Night drive

***

Время летело неумолимо быстро. Бомгю ещё с первого дня побега понял, что родители не будут вести поиски сына, для них это лишь сплошная головная боль, а для шатена огромная радость. Ёнджун быстро приютил потерянного юношу у себя, ему не сложно, ему же приятно. Кажется, рядом с Бомгю брюнету даже спалось намного лучше, несмотря на обычный ночной график и ночную жизнь. Денег хватало на двоих, ведь Ён зарабатывал не только в клубе, но и со ставок мажоров, которые только и умели, что впихивать деньги в ночные гонки. Возвращаться в квартиру ночью с большим количеством денег уже вошло в привычку, вот только юноша не учел одного. Теперь он живёт не один, а его уже парень не может глаз сомкнуть, пока старший не окажется с ним в одной кровати. Именно поэтому Гю до поздней ночи сидел в гостиной, множество раз зевая, дожидаясь, когда же Чхве вернётся с очередной гонки. Может младший и был против, когда узнал, что делает на ночных улицах города его парень, но запретить это уж точно не мог. Ёнджуну нравилось это, а Бомгю нравился Ёнджун, так что он просто не мог избавить старшего от того, чего хочет его сердце. Он знает какого это, когда тебе не дают заниматься тем, чем хочется. Так что единственное, что делал Чхве это целовал брюнета в щёчку, так по детски, желая удачи в гонке, грозно всматриваясь в великолепные карие глаза, предупреждая, чтобы тот был осторожнее и не покалечился. — Может мне тоже устроиться на работу? — как-то заговорил младший, крепко обнимая старшего. Тот довольно улыбнулся, тут же целуя своего мальчика в щёку. Его прикосновения, как и в первую их встречу, были нежными до мурашек. — Зачем, медвежонок? Моих финансов хватает, чтобы обеспечить нас обоих всем, чем только захочешь, — сонный голос Ёнджуна звучал ещё слаще и ниже обычного. Этот завораживающий тембр каждый раз сбивал Бомгю с ног, пусть он и лежал на теплой кровати, ведь если бы юноша стоял, то точно бы не удержался на ногах от такого прекрасного голоса Чхве. — Я не хочу сидеть у тебя на шее. Не могу же я вечно жить за твой счёт, — Ёнджун быстро понимает о чём говорит шатен. С самой их встречи и до нынешнего времени, юноша жил с Ёнджуном в его квартире, ел еду, купленную Джуном, ходил в одежде, которую также покупал старший. Всё в этом доме, что есть у Бомгю купил Чхве. На свои заработки, которые мог потратить на себя, но не сделал этого. Ёнджун отдает Бомгю всё, а Бомгю отдает Ёнджуну свою любовь. Сполна отдает, но младшему и этого мало. Он не хочет казаться обузой для парня. Он тоже хочет дарить ему материальные подарки, а не только поцелуи, объятия и самого себя. — Сможешь поговорить с Субин-хёном? Может он устроит меня на работу в клуб? — Медвежонок, если только ты этого хочешь, — Ёнджун, конечно, не против, чтобы его мальчик зарабатывал, ведь и просиживать всю ночь в квартире в одиночку скучно, но работа в его же клубе кажется не самой хорошей идеей для старшего. Он знает там каждый угол, каждую крысу и каждого посетителя, который потенциально может быть опасен для слабого, как считал Ёнджун, Бомгю. — Но работать там несколько опасно. Извращенцев полно и огрести можно жутко. Чхве не то что предупреждает парня, Бомгю не глупый и понимает к чему его возлюбленный ведёт. Его слова некий запрет на работу в данном клубе, а глаза брюнета так и кричат: «Это опасно для тебя». Но Бомгю был бы не Бомгю, если бы не стоял на своём, как упертый олень и Ёнджун прекрасно знает это. Особенно, учитывая тот факт, что в нормальные заведения мало кто примет младшего, ведь образования нет, также как и опыта работы, а ко всему прочему младший явно хотел ночную работу, желательно, чтобы смены с Ёнджуном совпадали. Это и дураку понятно. — Хён, ты тоже извращенец и что? Мне тебя тоже бояться? — шатен довольно улыбается, потирая сонные глаза. Он уже одной частью мозга видит нежнейший сон, но его сарказм и любовь язвить видимо никогда не победить. Даже в могиле будет продолжать трепать языком. — Я поговорю с Субином, — Чхве старшему остаётся лишь только тяжко вздыхать, а вот довольный Бомгю целует того в щеку и ложится спать. Ёнджун думает, что в полном залёте. Мало того, что работать придется, так ещё и следить, чтобы за его мальчиком никакой извращуга не увязался. А Ёнджун знает, что увяжется кто-то уж точно. Не по наслышкам знает.

