Побег от пустоты.

Проснулся Изуку полностью разбитым. Пустота — смесь ненависти к себе и? И ненависти к себе? — выжигала сердце. Болело до безумия. Будто его тщательно пытаются выковырять ручкой, которая для такого не предназначена. Поэтому и больно. От лишних усилий. Ножом это закончилось бы гораздо быстрее. Черт возьми… это действительно произошло? Вчерашний день не плод его воображения? Способ проверить это был только один. Мидория, несмотря на сонное состояние переживающий ужасные эмоции, потянулся к телефону. Открыл инстаграм. В подписках вбил ключевые слова. Высветился аккаунт — fan_allmight777. Такой обычный профиль с улыбающимся символом мира на аватарке. Таких в интернете пруд пруди. Никто никогда не догадался бы о том, кто являлся его владельцем. Вчерашняя встреча, действительно, не была сном. И — о, черт! Как же стыдно! — Изуку впал в маниакальное состояние тогда. И сумел выпросить у Томуры соцсеть для общения. Пиздец. Изуку Мидория, официально, подружился со своим врагом. Вспоминать о том, что темноволосый вытворял вчера, абсолютно не хотелось. Но воспоминания об этом сами лезли в голову, выбивая из парня последние остатки уважения к себе. Взял и вылил все Томуре — когда, блин, Изуку начал так его называть?! Про Каччана. Про свою спутницу-пустоту. Благо, про причуду не рассказал. Этим в самом деле можно было гордиться — тогда Мидория ни грамму не соображал. Молодец, так держать, гений конспирации! Нашёл благодарного слушателя в лице главы Лиги Злодеев. Действительно благодарного — тот не насмехался. Не стал давить на его травмы. Посочувствовал — настолько, насколько умел. Это было очень мило с его стороны. Сладко. Неудивительно, что Изуку сорвало крышу. Тогда совершенно не хотелось, чтобы такой диалог стал их последним. Тогда он совершил самый отчаянный поступок в своей жизни и не был расщеплен. Теперь Мидория может писать ему. Воспользуется ли он этой привилегией — другой вопрос. Судя по тому, как он себя сейчас чувствует — вряд ли. Но, как бы это не было иррационально, от взгляда на чужой аккаунт в подписках, он чувствовал тепло в груди. Оно соперничало с пучиной самоненависти. И оно же было причиной её новой волны. *** Неудивительно, что такой ассоциальный Мидория согласился вылезти с Ураракой и Иидой на прогулку. Ему безумно хотелось забыться, отвлечься. Не хотелось чувствовать мысли, которые распирали его голову. Они были слишком противными, чтобы слушать их. Они не имели право на существование. Как и сам парень. С детства был ошибкой. Сплошной генетической ошибкой. Побитой ментально ошибкой. Урарака улыбалась ему безумно приветливо — воодушевленно! — так, что становилось почти стыдно. Вряд ли такой, как он, должен вызывать подобные эмоции. Изуку, ты будущий герой! Безусловно, ты должен вдохновлять! Заставлять улыбаться! Какой ты герой, если тебе хочется общаться со злодеем. Если тебе хочется спасти его. Хотя бы от самого себя. Герой и должен спасать! Это просто отмазка. Ты хочешь — хочешь! — сблизиться с ним. Ничтожество. Поэтому Мидория и пришёл на эту встречу. Спорить самим с собой было невыносимо — просто потому, что в этом случае компромисс невозможен. Урарака без конца рассказывала о чем-то. Иида слишком активно жестикулировал. Все они были неприлично счастливыми. И Мидория мимикрировал. Улыбался. Шутил. Чувствуя себя абсолютным ничтожеством. Фальшивым до костного мозга. Пятно сказал, что Изуку не фальшивка. Нет, злодей ошибся. Фастфуд был абсолютно безвкусным, на его скромный взгляд. — Как вы думаете, что нас ждёт в лагере? — прожевав свою порцию картошки, продолжила затихший на время трапезы диалог Урарака. Черт, только не напоминай! — Без понятия. Уверен лишь в том, что тренировки будут на высоте! Это же ЮА! — Иида, как всегда, слишком все идеализирует. От себя, стараясь следовать одному ему известным стандартам, до героев. Изуку, по-сути, был таким же. Но… что но? Хочешь сказать, что больше не возвышаешь героев? Лжец. Хочешь сказать, что после обычного разговора с Томурой не построил в своей голове алтарь, посвящённый ему? Лжец. Да, но он также, как и восхищается им, ненавидит его. Потому что… нельзя иначе. Злодей на то и злодей. Он обязан их ненавидеть просто по званию. А ещё Шигараки ушёл тогда. Не согласился остаться на подольше. И это было куда больнее. Куда хуже, чем то, что Томура был злодеем. И, плевать, плевать, плевать, что у него есть свои дела — Изуку ощущал себя преданным. Урарака улыбалась Ииде, — Так и знала, что ты это скажешь! Могу предугадывать твои ответы без смс и регистрации! — и эта шутка не была злой, не существовала, чтобы поддеть, и