убийства, а запугивание. Войдя в зал, Алекс успела услышать окончание речи Лорда и не стала перебивать, скромно устроившись в стороне. – И помните, вы должны действовать жёстко, но от убийств воздержитесь. Получив приказ, Пожиратели развили бурную деятельность, спеша закончить подготовку к часу «икс». Волшебники действовали, в основном молча, только Эйвери бурчал что-то себе под нос, и именно он и заслужил недовольство Лорда. – Тебя что-то не устраивает? – вкрадчиво поинтересовался Волдеморт, вперив неподвижный взгляд в Данкана. Лицо мужчины побледнело, и он отрицательно замотал головой. – Ну и отлично… Северус! – Мой Лорд, Орден Феникса отправился к Поттеру, – Снейп заговорил ещё до того, как подошёл к хозяину: получить пыточное проклятие за нерасторопность ему не хотелось. – Они решили не пользоваться магическим транспортом, справедливо предположив, что мы контролируем камины… – раздражение во взгляде Риддла вынудило Северуса свернуть речь. – Фениксовцы будут добираться на мётлах и фестралах. – Прекрасно! В путь, господа. Лестрейндж, ты за главного. – У вас пять минут, чтобы найти метлы, – поклонившись Волдеморту, приказал Рудольфус. И, когда через некоторое время Пожиратели вновь собрались в зале, окинув их долгим взглядом, Лестрейндж произнёс: – Задача предельно проста – напугать. Без приказа, чтобы не смели и Люмос зажигать, ясно? Но когда я подам знак, смотрите не промахнитесь. Сегодня Лорд точно провала не потерпит, а не смогу прикрыть ваши задницы, поскольку буду очень занят тем, чтобы прикрыть свою. В путь! А тем временем в дом номер четыре по Тисовой улице пожаловали фениксовцы. – Гарри! Бурные приветствия друзей оставили у Поттера неприятный осадок. Ему было совестно обманывать друзей, но лишь до тех пор, пока он не почувствовал фальшь в их поведении. Даже Гермиона, милая, добрая, нудная Гермиона, которая всегда заботилась о нем и та была неискренна. Орден Феникса качественно промыл мозги гриффиндорцам. Теперь никого не интересовала судьба семнадцатилетнего мальчишки по имени Гарри – значение имел только Мальчик-Который-Выжил. Не то чтобы он раньше сомневался в словах Морган, однако самому убедиться в том, что он всего лишь разменная монета в играх сильнейших, было больно. Суета в гостиной тёти Петуньи словно обтекала Поттера. Хорошо, что его задумчивость списали на волнение, но он знал, что не должен вызывать подозрения, поэтому заставил себя включиться в разговор. – А почему мы не можем воспользоваться камином, сэр? – вполне искренне удивился Гарри, который так и не смог поверить, что можно держать под контролем все камины Великобритании и вычислить именно тот, через который и будут перемещаться его сопровождающие. – Меня же уже забирали в Нору таким образом. – Спроси свою подружку, Поттер. – Что вы имеете в виду, профессор Грюм? – заметно похолодевшим тоном спросил Гарри. – Какую подружку? – Пожирательницу смерти. – Среди моих «подружек» нет Пожирателей! – отчеканил Поттер, разозлившись. – Я про Морган, парень, – ничуть не смутился Аластор. – Уизли говорят, что ты с ней дружишь, а им я верю. – То, что она моя подруга ни для кого не секрет. Однако это не даёт вам права называть её Пожирательницей смерти! – Да точно тебе говорю, – экс-мракоборец даже не повернулся к Гарри, сканируя своим волшебным глазом пространство вокруг дома. – Просто тебе она этого, естественно, не говорит. – Довольно, Аластор, оставь мальчика в покое, – Люпин вовремя заметил, с каким выражением лица Гарри смотрит на отставного аврора, поэтому поспешил вмешаться, но опоздал. – Она не Пожиратель! – заорал Поттер вне себя от злости и обиды за то, что кто-то смеет оскорблять его лучшую подругу. – У неё нет метки! – Ты-то откуда можешь это знать? – Да потому, что я видел её раздетой!!! – поняв, что он только что во всеуслышание заявил, гриффиндорец покраснел до корней волос, в одно мгновение, растеряв весь запал. – Это случайно вышло… Но метки у неё