От рождения до... возрождения

Нарцисса исчезла из мэнора тем же вечером, вернувшись во Францию, где проводила почти всё время и до этого. Однако неприятный осадок от её обвинений остался. Как и недовольство Люциуса сыном. Малфой-старший отказывался принимать тот факт, что дети выросли, и откровенно не подпускал Драко к невесте, следя за тем, чтобы между ними сохранялась дистанция. Четыре года Александра пыталась подружить двух дорогих людей, и ей это почти удалось. Люциус перестал через слово унижать сына, осознав, что таким способом не сделает его сильнее; Драко больше не считал отца врагом, поверив, что тот не просто издевается над ним, а старается помочь. Оставаясь вдвоём, они больше не сидели в тишине и молчании, игнорируя друг друга, оба научились получать удовольствие от бесед… А теперь всё это оказалось перечёркнуто, и Малфои вернулись к тому, с чего и начинали: холодному нейтралитету, чересчур похожему на вооружённое перемирие. Все попытки Морган помирить мужчин ни к чему не приводили. И если позицию Драко она понимала, то поведение Люциуса её откровенно злило. – Я просто не могу понять, какая тебе разница? – в очередной раз вернувшись к этому разговору, устало произнесла Александра. – Что изменилось бы, если бы ты узнал об этом через год или два? – Алекс, тебе всего пятнадцать лет… Дьявол, да тебе было тринадцать! – Четырнадцать, – поправила она машинально. – Да какая разница?! – Стоп! – хлопнув ладонью по столу и призывая отца к тишине, Морган уставилась ему прямо в глаза. – К какому возрасту ты бы отнёсся спокойно? – Не знаю, – раздражённо отмахнулся Люциус, даже не став думать об этом. – Вот именно, дорогой мой, тебя смущает не возраст, а сам факт! – И что с того? – не стал отрицать очевидное тот. – А то, что тебе придётся извиниться перед сыном. И не смей возражать! – повысила она голос, заметив, что отец собрался возмущаться. – Ну, чего ты, в самом деле? Мы же помолвлены, помнишь? Пап, у нас всё хорошо, правда. Ты вспомни свой брак: вы были друг другу чужими до свадьбы, таковыми и остались после. Или мои родители – голый расчёт и ни намёка на нормальную семейную жизнь. Мы, по крайней мере, застрахованы от повторения вашей судьбы. – Всё равно… – Люциус, я не ребёнок. Ты, конечно, можешь считать Драко неразумным младенцем, отказывая ему в праве на самостоятельность, но меня же ты не можешь обвинить в отсутствии мозгов? Оставь всё как есть, просто не вмешивайся… Кстати, со всеми этими событиями совсем забыла. На приёме у Нолана ты разговаривал с мужчиной: тучный брюнет в серой мантии, чуть пониже тебя ростом… На лице Малфоя отразилось недоумение, но по мере описания оно сменилось догадкой: – А! – улыбнулся он, с благодарностью ухватившись за возможность сменить тему. –В первый момент, признаться, я даже не сообразил, о ком ты говоришь. Оборотное зелье – это был Крауч. – Барти Крауч? – в шоке переспросила Морган, стараясь не выдать охватившего её смятения. – Ну да, Тёмный Лорд хотел… В общем, Бартемиус там был по делу, – подтвердил её худшие опасения Малфой, – а что? – Нет, ничего. Заметила, что ты с ним вполне по-дружески болтал, вот и удивилась, что лицо незнакомое, – постаралась как можно достовернее объяснить свой интерес Алекс. – Ладно, я, пожалуй, пойду, лягу. Что-то я себя не очень хорошо чувствую. – Конечно, милая, – ни на секунду не усомнился Люциус в её искренности. Поднявшись к себе в комнату, Александра обессилено рухнула на кровать. Она узнавала Барти под оборотным зельем уже второй раз! И оба раза – сразу же, с первого взгляда. Понятия не имея, кто перед ней, она чувствовала нечто такое, благодаря чему безошибочно определяла, что они знакомы. И ей хватило нескольких минут, как в случае с Грюмом, чтобы идентифицировать личность того, кто находился под оборотным зельем. – Милая, с тобой всё в порядке? – Драко, не утруждая себя стуком в дверь, зашёл к невесте и с удивлением поднял с пола сброшенную подушку. – Нет. – Хочешь, чтобы я