От рождения до... возрождения

После урока Защиты от Тёмных искусств профессор Люпин попросил Алекс задержаться. Дождавшись, когда последний ученик покинет аудиторию, она переместилась ближе к преподавательскому столу. – Что вы хотели, профессор? – Мисс Морган, мы давно перешли на «ты», вы забыли? – с мягкой улыбкой напомнил учитель. – Ты мог передумать, – спокойно объяснила та, – так что? – Хотел поинтересоваться, как продвигается вызов Патронуса? – Да никак, – поморщилась Морган, – если честно, я больше не тренировалась. – За полгода не появилось не одного счастливого воспоминания? – усомнился Люпин. – Да не знаю я, какое считается счастливым, а какое – нет. Римус, как определить, подойдёт ли оно? И вообще, счастливое ли? – Практикой, – укорил девушку профессор. – Попробуй. Сразу после того случая на Чёрном озере, когда Александра в присутствии Снейпа и Люпина удостоилась «чести» быть признанной дементорами «одной из них», она потратила много времени на бесплодные попытки научиться вызывать Патронуса, параллельно выясняя, что же имели в виду стражники Азкабана, называя её «своей». Перечитав всё, что вообще было написано об этих существах, она смирилась, что информацию сможет получить только от них самих, однако даже её жажда знаний отступала перед подсознательным страхом новой встречи. Так что примерно в середине ноября, как раз когда директор заставил Министерство отозвать дементоров от охраны Хогвартса, Александра оставила эту идею, и больше не пыталась вызвать Патронуса. Морган сосредоточилась, стараясь сообразить, какое воспоминание можно счесть счастливым. За последние полгода она и вправду испытала больше положительных эмоций, чем за всю предыдущую жизнь, но было ли это счастьем, она не знала. Внезапно перед глазами встало воспоминание о самом первом дне каникул, когда она сбежала с Малфоем домой. Как они целовались до одурения и ласкали друг друга… сцена перед зеркалом… – Экспекто Патронум! – уверенно произнесла она, думая о Драко… из её волшебной палочки вырвался серебристый луч, превращающийся в серебристого дракона. Взмахнув призрачными крыльями, занимающими всю комнату, дракон растворился, когда Алекс, теряя концентрацию, подумала о том, что Патронус даже внешне напоминает её Драко, серебристым цветом глаз, изяществом линий тела… – Великолепно! – восторженно вскричал Люпин, хлопая в ладоши. – Грандиозно! Алекс, это действительно потрясающе! Такого мощного Патронуса я никогда не видел! – Мощного? – переспросила та, поневоле улыбаясь и своим воспоминаниям и восторгу преподавателя. – Да, сила Патронуса напрямую зависит от его размера. – А как насчёт практического применения? Скольких дементоров можно отогнать моим? – Хм… по-моему всех существующих, – тихо ответил Люпин. – Круто! – прониклась Алекс и подумала: – «Может, дементоры потому и решили признать меня «одной из них», что почувствовали, что не справятся со мной?» *** Вернувшись после разговора с Люпином в гриффиндорскую башню, Алекс уселась в кресло около камина, которое третий год негласно считалось её личной собственностью, и которое даже старшекурсники старались не занимать. Она напряжённо размышляла о взаимосвязи между телесной формой Патронуса и именем человека, мысли о котором послужили теми самыми счастливыми воспоминаниями, которых раньше Александре не хватало. Глядя перед собой ничего не выражающими глазами, она полностью погрузилась в свои мысли, поэтому, когда из спальни мальчиков раздался душераздирающий вопль, вздрогнула всем телом, выныривая в повседневную реальность. Взгляды всех, кто в тот момент находился в гостиной, устремились наверх. Через пару секунд на лестнице послышался быстрый топот шагов и в гостиную ворвался Рон, в руках которого белела скомканная простыня. – Гляди! – заорал Уизли подскакивая к Гермионе, которая о чём-то беседовала с Поттером, и сунул простынь ей под нос. – Нет, ты гляди! – Рон, что