Mute

Гарри проснулся на следующее утро, чувствуя себя теплее и уютнее, чем он когда-либо помнил, особенно после шторма. Он не чувствовал голода, что было редкостью в это время года. Но даже не смотря на всё это, Гарри не был уверен, что предыдущая ночь была реальной, и он не хотел просыпаться, чтобы узнать это наверняка, ведь его, скорее всего, ждало бы лишь разочарование. Он понял, что действительно проснулся, из-за ритмичного постукивания, доносящегося откуда-то со стороны кухни. Наверняка это тётя Петуния с утра пораньше уже готовила завтрак для остальных. Даже на его день рождения он был вынужден лишь смотреть на всё разнообразие блюд на завтраке, не имея разрешения даже приблизиться к столу, не говоря уже о том, чтобы что-то попробовать. А ведь зачастую он их сам и готовил… Наконец, окончательно сбросив остатки сна, Гарри открыл глаза, обнаружив себя не в своём шкафу, как обычно, а в хижине, лежащим на диване и завёрнутым в широкое пальто, с Хагридом, развалившимся рядом на полу. Постукивание доносилось со стороны окна, где Гарри увидел сову, неустанно стучащую по стеклу, которое, как бы удивительно это ни было, не разбилось под гнётом нежданной гостьи. Он осторожно подошёл и открыл окно. Птица тут же впорхнула внутрь, уронив письмо, которое она до этого держала в ключе, на пол рядом с Хагридом, и вдруг, ни с того ни с сего, начала неистово атаковать пальто. Запаниковав, Гарри попытался заставить сову оставить вещь в покое, боясь наказания, которое непременно последует, если пальто будет уничтожено. Когда ничего не вышло, Гарри начал паниковать ещё сильнее: он, несомненно, был бы наказан, если бы позволил сове, которую он же и впустил, испортить вещь Хагрида, но, с другой стороны, он также понёс бы наказание за то, что разбудил человека. Гарри не знал, что делать, сова не позволяла ему прогнать её, и, если он разбудит Хагрида, у него будут неприятности, но, если он ничего не сделает, у него также будут неприятности. Гарри сделал единственное, что казалось ему логичным в данной ситуации: он сам распластался на пальто таким образом, чтобы полностью перекрыть озлобленной птице доступ к ткани. Сова злобно посмотрела на него, всем своим видом показывая всё своё недовольство и ошеломление его поступком. Гарри был рад, что она не стала клевать его, хоть она и не улетала, вместо этого предпочтя кружить над ним, как стервятник над обедом, громко ухая, чем, в конце концов, разбудили Хагрида. – Гарри? – спросил великан, всё ещё полусонный, но достаточно бодрый, чтобы смутиться, увидев, как маленький мальчик защищает собой его пальто от кружащей над ним птицы. Именно тогда он заметил письмо рядом с собой. – Сова хочет оплату за доставку. В одном из карманов есть деньги. Гарри подал Хагриду его вещь, позволяя отдать сове её галеон. Благодарно ухнув, птица сразу же вылетела в окно, злобно подрезал своими лапами затылок Гарри, когда пролетала мимо. Гарри отступил назад, когда Хагрид разжёг огонь в камине своим зонтиком и достал раздавленный пакет с сосисками и сковороду, чтобы их поджарить. Он знал, что находится в подвешенном состоянии, но ему не дали ничего сделать, и он не был уверен, чего Хагрид ожидает от него. – Сейчас ты должен поесть. Они вкусные, не волнуйся. А потом нам нужно будет съездить в Лондон, чтобы забрать твои вещи, – сказал Хагрид, протягивая Гарри тарелку с сосисками. Гарри был голоден. Не умирал от голода, как это было раньше, но всё же от еды, предложенной ему, отказываться не стал. Он ждал, пока Хагрид сам начнёт есть, не уверенный, что у него не отберут еду обратно. Только тогда, когда тарелка Хагрида была наполовину пустой, он заметил, что Гарри так и не прикоснулся к своей порции. Лишь после недолгих уговоров ему удалось убедить Гарри немного поесть.