нет! – Та-а-ак… Значит, эта шлюха добралась до Мальчика-Который-Выжил. – Довольно, Аластор, – тут уже и Римус не сдержался, повышал голос. – Вы не имеете права так отзываться о незнакомой вам девушке. – Кем бы она ни была, в распущенности её уж точно нельзя обвинить, – поддержал Гарри один из близнецов Уизли, который, хоть и поддерживал семью в выборе стороны, всё равно уважал Морган, зная, что нельзя верить слухам. – Ладно-ладно, – под укоризненными взглядами Грюм предпочёл отступить и не развивать эту тему. – Даже если у неё нет метки, она крутится вокруг тех, у кого она точно есть. – И что?! – вновь вскинулся Поттер, кидаясь на защиту лучшей подруги. – А то, что ей должно быть прекрасно известно, что каминная сеть для нас больше не является безопасным видом транспорта. – Ладно, камины отпадают, а трансгрессия? – Гарри, отследить групповую трансгрессию совсем несложно, да и вмешательства в процесс в последнее время стали чересчур частым явлением. Пожиратели и сами страдают от этого, однако среди сторонников Того-Кого-Нельзя-Называть есть индивидуумы, способные «выдернуть» трансрессируемого прямо посреди перемещения, – оттеснив старого аврора в сторону, объяснил Люпин. – А порт-ключи? – не унимался Гарри. – Их сложно изготавливать… – Что значит сложно? – изумлённо воскликнул он, вспоминая, как Алекс одним движением палочки делала это на его глазах десятки раз. – Одно заклинание – это «сложно»? – «Одно заклинание» – передразнил Грюм, – ты когда-нибудь видел насколько это сложный процесс? В Министерстве целый отдел есть, чтобы порт-ключи изготавливать, а ты говоришь «одно заклинание». Гарри проглотил готовый сорваться язвительный комментарий, но для себя сделал заметку позже задать этот вопрос Морган. Подумав об Александре, Гарри досадливо поморщился: он обещал вести себя тихо. Но расстроиться не успел, обведя глазами собравшихся, Поттер убедился, что его вспышка не вызвала никаких подозрений. Желание защитить друзей – что может быть более гриффиндорским?

***

Путешествие запомнилось Поттеру отрывками. То рядом на фестралах летят его копии, то мелькают вспышки заклятий, то снова фениксовцы… Уворачиваясь от очередного луча проклятия, Гарри так и подмывало сообщить, что он настоящий Поттер, но он, конечно же, этого не сделал, хотя пару раз пугался по-настоящему. Он недоумевал, кому пришло в голову отправить его в сопровождении Хагрида, которым мало того, что колдовать не умел, даже палочки не имел! В Нору они всё-таки добрались живыми, хоть и изрядно потрёпанными. С трудом вытерпев слюнявый поцелуй миссис Уизли, Гарри отошёл в дальний угол кухни, избегая объятий Джинни. Вскоре прибыла последняя пара, и Билл сообщил о гибели Грозного Глаза Грюма. Желая обсудить произошедшее, взрослые попытались отправить детей в кровати, но Гарри, едва услышав, что ему предлагают жить в одной комнате с «лучшим другом» взбеленился: – Почему я не могу пожить до Хогвартса в доме Сириуса? – Гарри, детка, это опасно… – запричитала Молли. – Даже у Дурслей я имел свою комнату! – не понижая тона, продолжил Поттер. – Я не буду жить с Роном! Мистер Уизли переглянулся с Люпином и Кингсли, не зная, как утихомирить парня, однако миссис Уизли быстро сориентировалась в ситуации: – Ты можешь занять комнату Фреда и Джорджа, дорогой, они всё равно живут в своём магазине. Проигнорировав осуждающие взгляды, Поттер отрывисто кивнул и, не говоря ни слова, направился к лестнице, ясно давая понять, что прощать Рона не намерен. «Друзья» попытались его остановить, но Гарри даже не глянул в их сторону, захлопнув дверь перед носом Гермионы. Некоторое время с первого этажа доносился спор, потом стало тише, и кто-то постучал. Гарри молча ждал, пока нежданный визитёр удалится, притворяясь, что уснул. – Гарри, это я! – раздался голос не понимающей намёков Грейнджер. – Давай поговорим. Мы с Роном тебе всё объясним. Гарри?.. Ну ладно, у нас ещё целый месяц, чтобы всё обсудить. Поттер