случилось... – Грейнджер попыталась выяснить, что происходит, но тот не дал ей такой возможности. – Бедная Короста! Это кровь! – во весь голос заорал Уизли. – Короста исчезла! А знаете, что было на полу? – и, не дожидаясь ответа, бросил что-то на перевод, который лежал на коленях Гермионы. Приблизившись, все любопытные смогли увидеть несколько длинных рыжих волосков, принадлежащих, без всякого сомнения, гермиониному коту. Алекс, с усмешкой наблюдавшая эту сцену, проводила глазами выскочившего из гостиной Рона, переводя взгляд на чуть не плачущую соседку. – У него нет никаких доказательств, что это был Глотик, – шёпотом произнесла Грейнджер, однако никто не поддержал её сторону, и она замолчала. – Крысы переносчики заразы, – ни к кому конкретно не обращаясь, продекламировала Морган, и внимание присутствующих переключилось на неё. – Если твоя рыжая тварь действительно сожрала эту погань, я Живоглоту куплю свежайшую вырезку и бантик подарю в придачу. – Алекс! – возмутилась Джинни. – Рон любил Коросту! – О, только не надо мне рассказывать страшную историю его неразделенной любви! – ухмыльнулась Морган. – Ваше высочество Слизеринская Принцесса, не любит грызунов? – к ней подскочили близнецы Уизли, кланяясь с шутовской серьёзностью. – Нет, только крыс живущих с Рональдом Уизли, – абсолютно серьёзно ответила та, но гриффиндорцы посчитали это весьма удачной шуткой и рассмеялись. Через несколько дней Гарри попросил у Алекс совета, как помирить Рона и Гермиону, но понаблюдав за ними, та только покачала головой: казалось, на этом их дружба и закончилась. *** Открыв глаза, Алекс поразилась тишине, царящей в гриффиндорской башне. Встав с кровати, она бросила взгляд на часы и рассмеялась: одиннадцать тридцать пять. Вчера, возвращаясь с ужина, Морган столкнулась с Эйвери в коридоре первого этажа, и немного поговорив, девушки решили прогуляться, тем более что погода стояла прекрасная. Возвращаясь в школу перед самым отбоем, Эмили пригласила подругу присоединиться к празднованию дня рождения одного из однокурсников, но пока Алекс вежливо отказывалась, к ним успел подойти сам именинник и остаток вечера, а так же часть ночи Морган провела в приятном обществе в слизеринской гостиной. Под утро, около пяти, Драко вызвался проводить откровенно зевающую девушку, но Флинт не пустил его бродить по коридорам в одиночку, отправившись вместе с ними. В результате, Алекс добралась до своей постели только к семи утра, успев проскользнуть в спальню, пока соседка была в ванной. Так что время пробуждения было вполне объяснимо, а вот тишина… Сегодня ровно в одиннадцать начался квиддич, и весь Хогвартс сейчас был на стадионе, готовясь наблюдать за стремительным полетом четырнадцати игроков, и с нетерпением ожидая, когда будет выявлен победитель матча Гриффиндор – Когтевран. Совершенно не расстроившись от того, что проспала игру, Алекс спустилась в Большой зал с лёгкой улыбкой, где в полной тишине позавтракала в огромном, абсолютно пустом помещении. Допивая кофе, она уже открыто улыбалась. День был прохладный и солнечный, дул лёгкий ветерок и Морган медленным, прогулочным шагом направилась в сторону стадиона, откуда доносились крики болельщиков. К тому моменту, когда она ещё не дошла до трибун, игра закончилась, о чем Александра догадалась по взрыву восторженных криков. – Принцесса? – навстречу быстрым шагом приближался Флинт. – Я впервые вижу тебя с такой улыбкой, – он замер напротив Александры. – Привет, Маркус, – небрежно поздоровалась та. – Как прошла игра? – Твой дружок сильно уменьшил шансы на нашу победу, – мгновенно посерьёзнев, Флинт сказал это с такой злостью, что улыбка Алекс невольно померкла. – Ты это о ком? – с недоумением уточнила она, и Маркус замешкался с ответом. – Забавно! – рассмеялся он через мгновение. – Я имел в виду Малфоя, но и про Поттера тоже хотел сказать пару ласковых слов. – А что с