От рождения до... возрождения

Проклиная неудобное платье и узкие лакированные туфли, которые стискивали ступни, как тиски, Алекс трансгрессировала в гостиную Малфой-мэнора точно в обещанный срок. Малфои уже ждали её. – Привет. Драко с улыбкой поднялся из кресла навстречу невесте. – Ты прекрасно выглядишь, – поцеловав девушку в щёку, он ухмыльнулся незаметно для отца и мысленно добавил: – Интересно, он когда-нибудь станет считать меня достаточно взрослым, чтобы я имел право тебя нормально поцеловать? – Спасибо за комплимент. Но судя по твоему целомудренному поцелую – это ложь, – с самым серьёзным видом заявила Морган, наблюдая за тем, как у обоих мужчин вытягиваются лица. Шагнув навстречу Драко, она закинула руки ему на шею и провокационно спросила: – Может, попробуешь ещё раз? Недовольный, что приходится смотреть на целующихся детей, Люциус, однако, удержался от того, чтобы вмешаться. Он понял, что эта демонстрация предназначается именно ему, и что таким образом Александра отстаивает их самостоятельность. Где-то в глубине дома часы пробили семь, и, отстранившись от жениха, Алекс как ни в чём не бывало повернулась к старшему Малфою: – Люциус, а что, мы уже никуда не идём? – Хм… идёмте, – покачав головой, он первым вышел из комнаты, направляясь к камину в холле. Идя следом за отцом, Драко удовлетворённо улыбнулся. – С бОльшим удовольствием я бы остался дома, – мысленная речь юноши заставила Морган хмыкнуть: уж в этом-то она не сомневалась. Выйдя из камина в холле особняка Нолана, одного из спонсоров Фаджа, активно поддерживающего существующую политику и стремящегося всеми силами пробиться с помощью своих капиталов в общество потомственных аристократов, Алекс с неудовольствием констатировала, что вечер обещает быть скучным. – Мисс Морган, добрый вечер! Позвольте засвидетельствовать моё почтение… – Добрый, – сохраняя радушное выражение лица, она попыталась вырвать обслюнявленную хозяином дома руку, но тот вцепился, как клещ. – Добрый вечер, – вышедшие из камина следом за Александрой Малфои спасли её конечность. – О, Люциус! Рад, чрезвычайно рад! Отделавшись от гипергостеприимного хозяина, Алекс тщательно вытерла руку салфеткой и, подождав, пока её спутники освободятся, наконец-то смогла задать вопрос, не дающий ей покоя: – Он всем так радуется? У хагридского пса слюны и то меньше! – Расслабься, детка, Нолан рад только верхушке рейтинга, – язвительно усмехнувшись, ответил Люциус. – Как-то ты меня не утешил, – призналась та, с удивлением оглядываясь. – Люциус, я в жизни не видела такой разношерстной толпы! А посмотреть и вправду было на что. Соседство не просто под одной крышей, а за одним столом таких личностей, как президент международной корпорации, занимающейся разведением магических существ, и министерского клерка, которого в другое время не удостоили бы и приветствием, не могло не вызвать удивление. Или ещё лучшая пара: седобородый зельевар, за знакомство с которым тот же Северус отдал бы ногу, и вчерашний выпускник Хогвартса, который абсолютно ничего не смыслит в труде всей жизни собеседника… – Не удивляйся, Фадж посчитал это забавным… Сплочение единомышленников – так он, кажется, это назвал. Скоро новые выборы, сама понимаешь, министр использует любую возможность покрасоваться. Нолан хотел встретиться с нами, Фаджу нужно заручиться нашей поддержкой, но и обычные избиратели не должны оказаться не у дел, вот он и совместил два приёма в один. Корнелиус просто поставил Нолана перед фактом и в ультимативной форме предложил провести приём именно с таким составом приглашённых, – пояснил старший