От рождения до... возрождения

На День Святого Валентина был назначен поход в Хогсмид, и студенты готовились к знаменательному событию заранее, обзаводясь разнообразными подарками и планируя расписание праздника. Хихикающая всю неделю Лаванда практически довела остальных гриффиндорок до нервного тика, но парням жеманство было по душе, и вскоре к Браун присоединилась Парвати. Повсюду были слышны обсуждения праздничного вечера; старшие ученики с самодовольным видом объясняли младшим, как нужно вести себя на свидании, чтобы всё прошло идеально; девушки, начиная с тринадцати лет, то и дело многозначительно улыбались, побуждая юношей к решительным действиям… Малфой не стал исключением из общего правила и пригласил свою девушку в Хогсмид. – Драко, ты издеваешься? – обескураженно спросила Морган в ответ. – Почему? – слегка обиделся тот на такую реакцию. – Куда мы пойдём? В розовый притон? – поморщилась Алекс, имея в виду заведение мадам Паддифут, интерьер которого был выполнен в отвратительно-розовых тонах, как раз в расчёте на влюблённые парочки. Вот только у студентов эта расцветка с недавнего времени вызывала не романтические чувства, а отвращение, навевая ассоциации с Долорес Амбридж. – Если ты просто хочешь продемонстрировать, что мы вместе, можно придумать что-нибудь более приятное. А если ты хочешь провести этот день в моём обществе, давай лучше сходим куда-нибудь в Лондоне. По-моему, учитывая тот факт, что это день казни римского священника, логичнее было бы пригласить меня на кладбище. – Не порти мне настроение. Мы могли бы сходить в тот ресторан, что недавно открыли в Хогсмиде, да и «розовый притон» не так уж плох, особенно учитывая твою страсть к сладостям. Можно же совместить это? – Не знаю, может быть, и можно, только непонятно – зачем? У меня нет ни малейшего желания изображать что-то на публику. – Нет в тебе романтики, – со вздохом сдался Малфой. – Что ты предлагаешь? Позвать с собой Нотта? – Что там с его личной жизнью? – Хм… – Да-а-а, судя по твоей реакции, ничего хорошего. Ну, не оставлять же его одного в такой день? – Делай, что хочешь, – отмахнулся Малфой, теряя интерес к разговору. – Драко, ты обиделся? – Алекс примирительно обняла будущего мужа и поцеловала в щёку. – Ну, чего ты дуешься? – Такое впечатление, что ты меня стыдишься, – вырвалось у Малфоя помимо воли. – Глупый, хочешь, прямо сейчас пойдём в Большой зал и я при всех тебя поцелую? – Я хочу, чтобы ты воспринимала меня не только как старого друга, но и как своего парня, – Морган смотрела с недоумением, не понимая, и ему пришлось пояснять: – Ты никогда не бываешь только со мной. Куда бы мы ни пошли, во всех общественных местах всегда с нами есть ещё кто-то. Нотт, Поттер, отец, Брэнд… – Драко, я не думала, что это проблема… – начала говорить Алекс, но тот взмахнул рукой, отметая возможные возражения. – Со всеми остальными ты куда-то ходишь вдвоём! Поттер может запросто увести тебя от компании, чтобы провести время наедине. С тем же Финниганом ты регулярно гуляешь по вечерам. С Ноттом ты можешь часами зависать в библиотеке, и обрати внимание, снова наедине! И ни у кого это не вызывает никаких посторонних мыслей. И только со мной ты всегда нуждаешься в компании! Складывается впечатление, что ты либо стыдишься меня, и чтобы никто не подумал, что ты со мной, тебе требуется компания, ну, вроде ты с этим кем-то, а я – третий лишний, либо ты меня боишься. – О, Мерлин! Сколько ты всего успел навыдумывать! Милый, всё гораздо проще. Ты же знаешь, я не люблю компании, мне приятнее и проще общаться тет-а-тет. А твоё общество я предпочитаю любому другому. Вот и