Обережник Его Темнейшества

      Феарис внимательно выслушал план дракона и кота и тотчас с ним согласился: — Хорошо. Так и поступим! Надо спасти господина.       Теперь троица пробралась до заклинательного зала. К счастью, у Сфайралу были ключи и от него. Охрану пришлось усыпить, чтобы они, чего недоброго, не донесли Адамару и маршалам.       Дракон, рысь и кот пробрались внутрь и заперлись. Феарис принялся усиливать последний оставшийся кристалл-маяк – страховочный трос для Бакари в мире кошмаров.       — Готово. – кивнул он, завершив работу. Обережник Зиграна коснулся камня, настраиваясь на него, выпил особое сонное зелье и лег на холодный исписанный рунами стол. Он бросил тревожный взгляд на господина: — «Дождитесь! Я иду! Я вас обязательно вытащу.»       Кот больно ударился при приземлении. Испытывать боль, находясь в чужом сознании, было странно, но от этого не менее реально. Мимо моментально прошелестели Алчные призраки-шептуны – весьма опасная разновидность кошмаров.       — Ты – никчемный Обережник, не способный спасти Зиграна. Ты неудачник и ничтожество. Быть рабом и чинить книжки – твой предел. – донеслось со всех сторон. Гадкие слова шептунов били прямо в мозг, лишая сил и уверенности.       — Тебя наказывали совершенно заслуженно – бесполезный зверолюд. То, что Тьма выбрала тебя фамильяром Владыки – не результат твоих особых качеств, а случайность. – настаивали кошмары.       «Тьма меня выбрала, потому, что я ОСОБЕННЫЙ. А еще я очень талантливый и одаренный. Я управлял страной, голосовал на заседании совета, спас Феа от Закарди, управлял Темным Властелином во время настоящего боя, помог защитить столицу. И господина Зиграна обязательно спасу!» — старательно думал кот, пробираясь мимо бесплотных теней, жаждущих сожрать его уверенность в себе. Пока жертва не поддавалась – эти твари не нападали.       Потом были Пасти – огромные рты с клыками. Кроме ртов, прямо над верхней губой, имелись крохотные злобные алые глазки, почти незаметные на фоне клацающих под ними зубов. Эти атаковали сразу. Обережник поспешил укрыться в первой же залитой светом «площадке» воспоминания. Он нырнул в прошлое господина. И почти сразу пожалел об этом…       Спальня, богато обставленная в хуманском стиле – а точнее в стиле Приграничья. Раскиданная по полу одежда, широкое ложе. Зигран был на ложе не один. Сейчас Владыка выглядел так, как при первой встрече с котом – рыжеволосый, тонкий, изящный, утонченно красивый. Тот, кто находился рядом с Зиграном тоже был недурен собой – крупный, мускулистый, с густыми каштановыми волосами.       Бакари отвернулся, не желая видеть то, что происходит. Он закусил губу, на глаза навернулись слезы.       «Это всего лишь воспоминание. Я и так знал, что у господина было много любовных интересов!» — с трудом напомнил себе зверолюд. – «Но зато за тот месяц, что я в Темных землях у Зиграна никого не было. Это куда важнее!»       Но скрип кровати и страстные стоны ужасно нервировали. Баки очень хотел убежать, но Пасти все еще бродили вокруг участка света, поджидая Обережника, чтобы растерзать. Приходилось ждать. Вскоре постельные утехи прекратились, и любовники принялись непринужденно болтать. Незнакомец назвал господина «Митьо». Сам «Митьо» обратился к собеседнику «Хельн».       «Это же наш… то есть теперь уже не наш, а Фальгаутский, принц. Его Высочество Хельн де Бельфорн!» — догадался кот. Разумеется, бывший раб ни разу не видел сына правителя и не знал, как тот выглядит.       «Так. Это совсем недавнее прошлое. Незадолго до нашей встречи. Я уже у цели!» — взволнованно думал юноша.       Наконец, кошмары ушли. Бакари торопливо покинул воспоминание, в котором ему было так неуютно.       Зигран, уже посетивший купальню, начал неспешно одеваться и приводить себя в порядок. Он обнаружил на жилете несколько длинных белых шерстинок и тепло улыбнулся. Чернокнижник не знал, откуда они взялись и что означают, но почему-то был уверен – это добрый знак. Самый добрый из всех возможных.              