едва удержался, чтобы не спросить, что здесь делает Гермиона. Ведь это Поттер жил с ненавидящими его родственниками, порой голодая взаперти, а Грейнджер-то всё время утверждала, что очень скучает по родителям. Так почему вместо того, чтобы провести время с родителями, она бессовестно села на шею нищим Уизли, вынуждая их кормить и поить подругу сына целый месяц? Ворочаясь на жёстком матрасе, отмахиваясь от жужжащих комаров, привыкший к тишине и уюту Морган-мэнора Поттер ещё долго не мог заснуть, прислушиваясь к звукам дома… Гарри планировал месть рыжим. А утро началось со скандала. К тому моменту, когда заспанный Поттер спустился в кухню, он услышал достаточно, чтобы ориентироваться в происходящем. По словам Кингсли выходило, что Люпин сменил сторону, сдав все сведения об операции Пожирателям смерти. Что они не ждали иного поведения от «тёмной твари», но все же надеялись, что у «проклятого оборотня» хватит совести… – Я не верю, что Римус предал меня, – возразил Гарри, смотря прямо в глаза Кингсли и нарочно игнорируя остальных. – То, что он не выходит на связь, может говорить как раз об обратном. Может, его схватили Пожиратели? Пусть он сначала совершит что-то, что бы доказывало его предательство. А то человек только вышел за дверь, а вы уже готовы навешать на него всех гриндилоу. Это всё равно, что через три дня после знакомства планировать вечеринку по поводу двадцать пятой годовщины свадьбы. – Гарри, Люпина нет ни дома, ни в штаб-квартире. Мы проверили – его вещи пропали, и не похоже, что собирались в спешке. – Ну конечно! – язвительно хмыкнул Поттер. – Пожирателю смерти вы можете доверять, а Люпину – нет. Может, это Снейп сдал вас? – Перестань, Гарри, – разозлилась Молли, – Дамблдор верит Снейпу… – Насколько я помню, ещё вчера он верил и Люпину. – Поттер, я понимаю, тебе тяжело поверить в предательство друга твоих родителей… – А это-то тут причём? – вскричал он. – Как раз в предательство родительских друзей мне поверить совсем не сложно: я помню о Петтигрю. Но то, что мои родители были настолько тупы, что не смогли распознать предателя в своём друге, не говорит, что и я на это не способен! Звонкая пощёчина прервала его выступление. Схватившись за щеку, Потетр шокировано уставился на Молли. – Как ты можешь говорить такое о родителях?! Ступай в свою комнату, и чтобы я не видела тебя до обеда! Ты остаёшься без завтрака! – Да, тётя Петунья, – прокривлялся Гарри и, развернувшись, рванул обратно в комнату близнецов.

***

Проводив глазами трансгрессировавших Пожирателей, Александра подсела к крёстному, предположив, что несмотря на формальное согласие с её планом, волшебник отнюдь не в восторге от того факта, что его люди будут рисковать жизнями из-за пустяков. Но Риддл её удивил: – Не переживай, Поттер не пострадает, а до остальных тебе не должно быть дела. – Может, нужно было организовать нападение иначе? – Всё учесть нереально, Александра. Ты и так продела немалую работу, остальное в руках участников. – Понятно, но… Это Пожиратели смерти будут создавать видимость боя, а фениксовцы-то сражаться станут в полную силу. Может, не стоило организовывать нападение при транспортировке Поттера? На Дыру напасть было бы проще и безопаснее. По крайней мере, число защитников сократилось бы в разы. Да и на земле меньше вариантов попасть под шальное проклятие… – Перестань! Неужто даже на тебя действует факультетское проклятие? – Ты о чём? – изумилась Алекс, на мгновение позабыв о грозящей близким людям опасности. – Всё решено, а ты рефлексируешь, как… хм… Как гриффиндорка. – Вот это оскорбление, – рассмеялась Морган. – Ладно, ты прав, я совсем распустилась. Неприятно чувствовать, что отправил людей в ловушку. И относится это к обеим враждующим сторонам. – Тебе жалко предателей крови?! – Том, я уже говорила тебе, не все рыжие – отвратительные предатели крови, старшие сыновья, а в особенности близнецы – приятные, адекватные люди. Они и вправду