ушёл? – осторожно спросил он, моментально уловив её настроение. – Прости, но да. – Тебя отец расстроил? Злость вскипела моментально, заставив Морган повысить голос: – Драко, перестань! У вас это, видимо, семейное. Почему вы постоянно обвиняете друг друга? И ты и отец так и норовите сказать друг о друге что-то нелицеприятное… И меня перетянуть на свою сторону. Вы не враги, сколько раз можно повторять?! Если отец меня расстроил, то не потому, что это было его целью. – Извини. – Я хочу побыть одна. – Конечно, милая, отдыхай. Ласково коснувшись губами щеки Алекс, Драко тихо закрыл за собой дверь. Полежав некоторое время неподвижно, Морган решительно встала. Эта встреча на приёме была не простым совпадением, а чем-то вроде знамения, подтолкнувшим её к активным действиям. Переодевшись, Александра трансгрессировала в дом Крауча, не давая себе времени на то, чтобы передумать. Пройдя по пустым коридорам, Алекс заметила мерцание огня и решительно направилась в сторону горящего камина. Мужчина сидел в кресле и смотрел на огонь. Его взгляд был абсолютно пустым, словно мыслями он был очень далеко, и лишь бокал в руке, который он периодически подносил ко рту, показывал, что он вообще жив. – Барти? – оробев в последний момент, тихо окликнула Морган. Крауч резко повернулся на голос, роняя бокал и вскакивая на ноги. – Девочка моя… – преодолев за секунду разделяющее их расстояние, он сжал Алекс в объятиях. – Ничего, что я без приглашения? – всё ещё смущаясь, тихо спросила Александра. – Сандра, тебе не нужно приглашение… Любимая моя… – Бартемиус принялся покрывать поцелуями лицо неожиданной гостьи, постепенно увлекаясь всё сильнее. – Барти, подожди! Я… Мордред! Нам надо поговорить… Я хотела тебе сказать… То есть извиниться… – Алекс зажмурилась и скороговоркой произнесла: – Прости меня, сладкий! Я даже не знала, что говорю что-то… я такая дрянь… – Детка, в чём дело? – с испугом спросил Крауч, удивлённый горячностью, с которой та заговорила. – Я… я не знала об этом, честно. Барти, я бы никогда сознательно не заставила тебя страдать! Если бы я могла хотя бы предположить нечто такое, я бы заклеила себе рот! Ты веришь мне? – она просительно заглядывала ему в глаза, ожидая приговора, так и не осмелившись вслух произнести то, за что извинялась. Отстранившись, Крауч усмехнулся: – Кажется, я понял, о чём ты, – с горечью сказал он, внимательно посмотрев ей прямо в глаза, и когда Александра покраснела под этим взглядом, удовлетворительно кивнул. – Да, определённо я угадал. – Прости меня, – прошептала та, опустив глаза и не смея настаивать. – Я люблю тебя, – Бартемиус взял её за подбородок, заставляя поднять на него взгляд. – Я давно тебя простил… Сандра, ты всегда утешала меня… Я думал… – Клянусь, я не знала! – поспешно произнесла Морган. – Я видела, что тебе больно, что… Но я и не подозревала… – она так и не смогла закончить фразу, бросившись на шею любовнику. – Всё хорошо, родная, я не сержусь, – мягко успокоил он любимую, – когда ты рядом, больше ничего не имеет значения. Отступив на шаг, Алекс с сомнением посмотрела на Крауча. – Барти, я даже не представляю… – Иди ко мне, – позвал тот и, когда Александра доверчиво шагнула навстречу, подхватил её на руки, трансгрессировав в спальню. – Солнышко, я не могу без тебя, – не прерывая зрительного контакта и опуская девушку на постель, он быстро избавил их обоих от одежды с помощью заклинания. – Ты – вся моя жизнь! – Барти, я хочу тебя, сладкий мой, пожалуйста… Алекс боялась дотронуться до любовника первой. Несмотря на то, что его желание было очевидно, учитывая то, что он был без одежды, она не решалась на активные действия, предоставляя ему право самостоятельно решить, что с ней делать: любить, мстить, наказывать… Алекс была готова на всё из-за гложущего чувства вины. – Сандра, у нас всё хорошо, – правильно истолковав её неуверенность, приободрил Крауч. Мягкие простыни ласкали кожу, но Александре было плевать на удобства: она словно на раскалённых углях