Сфай в ужасе осознавал, что на полноценный сеанс погружения энергии недостаточно. Обычно Баки посещал четыре локации. В этот раз едва хватит на полторы – и одну кот уже навестил. Камень-маяк гудел от напряжения – в «трос» впились тысячи мелких кошмаров, норовя перегрызть. Если бы не неустанная работа артефайзера, у них бы давно это получилось. Феарис старался как мог и даже более того. Но его хватит еще на несколько минут – не более того.       «Ох, Баки. Не ошибись! Твой следующий выбор будет последним. И он должен быть правильным!» — думал дракон напряженно.              Бакари вынырнул из воспоминания. И тотчас чуть не попался ядокрылу – особо мощному кошмару, похожему на виверну. Тот попытался сначала пришпилить зверолюда острыми когтями, похожими размерами на мечи. Затем – сожрать. А когда Обережник увернулся от первых двух атак – ударить крылом, пропитанным ядом.       Кот припустил бегом.       — ЗИГРАН! Пожалуйста, отзовись. Я пришел спасти тебя! Зигран, ты нужен мне – очень сильно. Все не может так закончится! – кричал зверолюд.       Он видел, как истончается нить, связывающая его с реальностью. Когда она погаснет – путь назад будет потерян. Кот или погрузится в кошмары вместе с господином, или же будет этими кошмарами съеден. С учетом того, что жить господину осталось не очень долго – так или иначе все скоро закончится. И закончится весьма печально. Нужно было этого не допустить.              Зигран видел, как армия Света марширует победным маршем по его землям, уничтожая все, что было дорого Темному властелину. В кошмарном видении он не успел отослать подданных подальше, и они гибли один за другим. Погиб даже могучий Сфайралу.       Черные крылья бился из последних сил, надеясь спасти хоть кого-то, но не мог. Конец был близок…       Неожиданно сквозь пелену крови, слез и отчаяния до спутанного сознания донесся звонкий и чистый голос: — — ЗИГРАН! Пожалуйста, отзовись. Я пришел спасти тебя! Зигран, ты нужен мне – очень сильно. Все не может так закончится!       Этот голос звучал смутно знакомо. А потом ветер принес, помимо запаха гари и опаленной плоти, несколько белых шерстинок. В памяти возник образ белого кота-зверолюда. Этот кот был важен – важнее всего в мире.       — БАКАРИ! – позвал Зигран, словно пробуя имя на вкус.       А потом громче и увереннее: — Баки! Я здесь!       Он вспомнил. Он все вспомнил. Баки – это его Обережник – прекрасный, умный и добрый кот, которого он очень хочет увидеть. Кажется, был разбор даров, шкатулка, ядовитый туман – Владыка вспомнил и это.              Баки понимал – он должен выбрать одну единственную залитую светом площадку – последнюю. На большее времени нет. Но какую выбрать?! Позади истошно вопил преследующий ядокрыл.       Именно в этот момент со стороны одной из площадок донесся голос Зиграна: — Баки! Я здесь.       Это был он – настоящий господин. Кот радостно нырнул туда, где ждал повелитель, и… оказался на поле брани. Не обращая внимания на происходящее вокруг, юноша бросился к Зиграну и со слезами на глазах обнял его.       — Господин, я вас нашел! Надо скорее уходить! – сумбурно прошептал зверолюд.       Так же в обнимку двое покинули страшное видение. Вот только золотистая нить обратного пути почти исчезла…              — Шкатулка! Она рассыпается. – истошно вопил дракон.       Феарис пытался укрепить Шкатулку Вечного сна и попутно «держать» канал для возвращения. Рысь чуть не плакал от напряжения.       Кристалл треснул и раскололся. Шкатулка обратилась в пыль. Сфай и Феа одновременно завопили от ужаса. Но Зигран и Бакари спустя мгновение пришли в себя, резко сев на каменных столах – они успели в последний момент. Кот тотчас кинулся к Черным крыльям и приник к нему, плача и обнимая сильно, как только мог.       — Я вас чуть не потерял! Не оставляйте меня больше! – шептал юноша, утирая соленые дорожки с щек.       — Не оставлю, мой маленький храбрый кот. – Зигран нежно гладил Баки по волосам.       — Я наговорил вам гадостей в последнюю встречу! Я так сожалею.       — Ты ни в чем не виноват, Баки. Все хорошо. Ты – самый замечательный и я страшно рад тебя видеть. – заверял Темный, зарываясь в пушистые белые волосы юноши.       Феарис и Сфайралу, наблюдая за этой сценой, бурно радовались происходящему. Они тоже обнялись меж собой.              