About wandering the Earth

      «База, это Оптимус Прайм. Мне требуется земной мост.»       Могучий глас лидера автоботов, подобное гласу божества, пронзил помещения базы, заставив содрогаться воздух и стены. И время остановилось. И шум, полонивший пространство, смолк, давая голосу говорящего обратиться к слушателям. Автоботы, десептиконы, люди с плохо скрываемым восторгом и удивлением подняли головы к главному экрану. Спустя пару мгновений на сине-зеленом поле загорелся аватар Оптимуса Прайма. И просьба повторилась.       «База, меня слышно? Запрашиваю земной мост в указанные координаты.»       Под аккомпанемент чужих перешептываний: «Это Прайм?», «Это в самом деле он?», «Он жив?!» Мегатрон усталой, немного раскачивающейся походкой взобрался на платформу. Он махнул манипулятором в сторону Саундвейва, разрешая тому активировать земной мост. Требовалась ли Оптимусу помощь? Насколько его корпус собран? Следовало бы освободить пациента от бесчисленных проводов, катетеров, инффузоматов, протянуть манипулятор помощи и привести домой, но… лорд обещал туда не возвращаться. Если Оптимус и в правду хочет вернуться к ним, ему следует сделать это самому.       «О Праймус, этого не может быть!» - вскрикнул Старскрим. Неясно, обрадовала его сей новость или разочаровала.       «Ему нужна помощь.» - самоотверженно подал голос Рэтчет и побежал в сторону активированного моста. Следом за ним бросился Ультра Магнус. Вождь, в противовес чужим волнениям, медленно и спокойно спустился вниз. Искра за тонким слоем стекла дребезжала в такт шагам. Неясно, что легче – восстановить ровный гул дыхания или не дышать вовсе. Под шагами скрипели ступени.       Стоило Рэтчету подбежать к «порогу», как из недр нежно-голубой воронки показался корпус избранника Праймуса.       Все такой же величественный, красивый, гордый воин в красно-сером обмундировании. Грязные волосы всеми усилиями были зализаны назад, и все равно непослушно выбивались мелкими прядями. Щитки по бокам потеряли блеск и гладкость, никто и не думал их отполировать. Руки покрыты рубцами, синяками и шрамами. При виде старого друга и Рэтчет, и Ультра Магнус сделали шаг назад. Не призрак ли это? Не коллективная иллюзия, вызванная страхом и отчаянием? Не шутка виртуальной реальности?       Прайм остановился. На его лице играла усталая улыбка. Он обвел взглядом обе команды.       - Я рад вас всех видеть.       Он всего на секунду задержался на Мегатроне, силясь разглядеть в алых глазах прежнее волнение и восторг, но встретился с привычным холодным презрением.       - Оптимус!       Радостный возглас пронзил утомленную Искру избранника. Если бы не состояние организма и не ломота в каждом суставе, он бы с превеликим удовольствием вцепился в каждого из автоботов, прижимая Искры товарищей к своей. Рыжик оттаял, сделал резкий выпад вперед и сжал старого друга в страстных объятьях. Лицо прижалось к грудной клетке. Сильные руки стиснули так, что затрещали ребра. Но Оптимус был и не против.       «Он жив!»        «Это же чудо.»       «Хвала великим Искрам! Он цел и невредим!»       Автоботы обнимали своего любимого лидера, били его по плечу и спине. Раф не выдержал эмоциональных порывов и расплакался, прижимая детское пухлое личико к пиджаку автобота. Ультра Магнус готов был сделать то же самое, но ему хватило силы воли подавить распирающие чувства. Он по-товарищески пожал командиру руку и, улыбаясь, пророкотал: «Рад, что вы вернулись, сэр.» Балкхед, в противовес формальностям, обвил своего лидера и расхохотался. Смоукскрин втиснулся "без очереди" и удостоился легкого потрепывания по белокурым волосам.       