Малфой. – Откровенно говоря, я не понимаю, как Нолан умудрился заработать свои миллионы: он жалкий подхалим. Что ж, посмотрим, насколько забавным получится результат. – Хм… что-то подсказывает мне, что не слишком. – Дорогая, не будь пессимисткой… О, извините, я вас покину. Проводив глазами Люциуса, Александра с недоумением рассматривала мужчину, к которому он направился. Коренастый брюнет слегка за сорок, с которым ей явно не доводилось раньше встречаться, сверлил её взглядом, пока не отвлёкся на подошедшего Малфоя. – Драко, ты знаешь, с кем беседует отец? – Нет, а почему он тебя заинтересовал? – Хм… какой-то он странный, – Алекс не смогла в более доходчивой форме выразить свои ощущения. – Не важно. Постарайся держаться поближе. – Я с тебя глаз не спущу, – пообещал тот на полном серьёзе, вызвав на лице Александры улыбку. Протанцевав половину вечера, Морган старательно игнорировала настойчивых поклонников, стремящихся побеседовать с ней на самые различные темы: от выставки маггловских живописцев до модных в этом сезоне туфель. К своему стыду Алекс была вынуждена признать, что ничего не смыслит ни в том, ни в другом. Её образование было каким-то однобоким: экономика, маркетинг, артефакторика, руны, трансфигурация – в этом она разбиралась прекрасно; мода, искусство, светская жизнь – были тёмным лесом. Не желая прослыть неучем, Морган предпочитала кружить в вальсе, а не выслушивать откровенно неинтересное ей мнение посторонних людей. Остановившись рядом с диковинным растением, скрывающим её от большинства присутствующих широкими листьями, Александра решила отдохнуть от танцев и необходимости улыбаться. Она ненавидела многолюдные приёмы. И дело было не только в том, что приходилось изображать леди, в гораздо большей степени её раздражала тупость гостей. Последний партнёр по танцу на полном серьёзе рассказывал о приручении руноследа, и такая мелочь, как незнание парцелтанга его совершенно не смущала. Спрятавшись за цветочным горшком, Морган уговаривала себя успокоиться и потерпеть, ведь осталась всего пара часов, и можно будет поблагодарить за гостеприимство Нолана и проститься с Фаджем… – …Ты так ей и не сказал? Голос Люциуса раздался совсем рядом, и Алекс встрепенулась. – А что говорить-то? Для неё существует только один единственный человек, и это не я. Я понимаю, он красив, молод, популярен… А я кто? Заключённый Азкабана, вынужденный скрываться Пожиратель смерти… – послышался печальный вздох, и когда мужчина продолжил говорить, в его голосе слышалось отчаяние. – Ничего не могу с собой поделать. Пытался забыть, завести отношения – не получается, мне никто другой не нужен. Я понял, что люблю её, ещё в октябре прошлого года… или даже в сентябре. Но что я могу предложить ей? Ничего. – Ты можешь предложить ей себя – неужели этого мало? Если она так хороша, как следует из твоих слов, ей должно быть только это и важно. У тебя есть всё, что надо для успешной жизни. Ты можешь предложить ей свой ум, связи… Ты богат, на внешность тебе жаловаться не приходится. И, наконец, ты занимаешь не последнее место в обществе, все азкабановские проблемы – временное неудобство… – Но этого мало! – Ты не можешь утверждать этого наверняка. Если ты перестанешь разводить тайны мадридского двора и просто назовёшь мне её имя, я посодействую. Моя рекомендация что-то да значит… – Нет, Люциус. Спасибо, но нет. Её репутация не должна пострадать. Я знаком с… её отцом и… Вот ты, Люциус, ты отдал бы за меня свою дочь? – задал неожиданный вопрос неизвестный собеседник. – Нет! – резко ответил Малфой, но тут же сменил тон. – Прости… – Вот в этом-то