Тенья тоже улыбнулся, — И, в принципе, считаю также. Хочу добавить лишь то, что я воодушевлена! Хочу стать сильнее, — огонь в чужих глазах зажигал. И заставлял чувствовать себя неживым. Снова. — А что думаешь ты, Мидория? — ох, к нему обратились? Нехорошо. Изуку вполне удачно придерживался политики «слушать и молчать, пока это возможно» до этого момента. Делиться мыслями, совершенно мрачным, не хотелось. Но и держать их в себе — тоже. Изуку пожал плечами, стараясь звучать как можно более непринуждённо, — Если честно, я волнуюсь. Да, самое то. Вроде и сказал что-то, а что — сами додумывайте. Изуку, честно говоря, надеялся, что его начнут расспрашивать. Тогда он смог бы с чистой совестью вывалить все свои проблемы, не волнуюсь о том, что одноклассников это напрягает. И его надежды оправдались. Урарака была рада, что такой молчаливый парень сказал что-то о себе. Нет-нет, не то, что бы он был как Тодороки — Мидория всегда поддерживал разговоры и все такое. Но свои настоящие проблемы не показывал — а они, безусловно, были. Наверно, это его первая фраза о своих чувствах. Которые не являлись позитивными. Очако действительно хотела ему помочь. Хотя бы поддержкой. Ведь он всегда это делал для неё. Она не любила оставаться в долгу. — Боишься адских тренировок? Вроде бы, ты никогда не жаловался, — предположила девушка, неосознанно приложив палец к губе. Изуку и рад был бы списать все на них, но… что но? Устал он. Надо избавиться хотя бы от части переживаний, которые теплятся в его голове. Про Томуру он, конечно, сказать не может, а про что-то менее страшное — да, Летний Лагерь, оказывается, ещё не так плохо! — может. — На самом деле, как ты заметила, я никогда не боялся подобного, — он закусил губу, осматривая собеседников. Урарака выглядела участливо, Иида просто слушал. Видимо, ничего страшного не будет. Наверно, — А, что звучит вообще не подобающе для героя, социума я боюсь. И… — мнется. Мысли, обличенные в слова, выглядели уже менее внушимо. Как что-то не заслуживающее внимания. Черт, поэтому он никогда ничего не говорит! Не считая страха осуждения, конечно, — Я просто не хочу провести неделю без личного пространства. Он смотрит на столешницу. Старается не думать. Интересно, если бы он рассказал про эту проблему Томуре, посмеялся бы тот? Нет, скорее всего, нет. Он бы понял. Потому что Томура! Которого, скорее всего, тошнило от социума не сильно меньше. Опять Шигараки в его мыслях. Шигараки, которого в голове очень приятно называть Томурой. Почему Изуку чувствует себя настолько привязанным всего лишь после одного акта поддержки? Почему мысли вновь возвращаются к вчерашнему? — Ох, так ты интроверт! — воскликнула девушка, улыбаясь, — Это совершенно нормально! Я, честно говоря, так и думала. Изуку поднял взгляд. Интроверт? Ха… Нет, не совсем. Он просто до усрачки боится общества и осуждения от него. Он безумно боится подвести. Что уже сделал, когда заговорил со злодеем. Нет, не так — он сделал это ещё тогда, в Симуляторе Катастроф. Когда посмотрел в чужие глаза. Но общество об этом не знает, верно? Так что, и осуждать не может. Пусть, действительно, его проблемы уместятся в такое удобное слово. «Интроверт», да. Не общество его утомляет, а страх, поглощаящая с головой паника. — Да, ты права! — натянуто поднимает уголки губ вверх, — Я боюсь, что не переживу эту зиму. Лагерь, то есть, — девушка смеётся над шуткой, а Иида недоуменно поднимает брови. — Не хочу говорить, что все будет хорошо, но все правда будет! Если что, мы с Иидой выбьем тебе свободное пространство. Правда? — пихает в бок, после чего тот начинает энергично кивать, — Вот и решили! Очако складывает пальцы «домиком» и широко улыбается. Изуку думает, что не заслужил таких друзей. И тоже улыбается. Остаток прогулки прошёл с чуть меньшим камнем в душе. Наверно, просто сказать хотя бы малость того, что тебя беспокоит, действительно помогает? Нет, не так. В груди мелькает ощущение того, что этой поддержки было недостаточно. Совсем нет. Вообще нет то. Слишком мало. Но оно глушится разговорами, в которые парень вступил с удивительным для себя рвением.

***

Изуку впопыхах собирает свои вещи. Снова отложил все на самый последний момент! Но он не мог иначе. Каждый раз, когда парень думал о том, зачем он это делает, к горлу поступала паника. Хотелось сдержать её ещё немного. Но, вот, завтра — уже час ночи, так что сегодня — случится то, чего он, все еще, боялся. Ужасно. С такой мыслью он и засыпает. Следующая неделя будет тяжелой. Парень ещё не знает, что тяжёлыми будут всего пару дней. Интересно, нужно ли благодарить Шигараки за это?