получается, вместо того, чтобы расставаться с тобой на несколько часов, чтобы побыть с друзьями, я заставляю их проводить время с нами обоими! – То есть, ты… – смущённо заговорил Малфой, но теперь уже Алекс его перебила, решительно кивнув. – Да! И Тео, и Гарри, и даже Симус – мои друзья, и я хочу с ними общаться. Драко, ты не обращал внимания, что моё с ними общение происходит в то время, когда ты чем-нибудь занят? С Финниганом я вообще гуляю, только когда ты на тренировках! Он ваше расписание знает лучше меня. Я стремлюсь проводить с тобой как можно больше времени, но и их игнорировать неправильно. – Прости, я как-то не подумал об этом… В субботу пойдём в Хогсмид вместе с Теодором. – Давай всё же сначала его спросим, а то может его личная жизнь наладилась? – Не смеши… – Драко, – Алекс внимательно посмотрела в глаза жениха, – мне непонятно, почему из личности девушки, в которую влюблён Теодор, сделали такую тайну. И, по всей видимости, это тайна именно от меня, раз уж ты в курсе событий. – Хм… – Малфой замялся, отводя взгляд. – Драко? – Алекс проявила настойчивость, решив всё-таки добиться объяснений. – Почему бы тебе не задать этот вопрос Нотту? Это же его секрет, а не мой, – всё же ушёл от ответа Драко. – Отлично, – нахмурившись, Морган решительно встала на ноги, – значит, от тебя я не дождусь ничего. Пойду к Теодору. – Он не скажет… – крикнул вдогонку Малфой, но Александра, не слушая возражений, отправилась на поиски друга. Задавая вопрос о местонахождении Теодора каждому встречному слизеринцу, она довольно быстро выяснила, что последний раз его видели в библиотеке. Нотт обнаружился на привычном месте у окна. – Здравствуй, дорогой друг. У меня к тебе неприятный разговор, – остановившись за спиной Теодора, выпалила Алекс, не тратя времени на лишние разглагольствования. Вопросительно обернувшись, тот пожал плечами, сложил вещи и встал. – Куда пойдём? – Туда, где отсутствуют лишние уши, – с усмешкой кивнув находящимся поблизости обладателям этих самых «ушей», Морган первой направилась к выходу из библиотеки. Длительный допрос Нотта не принёс ожидаемых результатов: тот наотрез отказался назвать имя загадочной девушки, в которую был влюблён не первый год. Александре не оставалось ничего другого, как только смириться. Осведомившись о планах Теодора на Валентинов день, она пригласила его присоединиться к ним с Драко. Покрасневший Нотт, смущаясь, согласился, но только после того, как десять раз услышал, что его компания не нарушит романтические планы друзей и он точно им не помешает. Наконец долгожданный день настал. Выстроившиеся в очередь студенты предъявляли Филчу подписанные родителями разрешения на посещение Хогсмида. Когда подошёл черёд Александры, и она протянула пергамент, написанный и подписанный её собственной рукой, произошла заминка. – Это что? – с угрозой поинтересовался Филч, сводя кустистые брови на переносице. – А что, сквибов больше не учат грамоте? – по-хамски парировала Морган. Онемевший от подобной наглости смотритель вернул ей бумагу, на которой было написано всего две строчки: «Разрешаю самой себе посещение Хогсмида. Александра Морган». – Ты не можешь обойтись без того, чтобы не выделиться, – пробурчал Малфой, пряча улыбку. – Но, Драко, а что мне надо было написать? – изобразила раскаяние та. – Я же написала абсолютную правду, я действительно разрешаю себе посещение Хогсмида! Теодор с Драко рассмеялись уже в голос, заставляя и её улыбнуться. В целом, все трое остались вполне довольны совместным походом. Конечно, романтики не было ни на кнат, однако это не помешало получить удовольствие от посиделок в «Трёх Метлах» и от