и дело, – ничуть не обидевшись, словно именно этого и ожидал услышать, мужчина печально вздохнул и, словно продолжая давний спор с самим собой, резюмировал: – Я знаю, что у меня нет никаких шансов, но ничего не могу поделать. У меня нет сил отказаться от неё, но мешать её счастью я не хочу. Я люблю её, а она меня – нет. – Она сама тебе это сказала? – уточнил Люциус. – Нет, но… Я не дурак, я прекрасно вижу, что не нужен ей. Ладно, что-то я чересчур разговорился, хватит об этом. Забудь, ладно? Малфой что-то пробурчал в ответ, а у Алекс сердце сжалось от боли, звучащей в каждом произнесённом слове. Ещё не отдавая себе отчёта в причине, заставляющей её бежать от чужих откровений, Александра не стала слушать дальше и ретировалась. Оказавшись на другой стороне зала, она оглянулась, в ту же секунду сталкиваясь с глазами мужчины, чьи приватные признания только что беспардонно подслушивала. Это был тот самый человек, что заинтересовал её ещё в самом начале вечера. То, как он смотрел… Морган не понимала происходящего. В том, что брюнет ей незнаком, она была уверена на все сто процентов, но одновременно его взгляд говорил об обратном: так на чужих людей не смотрят. – Алекс, я тебя по всему залу ищу. Александра не сразу поняла, что Драко стоит рядом. – Дорогой, пригласи меня на танец. Внимательно посмотрев на невесту, младший Малфой галантно поклонился, протягивая руку в приглашающем жесте. – Милая, что с тобой? – обеспокоенно спросил он, когда они оказались среди танцующих пар. – Сама не знаю. Подслушала чужой, абсолютно меня не касающийся разговор… Не знаю, не по себе почему-то. – Хм… забудь, – Драко прижал её сильнее, – скоро мы сможем сбежать, и я помогу тебе обо всём забыть, – многообещающе предупредил он, заставив Алекс улыбнуться. – Скорее бы, я успела по тебе соскучиться. И спустя ещё час молодые люди наконец смогли незаметно улизнуть с приёма, трансгрессировав сразу в спальню Александры в Морган-мэноре. *** Разбудил Драко странный звук. Привстав на локте, он прислушался и понял, что это сопение Александры. Непроизвольно улыбнувшись, он чмокнул невесту в голое плечо и лёг обратно. Малфой любил просыпаться раньше Алекс, когда не нужно было никуда бежать, и он мог сполна насладиться её близостью. Юношеская рука переместилась с талии на грудь невесты, и она что-то пробормотала, теснее прижимаясь. Драко лишь шире улыбнулся, чувствуя нарастающее напряжение в паху. Она была такая тёплая, расслабленная… Такая родная, что у него не хватило терпения. Просыпаться от того, что её кто-то ласкает, было не в новинку для Александры. Она что-то одобрительно мурлыкнула, и поняв, что та больше не спит, Драко стал действовать увереннее. Приникнув губами к шее невесты, он просунул руку между её бедер, и столь откровенная ласка вызвала у Алекс тихий стон. Дыхание Морган сбилось, когда пальцы жениха проникли внутрь, и она инстинктивно подалась вперёд, насаживаясь глубже. Почувствовав нарастающее возбуждение невесты, которое ничуть не уступало его собственному, Малфой одним движением развернул любимую к себе… – Доброе утро, милый, – ещё не до конца восстановив дыхание, Алекс блаженно потянулась. Драко что-то неразборчиво пробормотал, счастливо улыбаясь, но уже в следующую секунду распахнул глаза: – Это самое счастливое утро в моей жизни! Чудесно проведённое утро незаметно закончилось, и Малфой отправился домой. Алекс некоторое время расслабленно полежала в постели, а потом её буквально подбросило от мысли, что сделает Люциус, поняв, где был сын. Быстро одевшись, она трансгрессировала в Малфой-мэнор, успев как раз вовремя. Подходя