не виноваты в преступной глупости матери, я не хочу, чтобы с ними случилось что-то плохое. – Не хочешь – не случится. Александра хмыкнула, в очередной раз, поразившись самовлюблённости крестного, но, тем не менее, настроение после его слов заметно улучшилось, и возвращения Пожирателей она ждала уже в абсолютно спокойном состоянии духа. Хлопки трансгрессии, суета… Не нужно было быть гением дедукции, чтобы понять, что что-то пошло не так. Морган поспешила навстречу вернувшимся Пожирателям, проигнорировав руку Риддла, попытавшегося её удержать. – Что произошло? Что с Рудольфусом?! – окровавленное тело Лестрейнджа лежало посреди зала, и юные последователи Волдеморта старательно создавали видимость, что помогают ему. – Я спросила: что с ним? – Он преследовал розововолосую женщину, но отвлёкся, чтобы прикрыть меня и не заметил, что ему в спину летит проклятие, – отчитался Флинт. И прежде чем Александра успела среагировать, добавил: – Он упал с метлы, так что пришлось вспоминать квиддич и ловить его… В общем, у него много повреждений от деревьев, сквозь которые мы падали. – Ты сам весь в крови. – Царапины, – отмахнулся бывший слизеринец. – Маркус, спасибо, что спас Рудольфуса… – Не благодари. Если бы мистер Лестрейндж не защищал меня, то к нему бы никто не смог подобраться со спины и мне не пришлось бы ловить его… – Если вы закончили обмениваться любезностями, может, решим, что делать с этим? Только теперь Морган заметила, что Лестрейндж был не единственным человеком, пострадавшим во время операции. Но опознать окровавленное тело Алекс не сумела. – Убьём его! – воскликнул кто-то. – Кого вы собираетесь убивать? – негромкий вопрос Волдеморта испугал Пожирателей, и они поспешно расступились, открывая доступ своему Лорду. – Кто это? – Это Грюм, Милорд! – Нам удалось его захватить в плен! – Теперь мы сможем с ним за всё посчитаться! Восклицания послышались со всех сторон, и, видя, что Риддл не спешит их осаждать, Пожиратели распалялись всё сильнее: – Запытаем его! Пусть Круциатус ему лаской покажется! – Я – против! – громко сообщила Морган, смотря исключительно на крёстного. Присутствующие ожидали продолжения, но настаивать Алекс не осмелилась, прекрасно понимая, что для большинства Пожирателей, Грюм – не столько идейный, сколько личный враг. А для некоторых ещё и человек, виновный в четырнадцатилетнем заключении в Азкабане. – В камеру его, – кинув вопросительный взгляд на Лорда и не получив подсказок, что делать с ценным пленником, Флинт принял решение на свой страх и риск. Морган удовлетворилась такой участью экс-мракоборца и выбросила мысли о его судьбе из головы. – Кто-нибудь вызвал мадам Забини? – Волдеморт так и не сдвинулся с места, продолжая стоять у входа в зал, но такая его позиция вполне устраивала его последователей. – Да, Милорд! Я сразу же связался с ней, как только мы вернулись! – Прекрасно, когда ситуация прояснится – доложите. А теперь я жду отчёта об операции. Пожиратели стушевались, ведь это Лестрейндж должен был докладывать Хозяину, как старший в группе… Первым сориентировался О`Коннор. Он сообразил, что ему выпал шанс проявить себя, и поспешил им воспользоваться, выставив себя в наилучшем свете, и одновременно очернив соперников и недругов. По словам Рейли выходило, что всё шло согласно плану, пока Нотт не проявил непозволительную мягкость, пощадив кого-то из фениксовцев вместо того, что его нейтрализовать. И именно по вине Теодора операция оказалась под угрозой срыва, а Рудольфус едва не погиб. – Значит, во всем виноват мистер Нотт… – небрежный тон не смог скрыть того, что по сути это был приговор, а не констатация факта. Будь эти слова произнесены в другом месте, Алекс пропустила бы их мимо ушей. Но Лорд сказал это при всех, а это уже сулило немалые проблемы. – Александра, что скажешь? – А что ты хочешь услышать? – сдерживая желание зарычать и не зная точно на кого она злится больше, на О`Коннора, Нотта или Риддла, она