прогулки, посреди которой Алекс до дрожи захотелось сладкого. Немного поспорив, кто же станет «курьером», жребий пал на Нотта. Поворчав для приличия, Теодор отправился к мадам Паддифут за пирожными. – В отсутствие Теодора я могу тебя поцеловать? – в шутку спросил разрешение Малфой. – Думаю, нет, – в том же тоне ответила Александра с широкой улыбкой и закинула руки на его шею, – но вот я точно могу это сделать! – Может, мне ещё раз сходить за сладким? – ехидно поинтересовался Нотт, вернувшийся через несколько минут. – Прости, Тео, мы слегка увлеклись, – совершенно не смутившись, ответила Александра, переключая внимание на свёрток в его руках. – Вот они, мои хорошие! – с мечтательным выражением лица она разворачивала упаковочную бумагу, едва не облизываясь. – Драко, ты уверен, что она не бросит тебя ради какого-нибудь кондитера? – со снисходительной улыбкой наблюдая за подругой, поинтересовался Теодор. – Уверен, – со смешком отверг подобное предположение Малфой. И, отбирая у своей девушки одно из пирожных, двусмысленно добавил: – Я в должной мере обеспечиваю Алекс сладким. В школу студенты вернулись только к ужину. Александра попрощалась со своими спутниками перед входом в Большой зал и направилась к гриффиндорскому столу. – Значит, теперь ты с Малфоем? Обернувшись на знакомый голос, Морган без удовольствия окинула взглядом обратившегося к ней Бренена. Молча уйти было правильнее всего, но Алекс не удержалась от ехидства: – Ты хочешь нас поздравить, Ральф? – Я не буду с этим торопиться, посмотрим, надолго ли эти отношения затянутся. Заметив, кто подошёл к невесте, Малфой тут же изменил траекторию движения и оказался рядом: – Дольше, чем ты проживёшь, если позволишь себе лишнее, – угрожающе процедил Драко. – Всё в порядке, милый. Мальчик уже уходит, – с презрением выплюнула Александра. Бренен прищурился, явно собираясь сказать какую-нибудь гадость, поэтому она весьма выразительно хмыкнула и, одарив Драко на прощание многообещающим взглядом, отвернулась. Наконец-то дойдя до своего места, Алекс предвосхитила воспитательную реплику Гермионы, предупредив: – Кто посмеет отвлечь меня от еды, получит недельное расстройство желудка. Всем приятного аппетита. Гарри и Невилл тут же уткнулись взглядами в тарелки, Лаванда обиженно отвернулась, а Грейнджер выругалась сквозь зубы, но тоже промолчала. Выдав очередную улыбку, Александра сосредоточила своё внимание на ужине, зная, что после её слов желающих задавать глупые вопросы не найдётся. *** В очередной раз засидевшись в библиотеке, Алекс очень удивилась, когда, выйдя из книгохранилища, наткнулась на Теодора, скучающе рассматривающего потолок. – Тео? Что ты здесь делаешь? – Тебя жду. Ты к себе или к нам? – Хм… к вам. А почему ты ждёшь меня здесь, если знаешь, что я в библиотеке? – Не хотел тебе мешать, – спокойно ответил Нотт. – Что-то я не понимаю, – протянула Морган, с подозрением глядя на друга. – Принцесса, ты как маленькая, честное слово! – раздражённо произнес Теодор, но взяв себя в руки, продолжил гораздо спокойнее: – Твой конфликт с Брененом не закончится просто так. Он следит за тобой, чуть ли не по пятам ходит, кто знает, что он может придумать. Ты для него, как красная тряпка для быка: он спокоен, весел и приветлив, а в следующую секунду видит тебя, и всё, его словно подменили! В прошлые разы тебе везло, но это не может продолжаться вечно! Где гарантия, что он не набросится на тебя снова? А что если рядом не окажется Драко? Мне бы очень не хотелось, чтобы намерения Ральфа осуществились. – Тео, так ты, получается, меня охраняешь? – она даже остановилась от внезапно возникшей