Глава 14.
4 мая 2018 г., 12:15
Передо мной мой отец. Между нами глухая тишина, которая ужасно напрягает меня. Я молча сижу, уставившись на него. Он явно обеспокоен чем-то, если не считать его уставшего вида. Постоянно пытается сменить тему, но я видела, что он чувствует себя паршиво, когда слышит вопросы про свою жену и дочь. Но я хочу знать, почему он скрывал свою жену и что его связывает с Большим Папой, но он и намека не дает. Ничего. Одни вопросы и никакого ответа.
Я долго думала о том, чтобы рассказать ему о моих видениях и крайне странных снах. А еще больше хотелось рассказать, как мне и маме было безумно трудно без него. Как сильно скучала по нему и как я все это время жила. А стоит ли? Тем более меня словно что-то отталкивает и я не могу понять почему.
— Вам нужно уходить, — нарушив тишину, негромко произнес папа.
— Ты мне ничего не расскажешь? — я удивленно подняла одну бровь и он моментально ответил, отрицательно покачав головой, — Дело в Большом папе? Поэтому ты ушел от нас? Он угрожает тебе? Тебе незачем бояться, я ведь не одна. Со мной мои друзья.
— Я не его боюсь. А его силу, которая может отнять сотни жизни невинных людей.
— Да. Убирать лишних со своего пути он умеет, — утвердительно произнесла Мелани, не отводя взгляд от папы.
— И все же я хочу, чтобы ты все рассказал. Думаю, я заслуживаю объяснения.
— Я тебе расскажу всю правду ночью, когда тайна станет явным. Ровно в полночь занавеса между живыми и мертвыми откроется, и духи умерших вернутся на землю. Тогда его сила ничего не будет стоить. И все про все узнают.
— Что ты имеешь в виду?
Мои глаза как по рефлексу удивленно расширились, потому что, ей Богу, я была как минимум в шоке от услышанного. Я не имела никакого понятия, о чем он говорит. Это было похоже больше на безумство, чем на правду.
— Просто нужно подождать и за это время постараться не попадаться ему на глаза.
— Бред какой-то! — я растерялась.
— Он прав. Нам лучше уйти, — поддержал Амир идею отца.
Его слова меня не на шутку напугали, и теперь на протяжении нескольких дней постоянно думаю об этом. Встреча с ним прошла не совсем так, как я ожидала, хотя мысленно готовила себя ко всему. Но такого поворота событий я точно не ожидала. Я бы подольше осталась с ним и, возможно, смогла бы вытянуть из него ту самую тайну, которую он не хочет афишировать, но нам нужно было уходить.
Я встала с кровати и подошла к окну. Огромный город сиял и гудел, но я чувствовала себя лишней в этом городе. Этот город для тех, кому рады, к кому летят на крыльях, как это сделал мой отец. Он разбил все самые хорошие воспоминания о нем и моем детстве. Виноват ли он? Не знаю. Не могу же я винить его за то, что он бросил нас ради нашей же безопасности. В глубине души я четко понимаю, что все, что происходит сейчас в моей жизни — это знак. Я должна узнать правду, которая таится в глухих стенах большого особняка Большого папы. Другого выхода не дано.
От всех этих раздумий мне стало тошно, и я спустилась вниз в кухню. Давненько я не колдовала что-то вкусненькое. Да и некогда было. А ведь раньше я с удовольствием готовила разные блюда, десерты, а мама дегустировала. Сейчас и мама почти не готовит. Но ни от того, что у нее не хватает времени, просто некому есть… Решено! Сделаю маме сюрприз. Поесть свежей домашней еды ей и самой ведь давно хотелось. А тут она придёт и увидит приготовленный мною ей сюрприз и сразу же поднимется настроение. Но вот только из чего приготовить?
В холодильнике нашлось молоко и несколько пакетов с кровью. Яиц не было, и вариант омлета отпал сам собой. Я пошарила по шкафчикам — нашла немного спагетти и какие-то специи. В самом углу обнаружился пакетик из-под печенья и шоколадную пасту с лесными орехами. Ну, раз больше ничего нет, тогда будем делать завтрак из того, что есть.
Когда мамин завтрак был готов, я нажала кнопку кофеварки и в раздумье села за стол. В это же время со второго этажа спускается мама и усаживается за стол напротив меня. Ее уставшие глаза устремлены на меня.
— Дома почти ничего не осталось. Я приготовила тебе шоколадный бутерброд и кофе.