лежала, пока Бартемиус не опустился рядом. Он хоть и сохранил между ними дистанцию, но смотрел взглядом полным нежности. – Я твоя, Барти! – решительно произнесла Алекс, протягивая к нему руки. – Я хочу быть твоей! Услышать такое Крауч даже не мечтал. Совершенно не думая, насколько это соответствует действительности, он видел только, что Сандра говорит искренне, и этого было достаточно для полного счастья. Едва она договорила, Барти молниеносным движением оказался над ней. – Я люблю тебя, Сандра, я так тебя люблю… – простонал он, прежде чем все связные предложения вылетели у него из головы, заполнившейся чувственными ощущениями… Первое, что Алекс почувствовала, когда зрение и слух начали возвращаться к ней – тяжелое и горячее дыхание на плече. Никто из них не шевелился, тела всё ещё были тесно переплетены, сердца колотились, как сумасшедшие, и Барти прижимался лбом к её плечу. Через секунду он попытался переместиться на кровать рядом, и Алекс протестующее замычала, крепко обняв его, не пуская. – Малыш, тебе же тяжело, – Крауч нежно поцеловал её в губы, – эй, посмотри на меня! Алекс лежала с закрытыми глазами, не зная, что сказать, потому что понятия не имела, что она могла ляпнуть на этот раз. Однако после просьбы любовника ей пришлось смириться и открыть глаза. Она была готова ко всему, вплоть до ненависти, поэтому в первый момент не поверила увиденному: настолько счастливым она любовника не видела никогда. – Солнышко, ты самая лучшая, – восторженно произнёс Крауч, сияя улыбкой. – Барти, я… – Всё хорошо! – Хм… я молчала? – краснея, уточнила Алекс. – Оказывается, вовремя подаренный поцелуй, может обернуться феерическим счастьем! – с улыбкой заметил тот, и Александра, взвизгнув от восторга, набросилась на него с поцелуями. Так он улыбался только в самом начале их отношений, когда понятия не имел о существовании Драко. *** Наутро, встретившись с Драко за завтраком, Александра в течение нескольких минут ломала голову, размышляя, догадывается ли жених о том, что она провела ночь отнюдь не в своей спальне, но Малфой ни единым словом даже не намекнул на это. С одной стороны, о его ревности скоро можно будет слагать легенды, но с другой – Алекс неоднократно предупреждала, что не стоит задавать вопрос, если не готов получить ответ. То есть, подозревая, что услышишь совсем не то, что хочется, лучше вообще воздержаться от вопросов. Так и не придя к однозначному выводу, она решила махнуть на всё рукой. Оставшиеся дни каникул пролетели очень быстро, видимо, потому что в кои веки у Александры было хорошее настроение и никакие проблемы и переживания не омрачали её существования. Посоветовавшись с Драко и заручившись его одобрением, Алекс доставила к Хогвартс-экспрессу брата и вернулась домой. С самого первого курса Морган недоумевала: зачем трястись целый день в поезде? Ладно, грязнокровки – у них не было другой возможности попасть в школу, кроме как на волшебном экспрессе, но все остальные?.. Трансгрессия, камины Хогсмида, порталы – вариантов масса. Но руководство Хогвартса и попечительский совет настаивали на единовременном прибытии учеников, вот и приходилось подгадывать время, чтобы вечером трансгрессировать в Хогсмид к моменту прибытия остальных студентов. Чудесно проведя время в обществе будущего мужа, Морган лениво разглядывала потолок, размышляя, какую область магии избрать для самостоятельного изучения на ближайшее время, когда Драко решил отвлечь её серьёзным разговором. – Я считаю, что нам пора перестать скрывать свои отношения в Хогвартсе. Сев в кровати, она посмотрела на него с нескрываемым удивлением. – Драко, ты считаешь, что подобные вопросы надо обсуждать в постели? И объясни, что конкретно ты имеешь в виду. – Хм… Когда мы только поступили в Хогвартс, мы планировали, что когда один из нас станет старостой… – Я помню, – перебила Алекс. – Я хочу, чтобы ты переехала ко мне, – буднично сообщил тот, словно и не предлагал ничего серьёзного. – Замечательно! Все будут