догадки. – Спасибо, родной! – встав на цыпочки, Алекс чмокнула в щёку моментально засмущавшегося парня. – Не за что, – пробурчал Нотт, стараясь сделать вид, что в этом нет ничего необычного. Испытывая искреннюю благодарность за заботу друга, Алекс, тем не менее, не придавала особого значения его опасениям, считая их преувеличенными. Ральфа периодически переклинивало, но она не опасалась его всерьёз. Однако уже следующим вечером она была вынуждена изменить своё мнение. Планируя снова ночевать у Драко, Алекс решила после ужина забежать в гриффиндорскую башню за эссе по Чарам, которое следовало сдать с утра, и немного задержалась в гостиной, увлёкшись разговором с Гарри. И лишь когда Гермиона стала разгонять младшекурсников, обратила внимание на время. Поэтому в слизеринское подземелье Морган попала уже после отбоя. За что тут же и была наказана, столкнувшись в пустынном коридоре с Брененом. – Принцесса, ты себе даже не можешь представить, как я рад видеть тебя одну! – он стоял таким образом, что Алекс не могла пройти мимо, не коснувшись его, а делать этого она совершенно точно не собиралась, помня, к каким последствиям это может привести. – Ральф, – холодно кивнула Александра, – может, ты позволишь мне пройти? – Не так быстро, – отбросив показную доброжелательность, жёстко ответил Бренен, делая стремительное движение вперёд. Увернувшись от протянутой руки, Алекс отскочила в сторону, однако не учла, что длинный шарф от её резкого движения взметнётся в воздух, предоставив Ральфу прекрасную возможность её поймать. Намотав шарф на кулак, Бренен дёрнул его на себя, и Алекс оказалась в его объятиях полузадушенной. – Моя сладкая, – с придыханием произнес Ральф, целуя её в губы, – теперь ты никуда не денешься. При всём желании возразить Алекс не могла, думая в тот момент только о том, как сделать вдох. Свободная рука Бренена шарила по её телу, но единственное, что сейчас волновало её – ослабить удавку на шее. – Немедленно отпусти Александру! – неожиданное появление Фрая не слишком взволновало Ральфа, но хватку он слегка ослабил, дав жертве возможность сделать нормальный вдох. – Иди своей дорогой, – не отпуская Морган, Ральф повернулся к Майку, – тебя это не касается. – Бренен, отпусти мою девушку! – Чего? Я своими глазами видел, как она целовалась с Малфоем, так что… – С кем она целовалась, я сам разберусь, к тебе это не имеет никакого отношения. А теперь отойди от моей девушки, пока мы ещё можем разойтись мирно, – с откровенной угрозой сказал Фрай, даже не сделав попытки достать волшебную палочку, однако его ничего не выражающее лицо подействовало на Бренена отрезвляюще. – Мы ещё встретимся, – прошептал он на ухо Алекс, слегка укусив за мочку, после чего быстрым шагом покинул их. – Как ты? – помогая Морган распутать шарф, с тревогой спросил Фрай. – Чуть не задохнулась, а так полный порядок, – раздражённо ответила та, злясь на себя и за неосторожность и за беспомощность. – Спасибо. – Хм… – Фрай внимательно посмотрел на неё, а в следующее мгновение притянул к себе, впившись страстным поцелуем. От неожиданности Алекс чуть не ответила на поцелуй, широко распахнутыми глазами смотря на Майка. Через пару секунд тот сам отстранился. – Пожалуй, я переоценил свою выдержку: твоя близость действует на меня, как и раньше, – признался Фрай, задумчиво рассматривая бывшую девушку, а его лицо по-прежнему больше было похоже на мраморную статую, потому что совершенно ничего не выражало. – Прости, я не должен был этого делать. Как у вас с Малфоем? – без перехода поинтересовался он. – Без изменений, – ровно ответила Морган, удерживая на лице маску равнодушия, словно