***

Добраться до Лондона было нелегко. Гарри никогда не был там раньше, он даже почти не выходил из дома, а Хагрид не особо вписывался в окружающее пространство, пребывая полувеликаном. Гарри был сбит с толку тем, что им где-то нужно было купить волшебные принадлежности из списка, указанного в письме, но он и предположить не мог, где они смогут их найти. Конечно же, это была секретная информация для обычного человека. Он был потрясён тем, что, стоило ему переступить порог Дырявого котла, как его тут же окружила толпа незнакомых ему людей, узнавших в нём «знаменитость волшебного мира». Это заставило Гарри немного растеряться. Несмотря на всё, Гринготтс был потрясающим: судя по тому, что он видел, это было больше похоже на американские горки, чем на обычный банк. Он не особо хотел ходить по улицам с выпивающим Хагридом, но, боясь рассердить великана, Гарри лишь молча последовал в указанном им направлении. Гарри был безмерно рад, когда женщина в магазине с одеждой не спросила, чего он хотел, и вместо этого предположила, что он собирается в Хогвартс. Он был почти уверен, что она не знает язык жестов, и он пока что не был до конца уверен, как правильно пишется это слово. Гарри последовал за ней в подсобку, где уже был ещё один мальчик, на этот раз блондин. Он был действительно красив, как один из тех, кто в будущем вырастают настоящими звездами кино, которые так любила тётя Петуния. – Привет, Хогвартс? – спросил мальчик скучающим голосом. Гарри только кивнул, оставаясь неподвижным, пока женщина снимала с него мерки, не желая испытать на себе, насколько больно может уколоть простая булавка. – Я Драко, Драко Малфой. А ты? "Г-А-Р-Р-И-П-О-Т-Т-Е-Р," – произнёс Гарри по буквам, используя язык жестов. Было досадно, что, в отличие от устной речи, при использовании рук для общения приходилось указывать имена по буквам. Гарри был почти уверен, что другой мальчик понятия не имел, что он только что сказал, но ему нечем было писать, так что он не мог сделать ничего другого. – Ты что, оглох или что-то в этом роде? – спросил Драко, заставив Гарри покачать головой. Он повторил символ, который использовал с Хагридом, изобразив пальцами крест перед своим ртом. – Немой? – Гарри кивнул. – Ты какой-то тощий, – прокомментировала мадам Малкин. Хоть её голос и звучал оптимистично, она, на самом деле, была слегка обеспокоена: его худоба была вызвана не быстрым метаболизмом, а чем-то другим. – Хочешь, я дам тебе немного пергамента, чтобы вы двое могли познакомиться? – конечно, она слышала, что говорил Драко, ведь она всё это время находилась рядом с ними, поэтому это не удивительно. – Да, он возьмёт, – Драко ответил за Гарри, привыкший отдавать команды за других, но не то, чтобы Гарри жаловался на это. – Так как тебя зовут? "ГАРРИ ПОТТЕР" было беспорядочно написано на пергаменте, который Гарри протянул Драко. Тот ахнул, широко раскрыв глаза. Он выглядел так, словно увидел привидение: этот худой, крошечный мальчик перед ним, который едва ли выглядел достаточно взрослым, чтобы поступить в Хогвартс, был Гарри Поттером? – Т-ты Гарри Поттер? – нервно переспросил Драко, сглотнув. – Могу я увидеть твой шрам? Гарри кивнул и сдвинул чёлку, чтобы показать шрам в форме молнии у него на лбу. Драко ахнул и чуть отшатнулся: он знал, что Гарри получил шрам в ту ночь, когда Тёмный Лорд был побеждён, но он не ожидал увидеть бледные, слегка заметные морщины, которые, казалось, покрывали весь лоб Гарри, расходясь как раз от его метки. – Почему ты здесь один? Я думал, что тебя должен кто-то сопровождать из мира маглов, – сказал Драко, зная, что ему придётся быть терпеливым, ожидая ответ Гарри, что давалось ему с трудом. Он хотел знать всё о мальчике перед ним, чувствуя необъяснимую тягу защитить его от этого мира. "Я ЗДЕСЬ С ХАГРИДОМ(?) НО ОН ПОЧУВСТВОВАЛ СЕБЯ НЕХОРОШО ПОСЛЕ ПОСЕЩЕНИЯ ГРИНГОТТСА(?) ПОЭТОМУ ОН ОСТАВИЛ МЕНЯ ЗДЕСЬ ЧТОБЫ Я КУПИЛ СЕБЕ ШКОЛЬНУЮ ФОРМУ» – Гарри писал так быстро, как только мог, держа испещрённый пятнами пергамент так, чтобы Драко мог прочитать, надеясь, что его почерк остался более-менее разборчивым. – Итак, просто чтобы убедиться, что я всё правильно понял: хранитель ворот Хогвартса, тот, кто почти регулярно поджигает свою хижину – водил тебя по городу. И он оставил тебя одного, немого ребёнка, который ничего не знает о волшебном мире, потому что он не мог справиться с посещением Гринготтса? – спросил Драко, стараясь не слишком сердиться, чтобы Гарри не подумал, что гнев был направлен на него. Гарри робко кивнул, боясь, что сделал что-то не так. Он действительно ничего не знал о волшебном мире, и он действительно обладал лишь мимолетными знаниями о мире маглов. Он только недавно окончил шестой класс, выходя из дома только в школу и на огород, который ему приходилось регулярно пропалывать. – Как насчет того, чтобы прогуляться со мной? Рядом с мамой и папой всё будет в порядке, я уверен. Мама особенно любит новых знакомых, – предложил Драко, грациозно вставая со стула, на котором сидел после примерки. Гарри кивнул, спрыгнув со стула, правда, гораздо менее грациозно, поскольку Драко пришлось подхватить его, чтобы он не упал лицом вниз, и последовал за более высоким и уверенным блондином прочь из магазина.