в полном восторге! – с сарказмом прокомментировала Морган, представляя реакцию однокурсников. – А почему не ты ко мне? Ведь Гермиона тоже староста, так что у меня тоже своя комната. – Я думал об этом, вернее о том, что ты можешь именно так ответить, – признался Малфой. – Проблема в том, что ни один из слизеринцев не посмеет и вякнуть в твою сторону, когда ты будешь жить у меня. Но переберись я в гриффиндорскую башню – и ты станешь моей вдовой раньше, чем женой. – Хм… справедливо, – вынужденно признала Алекс. – Милый, а может ну его? Если для тебя важно проафишировать наши отношения, я не стану возражать, я всегда стараюсь не спорить с тобой, но что касается переезда… – Алекс, скажи правду, – устало сев на кровать, он взял невесту за руку, с грустью глядя на неё. – Ты собираешься продолжить свои свидания с Краучем? – Правду? Я всегда говорю тебе правду! – обиженно нахмурилась Морган, но загнала недовольство подальше и продолжила спокойно: – Мы можем открыто встречаться, ночевать друг у друга, или я буду иногда ночевать в подземелье, но пойми, я и так не самая популярная гриффиндорка. Ты хочешь, чтобы я окончательно настроила всех против себя? Ты думаешь, я могу просто взять и перестать появляться в гриффиндорской башне? Да МакГонагалл узнает об этом раньше, чем я успею выбрать полку под учебники в твоей комнате! – То есть дело не в нём? – настойчиво уточнил Малфой. – Я и не думала о нём, пока ты не напомнил, – искренне сказала Алекс. – Я знаю, что выходные ты будешь проводить вне Хогвартса. Бизнес, визиты к отцу, Тёмному Лорду и мисс Кэрроу… Прошу тебя, если ты захочешь… – резко выдохнув, Драко перестал мямлить и продолжил увереннее: – В общем, если ты захочешь встретиться с ним, пусть это происходит на выходных, так, чтобы я не знал, было это или нет. Не перебивай! – заметив, что Алекс хочет что-то сказать, Драко чуть повысил голос, вынуждая её промолчать. – Я много думал об этом и сейчас готов признать, что ты была права… Впрочем, как обычно, – с усмешкой вставил он, но быстро посерьёзнел: – Мне так будет проще. Контролировать свою ревность я не в состоянии – в этом мы уже убедились, – а из-за неё у нас отношения только портятся. Алекс, я очень тебя люблю, – он смотрел ей прямо в глаза, и Александра подумала, что если правду говорят, что глаза – это зеркало души, то в душе Драко присутствует только два чувства: любовь к ней и страх её потерять. И словно в подтверждение, он произнёс: – Я не могу тебя потерять. – Я буду следить, чтобы мы не потерялись, – не отводя глаз, уверенным тоном ответила Александра, не замечая, что повторяет слово в слово то же самое, что год назад обещала любовнику. – Мы всегда будем вместе. *** Наложив на себя чары невидимости, Алекс и Драко трансгрессировали в Хогсмид как раз вовремя, чтобы успеть незаметно присоединиться к остальным ученикам, шумной толпой выходящих из поезда. Сняв чары, Морган подошла к однокурсникам и уже с ними доехала на карете до Хогвартса. Первый день учёбы не принес неожиданностей: уже привычные к огромным домашним заданиям студенты понуро брели на обед. – Интересно, они хотят, чтобы мы вообще не спали и не ели? – вполголоса возмущался какой-то когтевранский пятикурсник, идущий рядом с Алекс. – Вот ты где! – подскочил Поттер, хватая Морган за руку. – Пойдём со мной, поговорить надо! – Привет, Гарри! Может, ты всё же дашь мне пообедать? – не обрадовалась та перспективе в очередной раз пропустить приём пищи. Вчера они сумели разминуться, а завтрак Александра проспала, поэтому желание друга пообщаться её не очень удивило, в отличие от его горячности. – Морган, это серьёзно! – Боггарт с тобой, – бросив полный сожаления взгляд на заставленные блюдами столы, она покорно пошла за тащившим её за руку другом. Поведав краткую историю о снах, в которых он может видеть глазами змеи Волдеморта, Гарри рассказал, как ему приснилось нападение на мистера Уизли. Эмоционально жалуясь, как трудно было убедить взрослых, что это не