Когда Зигран отправился в свободные покои — поесть, переодеться и привести себя в порядок — Баки проследовал за ним. Он наотрез отказывался оставить господина одного. Разве что в купальню с ним не пошел, ожидая у порога. Коту постоянно казалось, что стоит выпустить Зиграна из вида надолго – тот снова куда-нибудь пропадет.       Черные крылья находил это весьма трогательным. Его еще покачивало от недели в магическом сне, полном ужасных видений, но силы внутри бурлило куда больше, чем обычно. Да и эйфория от возвращения накрыла с головой. Приятно было снова оказаться живым и здоровым, в реальном мире.       Бакари попутно поведал обо всем произошедшем. Зигран не переставал восхищаться действиями своего Обережника. Тот проявил чудеса смелости и стойкости.       — Прекрасный кот. Самый лучший на свете. – заявил он, в сотый раз обнимая Бакари.       Тот обнял господина в ответ: — Хорошо, что вы снова тут!              Через час состоялось экстренное заседание совета – прямо ночью.       Адамару и маршалы заметно нервничали. Они предчувствовали, как отреагирует вернувшийся Владыка на их последние действия.       «Они хотели спасти Баки – от кошмаров Шкатулки и гибели вслед за мной. Прислушивались к его словам, кроме последнего случая. И не предали меня — в течение первых шести дней так точно. Просто логично и рационально рассчитали шансы. Было столько возможностей передать власть другому Владыке, но они не сделали этого. Дрогнули лишь в конце – и то не худшим образом. Редкая верность для Темных. Более лояльных и честных мне все равно не найти.» — решил про себя Зигран.       Но предпочел немного попугать свиту. Он начал заседание с особо мрачным выражением на лице, заставляя присутствующих нервничать.       — О том, что я жив пока не распространяться. Пусть это будет тайной. Даже напротив – распустите слухи о моей кончине. А когда подтянутся обрадованные враги, надо будет как следует поприветствовать тех, кто осмелится предпринять еще одну попытку напасть. – сообщил Повелитель, усмехаясь.       — Как минимум трое Темных Владык скоро попробуют напасть повторно. Их ждет неприятный сюрприз. – осторожно кивнул Кронар. Медведь всматривался в выражение лица повелителя, надеясь разгадать его подлинные чувства.       — Что до Обережника Бакари, то теперь он всегда будет голосовать по всем вопросам. Его голос равен любому другому голосу в совете. – продолжил Черные крылья, обводя присутствующих внимательным взглядом. Темный знал – в самом начале совет, за исключением Сфая, не считал кота равным. Но теперь ситуация переменилась. К зверолюду стали относиться максимально серьезно. Баки доказал, что он умен и умеет действовать решительно. Само собой, голос Повелителя был весомее, чем у прочих, но теперь Обережник сравнялся правами с советниками и маршалами. Отныне он не просто усилитель чар, дарующий энергию, а полноправный член совета.       — Разумеется, Ваше Темнейшество. – смущенно кивнул Адамару. О том, что вчера кот был заперт по приказу совета дайну предпочел промолчать. Хотя это и так все прекрасно помнили.       — Настало время вознаградить по заслугам всех присутствующих за их деяния в период моего длительного сна. – Зигран говорил тихо, но удивительно весомо. Каждое его слово гремело словно металлический шарик, брошенный в звуковую чашу – гулко и раскатисто, проникая в самую душу.       — Преданный и смелый кот Бакари получит причитающиеся дары в виде особняка «Темный цветок» в столице, драгоценностей, нарядов, украшений и прочих материальных благ, кроме того — право на особую просьбу. – начал Владыка.       Все закивали, одобряя решение. Обережник слегка покраснел, смущаясь.       — Повелеваю также подготовить приказ, согласно которому смелый Обережник Феарис, способствовавший моему спасению, получает в собственность особняк «Танец теней». – распорядился Правитель.       Это известие вызвало несколько большее удивление. Но, само собой, спорить никто не стал.       — Советник Сфайралу назначается главным советником и моим заместителем в случае любого моего отсутствия. Кроме того, он получает имение Артхарн на границе с землями драконов. – продолжил чернокнижник.       — Вот спасибо! – отозвался золотой, — Было бы еще время туда летать.       Стоило кризису миновать, как суровый и собранный дракон снова начал вести себя легкомысленно и дурашливо. Господин главный советник изволил развалиться в кресле, прихлебывать чай и снова баловаться со светильниками, включая и выключая их на расстоянии.       — Уважаемый Сфайралу, потрудитесь поведением соответствовать должности. – усмехнулся Зигран.       — Я и так соответствую столь высокой должности. А если Вы про сидеть ровно и вести себя скучно, то это уже не награда, а наказание! – насупился дракон.       Бакари невольно хихикнул. Ему в эту неделю очень не хватало прежнего Сфая – несерьезного и проказливого.       — Что до остальных членов совета… — Владыка сделал многозначительную паузу. Все замерли, ожидая следующих слов. Хотя Баки и так знал, что скажет Черные крылья – тот сообщил ему свое решение заранее.       — Что до остальных членов совета, то им предписывается получить из казны по дополнительному кошелю золота и впредь внимательнее прислушиваться к Обережнику. – провозгласил Высший.       По залу разнеслось несколько явственных вздохов облегчения. Господина принялись смущенно благодарить. Зигран остановил все эти бурные словоизлияния: — Хватит. Всем – отправляться спать. До утра еще несколько часов. А завтра… уже сегодня предстоит непростой день.       Все разошлись по покоям. Бакари отправился с Зиграном. Он свернулся в клубочек на половине кровати, укрылся пышным хвостом и уснул, прижавшись к Зиграну теплым боком. Сам чернокнижник, выспавшийся за неделю беспробудного сна, с нежностью смотрел на кота и периодически осторожно гладил его.       «Ох, он же теперь знает так много о моем прошлом!» — с тревогой подумал Владыка.              — Я хотел поблагодарить тебя за спасение. – робко начал Ормей.       Кейя нахмурилась: — Не за что! Но вот за твои слова Баки я всерьез обижена. Как ты мог?!       Оборотень растерялся: — Ты уже знаешь?       — Конечно знаю. Я была бы плохой телохранительницей, если бы не знала обо всем, что происходит во дворце. – отозвалась метаморфа.       Про чудесное пробуждение Зиграна они оба тоже знали – одни из немногих. Даже стояли в карауле у дверей зала совета во время ночного совещания.       — Мне очень жаль… — протянул волк.       Кейя кивнула: — Хорошо, что тебе жаль. А теперь сходи и попроси прощения у Обережника.       Ормей кивнул. Он и сам собирался это сделать.              — Я наговорил не то, что должен был. Извини. Мне стоило больше доверять твоим решениям, а не уговаривать на предательство. – проговорил оборотень осторожно.       Бакари вздохнул: — Я тоже не имел в виду, что больше не хочу тебя видеть. Немного погорячился.       — Мир? – уточнил волк.       Кот кивнул: — Да.       — Так вы с господином теперь вместе? – оборотень отвел взгляд. Он знал, где ночевал зверолюд.       — Во-первых – нет, а, во-вторых, тебя не касается! – Бакари погрозил телохранителю пальцем.       — Прости! – тотчас пошел на попятный оборотень.              — Я тебе уже говорил, что ты прекрасно справился во время кризиса? – спросил Сфай. Он заглянул к рыси рано утром и принес еще одну порцию чудодейственной мази.       Феарис отрицательно мотнул головой.       — Говорю сейчас – ты отлично справился! – рассмеялся советник. – Кстати, у нас есть немного времени – как на счет позавтракать вместе и пройтись по саду?       Феа улыбнулся и согласно кивнул. Этот план ему определенно нравился.                     Новая попытка вторжения состоялась уже на следующий день. Снова Викториан, Саладай и Тамеральд. Благодаря слухам, которые распустили вампиры Натаниэля все трое были уверены, что получат земли погибшего Зиграна и поделят их меж собой.       Вместо этого их встретили изрядно (хоть и временно) повысивший мощь Черные крылья с Обережником Бакари, Закарди с Обережником Феарисом и совет, усиленный опять же Баки.       