***

Первая рабочая неделя пролетела очень быстро для Бомгю. Субин ласково встретил юношу, объяснил что и как, выдал форму официанта. Для общительного Чхве такая работа была легче лёгкого. Одна милая улыбка и в кармане у тебя уже достаточно чаевых, да и все гости довольны молодым привлекательным юношей, который обслуживает всех с обворожительной улыбкой. Особенно Субин, которому до безумия нравится, что гостей хоть отбавляй во время его смен. Вот только недовольные всегда есть. И этот недовольный Чхве Ёнджун, который всю неделю сверлил младшего взглядом, следил за ним как хищник за добычей, чтобы никто не посягнул на его мальчика. Рабочая неделя тянулась ужасно долго и мучительно для брюнета. Но, завидев, что Бомгю справляется более чем хорошо, да и дома не жалуется на работу, облегчённо вздыхает. Возможно, он слишком сильно накрутил себя. По крайней мере, он хотел так думать, но и глаз не спускал с милого медвежонка, бегающего от одного столика к другому. Последний день рабочей смены. Понедельник. Начало новой недели. Больше им не придется ехать на работу, так как все свои дни они пока отработали, на смену придут Тэхён и Хюнин. Но кажется, день будет тяжёлым. Ёнджун чувствует это не просто так. Не просто так ещё сильнее приглядывает за младшим, который кажется уже устал от резкого наплыва посетителей. На удивление сегодня чересчур много гостей. Такое количество приходит либо в пятницу, либо в понедельник, но кажется, узнав, что сегодня смена улыбающегося официанта заканчивается, все решили прийти полюбоваться. — Тебе не кажется, что ты слишком много нервничаешь? — Субин кладет руку на плечо брюнета, тут же заставляя его выпрыгнуть из собственных мыслей. Он доволен работой новенького официанта, часто хвалит его и благословит Ёнджуна, что у него такой хороший вкус на трудолюбивых юношей, ведь такие однозначно нужны в его клубе. — За вашу смену к нему никто не приставал, я тоже следил за этим. Сегодня последний день, расслабься. Все пять дней будете отдыхать спокойно и вместе. И Чхве действительно чуть расслабляется. Возвращается к привычному темпу работы, беря в руки очередную бутылку алкоголя, чтобы сделать новый заказ. Улыбается себе под нос, ведь гордится парнем, который работает не покладая рук, который теперь доволен тем, что может сам обеспечить себя и купить Ёнджуну подарок. Кажется, нет предела счастья Бомгю теперь. Правда расслабиться и порадоваться недолго получилось. Старший слышит сквозь громкую музыку звон упавшего подноса, который разносится эхом по его барабанным перепонкам. Слышит тихий родной вскрик, который как ножом по сердцу водит. Ему плевать на то, что посетитель ждёт коктейль, он подрывается из-за барной стойки, оставляя место бармена свободным. Субин молчит, не кричит, понимает и лишь заменяет его на время. Лучше дать разобраться ему самому. Брюнет мчится на место происшествия, заставая картину от которой кулаки так резко и до боли сильно зачесались. Картину, которую он ожидал увидеть, но так и не хотел застать. Его испуганный мальчик, которого схватили за пятое место. Поднос, упавший от страха и неожиданности. Довольный взгляд неизвестного извращенца. — Уберите руку, пока я не позвал охрану, — Бомгю кричит на мужчину. Сжимает руки в маленькие кулачки, а глаза бегают по всему залу, отыскивая всё-таки лицо любимого, что пылает от ярости и злости. Успокаивает без слов, одним взглядом, не давая отмашку стартовать и убить на месте неизвестного. — Куколка, не играй в недотрогу. Я просто хочу поближе познакомиться, ты же так мне улыбаешься. Я вижу, что ты тоже меня хочешь, — Ёнджун сейчас взорвется. Он делает шаг вперёд, потирает кулаки, готовые разбить всю эту уверенность и ухмылку, но Бомгю вновь останавливает. Удерживает на цепи, не