тёмный коридор в полночь был самым подходящим местом для светской беседы. – Что ты имеешь в виду? – Думаю, ты и без моих пояснений знаешь ответ. – То, что вы давно вместе? – уточнил Фрай, и та кивнула. – Понятно. Ладно, пойдём, уже поздно. Перед дверью в комнату Драко Александра остановилась, собираясь поблагодарить спутника и попрощаться на этом, но Майк решительно постучал, игнорируя её недовольство. – Алекс? – в коридор выглянул Нотт. – Почему ты так поздно? – увидев Фрая, он замолчал. В этот момент Драко распахнул дверь. С недоумением оглядев стоящую перед ним компанию, Малфой посторонился, пропуская их в комнату. – Что произошло? – Тео оказался прав в отношении Бренена, – с удобством устроившись в кресле, ответила Морган на вопрос Драко, отшвырнув злополучный шарф. Хозяин комнаты перевёл взгляд на Нотта, ожидая дальнейший объяснений от него. – Надеюсь, ты в состоянии позаботиться о безопасности своей девушки? – опережая Теодора, заговорил Фрай. – Вчера был Нотт, сегодня я, а что если завтра ни один из нас не успеет? – Так, а теперь ещё раз и подробнее, – ледяным тоном приказал Малфой, с неудовольствием бросив взгляд на невесту. Пояснив, о чём идёт речь, Фрай был вынужден замолчать, так как реакция Малфоя его откровенно удивила. – Вы оба посчитали себя вправе отстранить меня от этой проблемы? – спокойно спросил парень, адресуя вопрос Нотту. – Драко… – Теодор! – проигнорировав невесту, Малфой в упор посмотрел на друга. – Извини, – покорно ответил тот, – но твоя гипертрофированная ревность… – Ты идиот? – издевательски-ласково уточнил Драко. – Причём здесь моя ревность, когда Алекс угрожает реальная опасность?! Александра моментально оказалась перед Малфоем, чтобы предотвратить выплескивание его гнева на Теодора. – Мальчики, всё хорошо. Я благодарна за помощь, но уже поздно, так что идите к себе. Спокойной ночи, – с нажимом велела она, и им обоим не оставалось ничего другого, как только попрощаться. Когда за парнями закрылась дверь, Александра повернулась к Малфою. – Не сходи с ума, я в порядке! – предвосхищая его возмущения, заговорила она, силой усаживая Драко в кресло, в котором только что сидела сама. – Да, мы недооценили Ральфа, но теперь это не повторится… – Алекс, – перебил тот, ловя её руку и усаживая к себе на колени, – ты думаешь, что я из-за ревности… – Нет! Конечно же, нет. Драко, я не хочу, чтобы у тебя были проблемы… – Проблемы? – с болью в голосе переспросил тот. – Моей единственной проблемой сейчас является то, что ты подвергаешь себя опасности из-за того, что не можешь мне доверять! – Драко, – поцелуем заставив его замолчать, Алекс с нежностью провела рукой по его щеке. – Я доверяю тебе полностью и сделаю всё, как ты захочешь. Неизвестно, поверил ли в это Малфой, однако настаивать на продолжении разговора не стал, позволяя невесте увлечь себя в постель. *** Обучение шло своим чередом, невзирая ни на какие личные проблемы. Насыщенная жизнь вне стен школы стала для Алекс единственной отрадой, несмотря на то, что занимала все выходные, и вместо того, чтобы отдыхать, она уставала ещё больше. С каждой следующей встречей Алекто Кэрроу нравилась Александре всё сильнее. Из-за чувства вины Алекто первое время робела перед крестницей, стараясь угодить той даже в мелочах, но за прошедшие полгода Алекс смогла уверить Кэрроу, что злость на Макса ни в коей мере не распространяется на его друзей, и отношения стали налаживаться. Чем лучше она узнавала свою крёстную, тем большее сходство с собой обнаруживала. Они одинаково смотрели на вещи, заканчивали друг за друга фразы и даже вкусы в еде у них совпадали. Если бы Максимилиан