к обеденному залу, Алекс услышала обрывок диалога. – …Не смей лгать! Ты не ночевал дома. – Я был у Алекс. – Тогда позволь поинтересоваться, где именно ты спал? – голос старшего Малфоя не предвещал ничего хорошего стоящему напротив юноше. – В моей постели! – войдя в зал, невозмутимо ответила Александра вместо Драко и, подойдя к жениху, обняла его за талию, чмокнув в щёку. Младший Малфой машинально приобнял её в ответ, даже не подумав, что этим только сильнее разозлит отца. – Люциус, ты имеешь что-то против? Не ожидавший такого отпора мужчина замолчал. Несколько секунд он обдумывал ответ, после чего перевёл взгляд с Морган на сына. – Пошёл вон, – холодно велел Люциус. Обнимая Драко, Алекс чувствовала, насколько он напряжён, и лихорадочно старалась придумать, как исправить ситуацию, однако ни одной приемлемой мысли, как назло, в голову не приходило. – Если ты не заметил, это моя невеста! – раздражённо ответил Драко, не сделав попытки уйти. – Если разговор пойдёт о ней, я останусь! – Ты всерьёз думаешь, что меня интересует твоё мнение? – старший Малфой больше не скрывал злости, и издевательски-ласковый тон прекрасно передавал его настроение. – Исчезни! – Спокойнее, – вмешалась Александра. – Давайте попробуем вести себя цивилизованно. Люциус, Драко прав, ты не можешь его выгнать, учитывая тему предстоящей беседы. – Дорогая, – с трудом сохраняя спокойствие, Люциус бросил на сына предупредительный взгляд, – я предпочту поговорить с тобой наедине, если ты, конечно, не хочешь прерываться на то, чтобы приводить в сознание или оживлять Драко. Драко стоял молча, со злостью сжимая кулаки, но не смел перебить: страх перед отцом прочно въелся в его разум, не позволяя перечить. Его рука по-прежнему лежала на талии невесты, и Алекс чувствовала, с каким трудом ему даётся самоконтроль. – Люциус, – тяжко вздохнув, Алекс заставила себя заговорить. – Ты вряд ли можешь представить, насколько тяжело Драко жить с тобой. Ты абсолютно не обращаешь внимания на мнение окружающих, пусть даже близких тебе, людей, подавляя их. Я не понимаю, что заставляет тебя придавать такое значение тому факту, что Драко ночевал у меня? Ведь я же ночую в этом доме? – Но, Алекс… – попытался возразить тот, однако Морган взмахом руки приказала ему замолчать. – Это глупо. Драко был прав: ты должен был узнать об этом не раньше, чем у нас появится наследник. – Алекс, ты для меня как дочь… – А ты не догадываешься, что даже дочери порою занимаются сексом? – ехидно спросила Александра, заставив старшего Малфоя поморщиться. – Отец, – понимая, как рискует, Драко тем не менее не сдержался, – я люблю твою дочь и собираюсь на ней жениться, скажи, что тебя не устраивает? Люциус долго молчал, сверля сына недоброжелательным взглядом, но в итоге предпочёл временно отступить, оставляя «поле боя» за сыном. – Дорогая, поговорим позже… наедине. После чего быстрым шагом покинул обеденный зал, так и не притронувшись к завтраку. – Мне не стоило открывать рот? – расстроенно спросил Драко, только после ухода отца поняв, в каком напряжении он пребывал последние несколько минут. – Всё нормально, милый. Позлится и успокоится, всё равно ему придётся смириться. – Хм… интересно, чем мне это грозит?.. Морган пожала плечами, но постояв в задумчивости пару секунд, раздражённо выругалась. – Лучше я поговорю с ним прямо сейчас. Не нужно было настаивать на твоём присутствии. Прости, но твоему отцу значительно проще разговаривать на скользкие темы со мной наедине – Ему вообще проще игнорировать моё существование. Ободряюще поцеловав Драко, Алекс не стала его переубеждать и