Малфоем? – заинтересовалась Александра. – Не волнуйся, сам-то он в полном порядке, только за его выходку его вполне могут исключить из команды, а, несмотря на то, что он регулярно проигрывает Поттеру, Драко отличный ловец! – Маркус, – Алекс внимательно посмотрела на приятеля, – тебя не смущает, что я совершенно не понимаю, о чём ты говоришь? Минуту капитан слизеринской сборной молча смотрел на собеседницу, а потом рассмеялся. – Да, Принцесса, только ты так можешь! В деле замешаны двое твоих лучших друзей, а ты даже на игру не соизволила явиться! – Вообще-то, это и твоя заслуга тоже, – язвительно парировала Морган. – Так ты скажешь, наконец, что сделал Малфой? – Изобразил дементоров перед Поттером, чтобы тот упустил снитч, а тот… Алекс расхохоталась во весь голос, представляя своего парня в длинном грязном балахоне, с капюшоном, скрывающим любое представление о его аристократичной внешности, и при этом портящим прическу… и её смех перешёл в истерическое хихиканье, у неё даже слёзы выступили из глаз. Остановиться и успокоиться долго не получалось, и Маркус с терпеливой улыбкой наблюдал за неожиданным весельем, прежде чем решил подать голос. – Алекс, что с тобой сегодня? – не в силах ответить нормально, она руками попыталась показать дементора и, не удержавшись на ногах, опустилась на землю, всхлипывая от смеха. Потянувшиеся со стадиона студенты с недоумением бросали взгляды на сидящую на земле девушку, и Александра заставила себя встать. – О, Салазар, я даже не помню, когда я так смеялась в последний раз! – Что тебя рассмешило? В ответ она снова захихикала и стукнула Флинта по руке. – Маркус, прекрати, а то я вообще не успокоюсь! Дьявол, как это всё-таки смешно… – пройдя несколько десятков метров, она вспомнила, зачем собственно пошла на стадион. – Кто выиграл-то? И теперь настала очередь Флинта смеяться. Расставшись с Маркусом перед дверями школы, Алекс направилась к Чёрному озеру, решив продлить одиночество, и вернулась в башню только после ужина. Игра завершилась победой её факультета. И гриффиндорцы праздновали так, как будто выиграли не просто игру между факультетами, а чемпионат мира по квиддичу! Близнецы Уизли пропали часа на два, а вернулись нагруженные бутылками с огненным виски и сливочным пивом и пакетами, полными сладостей на закуску. Пир и веселье длились до глубокой ночи, и только появление МакГонагалл в час ночи заставило гриффиндорцев расползтись по спальням. *** Поздравив однокурсников с победой, Морган посидела с ними немного, но скоро почувствовала усталость и ещё до полуночи ушла к себе в спальню. Сквозь сон она слышала приглушённые стенами крики, но посчитала, что её это не касается и перевернулась на другой бок, с намерением продолжить спать. – Алекс, – испуганно позвала Грейнджер, – ты слышала? – Угу. – Алекс, это Рон кричал, – встав с кровати, Гермиона надела халат и подошла к кровати подруги. – Пойдём, посмотрим, что случилось? – Миона, мне сугубо фиолетово, что могло приключиться с Уизли! Я сплю! Гермиона ещё что-то пыталась сказать, но Александра уже снова спала. Наутро Морган просветили о ночных событиях. Сириус Блэк пробрался в спальню третьекурсников, но ошибившись в выборе кровати, вместо Поттера напал на Уизли. Однако вовремя проснувшийся Рон, успел его заметить и своим криком разбудил половину башни, тем самым заставив Блэка сбежать так и не убив Гарри. Всё это, перебивая друг друга, рассказывали одновременно человек десять и Александра, которая до последнего момента была каменно спокойна, психанула после укоризненного замечания Поттера: – Ты теперь тоже будешь придумывать ему всякие отговорки? Гарри ещё не успел закрыть рот после последних слов, когда оказался в обездвиженном состоянии на полу, вместе с восьмью другими гриффиндорцами, которые стояли поблизости. В гостиной стало так тихо, что было слышно испуганное сопение Долгопупса из-за кресла. – Мне