— Спасибо… Надо бы в маркет сходить, а то дома ничего нет, — с ноткой грусти сказала мама.
— Что-то случилось?
— Все хорошо, — Мама с тяжелой натяжкой буквально выдавила из себя что-то наподобие улыбки. Но по ней четко ясно, что что-то не так.
— Мам… может расскажешь? Станет легче. На работе проблемы?
— Нет, — покачала головой она, — На работе все хорошо.
— Тогда что происходит? У тебя лицо, будто тебе на обед подсунули тухлые яйца со шпинатом. И черные круги под глазами… Ты что, не спала?
— Просто вчера после работы… я возвращалась домой и…
— И… — протянула я, округлив глаза в ожидании.
— И мне показалось, что через дорогу я увидела Патрика.
— «Только этого не хватало!» — подумала я про себя.
Папа явно не смог удержаться и все же начал следить за ней. Он прекрасно понимает, что это опасно, и что его это действие может обернуться трагедией, но все равно пошел на это.
— Видимо, в последнее время слишком много думала о нем. Вот мое подсознание и начала играть со мной.
Мама потирает глаза тыльной стороной руки и вздыхает.
— Видимо… — прошептала я.
Я поднесла маме тарелку с завтраком и кофе. Она отпила глоток горячего кофе и немного откусила кусок бутерброда. Наблюдая за ее действиями, мне внезапно стало очень интересно, что бы сказала мама, если бы узнала о том, что ее муж жив, и что это все же ей не показалось? Наверное, она посмеялась и не приняла бы за правду. Или все же приняла?
— Мелани устраивает день рождение. Ты пойдешь?
— Естественно.
— Тогда, надень то черное платье, которое ты надевала на день рождения папы Эрики. Оно очень тебе подходит.
— Знаешь ли, его я надевала года три назад, когда у меня еще не было лишнего веса. Не думаю, что я в него влезу.
— Ну, тогда можешь надеть красное гипюровое. Тем более оно новое и ты его ни разу не надевала.
— Точно. Как раз, повод появился.
Внезапно вспомнив, что уже половина девятого, я поспешила на занятия. Через пару минут я уже бурно обсуждала с Мелани про ее планы на день ее рождения.
Занятия в школе и постоянные раздумья об отце и Эмме, меня просто утомили, из-за чего я чувствую себя как выжатый лимон. Мне постоянно хочется спать, ужасно кружится голова и целый день не покидает мысль о том, что будто вот-вот что-то случится. Очень странно. Что может произойти? Возможно, что это все из-за событий, которые я пережила за короткий строк.
Я вернулась домой и обессилено нырнула под мягкое одеяло, чтобы наконец перестать думать обо всем и освободить своё сознание от преследующих меня приключений.
Слышу крик. Сначала мне кажется, что он мне снится, но потом открываю глаза и понимаю, что это происходит наяву. Крик превращается в жалобный стон. Спросонья я никак не могу понять, чей он. В комнате довольно темно, хотя за окном уже начинает светать. Я встаю с мягкой кровати, открываю дверь и оказываюсь в коридоре. Крик доносится из рабочего кабинета. Медленно поворачиваю ручку двери и войдя вовнутрь, я понимаю, что я не в рабочем кабинете, а в совершенно другой незнакомой мне комнате: стены оклеены бордовыми и темно-зелеными обоями, в центре комнаты стоит большая кровать, покрытая зеленым атласным покрывалом с белоснежными кисточками, на окне воздушные темно-зеленые занавески, а на подоконнике цветы — целая коллекция фиалок. Возле кровати небольшая тумбочка, на которой стоят классический черный ночник и ваза с цветами. В одном углу спальни кресло, в другом большое овальное зеркало.
Снова слышу крик. Я оглядываюсь по сторонам и замечаю, что на полу лежит молодая женщина со взъерошенными волосами. Ее взгляд устремлен в потолок. Она тяжело дышит и не перестает издавать жалкий стон. Ее черты лица жутко напоминают мне Эмму. Присмотревшись, я убедилась в том, что это действительно она. Но Эмма не обращает на меня внимание, словно не слышит меня. Я подрываюсь с места и падаю на колени рядом с ней, чувствуя, что мое сердце от ее жалостного вида вот-вот выскочит из груди.
— Я больше не могу так жить… верните мне мою дочь… — говорит она, глотая воздух через каждое слово.
— Все хорошо, Эмма. Я здесь.