направилась в кабинет следом за отцом. – Люциус? – постучав и не получив ответа, Александра открыла дверь. Мужчина стоял перед окном, упёршись руками в подоконник, и при появлении Морган даже не обернулся. – Прости, я не могу сразу принять это. Не так-то просто привыкнуть, что ты уже взрослая, – с раскаянием посмотрев на Алекс, он отвёл взгляд. – Да, Драко оказался прав… – В чём? – В предположении, что чем позже ты узнаешь, тем проще тебе будет это принять. Хотя, будь нам по двадцать, думаю, ты точно так же возмущался бы. Люциус поморщился и сел в кресло. – И… как давно это началось? – Ты понимаешь, что это не совсем та тема, на которую я могу спокойно говорить с тобой? Как ты и сказал, ты мой отец, а с отцами подобные вещи обсуждать как-то ненормально, что ли, – смущённо уточнила Алекс. – Давно. – Месяц? Два? – настойчиво спросил старший Малфой. – Хм… на третьем курсе, – честно ответила она, но в следующую секунду торопливо продолжила говорить, видя, какое впечатление произвели её слова. – Люциус, Драко ждал почти полгода, и ты вряд ли можешь представить, чего ему стоило останавливаться в последний момент! Твой сын дождался моего четырнадцатилетия… – Четырнадцатилетия? – в шоке прорычал тот. – Чего ты бесишься? По всем магическим законам именно с четырнадцатилетия наступает брачный возраст! Наша помолвка была решённым делом… Так в чём проблема? – В том, что это слишком рано. – Меня всё устраивает! И в этом вопросе я буду решать сама! – решительно сказала Александра, не допускающим возражений тоном. Малфою не оставалось ничего другого, как смириться. *** Рождественские праздники всегда сопровождались большим количеством приёмов. В преддверие зимнего солнцестояния и нового года их устраивали даже затворники. Александра как Глава семьи Морган была вынуждена посещать публичные мероприятия почти каждый вечер. Чаще всего она наносила визиты в обществе Малфоя-старшего, реже – одна… Светская жизнь на данном этапе не требовала от неё ничего, кроме хронической доброжелательности, времени и бесконечного терпения. Но вот лицемерие Морган ненавидела, поэтому несколько часов, в течение которых она была обязана улыбаться, тщательно следя за тем, чтобы, не дай Салазар никак не проявить свои истинные чувства, превращались в настоящую пытку. Посвящение Пожирателей смерти, которого так боялась Александра, прошло гладко: отсутствие Крауча, отправленного Волдемортом с ответственным поручением неизвестно куда, дало отсрочку, и она смогла расслабиться и насладиться вечером. От сегодняшнего приёма она не ждала неприятностей: большинство приглашённых Морган давно знала, поэтому рассчитывала провести вечер за деловыми разговорами и сбежать пораньше. Но оказалось, что хозяин поместья Антуан Эртхаер имеет дочь, которая пожелала, чтобы отец, помимо нужных людей, пригласил молодежь, и любящий папочка согласился… Вместо тихого спокойного вечера Александру ожидал чуть ли не новогодний бал. Пока Алекс тяготилась компанией недалеких девушек, выведенных «в люди» для охоты на женихов, Люциус потягивал коньяк, коротая вечер в обществе старинного приятеля – Уолдена МакНейра. Расположившись на креслах в курительной комнате, мужчины наслаждались гаванскими сигарами, обсуждая предложенный Фаджем законопроект. Через некоторое время их собеседника увела жена, и МакНейр умолк на середине фразы, глядя на друга со странным выражением лица. – Нарцисса снова осталась дома? Скажи, Малфой, ты совсем стыд потерял? – О чём ты? – лениво поинтересовался Люциус. – О твоей любовнице! – прямо сказал тот, но единственной реакцией Малфоя на это заявление была