понадобилось меньше секунды, для того чтобы ни один из вас не смог не то что тревогу поднять, а даже просто пикнуть! – взмахом палочки снимая заклинание, сообщила она с раздражением. – Неужели вы все настолько глупы и наивны, что считаете что я, тринадцатилетняя волшебница, умею больше, чем взрослый мужчина, имеющий опыт работы в Аврорате и обвиняющийся в убийстве двенадцати человек?! Да если бы Блэк хотел убить кого-то этой ночью, то ни крики Рона, ни храп Невилла его бы не остановили! – Но может у него просто не хватило сил? – отчаянно цепляясь за так приглянувшуюся версию, предположила Гермиона. – Грейнджер, не позорься! – отрезала Морган. – Сириус последний представитель древнего рода Блэков, он Глава двадцать седьмой семьи рейтинга! Да он мог бы сровнять с землёй всю нашу башню, если уж не успел заткнуть Рона. – Алекс… – робко позвал Поттер. – Вы ни хрена не знаете, но с пеной у рта доказываете свои бредовые идеи, – заставляя себя успокоиться, Алекс продолжила речь нормальным голосом. – Поттер, я тебе уже говорила это, и повторю снова. Я уверена: Блэк невиновен в гибели твоих родителей! Всё его дело шито белыми нитками… – Морган, – шестикурсник Бенжамин Холден вышел на середину комнаты, становясь напротив неё. Внимательно посмотрев на Александру, парень, вздохнув, задал вопрос: – Откуда ты можешь знать, виновен ли Блэк? Окинув взглядом притихших гриффиндорцев, Алекс поняла, что ей не удастся избежать этого разговора. – Я читала его дело, – невозмутимо произнесла она и, подождав, когда удивлённые восклицания смолкнут, стала рассказывать дальше. – Поттер мой друг, поэтому я взяла на себя смелость поближе познакомиться с человеком, который оказал столь сильное влияние на него. Я не стану посвящать вас в детали, во-первых, это засекреченная информация, во-вторых, кроме Поттера, она никого из вас не касается. Но ситуация такова, что Блэка подставил человек, достаточно близкий для того, чтобы ему доверяли родители Гарри и сам Блэк, но при этом достаточно незаметный для того, чтобы его не заподозрили сразу. – Алекс, ты знаешь, кто убил моих родителей? – в наступившей тишине голос Поттера прозвучал зловеще. – Конечно, нет! – разочаровала его Морган. – Но, когда встретишь Блэка лично, не спеши ему мстить за все придуманные обиды, а задай пару вопросов. Гарри лишь покачал головой на эти слова и под сочувственными взглядами однокурсников, поплёлся к себе в спальню. А Александра махнув рукой на желание посидеть в тишине, снова уселась в кресло, уткнувшись в обнаруженную на столе чью-то книжку по Травологии. *** Вычитав в университетском учебнике по Трансфигурации, который ей посоветовала профессор МакГонагалл, подтвержденное выдающимися волшебниками правило, которое абсолютно точно не могло быть верным, так как она одним своим существованием опровергала его постулаты, Алекс решила поинтересоваться у своего декана, в чём же кроется подвох. В том, что учебники пишут полные бездари и что те самые бездари не учитывают тот простой факт, что из каждого правила всегда есть исключения или в том, что уже не первый раз, у Алекс происходит всё ни как у людей и она снова стала уникальным экземпляром. Выдав огромное домашнее задание, МакГонагалл отпустила студентов, а Алекс осталась на месте, ожидая, когда толпа рассосется. – Ты идёшь? – притормозил Малфой. – Я хочу поговорить с профессором, подождёшь меня? – Ладно, – Драко кивнул и устроился за соседним столом. – Мисс Морган, мистер Малфой, вы что-то хотели? – заметила МакГонагалл задержавшихся студентов. – Да, профессор, я вычитала, – в подтверждение она протянула пресловутый учебник, – что анимагическая форма и Патронус всегда совпадают. – Да, и что вы хотите спросить? – А если не совпадают? – Они всегда совпадают! – твёрдо повторила МакГонагалл. – Профессор, но ведь бывают исключения. – Мисс Морган, вы что, сомневаетесь в моей компетенции? – раздражённо