Сила твоего признания

      Иногда граница между сном и реальностью тоньше, чем кажется. Мы просыпаемся — но действительно ли бодрствуем? Или просто продолжаем жить в другой иллюзии, чуть менее пугающей?       Приподнявшись на локтях, Джон сразу же начал оглядываться и вспоминать недавний кошмар. Но, не успев как следует прийти в себя, на него набросилось какое-то маленькое тело.       — Дядя Джон! Ну наконец-то ты проснулся! — радостно воскликнул племянник журналиста — Лукас — и встал с края кровати.       — А, Лукас?.. Ты чего здесь делаешь? — протирая глаза, недоумённо буркнул писатель.       — Мы приехали к тебе в гости. Мама сильно переживала и хотела о чём-то поговорить, — спокойно ответил мальчик, пожав плечами.       — Правда? И как давно вы тут?       — Где-то… два часа. Мама звонила тебе, а ты не отвечал, поэтому мы пришли сами. Думали, квартира будет закрыта, но оказалось наоборот. Ты ещё говорил во сне странные вещи! Мы испугались, но не стали тебя будить, потому что мама так сказала, — рассказывал он, жестикулируя. — Она включила мне мультики в гостиной, а сама сидела с тобой в комнате. Говорила, мол, дяде Джону снятся кошмары, поэтому его нужно будет успокоить, когда он проснётся!       Джон впал в ступор. Пресвятая Богородица! Получается, Лили слышала всё, что он бормотал во сне?.. Даже он сам не помнил, что именно говорил. Но отчётливо помнил кошмар — каждый его кадр.       Тварь.       Кровь.       Смерть.       Фрагменты сна начали всплывать в памяти. Чёрная, измождённая тварь расчленяла его и пожирала. Этот образ врезался в сознание навсегда.       И вопросов было множество: это был единый кошмар? Или череда снов? А слова, сказанные Егором во сне — правда? Может, всё это был просто бред воспалённого воображения?..       Но нет… Это не мог быть обычный сон. Джон ясно ощущал прикосновения Линча, помнил диалог с псевдо-Егором и настоящим — до мельчайших деталей. Всё казалось пугающе реальным.       Возможно, это был знак. Или… послание.       Бредово звучит, когда нет другого объяснения. Вопросов — море, ответов — почти ноль. Тревога вновь накрыла разум Джона. Он был на грани: вот-вот сорвётся и побежит искать лучшего друга. Единственная зацепка — лес. Лес на окраине. Именно туда, скорее всего, направился Линч…       Согласитесь, звучит глупо. Ни улик, ни плана, ни даже нормальной версии. Всё, что оставалось — принять, что здесь замешано что-то… потустороннее. И не поверить в этот бред означало упустить хоть какую-то нить.       Но из раздумий его вырвал резкий удар по щеке — пощёчина.       — Джон! Эй, очнись, это я — Лили, — махала рукой перед его лицом девушка.       Джон заморгал, приходя в себя. Всё вокруг стало ярким и резким. Перед ним стояла Лили.       — Эй… за что? — недовольно буркнул он, потирая щёку.       — А как мне тебя ещё вернуть в реальность? — вздохнула она. Потом, обернувшись: — Лукас, иди в гостиную. Включи мультики, ладно?       — Хорошо, мам, — отозвался мальчик и ушел.       — Теперь, когда мы одни… — Лили села на край кровати. — Давай по-честному. Сколько ещё ты собирался это скрывать?       — Что именно? — Джон натянуто улыбнулся.       Включаем дурака. Вовремя.       — Не издевайся. Я про Егора. Ты что, правда думал, что я ничего не замечу?       — Лили, ну… — Джон замялся. Мозг судорожно искал объяснение. — Я не знаю, о чём ты.       «Блин, ну тупо же», — пронеслось у него в голове.       — Джон, я взрослая женщина. У меня ребёнок. Я вижу, когда что-то не так. Не ври мне. Что с моим братом? Я должна знать. Что я скажу родителям, если с ним что-то…       — Ладно, — перебил он. — Я расскажу. Только… как ты поняла?       — Догадки. Теперь уверена. Говори.       Думай, Джон.       — Ты, может, не поверишь… — начал он осторожно. — Только не пугайся, ладно? Егор… на задании. Он помогает одному… фонду. Они изучают всяких существ. Это типа научная миссия.       — Ты издеваешься?       — Ш-ш-ш. Всё под контролем. Он сам захотел. Название не скажу — засекречено, — Джон выпрямился и положил руку ей на плечо. — С ним всё нормально.       — Тогда почему он исчез так резко? — Лили нахмурилась и убрала его руку.       — Он оставил записку. Я нашёл её после твоего звонка. Представляешь, оказался прав — уехал по делу. Мы с ним уже сталкивались с подобным… — Джон вздрогнул. — Была одна тварь. Щекоточный монстр, брр. До сих пор во снах приходит. Из-за этого всего я и не сплю нормально.       Он говорил уверенно. Лгал он неплохо — знал, что Лили ничего не смыслит в их делах. Она молчала, переваривая.       — А я-то думала, почему ты всё время во сне бормочешь «Линч, Линч»… — тихо произнесла она. — Ладно, потом разберёмся. Спасибо, что рассказал. Теперь хоть яснее.       — Я рад, что ты спокойна.       Она кивнула и выдохнула.       — Ещё кое-что. Я не просто так приехала. Мне не с кем оставить Лукаса. Через четыре часа вылет, у меня выставка. Побудь с ним, ладно? А то я вся на нервах и совсем про это забыла…       — Конечно, Лили, не переживай. Присмотрю за Лукасом, не впервые. А ты когда вернёшься? — Джон наконец соизволил поднялся с кровати.       — Примерно через три дня. Слушай внимательно, — Лили пересчитывала на пальцах: — Первое: в школу он не пойдёт. Я уже предупредила учителей. Проследи, чтобы уроки сделал. Всё нужное — в портфеле.       — Понял.       — Второе: если заболеет — лекарства в сумке. Звони, скажу, что и как. Третье: кормить по расписанию. Сладости — только если нормально поест. Четвёртое: спать не позже одиннадцати. Пятое: никаких страшилок на ночь. И последнее: на улицу — только в шапке и куртке. Там холодно. Всё в сумке, она на диване. Всё, мне пора! — быстро попрощалась и вышла.       Вот тебе и диктатор. С такими правилами как в концлагере.       Джон остался стоять в тишине, глядя на закрытую дверь.       — Три дня… А я половину не запомнил, — пробормотал он. — Ладно, соберись, Джон. Разберёмся.       Он оглянулся — телефона нигде. Пришлось идти на кухню и свериться с настенными часами: 9:58. Идея съездить в больницу к Эрнесту висела на волоске. Придётся брать Лукаса с собой.       Смирившись, Джон пошёл в ванную, умылся, вернулся и принялся за завтрак. Как он сам говорил: «Дела делами, а еда по расписанию».       Из холодильника — яйца и колбаса. Пару минут — и на сковороде уже шкворчала яичница. Запах быстро привлёк внимание мальчика.       — Дядя Джон, ты что готовишь?       — Завтрак. Садись. Потом поедем кое-куда. Сегодня ты вместо Линча.       — А куда?       — Если не поешь — не узнаешь, — с наигранной строгостью сказал Джон, скрестив руки.       Лукас фыркнул, но сел за стол. Джон одобрительно кивнул и начал есть, погружаясь в свои мысли.       Через несколько минут всё было съедено. Джон помыл посуду, Лукас — растянулся на диване с мультиками. Время — 10:30. Пора ехать.       Писатель подошёл к племяннику. Тот уже успел подремать.       — Лукас, вставай. Собирайся, оденься потеплее. Поедем к одному знакомому. Хочешь — бери камеру, снимай. Только маме — ни слова. Договорились?       — Договорились!       Они оделись, Джон выключил свет, закрыл дверь и спрятал ключ под коврик. Спустились к машине. Джон открыл её и, к своему удивлению, нашёл телефон под сиденьем. Лукаc устроился сзади, включил камеру.       — Всем привет! Это Лукас. Я еду с дядей Джоном. Пока не знаю куда, но будет круто! — весело тараторил тот.       Джон вёл молча, иногда бросая взгляды в зеркало. Раньше рядом сидел Линч — с камерой, с болтовнёй. Сейчас пусто. Скучно. Одиноко.       Он всё больше думал о Линче. О его глазах, голосе, поддержке. Лучшая поддержка. Лучший друг.       А может… не только друг?       Но сейчас важно другое. Сон, тот самый, снова всплыл в голове. Может, это и есть зацепка? Где Егор? Где сестра Эрнеста? Нужно искать. Нужно действовать.       Прошло около двадцати минут. Вдалеке показалась крыша заправки. Джон вспомнил — бензина почти не осталось. Он остановился, заправился, зашёл в магазин. Купил сладостей для Лукаса. И… букет красных роз. Сам не знал зачем.       Потом они снова поехали. В сторону больницы.       