Кот впервые видел, как совет в полном составе колдует Покров Великой матери Тьмы. Это было впечатляюще и пугающе одновременно. Посреди дня свет закрыла густая черно-фиолетовая темнота с отблесками далеких звезд. Она искрилась потоками силы и клубилась маной, а потом опустилась на землю, скрыв из реальности всех противников. Уничтожить врагов с одного удара – редкая мощь. Ни криков, ни звона оружия. Только гаснущие ауры.       К огромному облегчению кота и рыси – когда Тьма схлынула словно вода в океанский отлив, выяснилось, что погибли лишь Владыки и их свита. Прочие просто временно ослабли. Все три нападавшие стороны быстро согласились на капитуляцию и признали власть победителя. Владения Зиграна значительно разрослись. Теперь он стал самым сильным и влиятельным Повелителем Темных земель.       Разумеется, ему были подвластны не все, а примерно четверть всех здешних территорий, а еще три четверти делились между многими Владыками. Или же пока оставались свободными. Но и это впечатляло. От прихода Тьмы прошло полтора месяца – весьма небольшой срок.              — Столько работы в связи с расширением территорий. Вы с Феа не хотите снова принимать просителей за меня? – в шутку уточнил Зигран, обращаясь к своему Обережнику. Это происходило в кабинете Повелителя на третий день от его пробуждения. Черные крылья занимался документами, а Баки устроился подле него и читал учебник по магии.       — Нет! – протянул кот, — Мы коты. Нам такое сложно.       — Вы отлично справлялись. – с грустью напомнил чернокнижник.       Юноша пожал плечами: — Я внимательно слушал, что вы говорите. И запоминал.       — Так значит «нет»? – хитро прищурился Черные крылья, — Помощи не будет?       — Скучные бумаги вместо чудесных планов? У нас с Феа уроки по магии. А потом мы собираемся попить чаю с пирожными, поиграть в игру и погулять в саду. – мечтательно перечислил Обережник, — Мы тут трудились не покладая рук и не отдыхали неделю – даже больше! А править и решать государственные вопросы должны дайну. С меня хватит того, что я голосую на совете, принимаю участие в официальных церемониях и всех ритуалах.       Он скорчил ехидную мордочку.       Зигран притворно вздохнул. Разумеется, он лишь подначивал Баки. Кот сбежал, радостно распушив хвост, а Властелин вернулся к документам.              Чуть позднее Зигран видел в окно, как в саду резвятся Баки, Феарис и Ормей. Коты закидали оборотня снежками, а потом с радостным визгом повалили в сугроб. Волк перекинулся в звериную ипостась и вилял хвостом, как собачка. Он выглядел весьма довольным.       Потом рысь и кот по очереди катались на недавно повешенных для них на ветке раскидистого дуба качелях — раскрасневшиеся, заснеженные и очень счастливые.       — Обережники на качелях катаются, главный советник носится по коридорам и роняет светильники хвостом. Нас так соседи уважать перестанут. – насмешливо сообщил Черные крылья, обращаясь к Сфайралу, принесшему очередную кипу бумаг на подпись.       — Да куда они денутся? Будут уважать. – отмахнулся дракон, — А светильник сам разбился. Я тут не при чем.       — Верю. – улыбнулся Зигран.       — У Вашего Темнейшества такой вид, словно Вы тоже хотите играть в снежки и кататься на качелях. – рассмеялся золотой.       — Что?! Нет, конечно. – запротестовал правитель.       — А сам-то наверняка пробовал пока никто не видит? – догадался чернокнижник. Он скрестил руки на груди и насмешливо посмотрел на советника.       Тот вздохнул и пожаловался: — Меня качели не выдержат. У меня вне хуманской ипостаси вес пятьдесят тонн. А в хуманской все равно – двести пятьдесят килограмм. Это минимум, на который способна магия трансформации…       Сфай был высок и мускулист. Примерно на сто кило на вид. Но отголоски подлинных габаритов сказывались, делая дракона необычайно сильным, выносливым и тяжелым даже в теле человека.       — А снежки тают из-за ауры огня. Лепить не получается. – добавил золотой.       Зигран сочувственно посмотрел на друга: — Ну, хоть сделать перерыв на чай со сладостями мы точно можем!       Дракон просиял и тотчас смел бумаги в угол стола и позвонил в колокольчик, вызывая слуг, а когда те скрылись, принеся нужное, позвал ожидавшую у дверей Кейю. Пока младшие веселились в саду – старший состав решил уютно понаблюдать за ними через окно, попивая горячий напиток.