Морган не закончил влиять на становление характера младшей дочери в семь лет, Александра была бы в полной уверенности, что отец сознательно воспитывал из неё копию его давней подруги. Однако учитывая тот факт, что Алекс сильно переменилась с семилетнего возраста, заслуги отца в формировании её личности были не так значительны, и тем удивительнее была схожесть двух столь разных женщин. Еженедельные визиты к Тёмному Лорду – участившиеся после массового побега из Азкабана – были продиктованы не только стремлением Алекс добиться признания независимости Беллы от Волдеморта, но и обычным любопытством. Поведение Тома до и после того, как Алекс узнала о том, что он её крёстный, не сильно отличалось. Он по-прежнему во многом уступал Александре, выделял её из своего окружения и даже предпринимал попытки проявить некое подобие отцовской заботы, что пока не очень-то у него получалось. Однако Алекс не стеснялась показывать, что ей это приятно, и Реддл не прекращал попыток. Вопрос с Беллатрисой оставался открытым: Лорд не спешил ставить ей метку, но и не отпускал окончательно, держа на коротком поводке. Доводы Морган разбивались о твердокаменную уверенность крёстного, что после восьмилетнего заключения у Беллы один путь – в Пожиратели смерти. По расчётам Алекс, Тёмный Лорд должен был уступить ей Беллу в течение примерно пары недель: его отказы были не более чем попыткой продемонстрировать хорошее отношение и готовность, в конце концов, всё-таки уступить просьбам крестницы. Ведь будь иначе, ему хватило бы одного даже не слова, а взгляда, чтобы прекратить все потуги Александры. А Люциусу отказать в общении Алекс не могла. В течение трёх лет старший Малфой был единственным близким ей человеком, и появление крёстных и сестры ни в коем случае не стали причиной для того, чтобы Люциус перестал для неё много значить. Он по-прежнему занимал в её сердце лидирующую позицию, возможно, уступая в этом только Драко. Малфой с пониманием отнёсся к желанию Александры познакомиться с крёстными родителями поближе и даже не ревновал, лишь с подозрением смотрел на Алекто, стараясь предотвратить возможные конфликты и огородить дочь от разочарований. От Бартемиуса же Морган просто не хотела отказываться. И даже не рассматривала этот вариант как возможность увеличить количество свободного времени. Крауч на самом деле стал ей другом; не любовником, а именно близким человеком, в чьём обществе можно было полностью расслабиться и сбросить маску. Алекс любила обоих Малфоев, и не ждала от них удара в спину, но вполне допускала, что и отец и сын вполне могут пренебречь её мнением, считая, что поступают правильно. Барти же она доверяла безоговорочно. Остаток февраля пролетел как-то незаметно, наступление весны ознаменовалось появлением на небе робкого солнца, ещё не способного согреть, но вселяющего надежду на скорое тепло. Александра, проспав завтрак, первой появилась в кабинете трансфигурации, и радостный Поттер, потрясая каким-то журналом, тотчас налетел на подругу: – Алекс, моё интервью наконец-то напечатали! – Какое ещё интервью? – с равнодушным зевком поинтересовалась та, даже не пытаясь сделать вид, что разделяет радость друга. – В «Придире» о возвращении Того-Кого-Нельзя-Называть! – А! – дошло до Морган. – Поздравляю, не успел Волдеморт и состариться, а о его возрождении уже написали. – Да ну тебя, – надулся Поттер. – Не обижайся, Гарри. За тебя я правда рада. Может, теперь народ перестанет считать тебя психом и реально оценит собственный идиотизм. – Меня, может, и перестанут считать лжецом, а вот на тему того, что люди признают собственные ошибки… Что-то