Я протянула руки, чтобы как можно сильнее прижаться к ее рукам и успокоить убитую горем женщину, но она внезапно исчезла. Я мысленно выждала эту внезапную тишину, слушая как моя кровь становится слишком горячей, словно лава, прилипая к вискам и с каждой секундой пронзая как мини-электрозаряд не только голову, но и сердце.
Я повернула голову и увидела маму, лежащую на полу. Она смотрела на меня со звериным страхом и протягивала ко мне руки. Я подползла к ней и схватилась за ее руки.
— Ты родилась не тогда, когда думаешь. Я не твоя мать, — прошептала она хриплым голосом.
Я не торопилась отвечать. Мой взгляд застыл и был устремлен не на мать, которая была уже почти без сознания, а на маленькую девочку, которая словно пожирала меня взглядом. Приглядевшись, меня словно ударило током. О, Боги! Да это же я в маленьком возрасте. Мне не больше шести лет. На мне нежно-розовое гипюровое платье по колено, волосы собраны в хвостик, а в руках у меня маленькая серая плюшевая мишка.
Открывается скрипучая дверь комнаты и входит папа. Я удивилась его виду — он выглядит молодым, как на старых семейных фотографиях. Он усаживается на корточки передо мной маленькой на колени.
— Тебе нужно бежать, мой цветочек, — прошептал он.
— Почему?
— Тут небезопасно… И прежде чем ты забудешь все, я хочу, чтобы ты знала, дорогая… Я делаю все это ради тебя. Мне очень жаль, что ты проживешь не свою жизнь, но я люблю тебя. Помни об этом…
Он нежно обнимает девочку, прижимая к своей груди. По моему телу пробежала легкая и приятная дрожь, словно он обнимает не ее, а меня. И я чувствую родной запах, тепло его рук, его дыхание…
***
— Пап, ты серьезно? — Сегодня я добрый. С днем рождения, доченька! Держи, — Джонатан протянул Мелани ключи от ее нового «Лексуса». — Спасибо, — Подруга кинулась в объятия любимого папы, — Спасибо, спасибо, спасибо… — Я очень надеюсь, что с ней все будет в порядке. — Пап, ты же знаешь, что я не первый год вожу. — Да. Год и три месяца, — смеется Джонатан. — Зара, сегодня вечером я буду праздновать день рождения, и ты обязана в этот день быть со мной. Никаких отказов сегодня не принимаю. — Хорошо, — неохотно согласилась я, не могу же я в этот день оставить подругу одну. — Ну, я думаю, что нам пора в салон, наводить красоту. — Может обойдемся без этого? — Я же сказала, никаких отказов… Ровно три часа Мелани выбирала мне подходящее вечернее платье и буквально столько же время ушло на прическу и макияж. Я смотрела на себя в зеркало и удивлялась тому, насколько макияж может изменить человека. И мое роскошное бежевое платье длиной чуть ниже колен смотрелось на мне не хуже, чем как у голливудских звезд на «MET Gala». С волосами решила не экспериментировать, а просто заколола наверх. — Ты просто великолепна! — Ты тоже, — улыбаюсь я подруге, которая выглядит вдвойне красивей. На ней шикарное платье с пышной юбкой длиной ниже колена, украшенное узорами и вышивкой, что выглядят потрясающе, делая образ именинницы женственным и элегантным. — Кстати, наши кавалеры будут ждать нас в ресторане. А мы поедем на моей новой машине. — Много людей будет? — Да нет. Только наш класс и несколько знакомых. По дороге в ресторан, как на зло, мы собрали все возможные пробки, но Мелани умело справилась с этим, и мы буквально за полчаса, доехали до ресторана. Зал выполнен в классическом европейском стиле, на каждом столике стоят огромные вазы с красными розами. Мелани обещала, что торжество пройдет довольно скромно, но выглядит это совсем не так. Гостей становилось явно больше, чем предполагалось. И знать бы еще кто они, чтобы как минимум не чувствовать себя неловко среди незнакомых лиц. — Мелани, душа моя! С днем рождения! К нам с подругой подходит красивая молодая девушка кавказской внешности с бокалом шампанского в руке. При ее нежной, но в то же время уверенной походке, ее длинные кудрявые волосы красиво извивались. — Наргиз! Спасибо, что пришла! — Как же я могла пропустить твой день рождения? — Она переводит свой взор на меня, — А кто эта девушка? — Это моя подруга — Зара. Зара, это Наргиз. Мы с ней вместе ходили на