давая сорваться и натворить дел. — Куколка тебе ебало по столу сейчас размажет, если руки не уберешь. Будешь себе зубы по частям собирать, дерьма кусок, — звонкая пощёчина. Кажется, что музыка остановилась, все взгляды направлены только на столик, где происходит вся кульминация действий. Мужчина тут же убирает руки, недовольно шипя от боли, а Чхве с такой же ангельской улыбкой смотрит на него, пока глаза ехидно усмехаются. Он наклоняется схватить поднос с пола, чтобы удалиться, желательно с рабочего места, так как хватит с него на сегодня. Позже готов доработать, лишь бы с такими типами не связываться больше. Да и Ёнджуна никто не успокоит после такого. Лучше так, чем клуб разнесет один злой до жути брюнет, гоняющий по ночным улицам района. — Ты видимо и вести себя со старшими не умеешь. Я научу тебя быть послушным, — резкий удар ногой по спине и младший понимает, сейчас будет развязка. Ему не больно, он привык получать удары от отца, так что такое не причинит ему уже никого вреда, мужчина лишь копает себе ещё более глубокую могилу. И это правда. Ёнджун не ждёт, он отвешивает правый хук бушующему мужчине. Одного удара хватает, чтобы тот упал на холодный пол, постанывая от боли, глазами ища того, кто посмел сделать это. Кажется, алкоголь ему не ударял за сегодня в голову, зато Ёнджун ударил. Причем не с маленькой силы. Брюнет не добивает. Помогает встать возлюбленному на ноги, отряхивает форму, поглаживает по спине и целует легко в щёку. Прячет за своей спиной, всё также сильно сжимая кулаки. Будь его воля и отсутствие закона, он бы прямо тут мужчину этого до смерти избил, а позже и живот вспорол осколком от бутылки с алкоголем. Но, к сожалению или же к чужому счастью, закон всё ещё действует, а за его спиной сейчас стоит самый главный закон в его жизни. Бомгю, который не даёт слететь окончательно с катушек. Бомгю, который всю злость брюнета может улетучить за несколько минут. Бомгю, который одним касанием унимает всех чертей в голове Ёнджуна. — Вот его, парни. А ещё в черный список добавьте, — Субин с охраной вовремя подходят, ведь ещё чуть-чуть и новый удар с новой силой бы получил мужчина. И он бы точно уже лежал в отключке, а Ёнджун бы всё также пылал злостью и яростью, что окружающие обжигались бы, боялись и взгляд кинуть на шатена, стоящего позади него. — Бомгю, позаботься об этом быке. Уйти можете хоть сейчас, вы хорошо поработали, скоро подъедут Тэхён и Хюнин. Младший кивает скромно, аккуратно хватаясь за руку брюнета. Тот тут же переводит взгляд. Глаза, горящие яростью, тут же меняются, наливаются страхом и волнением. В ответ лишь теплая улыбка и крепкие объятия, успокаивающие поглаживания по спине. Минута действий и Ёнджун остывает. Злость улетает, зато приходит новое чувство. — Комната отдыха, прямо сейчас, — рычит тихо на ухо, а Бомгю кивает. Его уводят из толпы, крепко держат за руку, ведут за собой в заветную комнату. Чхве младший всегда чувствует настроение Ёнджуна по одной только походке. Чувствует, что он испытывает по одному лишь взгляду. Понимает без слов по одной лишь улыбке. Ёнджун знает это. Бомгю невинный лишь на первый взгляд, Бомгю подаёт слабину лишь в критичных ситуациях. В таких критичных ситуациях, как та, когда Ёнджун нашел юношу, когда привел к себе домой. Старший совсем позабыл о нраве его мальчика. Для него он всегда будет испуганным медвежонком, который может заплакать от страха, ведь ту картину их встречи он не забудет. Для него Бомгю хрустальный. Лишь ему он показывает, какой он хрупкий бывает. — Рабочая смена закончена, раздевайся, — а вот и время, когда Ёнджун выпускает новых чертей. Когда заменяет злость на желание. Когда Бомгю и сам чертовски желает такого старшего. Двенадцать часов ночи. Их рабочая смена закончена.