произнесла та. – Я не сомневаюсь в вашей НЕкомпетенции, – скривилась Александра. – Экспекто Патронум! Серебристый дракон, появившийся даже без концентрации на воспоминаниях, а просто после взгляда на сидящего рядом парня, вызвал восхищённый вздох не только у Драко, но и у пожилой волшебницы, много чего успевшей повидать. – Потрясающе! – прошептала МакГонагалл, забывая о хамстве ученицы при виде поражающего своими размерами Патронуса. – Профессор, – убрав в карман палочку, Морган улыбнулась, – а теперь, внимание, сюрприз! Алекс моментально сметила облик, и медленно, словно красуясь, подошла к замершей с открытым ртом, женщине. – Невероятно, – сдавленно прошептала волшебница и осела на стоящую позади неё парту. Алекс перекинулась обратно и сев рядом с Драко, молча ждала, пока пожилая женщина придёт в себя. – Мистер Малфой, – подала голос МакГонагалл, – а какой у вас Патронус? – Хм… я изучал только теорию и не пытался вызвать телесного Патронуса, так что ещё не знаю, – Драко вытащил свою волшебную палочку и, на секунду задумавшись, повернулся к Алекс с улыбкой, явно намекая, что воспоминание связано с ней. – Сейчас проверим, Экспекто Патронум! Наступила очередь Александры открывать рот от удивления. По классной комнате не торопливо двигалась серебристая пантера. – Да уж, даже если бы вы, мистер Малфой, на каждом углу с помощью Соноруса кричали о своём отношении к мисс Морган, это и то было бы не таким явным доказательством ваших чувств. – Что вы имеете в виду, профессор? – спросил покрасневший Малфой. – Патронус может принять анимагическую форму только любимого человека, мистер Малфой, – с тёплой улыбкой пояснила МакГонагалл. – Мисс Морган, признаюсь, в замешательстве. До сих пор никто ни разу не встречал, чтобы анимагическая форма не совпадала с Патронусом, вы можете еще раз превратиться? – Конечно, – Алекс тут же спрыгнула со стола, принимая форму пантеры. Дверь без стука распахнулась, впуская разъярённого Снейпа. – Минерва! Ваши студенты… – начал гневную речь Снейп, игнорируя присутствие Малфоя и не замечая Алекс до тех пор, пока пантера не появилась прямо перед его лицом, выскочив из-под парты и кладя лапы ему на плечи. Северус поперхнулся словами, но мгновенно взял себя в руки. – Фу, мисс Морган, отстаньте! – отмахнулся небрежно Снейп, как будто перед ним возник не плотоядный хищник, а какой-нибудь безобидный хомячок. – Северус! Вы знали! – укорила его МакГонагалл. – Конечно, – удивился тот и, не удержавшись, ехидно добавил: – Александра Морган моя студентка, так что, конечно же, я знаю, что с ней происходит. Гриффиндорский декан была вынуждена промолчать, не найдя достойных аргументов и оставляя этот раунд в борьбе за факультетскую принадлежность «мисс Морган» за Снейпом. – Ух, ты! – восхищённо протянул Симус, из-за которого Снейп и явился к МакГонагалл. – Малфой, можно я её поглажу? – не колеблясь, кому адресовать подобный вопрос, попросил Симус. – Довольно! – оборвала МакГонагалл сразу всех, кто издавал звуки. – Мисс Морган, сейчас я не могу вам дать ответ, так что обсудим это позже. Вы все можете быть свободны. Алекс, уже вернувшая себе человеческий облик, покорно покинула кабинет вместе с юношами. – Симус, почему ты постоянно оказываешься там, где я решаю личные вопросы, и становишься свидетелем того, чем я не хочу делиться с окружающими? – Это как-то случайно происходит, – ухмыльнулся тот, но тут же обиженно надулся. – Я уже не раз доказал, что умею хранить твои секреты! Почему ты до сих пор во мне сомневаешься? – Финниган, – вмешался Драко, – если бы Алекс не доверяла, она просто стёрла бы тебе память, так что ты по-прежнему пользуешься её милостью. – Продолжай держать язык за зубами и у нас всех всё будет хорошо, – подтвердила Морган. *** – На следующей неделе Хогсмид, – вместо приветствия сообщил Бренен, столкнувшись с Алекс в коридоре. – Хогсмид? – без выражения переспросила