плавание. — Очень приятно. Девушка протянула мне руку, я мило улыбнулась моей новой знакомой и ответно пожала ей руку. Пока Мелани продолжала разговор со своей старой знакомой, в толпе людей я пыталась разглядеть Амира. Что-то ни его, ни Али на фронте совсем не видно, хотя изначально мы договаривались, что они будут поджидать нас у входа в ресторан. — Мам, ты не видела Амира? — спросила я, найдя одно знакомое лицо среди огромного скопления людей. — Нет, дорогая, — ответила она, сделав глоток из бокала шампанского, — Что с тобой? Почему ты без настроения? — Все нормально. Просто Амира что-то давно не видно. — Не волнуйся, детка. В это время сплошные пробки, наверняка… А вот и он. — Не меня ли ищешь? — послышался голос со спины. Я повернулась и увидев того, кого искала с того самого момента, как пришла, честно признаться, стало легче, словно гора с плеч упала. Амир как и всегда выглядел безупречно в своем темно-синем костюме и в черной рубашке. От него пахло вкусным одеколоном, и от него нельзя было отвести глаза, настолько красивым он был. — Где ты был так долго? — поинтересовалась я, вопросительно подняв одну бровь. — Увы, пробки, — заявил брюнет, — Ты выглядишь просто великолепно. Не могу оторвать от тебя глаза. — Спасибо. Мне настолько стало приятно слышать это от него, что в этот момент, меня словно окатило жаром. — Потанцуем? Я кивнула, он нежно взял меня за запястье и потянул в центр зала к танцующим. Ритмичная музыка вмиг стихла и по залу полилась красивая медленная мелодия. Амир рывком притянул меня к себе, я закинула руки парню на плечи, а он крепко прижал меня к себе. — Мелани говорила, что будут лишь одноклассники и несколько старых друзей, хотя пришли более тридцати человек. Я половину гостей даже не знаю… Откуда у нее столько знакомых? — Это же Мелани… — расхохотался Амир, смотря мне прямо в глаза. — Зато она счастлива. — Я счастлив не меньше, чем она. Амир улыбается своей изумительной улыбкой, убирая мои темные волосы с лица. Его глаза захватили меня с свой плен. Я пристально смотрю ему в глаза и понимаю, что с каждым днем влюбляюсь в них все больше и больше. — Ты веришь в любовь с первого взгляда? — Вдруг ни с того ни с сего спросил Амир. — Нет, — ответила я. — Что значит «нет»? Я уверен, что ты влюбилась в меня в нашу первую встречу, — самодовольно ответил он. — Вовсе нет! Ты учил меня национальному танцу, если припоминаешь такое. Именно тогда я поняла, что ты мне нравишься. — А я верю в любовь с первого взгляда. Я полюбил тебя в ту самую секунду, когда взглянул в твои испуганные глаза… — Что? Что сделал? — с глупой улыбкой спросила я, не веря своим ушам. — Я… Боже, сказать это тебе в глаза куда сложнее реплики в запале спора… — прищурившись сказал он и спустя секунду продолжил, — Я полюбил… «Полюбил» — Мы оба понимаем, что это значит, и какую роль это слово играет в нашей жизни. В нашей непростой и тонкой как нить жизни. Я кладу голову ему на плечо и невольно чувствую, как его губы растягиваются, и как появляются легкие морщинки в уголках его глаз.***
В комнате стоит до жути раздражающая глухая тишина, которая с каждой секундой возрождает во мне некий приступ паники. Думаю это из-за того, что отец мне сказал — про каких-то мертвых, духов, некую силу… Подобное, словно, я уже чувствовала, когда узнала кто такой на самом деле Амир. Еще и этот сон, который я увидела… он перевернул все мое сознание. Что бы это могло значить? Что значит «проживу не свою жизнь?» Не успела я найти ответ на свой вопрос, как во входной двери завозились ключи. В голову сразу же ударила мысль о том, что мама быстро решила свои дела и вернулась, но мои догадки распались, когда на пороге увидела вовсе не маму, а Амира. На нем были спортивные брюки и черная футболка, выгодно облегающая крепкую грудь. — Я испугал тебя? — он мягко улыбнулся. — Нет, — коротко отвечаю я и подхожу к нему, — Что ты искал в лаборатории Дели? — Я вернул все флаконы, которые взял оттуда. — Ясно, — протяжно ответила я и села на диван. Через мгновение ко мне подсаживается Амир. Я кинула на него взгляд и снова повернулась. — О чем