Десептиконы не лезли в слащавую автоботскую идиллию, но не могли не проникнуться по-человечески милым, семейным приемом. И, равно как добрые носители красной инсигнии, были рады возвращению Оптимуса в стан команды. Они украдкой посматривали на Мегатрона, считывая движения и ища в действиях намеки, но их владыка оставался глух и нем к празднеству.       Оптимус выглядел самым счастливым кибертронцем на свете.       - Я разделяю ваш восторг и ликования, однако - нежно-голубые окуляры поднялись вверх, к стоящим в сторонке десептиконам. - попрошу воздержать аплодисменты для моего… спасителя.       Его «спаситель» выглядел так, будто все еще очень хочет застрелить каждого в этой комнате, а затем и себя. Сдержанный и невозмутимый, как скала. Хмурое выражение застыло на потрепанном лице. Губы сжались в тонкую, испещренную шрамами линию. Его не поколебал ни новый статус, ни открытые теплые чувства партнера. «Ну жив и жив, чего бухтеть то?!» Автоботы расступились, чтобы их лидер смог подойти поближе к владыке фиолетовой инсигнии.       - Спасибо.       Оптимус сдержанно подал партнеру ладонь. Рукопожатие? О, глупый сын Праймуса, разве так следует возвращаться с того света?! Лорд опустил презрительный взгляд на сухую, жилистую ладонь оппонента, грубо ударил по ней манипулятором и сделал шаг вперед. Прайм задохнулся в крепких объятьях. Ноги подкосились. Лицо вжалось в широкие плечи. У лорда всея десептиконов удивительно холодные манипуляторы, но они могли разжечь настоящие пожары. Мегатрон старался не смотреть на окружающих. Но если бы поднял взгляд, не увидел бы ни осуждения, ни удивления, ни злости. Ничего, кроме спокойствия и волнения. Да, это странно. Да, не все согласны, что это правильно. Но какая теперь разница?!       Их горячо любимый Оптимус вернулся в строй. Он жив. У планеты есть все шансы на восстановление!       - Так. – Смоукскрин, не тронутый моментом, оглядел собравшихся. – Война закончена?       Автоботы и десептиконы в ответ повернулись к белому воину. «Что за глупость несет этот парень?» - вот что звучало на их недоумевающих лицах. Ультра Магнус нахмурился. Рэтчет прикусил губу. В самом деле, можно ли считать, что политический конфликт сошел на нет?       - Да. – четко проговорил Мегатрон. Он, наконец, смог отпустить Оптимуса, и отстраниться на безопасное расстояние. «Безопасное» - это пара миллиметров от фигуры главнокомандующего. – Война закончена.       - Господин? – Старскрим, едва слова слетели с рассеченных губ, тут же вздернул брови и отпрянул. – О чем идет речь?! И автоботы, и десептиконы были у ваших ног, так есть ли смысл менять что-то в худшую сторону? Придется принимать очень много двойственных политических решений, искать компромиссы. Это, как по мне, лишнее.       - Заткнись. – привычно грубо ответил предводитель. Он подал сигнал Прайму и сделал шаг по направлению к платформам. – Идем.       Лестницы устремлялись вверх, крутые и скрипучие. Прайм все еще медленно передвигался и неглубоко дышал. Его тело, поломанное парой тонн камней и реанимационным уходом, ощущалось слабым и подавленным. Оптимус не мог сказать наверняка, но видел, что корпус его «товарища» выглядел не менее измотанным. На него тоже недавно рухнула скала? Весь мир? Вес ответственности? Проблемы с правительством? Проблемы с командой? Сколько сил было вложено в то, чтобы никого не убить и не драться с сокомандниками? Сколько энергии и времени ушло на отчеты и переговоры с генералами Соединенных Штатов? Он должен быть более участливым и эмпатичным, но одни только эти сцены, нарисованные воображением, вызывали смех. Вот так, покрываешься ржавчиной и пылью, учишься держать меч и ствол, и рассыпаешься под гнетом бумажной волокиты.       Они оба поднялись наверх и поравнялись плечами. Саундвейв в полной боевой готовки поднял щиток в сторону предводителей.       