просто кошмар, а видение, Поттер с улыбкой перешёл к тому, что благодаря его настойчивости Артура спасли вовремя. Закончив повествование словами: – Дамблдор хочет, чтобы я занимался со Снейпом окклюменцией. Как ты думаешь, это поможет? – Нет, ты не сможешь, – не задумываясь, ответила Алекс. – Но ведь директор считает, что это поможет мне защититься от его мыслей! – встал на защиту дамблдорского авторитета тот. – Если ты уже всё для себя решил, зачем спрашивать меня? – Ничего я не решил! – огрызнулся Поттер. – Всё решили за меня. Я не верю, что Снейп поможет, но Дамблдор… – Гарри, – раздражённо закатив глаза, простонала Александра, – когда ты повзрослеешь? – Значит, окклюменция не поможет? – А когда ты научишься слушать? Конечно, благодаря окклюменции можно прекрасно защищать своё сознание от постороннего влияния и вторжения! Этого я и не отрицаю, но я сказала, что ты не сможешь её освоить. Такие, как ты, по определению ничего не смыслят в ментальных практиках. – Я такой тупой, по-твоему? – тут же обиделся Поттер. – Гарри, почему ты меня не слышишь? Разве я сказала, что тупые не могут освоить окклюменцию? Я говорила об особенностях твоего характера. – Значит, мне не стоит и пытаться? – Почему же? В любом случае, эти навыки пошли бы тебе на пользу, только… – Что? – уловив сомнение в голосе подруги, тут же насторожился Поттер. – Ты не сможешь заниматься с Северусом. Ты должен освобождать своё сознание ото всех посторонних мыслей, а ты так не умеешь. – Как «так»? – Абстрагироваться, – пояснила Морган, – постарайся преодолеть свою неприязнь к нему, тогда у тебя появится шанс получить реальную пользу от этих занятий, – пока Гарри обдумывал её слова, Алекс бросила взгляд на двери Большого зала. – Гарри, я понимаю, что у тебя серьёзные переживания, но я хочу есть, так что извини, но… – Конечно, пойдём, – Поттер смущённо покраснел. – Прости, что я постоянно тебя дёргаю. – Дёргай на здоровье, – отмахнулась она от извинений, – только не во время обеда. …Послеобеденные уроки тянулись бесконечно. Алекс отчаянно боролась с зевотой, безнадёжно проигрывая это сражение Морфею. После двух почти бессонных ночей, она мечтала оказаться в постели в одиночестве, поэтому на напоминание Драко о совместном проведении ночи, Алекс, не сдержав зевка, резко ответила: – Только не сегодня! Сбежав от обижающегося жениха, она заперлась в своей комнате, с наслаждением вытянувшись на постели и предвкушая долгожданный сон. Стук в дверь заставил её испугано вздрогнуть. – Да чтоб вас разорвало! – пробурчала она сонно и чуть громче крикнула: – Войдите. Дверь тут же приоткрылась, и в комнату заглянул Поттер. – Прости, можно? – Гарри выглядел помято, но не это насторожило Александру, а то, что в его глазах плескался настоящий страх. – Секунду, я встану, – велела она. Поттер кивнул и закрыл дверь, а Морган поспешила натянуть на себя свитер с джинсами, после чего впустила друга: – Заходи. Что случилось? – Я… у меня было видение, – Гарри был так испуган, что даже не смутился от этих слов. – Волдеморт чему-то очень обрадовался… Случилось что-то очень важное. Что-то, к чему он давно готовился… – Стоп, – оборвала Алекс его бормотание, внимательно всматриваясь другу в глаза. – Гарри, ты позволишь мне самой посмотреть? – Я… Это просто ощущения… – Поттер, я лучше знаю, что и как надо искать, – уверенно возразила та. – Хорошо, я не против, – не смог скрыть сомнения в голосе Гарри. – Не бойся, – приободрила Морган, – я знаю, что делаю. Легилименс! Хаотично мелькающие картины постепенно замерли, тёмное пространство наполнил леденящий душу смех, так хорошо известный Александре с недавних пор. Поттер был отчасти прав, сквозь защиту Хогвартса мало что могло пробиться, но торжество Волдеморта и его безграничная радость были слишком сильны. Буквально за секунду до того, как видение оборвалось, Алекс увидела картинку, заставившую её похолодеть: в приёмном зале старинного особняка, в котором располагалась ставка Тёмного