думаешь? — О том, что сказал отец. И мне немного страшно. Все так сложно. Мне кажется, что я опять запуталась. И что самое страшное — мама ничего не знает, и я не имею понятия, как мне дальше действовать. Внезапно я почувствовала, как в горле твердеет комок. Об одной только мысли об этом, мне становится не по себе. — Как сказать ей, что ее муж жив и работает на Большого папу? Что у него была другая жизнь, семья о которой мы не знали… Я не хочу в это впутывать маму, это очень опасно. — Но рано или поздно, она узнает обо всем, — мрачно пояснил Амир. Он хмурится — две глубокие морщинки пролегают между черными бровями. — Но не сейчас. Пока ничего об этом не знает, она в безопасности, — обреченно выдохнула я. — Я тоже пытался это скрыть от тебя ради твоей же безопасности. Теперь ты меня понимаешь? — напрягся он. Я поморщилась от его слов. Но что мне сказать, если он действительно прав? Звонок в дверь. Это пришли Мелани и Али. Я открыла им дверь и впустила их в дом. К аромату сладкой донорской крови из больницы, примешались сладкие духи красавицы-подруги Мелани. Она сидела рядом с Али на диване и показывала экран своего телефона, где мелькали ее свежие фотографии, сделанные только утром. — Мне тоже кажется, что Зара права. Нужно снова встретиться с Эммой и напрямую спросить, что случилось с ней и ее дочерью, — выносит свой вердикт Али. — Нельзя, — уверенно говорит Амир и сверлит брата своим фирменным недовольным взглядом, — Я уверен, что после последнего визита Зары, их охрана удвоилась в три раза. До нее добраться будет трудно и опасно. — Есть еще один вариант, — сказал Али и все мы устремили взгляды на нем, — Правда зацепок мало, — резюмировал он, — Но здесь только один путь решения — нужно ловить на живца. — Что ты имеешь в виду? — напрягся Амир. — Дочь Дерека. Если он узнает, что она в наших руках, выложит все карты и, даже глазом не моргнув, предаст своего Большого Папашу. — Нет, я не согласен, — отрезал Амир, — там что-нибудь случится, мы упустим девчонку, и только предоставим лишний повод этим козлам на блюдце отомстить нам. — Ты хоть с чем-нибудь согласишься или нет? — разозлилась Мелани. — Если это не будет стоить жизни Зары и ее матери, то да, может и соглашусь. Но этот план не подходит. — В этот раз я с тобой согласна, — соглашаюсь я с Амиром и сразу же улавливаю на себе удивленный и разъяренный взгляд подруги, — Только, боюсь я не за себя, а за эту девочку. Она ни в чем не виновата и рисковать ее жизнью не стоит. — Ну Зара, я просто поражаюсь твоей доброте, подруга, — усмехнулась Мелани, — она вырастет такой же как свой отец! — Она — ребенок, Мелани! Это может нанести ей большую травму. Я еще не настолько озверела, чтобы отравить жизнь маленькой девочки ради выгоды. — Отлично! Мы, значит, звери?! Так? — Дамы, дамы! Успокойтесь, — крикнул Али подняв руки над головой, тем самым объявляя тайм-аут. — Прости, — тяжко вздыхаю я, — Должен же быть другой выход… — Тогда возвращаемся к плану «А». Мы устроим тебе встречу с Эммой, — сказал Амир, сжимая влажными пальцами полированный край хлипкого стола. — Ее наверняка увезли в другое место, — сказал Али. — Я попрошу найти Делю ее местонахождение. — Кто такая Деля? — поинтересовался младший брат. — Мой давний друг. Лучший стрелок, хороший стратег и хакер. Раньше она работала на одного крупного Австрийского бизнесмена, имя которого называть отказывается по сей день. — Может этот бизнесмен и есть тот самый Большой Папа? — спросил Али. — Исключено, — раздраженно ответил Амир. — Ты ее так хорошо знаешь? — спросила я. — Знаю. И она никаким боком не относится к нему! Давайте закроем эту тему. Деля хорошо знает химию, она с отличием окончила университет, соответственно может собрать любую бомбу или изобрести взрывное устройство. — И давно вы знакомы? — спросил Али. — Сто девятнадцать лет. Али неплохо разбирается в технике — может взломать любой сайт, почтовый ящик, получить доступ от видеокамер. Каждый из них умен в чем-то, что может пригодится нам. Но я, среди них чувствую себя бесполезной. У меня нет никакого дара или таланта. Я не хакер и даже