Для громких слов требовался размах! Хорошо было бы сперва вернуться в реальный мир, в кибернетические корпуса и уничтожить остатки механоидов. Уничтожить порт. Подняться всем вместе на Немезиду и вернуться на Кибертрон. И уже там, на руинах почившей цивилизации, громко, во всеуслышанье произнести: «Война закончена!», так чтобы космос встрепенулся, а слова разнеслись по десяткам галактик. Хорошо бы. Лорд обязательно повторит их позже, перед собравшимися солдатами.       На импровизированном лице разведчика загорелась иконка записи.       - Война окончена. – блеклая темень и вырывающиеся из приборов отблески света, изобличали суровость на чужом лице. – Не спорю. Глубокие раны, что нанесли друг другу автоботы и десептиконы, будут ржаветь и заживать не одно тысячелетие. Но это не отменяет того факта, что вражда между фракциями больше не имеет смысла. Тирания и тоталитарный режим, а вместе с тем жажда мести, ненависть и самосуд приведут к тому, что от ушедшей цивилизации не останется ничего, кроме памяти. Память, которую некому хранить.       Речь Мегатрона, пусть и шла к самому оптимистичному завершению, все еще разила жестокостью и мраком. Казалось, что вот-вот тирада закончится словами: «А теперь мы все дружно стреляем друг в друга, чтобы никому не было обидно.» Оптимус дождался паузы, чтобы взять слово.       - У нас остались незавершенные проблемы. Невысказанные обиды. Непринятые решения. В нас все еще теплится огонь вражды. И теперь самая тяжелая задача и для автоботов, и для десептиконов – стереть инсигнии, сложить оружие и выслушать друг друга. Мы сделаем все возможное, чтобы вернуться домой.       - Домой? – легкий азарт загорелся в алых глазах. - Сложно назвать холодный кусок металла, блуждающий во тьме галактики, домом. И, конечно, ты хочешь сказать, что мы сделаем все возможное, чтобы вернуть нашему миру былое величие. – Оптимус кивнул. – Готов ли ты снять с себя бремя генерала и взять бремя правителя?       «Мы не правители. Ты – опьяненный насилием и властью безумец. Я – оплот надежды для жителей планеты. Если мы станем правителями, ничего хорошего из этого не выйдет. Но, конечно, сейчас мы должны согласиться с предложением. Какая изощренная ловушка.» - у обоих генералов одинаковые мысли на сей счет. Абсолютно одинаковое представление о том, кем они являются и что могут дать Кибертрону. Но… если не они, то уже никто.       - Позволишь ли ты оставить бремя генерала до тех пор, пока мы не решим главную нашу проблему? – увильнул Оптимус. От подобного поворота владыка готов был рассмеяться. Тонко, очень тонко, последний из Праймов. Автобот протянул руку своему некогда заклятому врагу. – Более я рад звать тебя другом, нежели противником.       - Соправитель звучит более уместно.       Он ответил на рукопожатие. Вряд ли кто-то услышал бы шепотливое дополнение: «Бондмейт звучит более уместно.» Кто-то, кто не стоял в паре сантиметров от лица тирана и не прислушивался к каждому его слову, как к чарующему пророчеству. Прайм коротко кивнул и улыбнулся. Ни удивления, ни восторга не кольнуло его Искру. Все идет так, как нужно. Они должны стать правителями, хотя бы на первых этапах возрождения цивилизации. Они теперь соправители. Они теперь бондмейты. Ничего, что выбивалось бы из предсказуемого, но оттого не менее пленительного будущего.       - Согласен. Звучит хорошо.       Запись прекратилась. Оправившись от легкого шока, Смоукскрин первый попытался разрядить обстановку.       - Да здравствуют Трансформеры!       - Да здравствует мир! – подхватил настрой Нокаут.       - Да здравствуют наши правители! – смиренно добавил Старскрим.       Шум торжества разошелся по стенам базы.       