Лорда, в коленопреклонных позах застыли десять грязных измождённых человек в тряпках, некогда бывших формой узников Азкабана, в одном из которых она узнала собственную сестру. – Алекс, ты в порядке? – обеспокоенно спрашивал Поттер, тормоша застывшую подругу. – Алекс! – Гарри, – очень медленно заговорила Морган, – это действительно важно. Если я до утра не вернусь, передай Драко, что мне жаль. – Что?! – Поттер отшатнулся от ужаса, встретившись с ней взглядом. – Всё нормально, не бойся… Извини. Не имея ни возможности, ни желания терять времени на дорогу до Хогсмида, Алекс активировала один из висящих на браслете порталов, подаренных Малфоями больше года назад. Через секунду она очутилась дома. – Кэрри! – Госпожа! – эльф радостно заверещал, моментально оказываясь рядом. – Блокируй мэнор. Война начинается. *** Отдав домовику все необходимые распоряжения, касающиеся безопасности поместья, Алекс трансгрессировала к Волдеморту. – Александра! – заметив её появление, Тёмный Лорд пошёл навстречу, протягивая руки. Добродушная улыбка, словно приклеенная, не сходила с его лица, свидетельствуя о прекрасном настроении. – Рад тебя видеть. Кажется, ты впервые навестила меня по собственному желанию? Позволь я представлю тебе моих друзей, Пожирателей смерти. – Где Беллатриса Лестрейндж? – быстро окинув стоящих полукругом присутствующих, нетерпеливо спросила Алекс. Грязные и изможденные, эти люди не были сломлены, в их глазах горел фанатичный огонь верности своему господину и готовность последовать за ним куда угодно. И Александре становилось страшно от одной мысли, что гордые представители элиты волшебного мира по воле Волдеморта превратились в жалких слуг, не имеющих собственного мнения, а только покорно исполняющих приказы Хозяина. – В камере. Только это не наша Белла. – Хвала Салазару, ты не успел её убить! – не сдержавшись, облегчённо выдохнула она. – Это моя Белла. Широко распахнутые глаза Волдеморта заставили Алекс прояснить ситуацию. – Отец хотел освободить мадам Лестрейндж. Чтобы не светиться с официальными запросами, он фиктивно выдал свою среднюю дочь замуж за Рабастана Лестрейнджа – это изменило её нарекательные чары, превратив в Беллатрису Лестрейндж. Всё, что оставалось – поменять двух женщин местами. – И где моя жена? – не дождавшись никакой реакции Волдеморта на шокирующие новости, после длительной паузы поинтересовался один из бывших заключенных, очевидно, Рудольфус. – Я тоже хотела бы это узнать, – ехидно ответила Морган, успокоившись, как только узнала, что сестра жива. – Одно можно сказать наверняка: последние семь лет она, в отличие от моей сестры, провела на свободе. Исследовав наложенные на Беллу чары, могу с уверенностью сказать только одно: ваша жена жива. – Почему ты так решила, Александра? – Тёмный Лорд быстро справился с удивлением, и когда он задавал вопрос, его лицо было привычно бесстрастно. – Потому что чары прекратят действовать в двух случаях: если умрёт отец и ваша Беллатриса, или если один из них их снимет. После смерти отца я как Глава семьи попыталась их снять, но мне помешал блок. Ваша жена, мистер Лестрейндж, жива. – В таком случае, – задумчиво проговорил Волдеморт, – мне непонятно, где же Беллатриса? – Признаюсь, в стремлении вытащить сестру из Азкабана, я попыталась разыскать настоящую мадам Лестрейндж, однако, как видите, мне это не удалось… Я хотела бы немедленно забрать Беллу домой, – невозмутимо, как о чём-то само собой разумеющемся, сообщила Морган. – Александра, это мы обсудим чуть позже. А сейчас мне бы хотелось представить тебя этим господам, – взяв девушку за руку, Волдеморт перевёл взгляд на изнывающих от любопытства мужчин. – Прошу любить и жаловать: мисс Александра Морган, младшая дочь и наследница Максимилиана. Одобрительный гул стал ответом на заявление Тёмного Лорда. Соблюдая приличия, Алекс полночи провела в обществе Пожирателей смерти, посчитав за лучшее не перечить Тёмному Лорду при его сторонниках. Наконец Волдеморт отпустил