изящно заломленная бровь. Сплюнув с досады, Уолден покосился на дверь и понизил голос: – Александра Морган. – Бред, – отмахнулся Малфой от подозрений старого знакомого. – Алекс мне как дочь, и вообще, я планирую женить на ней сына. – Не смеши, она прожует и выплюнет твоего сына, для него ты бы нашел какую-нибудь забитую мышь… – Не неси чушь, – не воспринимая всерьёз слова Уолдена, Малфой даже не стал на него обижаться. – Люциус, признайся, ты же хочешь её, – с заговорщицким видом, который ему совершенно был не свойственен, произнес МакНейр. Поймав растерянный взгляд Малфоя, он рассмеялся: – Поверить не могу! Ты что, правда, её до сих пор не… – Довольно! – разъярённо оборвал Малфой, гася сигару и вставая на ноги. – Я не собираюсь выслушивать подобный бред… – Брось! Мы же друзья, мне ты можешь сказать. Морган чудо как хороша, но гонору многовато – как раз, как тебе нравится! Да, пожалуй, кроме тебя, с ней больше никто и не справится. Ну же, не отпирайся, ты с неё глаз не спускаешь, да и потом, ты на неё так смотришь, не то что глазами раздевая, а сразу и… – Я сказал, хватит! – слегка повысил голос Люциус, со злостью глядя на собеседника. – Уолден, у тебя паранойя. Ты так давно и безнадежно сам мечтаешь о молодой любовнице, что и меня в этом подозреваешь. – В отличие от тебя, я искал не любовницу, а возможную жену! – с обидой возразил МакНейр. – Идиот! – рявкнул Малфой, с трудом сдерживая желание выхватить палочку и проклясть чересчур разговорчивого собеседника. – То, что Алекс красива, умна и привлекательна, ещё не говорит о том, что я готов заавадить Нарциссу. – А что же тебя останавливает? – ехидно уточнил МакНейр, однако уверенности в его голосе поубавилось. – Чувства Александры. Я уже сказал: она мне как дочь. Будь у тебя дочь, ты бы понял, почему я не спускаю с неё глаз – на свете полно недоумков, которые мыслят так же, как ты. И больше я не желаю выслушивать твои грязные домыслы. Надеюсь, это понятно, Уолден? – с откровенной угрозой во взгляде, спросил Малфой. Получив в ответ кивок, подтверждающий, что МакНейр действительно понял, что ему сказали, Люциус предпочел извиниться перед хозяином и отправиться домой, понимая, что приятелю удалось надолго испортить ему настроение. Едва успев усесться в кресло, Люциус недовольно поморщился, заметив, как порог кабинета переступает Нарцисса. – Это правда? Ты хочешь женить Драко на Морган? – вместо приветствия зашипела миссис Малфой. – И тебе здравствуй. С каких это пор тебя стала интересовать судьба сына? – Я задала тебе вопрос! Люциус поморщился, но ответил: – Ты могла бы чаще навещать Драко, тогда знала бы, что их помолвка состоялась полтора года назад. – Я не позволю тебе женить сына на этой маленькой сучке! – закричала Нарцисса, яростно сверкая глазами. – Не смей так о ней говорить! – мгновенно разозлившись, рявкнул Малфой, который ещё не успел отойти от разговора с МакНейром. – Ты так боишься отпустить любовницу, что решил выдать её замуж за собственного сына, чтобы она всегда оставалась под боком? А как ты планируешь отличать детей от внуков?! Резко вскочив на ноги, Малфой подскочил к жене и влепил ей пощечину. Отшатнувшись не столько от силы удара, сколько от неожиданности, женщина упала в очень удачно стоящее прямо позади неё кресло. – Заткнись или, клянусь Мерлином, я останусь вдовцом! – на лице Малфоя было столько ненависти, что побледневшая от страха Нарцисса сочла за лучшее послушаться. – Возвращайся во Францию, я не желаю тебя больше видеть! – Люциус, ты не можешь меня выгнать! – испугано пролепетала та, осознавая, что перегнула палку с праведным