***

      С тех пор, как кухня стала новым «конференц-залом», ее быстро проапгрейдили. Добавили побольше стульев, принесли прожектор, закидали домашним декором и саморучно сделанными украшениями из развалин изобретений Шоквейва и мандариновой кожуры. Наладили вентиляцию. Автоботы и десептиконы собрались в комнате. Оптимус неспешно добрался до полупустого холодильника. «Вам помочь, сэр?» и «Мы недавно заказали пиццу», и «Да вы садитесь-садитесь, я поставлю чайник. Вы хотите сэндвич? Арахисовую пасту? Греческий салат? Да, его уже лучше выбросить» заставили лидера сдаться и вернуться за стол.       Несколько дней (недель?) к ряду его кормили энтеральным питанием прямо в вену и поили физрастворами. Губы пересохли. Образовавшаяся корочка отлипала и кровоточила. Нокаут, добравшийся до шкафчика, достал себе шоколадные хлопья «Kellogg's Coco Pops», миску и без всякого предупреждения бросил в сторону господина бутылку воды. Тот отточенным движением схватил ее у себя над головой.       - Дадим жизнь вчерашней пицце! – прикрикнул Балкхед, опуская на стол пару разогретых коробок. – Да, сырный край уже подсох, но так даже вкуснее.       Прайму налили травяной чай. Принесли тарелку. Над головой со всех сторон раздавался смех и клич: «Посмотри, как ты исхудал!», «Возьми еще кусок!» и «Оптимус любит четыре сыра. Еще осталась?». Оптимус переживал только о том, что ни в холодильнике, ни на столе, ни на тумбе не было ничего, что мог бы съесть его очень и очень привередливый коллега. Не было ничего, что не имело бы вкуса.       - Ты голоден? – тихо поинтересовался он.       - Нет. – соврал лорд. Человеческий организм слабый и уязвимый. Он бы с животным удовольствием вцепился и в кусок пиццы, и в картон коробки, и кому-нибудь в шею, но гордость и непринятие не давали ему и посмотреть в сторону ужина. Вода в большом объеме заполоняла желудок. – Ешь.       Прайм движением руки попросил Джека подойти поближе, дал ему указание и вернулся к трапезе.       - Мегатрон говорил, ты видел Праймуса. – начал Рэтчет.       - Вы оба видели. – добавил Ультра Магнус.       - Как ты смог уйти? Или ты не добрался до Всеискры? – спросил кто-то со стороны.       - Или Всеискра тебя отпустила?       - Ты видел кого-нибудь из наших? И вообще… там, во Всеискре все похожи на Искры? Или на призраков?       - Спасибо, что ты вернулся.       Еще долгое время разговор кружился вокруг узконаправленной темы. Прайм старался отвечать честно. Он не попал во Всеискру. Но он видел Праймуса. Говорил с Праймусом. «К сожалению, там больше никого и не было. Только Бог и Мегатрон.» К столу подозвали Шоквейва.       Дети пировали. Не могли поделить соус и остатки яблочного сока. Старскрим и Нокаут, активно жестикулируя, обсуждали мало кому интересные темы. Ужин растянулся на пятнадцать-двадцать минут. А потом и на полчаса. Джек принес Прайму сверток в крафтовой бумаге.       - Что-нибудь произошло из ряда вон выходящее, пока я был в коме? – спокойно поинтересовался избранник Праймуса, перекладывая содержимое свертка на тарелку и передавая ее Мегатрону. Кусок белого мяса. Ни капли соли, перца или масла. Ничего, кроме мясного привкуса. Лорд не стал отказываться от предложения.       - Автоботы демократичным путем избрали меня своим лидером. – вилка впилась в бледный кусок мяса. Оно исчезло в «акульей» пасти. – Нокаут починил голосовой модуль Бамблби.       - Что? – окуляры Прайма загорелись. – Бамблби?       - Да? – пропищал молодой автобот, потерявший нить разговора за спорами с Нокаутом и Старскримом.       - Твой голосовой модуль…       - Спрятан. – дополнил лорд. – Боятся, что я снова его вырву.       - В этом есть смысл. – хохотнул Старскрим. Бамблби закатил глаза и вернулся к ссоре с алым гонщиком.       Едва тема разговора добралась до всей «истины», сказанной Шоквейвом, как на пороге кухонки появился великий ученый собственной персоной. Высокая, гордая фигура в черной, подпаленной кислотами водолазке. Красный окуляр встретился с Оптимусом взглядом. Он кивнул собственным мыслям и пересек границы кухни.       - Выкладывай, Шоквейв. – лениво, в приказном тоне буркнул лорд. Организм благодарственно урчал. Сколько он не ел? Несколько дней? Неделю? Две? С тех пор, как лидер автоботов пропал с поля зрения, вместе с ним пропало и «стандартное» человеческое топливо, пригодное для кибертронцев. А готовить он не умел. Пил воду. Питался злостью и страхом.       - Они все видят. – угрожающе начал Шоквейв. Отодвинул стул и подсел к команде. Оптимус с открытым вопросом на лице поворачивался то к своему партнеру, то к алоглазому гению. – Количество процессоров внутри «порта» - неизвестно. Количество ушедших в «лобби» солдат – неизвестно. Известно только то, что теперь мы являемся центром их изучения.       - Кого?       - Механоидов. По ту сторону от «порта».       - Значит… - грубо было говорить об этом вслух. – Ты говорил правду?       - В кои то веки. – нисколько не обиделся лорд. Это звучало даже забавно. За такие черты как «искренность» и «честность», раскрывающиеся в мелочах, ему уже давно пора выдавать по медальке. Воспользовавшись присутствием ученого, Мегатрон еще раз, подробно и собранно, передал соправителю пул информации. О том, как они все попали в «порт». Как его активировали механоиды. Как они потом потихоньку начали отлетать один за другим, освобождая базу под новые информационные ресурсы. Как «порт» решил выбрать его в качестве своей новой базы данных. Как удачно «порт» схватился за Матрицу лидерства…       - Прости, но… что?       - «Психо-кортикальный порт» решил, что твоя божественная Матрица лидерства – еще один замечательный ресурс для его работы. И начал постепенно выкачивать из нее данные.       Оптимус хотел задать глупый вопрос: «Разве ты не уничтожил Матрицу?», но вовремя смолчал. Все, что они здесь делали и чем занимались, никак не отображалось на их кибернизированных оболочках.       - У нас есть чертежи: Омега Замка, Мраморной Столицы, Кузницы Солус Прайм, зарядной станции молота Солус Прайм, метод клонирования биомеханизмов. Это только малая часть того, что мы можем получить от древних.       - До тех пор, пока нас не разберут на винтики механоиды. – дополнил лорд.       - Единственный выход – смерть всех тех, кто находится в «психо-кортикальном порте». – в разговор встрял Рэтчет. Когда речь зашла о глобальной проблеме, автоботы и десептиконы коллективно присоединились к разговору. – Но с этим тоже могут быть проблемы.       - Если мы находимся в плену механоидов и предпримем попытки выбраться, они дезактивируют нас раньше, чем мы начнем реализацию плана. – вклинился Ультра Магнус. – Я не думаю, что массовое убийство всех участников – это быстрый процесс.       - Тем более мы не знаем точного их числа.       - Нам нужен план! – Бамблби ударил кулаком по столу. Кухня погрузилась в молчание. – Какими ресурсами они обладают? Они видят все то, что видим мы. Слышат то, о чем мы говорим. Они читают наши мысли?!       - Не помню, чтобы при использовании «психо-кортикального соединения» мы слышали твои мысли или мысли Мегатрона. – задумчиво ответил Рэтчет.       Саундвейв материализовался возле лорда и аккуратно положил манипулятор на его плечо. Тот быстро понял намек.       - Нет, Саундвейв. Язык шахтеров знают только шахтеры. А пока мы будем учить остальных им пользоваться, раскроем секрет механоидам.       - Остаются только запахи и… вкус?       - Осязание?       - Мы уже это проходили.       Раф молча наблюдал за сокомандниками. В его голове был план. Но рассказать о нем он боялся. Потому что это может сработать. Потому что механоиды отключат или убьют их быстрее, чем они успеют довести идею до значимого результата. Он наблюдал за переговорами кибертронцев, а его руки скрупулезно вдавливали карандаш в фольгу из-под шоколада. Тупым концом ластика, чтобы не повредить тонкий лист металла.       - А Шоквейв может взломать лобби изнутри?       - Попытки не увенчались успехом.       Мальчик боялся опустить взгляд в стол. Боялся все испортить. Когда мысль была завершена, он отставил карандаш в сторону. Перевернул фольку выпуклой стороной наверх. И прикоснулся подушечками пальцев к поверхности. «Читаешь? Это может сработать.» Самым близко расположенным к Рафаэлю ботом оказался Бамблби, активно участвующий в диалоге. Юный гений потянул его за край кофты.       - В чем дело?       - Не смотри.       - Не смотри на что?       Глаза паренька тут же опустились в стол. Раф поспешил прикрыть их рукой. Это не могло не привлечь внимание участников процесса, но, когда юнец попросил всех их отвернуться, кибертронцы синхронно подчинились. Он аккуратно взял ладонь друга и поднес к куску фольги, не убирая второй ладони от глаз. «Что ты делаешь?» - застряло в горле блондина. Под чувствительными участками кожи возник текст. Слова медленно, по буквам возникали в его процессоре, без использования слуха и зрения: «Читаешь? Это может сработать.» Бамблби ахнул от восторга. Лазурные окуляры повернулись к мальчику с нескрываемым изумлением. Рот растянулся в гордой улыбке.       - Может сработать! – ответил он совсем тихо, чтобы не привлекать внимание окружающих. – Есть еще шоколад? Нокаут! – он толкнул алого гонщика в плечо. – Есть еще Frango или Dove?       - Тебя за сладкое потянуло?       Все шоколадки хранились в верхнем ящике на кухне: двадцать, а то и тридцать плиток в самых ярких и причудливых упаковках, конфеты, печенье с шоколадной крошкой, мармелад, попкорн и чипсы. Ультра Магнус не ограничивал детей в покупках, но каждый раз напоминал, что сахар вредит здоровью. Потому что так говорила Джун. В недрах шкафа Бамблби нашел столько сладкого, сколько хватило бы для диабетической комы. А потом кое-что круче! На самой низкой полке покоилась фольга для готовки.       Разведчик забрал у Рафа карандаш и принялся судорожно выдавливать текст. Он должен уместиться на маленьком кусочке, чтобы механоиды ничего не заподозрили. И этот кусочек должны прочитать абсолютно все! Следует выдавливать очень глубокий текст.       «Читаешь? План на фольге. Не говори ничего. Не смотри. Пиши.»       Коротко и лаконично. Когда все было готово, разведчик пробрался к Оптимусу.       - Не смотри вниз.       Точно также, как это проделывал Рафаэль, Бамблби взял ладонь Прайма и положил на выпуклую часть фольги.       - Не смотрите!       Очень подозрительно. Пройдет немного времени, прежде чем механоиды поймут – их водят за нос! Остается надеяться, что сие открытие не войдет в приоритет проблем. Убить автоботов и десептиконов сейчас, когда они ни-че-го не делают и потерять все знания Матрицы лидерства? Или подождать появления божественных изобретений? Будь Бамблби ученым, он бы собирал каждый байт информации, игнорируя проблемы с кибертронцами до тех пор, пока они не дойдут до уничтожения виртуальной реальности.       Оставалось играть на жадности Сайласа. Или Райта? Кого угодно, кто скрывается за темно-серой маской.       Оптимус передал идею Мегатрону. Мегатрон – Шоквейву. Всем был отдан приказ не смотреть на кусок фольги, катающийся по столу. Смотрите в тарелки. В еду. В лица коллег и врагов!       - Может сработать? – испуганным голосом вопросил Балкхед. Ему в последнюю очередь достался кусочек плана.       - Рафаэль, да ты гений! – громогласно пролепетал Рэтчет. В очередной раз Эскивел спас их роботизированные зады! Каждый из автоботов (и немного десептиконов) поглядел за мальчишку с одобрением.       - Каков план, босс? – вдохновленный Смоукскрин приподнялся на локтях.       - Мы… продолжим работу. У нас еще остались нерешенные проблемы с правительством и базой данных. Занимайтесь своими делами до «выдачи особых указаний». – Оптимус даже сделал пальцами кавычки, чтобы все точно поняли. – Продолжайте разведку. Регистрируйте новые локации. Архивируйте данные.       Вдохновленный, возбужденный ужин длился несколько часов к ряду. Сытые, довольные солдаты нехотя распрощались друг с другом и расползлись кто-куда. Кто – переигрывать по сотому кругу «Need For Speed Deluxe», кто – архивировать все накопленные знания и надеяться, что ничто из этого не потеряется после «перехода» обратно, в реальность. Кто-то, пользуясь новыми правилами и установками мира, вырвался в путешествие по холодной, мрачной пустыне.