та. – Да, пойдёшь со мной? Ничего не отвечая, Александра смотрела Ральфу прямо в глаза. Она долго думала, как вести себя с Брененом, но так и не смогла окончательно решить. Он ей был интересен, да и чего греха таить, Алекс льстило его настойчивое внимание, но Ральф не был ей нужен. К тому же она понятия не имела о его истинных намерениях, и при таком раскладе играть со столь опасным противником было себе дороже. – Тебе не хватило прошлого раза? – с лёгким удивлением в голосе спросила Морган и удовлетворённо констатировала, что Бренена можно смутить. – Принцесса, я признаю, что наговорил тогда много лишнего… – Я что-то понять не могу, – перебила Александра, – ты всерьёз настроен на отношения со мной? – Да! Алекс хмыкнула на это заявление, но в следующую секунду её лицо приобрело строгое выражение. – Ральф, мне нужны гарантии. – Какие? Я готов на что угодно… – Легилименс! – не дослушивая, произнесла Морган, направляя волшебную палочку на не ожидавшего подобного парня. Калейдоскоп воспоминаний хаотично сменялся, но Александра не пыталась узнать что-то, кроме того, что касалась напрямую её и, когда она была почти готова признать, что Ральф Бренен просто банальнейшим образом влюбился, перед её мысленным взором появилась картинка, которую она и искала. «В слизеринской гостиной царил полумрак, единственным источником света был горящий камин, и двое парней развалившись в креслах с бутылками сливочного пива в руках, тихо беседовали. – Я не понимаю, на что ты рассчитываешь? – Эван Тейлор, староста пятого курса Слизерина, внимательно посмотрел на парня напротив. – Во-первых, Морган младше тебя… да нет, во-первых, из этого ничего не выйдет, хотя бы из-за твоего отца! – Причём здесь отец? – огрызнулся Бренен. – Притом, – снисходительно глядя на приятеля, пояснил Эван, – что Морган не та, с кем можно просто поиграть и бросить… – Я и не собираюсь… – Помолчи немного, – махнул на Ральфа рукой Тейлор и продолжил с того места, где его перебили. – А серьёзные отношения между вами невозможны из-за твоего отца. Во-вторых, как я уже сказал, Морган младше. В-третьих, ты сам должен понимать, что эта девочка явно не для тебя… – Эван, да почему не для меня-то? – не выдержав, снова перебил Ральф. – Хотя бы потому, что ты не в её вкусе, – усмехнулся Тейлор. – А если серьёзно, ты не обратил внимания на её нежную дружбу с Малфоем? – Обратил, – со злостью буркнул Ральф. – Ты уж извини за нелестную оценку, но ты – третий сын, а Малфой – наследник. Так что суди сам, кого выберет Морган. – Она будет моей! – решительно сказал Ральф, выпрямляясь в кресле. – Ну-ну, – усомнился Тейлор. – Будет. Во всяком случае, я не допущу, чтобы моя Принцесса досталась Малфою! – Она ещё не твоя, – поддел приятеля Эван и удовлетворённо улыбнулся, увидев, как глаза того сверкнули. – Александра Морган будет моей! – упрямо произнёс Ральф и зловеще ухмыльнулся». Вынырнув из чужих воспоминаний, Алекс в то же мгновение отступила на шаг назад, опасаясь реакции Ральфа на разоблачение. Однако тот даже не сделал попытки возмутиться откровенно хамским приёмом и так и стоял, не сдвинувшись с места. – Как бы плохо я не думала о людях, в конце концов всегда выясняется, что на самом деле они ещё хуже, – тихо произнесла Морган, и только после этих слов Бренен поднял глаза. – Прости меня… – прошептал он, и Алекс поразилась, сколько боли было в его голосе. – Я знаю, что ты не поверишь, но… – Это всё из-за Драко? – неожиданно спросила Морган. – Из-за борьбы за место в рейтинге? Просто попытка ослабить его Семью? Чтобы ему досталась невеста из середины списка и дети были слабее? – Нет. Рейтинг тут не причём, – так же тихо сказал Ральф. – Даже странно, как же так? Такие интриги, и вдруг рейтинг не причём? – язвительно хмыкнула Александра и, развернувшись, пошла прочь. – Алекс… я люблю тебя, – с болью прошептал Бренен, но Морган только передёрнула плечами.