сомневаюсь. – Логично, – не стала спорить Алекс. Дальнейший диалог пришлось прервать, так как колокол возвестил о начале урока, а профессор МакГонагалл не терпела на своих занятиях посторонних разговоров. Но Морган была только рада этому обстоятельству: наивность Поттера, всерьёз верившего, что одна статья в затрапезном журнале может что-то изменить, её раздражала. Она давно заметила, что долго находясь рядом с Гермионой, Гарри перестаёт думать своей головой, и интервью Рите Скитер было тому ярчайшим доказательством. Алекс не знала, что сподвигло журналистку принять участие в этой глупой затее, но подозревала, что та действовала в каких-то своих интересах. Занятия в Отряде Дамблдора после побегов из Азкабана стали вестись более напряжённо. Гарри рассказывал, что после того как самые ярые Пожиратели смерти оказались на свободе, его ученики стали более собранными и стараются выучить всё, что только можно. Ребята наконец-то поняли, что, помимо слизеринцев, у них будут и настоящие враги, но так и не осознали всей опасности. И Морган винила в этом Гермиону, внушающую и Гарри и другим однокурсникам, что, выучив побольше заклинаний, они смогут на равных противостоять Пожирателям смерти. Поттер в подробностях рассказывал, как он проводит занятия, чему собирается учить на каждом следующем уроке и о достижениях приятелей. Алекс, в принципе, было не очень-то интересно, но, понимая важность этого для Поттера, она не только внимательно его выслушивала, но и иногда давала дельные советы. Закончив общение с гриффиндорцами, Александра отправилась в противоположный лагерь – на уже ставший традиционным ужин с Волдемортом. Тёмный Лорд был яркой личностью, поэтому Алекс всегда было интересно беседовать с ним, она получала истинное наслаждение, слушая человека, который был действительно умнее её самой. Они могли часами обсуждать какой-нибудь древний ритуал шаманов Африки, анализируя необходимость использовать в нём сердце именно тринадцатилетней девственницы, а не, скажем, пятнадцатилетней, искать аналоги в других культурах и получать от этого удовольствие… – Александра, у меня сложилось впечатление, что в последнее время тебе перестало быть интересно то, чем я занимаюсь, – неожиданно произнес Волдеморт, прерывая свой рассказ о традициях африканских колдунов. – Ты уже давно ничего не спрашиваешь… – А смысл? – равнодушно откликнулась та. – Ты расскажешь только то, что посчитаешь нужным. К тому же, я не могу не понимать, что ты хоть и веришь мне, но по-прежнему сомневаешься, что можешь доверять, – Лорд хотел возразить, но Морган покачала головой, и он промолчал. – Я не обижаюсь, на твоём месте я бы тоже сомневалась, учитывая мои тесные дружеские связи с твоими потенциальными противниками. – Александра, я понимаю, тебе нелегко быть между двух огней, – сочувственно закивал Волдеморт, – но я приложу максимум усилий, чтобы выполнить обещанное. – О чём ты? – не поняла Морган. – О моём обещании не причинять вреда твоим близким, – пояснил Реддл с лёгкой улыбкой. – Кроме Поттера, все остальные могут пострадать только по собственной глупости. Я не знаю, с кем из однокурсников ты дружишь, но я не собираюсь вредить ученикам, так что тебе не стоит волноваться. – Хм… спасибо, Том. Правда, глупость – это именно то, чего у этих «остальных» в избытке! Несмотря на возражения, Алекс была очень рада услышать такое обещание из уст «Страшного и Ужасного» Тёмного Лорда. Она не то что бы забыла про это обязательство Волдеморта, скорее, посчитала, что его действие закончилось на финале Турнира Трёх Волшебников. Так что в Хогвартс Александра возвращалась в самом радужном настроении.