хмуро уставилась на крёстного. – Могу ли я быть уверен, что мистер Нотт действовал по собственной глупости? Или, возможно, это была твоя инициатива? – Тебе не надоело? Если ты всё ещё мне не доверяешь, подумай о том, что в Англии всего трое волшебников, которые могут тебя убить. И вспомни, что я три года провела рядом с тобой, ни разу не предав тебя, не подведя тебя, и не пойдя против тебя. Тебе этого мало? В таком случае нам лучше распрощаться… – Александра… – Не утруждайся. Если Теодор виноват – я накажу его. Но его накажу я, а не ты, или твои Пожиратели. Тёмный Лорд кивнул и замолчал, что-то обдумывая. Но Алекс знала, что Том давно принял решение, задолго до того, как вообще заговорил, а сейчас он просто тянет время, чтобы понаблюдать за реакцией подопытных. И Морган это не нравилось. – Я всего лишь хотел узнать, могу ли я рассчитывать на верность твоих людей, – осадил возмущения крестницы Риддл. – Они выполняли твои приказы. – Лишь до тех пор, пока ты не вмешиваешься. Любой адекватный чистокровный волшебник в какой-то мере разделяет мои взгляды. Но эти, – Волдеморт махнул в сторону Нотта и Малфоя, – верны исключительно тебе. Не моей протеже, не той Алекс Морган, которую ты старательно изображаешь, а лично тебе. Так что я могу рассчитывать на их лояльность только до тех пор, пока ты на моей стороне. – Я не собираюсь меня сторону, если ты об этом. И да, я предпочитаю иметь рядом людей, преданных исключительно мне. С каких пор это стало проблемой? – С тех самых, как они стали оспаривать приказы, а из уважения к тебе и нашей с тобой договорённости, я не имею возможности наказывать их так, как считаю нужным. Присутствующие боялись шелохнуться, чтобы не привлечь внимание Волдеморта. Уж слишком дик был диалог Тёмного Лорда и Морган для того, чтобы кто-то осмелился строить прогнозы. Волдеморту вообще не были свойственны терпение и снисходительность, не говоря уже о прощении. Пожиратели смерти ждали показательной казни младшего Нотта. Представители Ближнего круга, знающие о привилегированном положении Алекс, и её способности защищать близких – пыток. Но никто не был готов к тому, что Риддл все спустит «на тормозах». – Я сама разберусь. – Не сомневаюсь. Это твой человек – тебе его и наказывать. Все свободны. Никто не спешил покинуть Дарк-мэнор: все ждали развязки. – Тео, не хочешь объяснить, какого Мордреда ты творишь?! – от былой невозмутимость остался только тихий голос. Морган была в ярости, и это было понятно всем. – Ты хоть сам понял, что составил себе смертный приговор, и с поклоном преподнёс Лорду на подпись? – Это была не настоящая операция, – опустив голову, возразил тот. – Но враги-то об этом не знали! Оставляя врагу жизнь – ты обрекаешь союзника на смерть. – Они не враги нам, – не поднимая взгляда, произнёс Теодор, чувствующий себя крайне неуютно в окружении Пожирателей. – Кому «нам»? Тебе? Лорду? – Я не хочу убивать людей, с которыми каждый день сижу на уроках, чьи лица я вижу во время завтрака, обеда и ужина… – Круцио! – перебила Морган. Нотт заорал от нестерпимой боли, но хоть и согнулся, устоял на ногах. – Ты можешь убедить в этом всех, даже самого себя и Тёмного Лорда, но мне лгать не смей, – абсолютно спокойно продолжила речь Морган, оборвав пытку. – Ты пожалел их по одной причине… – Да! Естественно, ты права! – сорвался на крик Нотт. – И что?! – А то, мой друг, что твоя жизнь для меня несравненно важнее целостности шкуры Поттера. И еще, Тео, подумай вот о чём. Твоё самоуправство, мимолётная жалость – это ударило по всем нам. Рудольфус при смерти, ты получил профилактический Круциатус и недоверие сокурсников и коллег. Я – недовольство Лорда, а сам Лорд сомнения в моей лояльности. А всё ради чего? Ты даже не знаешь, был ли то Поттер, или один из предателей крови. – Он предатель! – послушался визгливый голос кого-то из юных Пожирателей. – Заткнись, – оборвала подстрекателя Морган. – Хватит на сегодня, Ближний круг – останьтесь, остальные – свободны. – Э-э-э… Морган, так что, Нотт не предатель? – осторожно уточнила Миллисента, опасаясь навлечь на себя недовольства «начальства» общением с неугодным элементом. – Нет, конечно. Он просто слишком импульсивен, а ещё Теодор верный друг… И я даже не знаю, что для него хуже. – Эдриан будет в восторге, – язвительно прокомментировал Снейп, все это время простоявший в дальнем конце зала, невидимый никем из бывших студентов. – Эдриан убил сына почти год назад, так что теперь его не касается, что происходит с Теодором, – грубо оборвала Александра, полоснув взглядом Снейпа, отчего тот мгновенно заткнулся. Разогнав молодёжь, представители Ближнего круга расселись и потянулись к выставленному эльфам угощению. – Итак, на повестке дня вопрос: что делать с Грюмом. – Опытный аврор не расколется, на это и рассчитывать не стоит. Как насчёт легилименции? – предложил Северус, желая быть полезным. – У мракоборцев же блоки стоят! Ломать замучаешься, да и гарантии нет, что он после это в здравом уме останется, – справедливо возразила Александра. – Мою идею ты разгромила, давай свою. – Наблюдение. Постоянное считывание. Взлом блока во сне… – Другими словами ты переезжаешь в соседнюю камеру? – вновь не удержался Снейп. – Я – не менталист, Северус, а вот тебя камера уж заждалась. – А если серьёзно? Есть специалист на примете? – Откуда? Я предпочитаю работать с лучшими, а рассчитывать на то, что Фрай придёт сюда мы не можем. – Попробуй его заинтересовать… – Майк не согласится – это точно. Да и зачем он вам? Снейпа в камеру, и через пару дней мы будем знать всё, что нужно. Некоторое время Пожиратели перебрасывались репликами, в надежде придумать более изощрённый план, но, к огромному недовольству Снейпа, Морган была права: другого способа «прочитать» пленника не было. Понаблюдав за сомнениями коллег, Алекс незаметно покинула зал. Поднявшись на второй этаж, она сразу же направилась в западное крыло, где размещался медицинский блок. – Мадам Забини? – А, мисс Морган, проходите, – радушно улыбнулась женщина. – Как он? – Алекс осмотрела Рудольфуса, но тот выглядел вполне здоровым, хоть и находился без сознания. – Проклятие Лестрейндж подхватил заковыристое, но, не волнуйтесь: я почти закончила его снимать. – Александра? Морган стремительно обернулась на голос крёстного, а Беатриса поспешно склонилась в поклоне. – Да? – Идём. Алекс послушно двинулась следом за Тёмным Лордом, понимая, что помочь Рудольфусу кроме Забини не сможет больше никто, и её присутствие не требуется. Кабинет Волдеморта всегда оказывал успокоительное действие на Морган. Едва дверь закрылась за её спиной, Алекс словно забыла обо всех неприятностях. – Что скажешь? – Хм… О чём именно? О Теодоре? Или о Грюме? – О Грюме, – поморщился Риддл. – Я поддерживаю тебя с намерением сохранить ему жизнь, однако цели у нас диаметрально противоположные. – Ты хочешь сломить сопротивление – это понятно. Но почему бы не попробовать с ним поговорить? – Александра, ты же не наивная мечтательница, а разумный человек. Это же не простой аврор, а Грозный Глаз Грюм! – Том, позволь мне попробовать, – она пропустила мимо ушей недовольство крестного, продолжив гнуть свою линию. – В конце концов, он такой же человек, как и все. У него есть слабые места. – Не спорю, но Грюм не тот, кто выставляет свои слабости напоказ. – Том, позволь мне попробовать, – не отступила Александра. Риддл устало покачал головой, но всё-таки согласился: – Ладно, даю тебе неделю… – Две! – Неделю! И если я не увижу результатов, то всё будет по-моему. Договорились? – Как будто ты оставил мне выбор, – буркнула Морган с деланым смирением. – Ладно, но тогда эту неделю никто не должен мне мешать. Если мои планы будут нарушены, неделя начнётся заново. – Поскромнее, девочка, – хмыкнул Лорд. – Мне скромность по статусу не положена, – нагло заявила Морган, даже не потрудившись сделать вид, что впечатлена гневом крёстного.