***

      Джон припарковался, заглушил мотор и повернулся к Лукасу.       — Сиди тут, ешь конфеты. Я быстро.       Мальчик недовольно кивнул и остался в машине.       Джон взял букет, захлопнул дверь и направился к зданию. На ресепшене — всё та же Эвелина. Увидев его, улыбнулась, будто ждала.       — Здравствуйте, Джон! Уже думала, не приедете.       — Обещал — вот и приехал, — он протянул букет. — Это тебе.       — Спасибо… очень мило, — она взяла цветы и поставила под стойку.       — Может, на «ты» перейдём? Мы ж вроде уже не чужие, — сказал он, вежливо, но уверенно.       — Почему бы и нет, — Эвелина слегка смутилась. — И насчёт вчера… Я, наверное, поторопилась. Прости. Но если хочешь, можем обменяться номерами.       — Конечно, — Джон продиктовал свой. Эвелина записала и убрала телефон в сумку.       — Мне нельзя болтать с посетителями вот так, но если хочешь — после смены посидим в моём кабинете. Просто поговорим.       Да, конечно. Щас прям.       — Звучит неплохо, — натянуто улыбнулся он. — Но сейчас я к брату. По делу.       Он понимал: флирт — не то, что хочется делать, когда друг пропал. Но ему нужно было доверие Эвелины. Чтобы прикрыть себя, если начнёт всплывать правда: Джон никакой не брат Эрнеста.       Если доктора усомнятся — будет нехорошо. А Эвелина, возможно, сможет выручить.       — Ладно, иди. Ты же знаешь, где палата, — с профессиональной улыбкой сказала она.       — Спасибо, — коротко бросил Джон и направился к лестнице.       Нужная палата. Он остановился перед дверью, перевёл дух и зашёл. Эрнест сидел на кровати, что-то чертил в блокноте. Увидев Джона, удивлённо поднялся.       — Джон? Я думал, ты уже не появишься.       — Я здесь. Но без прелюдий, ладно? Времени мало. Хочу рассказать кое-что.       — Что случилось?       — Я видел твою сестру. И Егора. Во сне.       — Кэйси?.. — тот удивлено округлил глаза. И тут же насупился. — Где она?! С ней всё в порядке?       — Дай договорить, блин! — перебил Джон. — Сначала — про Егора. Он исчез, как и твоя сестра. А сегодня мне приснился сон. Или не сон… Короче, нечто. Чёрная тварь, красные глазища. Стрём полный. Убивала меня. А потом появились они — Егор и твоя сестра. Будто из ниоткуда. Он сказал, надо торопиться — Кэйси вот-вот станет одной из них. И дал мне намёк, где их искать.       Эрнест смотрел, не мигая. На лице что-то между недоверием и крошечной надеждой.       — Думаешь… Это просто кошмар?       — Не знаю. Но не бывает слишком реалистичных кошмаров! Я запахи и боль чувствал. Такое не забывается. Может, это знак. Может, предупреждение.       Он замолчал. Впервые за долгое время — всерьёз напуганный.              — Мне снилось нечто похожее, — серьёзно сказал Эрнест. — Монстр с красными глазами… Ты хочешь сказать, Кэйси может стать этим существом?       — Возможно. Но главное — найти их, пока не поздно, — ответил Джон. — Линч упоминал лес. Надо идти туда.       — Ага. Только ты забываешь одну деталь. Я в больнице. Как ты меня отсюда вытащишь?       — Вот с этим и есть идея, — хмыкнул писатель. — Если ты внезапно «выздоровеешь», тебя могут выписать. Особенно если им плевать на пациентов.       — Думаешь, прокатит?       — А у нас есть выбор?       Эрнест тяжело вздохнул. Было видно — сомневается. Но всё же кивнул.       — Ладно. Попробую сыграть смиренного овоща.       — Вот и славно, — Джон встал, поправил воротник куртки. — Я наведаюсь завтра. Может, за это время тебе уже разрешат уйти. А если нет — будем думать дальше.       — Надеюсь, они и правда такие беспечные, как ты говоришь.       — Уж кто-кто, а они — да.       — А если меня выпустят… — Эрнест замер, взглянув на руки. — Я не уверен, что готов возвращаться домой. Там… всё напоминает о сестре. И о нём.       — Понимаю. Но сейчас не время прятаться. Мы не можем бросить Кэйси. Не сейчас.       — Ты не понимаешь… — прошептал он. — Я чувствую, что если мы встретимся с этим монстром, я не останусь живым.       — Тогда не встреться, — Джон посмотрел прямо ему в глаза. — Мы не идём туда, чтобы умирать. Мы идём, чтобы спасти их.       Некоторое время Эрнест молчал. Потом всё же прошептал:       — Ладно. Ради неё. Только ради неё.       — Вот и договорились.       Писатель направился к выходу, не оглядываясь. Знал: назад дороги уже нет.       На удивление, никто его не остановил. Даже Эвелина на ресепшене — молча уткнувшись в какой-то журнал — не обратила ни малейшего внимания. Скорее всего, ничего и не слышала. А Джону это только на руку.       Добравшись до машины, он сел за руль и заметил спящего Лукаса на соседнем сиденье. Тот, похоже, уснул, ожидая его. Бедняга. Почему он так часто засыпает? Может, рано встал? Хотя Лили вроде говорила, что он ложится пораньше… Впрочем, пусть поспит. В таком возрасте нужен и сон, и еда — растущий организм всё-таки. Да и 10 лет — это ещё совсем не много.       Заведя мотор, Джон выехал с парковки. Он успел проехать пару заправок, опросить людей, пройтись у лесополосы, даже позвал Линча несколько раз по имени — но всё тщетно.       Лукас спал всё это время. Крепко. Может, к лучшему?       …Прошло несколько часов. Никаких следов. Ни единого знака. Что, если это всё правда оказался лишь глупый кошмар? Может, то, что видел Джон — просто выдумка его воспалённого воображения?       Но тогда… где Линч?       Он будто испарился. Ни улик, ни следа. Только запись.       В голове начали закрадываться сомнения. А вдруг Линч действительно… мёртв? Нет, нет. Не нужно об этом думать. Не сейчас. Они ведь не впервые сталкиваются с мистикой. Просто в этот раз — всё по-другому.       Линч — жертва. А Джону придётся быть спасителем. Напоминание об инциденте в Японском лесу призраков снова всплыло в памяти: тогда Линч оказался под гипнозом Юрэя, блуждал по кругу, пока Джон и проводник не нашли его. Но сейчас всё не так. Сейчас — полная неизвестность: когда он исчез, где он был в последний раз, с кем… И если Джон его найдёт — то как спасёт? Что дальше?       Ответов не было.       Он тяжело вздохнул и достал телефон: 14:41.       Неужели столько времени прошло? А ему казалось — всего час. Ну и как, чёрт возьми, он собирается дальше искать?       Размышляя, Джон заметил силуэт на обочине. Женщина. Она вышла на дорогу и широким жестом попыталась остановить машину. Он резко нажал на тормоза — колодки заскрипели, и машина встала. Незнакомка подошла ближе и постучала в стекло.       Джон раздражённо опустил стекло.       — Дамочка, какого хрена вы творите? — возмутился он.       — А что такого? Хочу — и стою, — огрызнулась она.       На вид — лет тридцать. Тёмные волосы в хвост, карие глаза, пирсинг в носу, массивные серьги, короткая юбка, топ, сверху белая куртка. В такую погоду? Да она с ума сошла.       А запах… Явно под градусом. Алкоголь несёт за два метра. Джон прикрыл нос ладонью.       — Ты бы хоть помылась, прежде чем на дорогу лезть, — буркнул он.       — Подвезёшь до города, а?       — Нет! В машину не пущу — ещё провоняется всё! — возмутил он.       — Мразь! У меня трое детей, которые дома ждут! Ты вообще понимаешь, каково это — быть матерью?!       — Меньше шляйся, шалава, если дети дома! — рявкнул Джон, хлопнул дверью и нажал на газ, рванув с места. Женщина что-то кричала ему вслед, но он уже не слушал. — Вот же дура. Нарожают, а потом по трассам шастают… — пробормотал он, всё ещё злой. — Дети потом страдают из-за таких.       — А кто это был? И почему ты её так обзываешь?.. — неожиданно раздался детский голос позади.       Джон вздрогнул и чуть не подпрыгнул:       — Лукас, Господи, ты меня напугал!       — Прости, дядя Джон…       — Всё хорошо. Только… такие слова лучше при маме не повторяй, — успокаивающе сказал он. — И запомни: никогда не пей. А то станешь как она.       — Я не хочу быть как она, — Лукас сел ровно, поправляя очки. — Я буду как дядя Линч!       — Молодец. А выспался хоть?       — Ага, конечно.       Пару минут они ехали молча, потом разговорились. Джон расспрашивал мальчика о его днях, тот с радостью делился — настоящий любознательный малец.       Добравшись до дома, Лукас сбросил куртку и сразу метнулся к телевизору — мультики не ждут. Джон едва заметно улыбнулся, повесил одежду и пошёл на кухню.       Время обеда. Но, открыв холодильник, увидел… практически пустоту. Несколько соусов, полколбасы и одно-единственное яйцо.       Потрясающе.       — Да ну нафиг, — пробормотал он и достал телефон.

***

      Плотно поев пиццы (заказал, как никак, а то готовить впадлу), Джон вытащил ноутбук и, не раздумывая, открыл вкладку в режиме «Инкогнито». Искать приходилось странное: «монстр из тени, появляется в темноте». Он перебирал десятки ссылок, но всё было не то — мифы, крипипасты, рассказы школьников. Нервы начали сдавать. Джон стучал по клавишам с такой злостью, что чуть не выломал пробел. Наконец, среди бесполезных ссылок нашлась статья, похожая на правду.       — Ну наконец-то… — выдохнул он и открыл страницу.       Это была псевдовикипедия. Джон начал читать вслух.        «Дитя тьмы — теневая сущность, возникающая из-за сильных эмоциональных травм. Живёт в тёмных уголках домов, избегает света. Первоначально неопасна — лишь тень, питающаяся страхом. Со временем внушает жертве галлюцинации и истощает её. Позже овладевает разумом, проявляясь как чернота. Глаза заражённого становятся чёрными. Заражается потерянный в себе человек.»        «Заражённый, под гипнозом, стремится в тёмное место — логово подобных существ. Постепенно превращается в другую форму монстра: деформированное существо с красными глазами и когтями. Нападает только на близких людей заражённого. Если у человека нет близких — он остаётся дитём тьмы».       «Как спасти заражённого? — нужно вызвать сильную эмоцию. Всего зафиксировано 15 успешных случаев.» @Заморыш98       Ага, как же. Вот и верь всяким Заморышам в Интернете.       Джон пролистал комментарии — шутки, обвинения в бреде, обсуждения кино, которое даже не касалось данной статьи. Всё было бесполезно. Он захлопнул ноутбук, уставившись в потолок.       — «Потерянный в себе человек»… Линч же не такой. Хотя… — он взъерошил волосы. — Чёрт, только больше запутался. Ни Сандерсона, ни помощи. Придётся тянуть это одному. Как обычно…       В этот момент зазвонил телефон. Он не стал смотреть на номер — просто ответил.       — Да?       — Мистер Джон? Рад, что Вы ответили, — раздался грубый голос, от которого у Джона перехватило дыхание.