обретших свободу узников, позволив Александре встретиться с сестрой. Тёмный Лорд даже был настолько любезен, что не заставил крестницу спускаться в подземелье, вместо этого приказав привести Беллу к нему в кабинет. – Мой Лорд, – не заметив сестру, Беллатриса опустилась перед Волдемортом на колени, целуя подол его мантии. – Встань, девочка, – изобразил добродушие Тёмный Лорд, – поздоровайся с сестрой. Стремительно развернувшись, Белла вскрикнула, прижимая руки ко рту. Увидеть сестру рядом с Лордом она не была готова. По лицу разлилась смертельная бледность, а дар речи пропал. – Так я могу забрать её? – едва удостоив сестру взглядом, холодно поинтересовалась Морган. – Или у тебя возникли возражения? – Александра, я думаю, рациональнее будет оставить Беллатрису здесь. Беглецов будут искать, а здесь она в безопасности. Дом огромный… – Том, – перебила Алекс, не давая ему возможности договорить, – я предпочту, чтобы моя сестра жила в моём доме, – с нажимом произнесла она. – В Морган-мэнор никто посторонний попасть не сможет просто потому, что не сможет найти. Даже ты. К тому же, до сегодняшнего дня о подмене знали лишь я да Люциус, не думаю, что и твои люди станут просвещать Аврорат. Дома искать Беллу точно не станут. Что же касается её карьеры в роли Пожирательницы смерти, почему бы тебе не поискать настоящую Беллатрису для начала? И потом, Белле надо прийти в себя, вымыться, в конце концов! Я настаиваю на том, чтобы забрать её сейчас же. Всё остальное можно будет обговорить впоследствии… – Александра, куда ты так торопишься? – вслух удивился Волдеморт, успевший привыкнуть к размеренно-неспешной манере речи крестницы. – Ты забываешь, что я сбежала посреди ночи из Хогвартса для этой встречи! – Об этом я как-то не подумал… Хорошо, пусть будет по-твоему, – решил уступить Реддл. – Буду ждать тебя, как обычно, за ужином, тогда и обсудим дальнейшую судьбу твоей сестры. – Договорились, спасибо, что не убил её. – Ну что ты, дорогая, – отмахнулся Волдеморт. – Счастливо. – До субботы. Ухватив сестру за руку, Алекс трансгрессировала в Морган-мэнор. – Добро пожаловать домой, – радушно произнесла она, впервые за весь вечер посмотрев Беллатрисе в глаза. – Здесь ты будешь в безопасности. Прости, сейчас у меня и правда совершенно нет времени, но я постараюсь вырваться в пятницу, чтобы пообщаться с тобой. Свои комнаты, думаю, ты найдёшь самостоятельно? – Да… – нерешительно подтвердила Беллатриса, с интересом оглядываясь по сторонам. – Алекс… – Белла, всё потом! Я понимаю, что у тебя масса вопросов, но потерпи до выходных. Мэнор не покидай, иначе не сможешь вернуться: щиты пропускают лишь пятерых, включая меня. Защиту придётся перенастраивать на тебя, но будет лучше, если ты вообще не станешь разгуливать в таком виде за пределами поместья. В лабораторию не суйся, попроси всё необходимое у эльфов… Так, теперь, что касается правил безопасности. Знаки помнишь? По сравнению с тем, что было при отце, я ужесточила охрану, так что… – Я поняла, никуда лезть не буду, – поспешно кивнула молодая женщина. – Кэрри… узнаёшь Беллу? – внимательнейшим образом осмотрев женщину со всех сторон, домовик пожал плечами. – Неважно, невзирая на внешность – это моя сестра. Поможешь, подскажешь, подстрахуешь. Если будут гости, сошлись на меня, убийств не допускать. Вопросы? – Всё понятно, Госпожа, – эльф с достоинством поклонился. – Отлично. Ну что, сестрёнка? Располагайся и не забудь, что ты дома. – Спасибо… – Белла, мне жаль, но время поджимает, я должна идти. Если что-то случится, пошли сову в школу. – Хорошо, – так же робея, кивнула та. – И кстати, можешь меня не бояться. Я, конечно, Глава семьи, но я по-прежнему твоя младшая сестра, – усмехнувшись, Алекс помахала рукой, сжав в ней готовый к активации портал. – Чао, сестрёнка! Благодаря порталу Александре не пришлось бродить посреди ночи по Хогвартсу, она попала сразу же в свою комнату. С удовольствием рухнув в кровать, Алекс моментально провалилась в сон.