негодованием, не подумав, чем ей это может грозить. – Ты предпочтёшь, чтобы я трагически овдовел? Миссис Малфой попыталась сказать что-нибудь в своё оправдание, но в этот самый момент в дверях кабинета показалась Александра, и она от возмущения утратила дар речи. Убедившись, что Малфой исчез с приёма, Алекс подумала, что вполне может позволить себе последовать его примеру, поэтому большую часть ведшегося на повышенных тонах разговора между супругами она услышала, даже не имея на то желания – пока шла по коридору. – Люциус, прекрати! – попросила Морган. – Веди себя, как воспитанный человек! – Убирайся из моего дома! – заорала миссис Малфой, тут же забыв, что секунду назад решила не накалять и без того натянутые отношения с мужем. – Заткнись! – припечатал Люциус и, обернувшись к девушке, попросил совсем иным тоном: – Не стоит её защищать, она этого недостойна, да и не оценит. Дорогая, не вмешивайся, пожалуйста, иди к себе. Как только я овдовею… – Люциус! Она мать Драко, поэтому тебе не суждено овдоветь по собственному желанию! – бросив взгляд на кипящую от сдерживаемого негодования Нарциссу, Алекс нахмурилась и предпочла ретироваться: – Не буду вам мешать. – Алекс, – игнорируя недовольство Нарциссы, Люциус перехватил девушку в дверях и поцеловал её в макушку, как делал всегда, – не расстраивайся, всё будет в порядке. Недоверчиво кивнув, Морган покинула кабинет и направилась на второй этаж в комнату Драко. Едва завидев выражение лица невесты, тот отбросил книгу и встал: – Милая, что с тобой? – Ты знал, что твоя мать меня ненавидит? – Хм… да. – А в чём причина, ты тоже знал? – видя, что Драко молчит, Александра сама ответила на вопрос: – Она всё это время считала меня любовницей твоего отца! По-твоему, это нормально?! – Алекс, это же бред! Почему ты придаёшь значение… – Драко! Ты что, не понимаешь? Как я должна на это реагировать? Есть ещё хоть кто-нибудь, кроме меня, кто не знал об этом? А может, и ты думаешь, что я сплю с твоим отцом?! – сорвавшись, закричала она. – Алекс! Я никогда так не думал! Успокойся! Какая тебе разница, что говорят другие… – Алекс, – постучав по открытой двери, Люциус зашёл в комнату сына и тут же притянул девушку к себе, – прости за Нарциссу. Морган только рукой на это махнула. – Ты знал? – Хм… узнал минут за пять до того. Александра недоуменно моргнула и вопросительно посмотрела на отца: – В смысле? – МакНейр на приёме просветил, – со злостью ответил Малфой, скрипнув зубами от едва сдерживаемого бешенства. Косые взгляды он привык просто игнорировать, но теперь всё зашло слишком далеко, и аристократ жалел, что не пресёк разговоры раньше, недальновидно позволив сплетникам марать репутацию дочери. – Великолепно, – Алекс грустно усмехнулась, – как я и говорила. – Алекс, мне очень жаль… – Отец, Алекс, вы оба ни в чём не виноваты, – решительно перебил Драко. – Не ваша вина, что в этом обществе мысль может развиваться только в одном направлении. Вам не в чем себя упрекнуть. Малфой с удивлением посмотрел на сына. Привыкнув видеть перед собой мальчика, Люциус ещё не мог поверить в то, что тот уже вырос, почти превратившись в мужчину. Порой парню удавалось поражать отца зрелостью суждений. – Драко, а как ты сам можешь так спокойно на это реагировать? – Алекс искренне не понимала, как такое возможно, потому что ей самой до цветных кругов перед глазами хотелось выплеснуть злость и обиду. – Сначала я бесился, – признался тот, – а потом привык, тем более, это не самое худшее, с чем мне пришлось смиряться. Проглотив намёк на Бартемиуса, Морган смущённо опустила глаза: упрёк попал в цель.