не умею драться, чтобы постоять за себя, но у меня нет выбора. Не время думать о своих способностях, ведь мне предстояло принять непростое решение: повернуть назад, страшась неудачи или пойти вперед, вероятно приняв смерть. Но я уже однажды пережила ее и победила. — И что мы будем делать? Колесить по городу и убивать этих тварей? Вы самоубийцы! — крикнула Мелани. — Почему колесить? — удивился Амир, — Я же сказал, что Деля найдет точное местоположение Эммы. — Не факт, — фыркнула подруга. — А что ты предлагаешь?! Зарыться в каком-нибудь подвале и просидеть там до скончания наших дней?! — возмущался Амир, размахивая руками. Их прервал удар по столу. — Нам нужно действовать, чтобы выжить, а выжить можно только одним путем, — Али показал на карту города, и все стали внимательно следить за его действиями, в том числе и я. Внезапно, наверху в комнате, во всю громкость запищал мой мобильный, тем самым немного испугав меня. Я мигом поднялась и взяла в руки телефон, который я бросила куда-то в край комнаты. На экране высвечивается «Эрика». Контакт уже определился, поэтому я с довольной улыбкой приложила мобильный к уху, удерживая его правым плечом. — Привет, Зара! — послышался радостный голос подруги, — Как ты, подруга? Как живется в новой стране? — Хорошо, — соврала я, хотя сейчас мне было паршиво, — А у тебя дела как? Как Глория и Джордж? — У нас все хорошо. Вчера Джордж умудрился сломать ногу, теперь он в больнице и с гипсом. Завтра как раз поеду к нему. — Что? Как он чувствует себя сейчас? — взволновано спросила я. — Как орешек, — смеется подруга, — Он стал очередной жертвой фанатов. — Фанатов? — Да. Альбом выпущен, концерты в самом разгаре. Голливуд просто восторге от нас. Естественно, у нас есть фанаты… Жаль, что ты уехала. Мы бы вместе покоряли Голливуд. — Так сложились обстоятельства. Ты же знаешь… — разочарованно произнесла я. — Погоди… Что-то не так с твоим голосом. Колись, что случилось? — Ничего. Я просто соскучилась по всем вам, — пытаюсь оправдаться я, но выходит крайне неуклюже. Была бы здесь Эрика, она в миг раскусила бы меня. Ее обмануть почти невозможно. — Мы тоже скучаем. Вы не собираетесь вернуться в Сан-Франциско? В дверном проеме комнаты появился Амир. Он стоит, облокотившись об стенку и хмурится. — Нет, — отвечаю я и ловлю на себе взгляд брюнета. Он складывает руки на груди, внимательно рассматривая меня и, кажется, подслушивает мой разговор. — Ну, а на летние каникулы? — Вряд ли. — Зара, я сейчас вынуждена идти. Завтра Джорджа выпишут. Мы с Глорией навестим его и тебе позвоним. — Хорошо. Пока. Я отложила телефон на рядом стоящую тумбочку, затем делаю шаг назад, чувствуя ногами край кровати и сажусь на матрас. Парень так и остался у двери, наблюдая за мной. — Не смотри так, — пробубнила я на приподнятую бровь брюнета. — Почему после каждого разговора с ней ты грустная? На тебе прямо лица нет. — Сама не знаю. Я, вроде, должна быть счастлива за них, но… Похоже, что я завидую им. — Думаю, это все из-за всех обстоятельств, которые тебе удалось пережить. Весь этот антураж кого угодно приведет к депрессии. Знала бы она в какую переделку ты попала, так бы не хвасталась. — Ты считаешь, что Эрика хвастается? — улыбнулась я, скользнув взглядом по лицу брюнета. Его вердикт меня ошарашил, ведь Эрику я знаю давно, она всегда презирала таких людей и хвастовство уж точно не по ее части. — Судя по ее тону — да, — Лицо Амира озарила улыбка. Он вошел в комнату и присел рядом. — Она никогда не была такой, — уклончиво ответила я. — Возможно, раньше не была. Сейчас она переступила порог шоу-бизнеса и изменилась. Ты знаешь хоть одну знаменитость, которая не болела «звездной болезнью»? Правильно — нет. Рано или поздно, они все заражаются этой гадостью и отдаляются даже от самых близких. Мое тело била мелкая дрожь. Я как в бреду смотрела на брюнета и понимала, что он вполне может оказаться прав. Да, возможно, я немного завидую их успеху, их силе воли, свободе. Хотя, раньше никогда такого не чувствовала. И это меня пугает. Это такое острое ощущение, будто в меня запустили теннисной ракеткой.
