Обережник Его Темнейшества

      Золотой дракон Лайталу был доволен. Все прошло точно по плану. Поскольку отец и брат советника Сфайралу при встрече вели себя грубо, Сфай без труда поверил в то, что за покушениями стоит именно семья. Плюс аура Чаднарру на месте происшествия, еще несколько дополнительных деталей, бросающих тень подозрения на Чада – и Сфайралу принял всё за чистую монету, разругавшись с родичами. Теперь запечатленный на Зиграна станет намного реже здесь появляться. А отвадить любопытного советника было очень важно.       Всего-то и надо было, что применить особую Темную магию и отправить свою Тень со специальными свитками сначала в комнату, которую отвели юному рыси – позорному хнудо, а затем в спальню Сфайралу. Свитки содержали в себе нужные магические фигуры – достаточно выпустить крылья, подлететь к потолку и приложить свиток – он незаметно скопируется на поверхность, которой касается, и магическая фигура будет готова к активации в любую минуту, оставаясь до этого незаметной. Правда энергии на подобный листок с рунами требовалось примерно в двадцать раз больше, чем если бы Лайталу чертил сам непосредственно в нужных покоях. Но энергии у золотого было много – как и времени заранее запастись свитками и наделать их в прок – на разные случаи. Дракон постарался и план сработал.       Лайталу миновал на большой скорости горную гряду, достиг нужной скалы, аккуратно опустился на каменную площадку перед пещерой и, приняв человеческий облик, вошел под высокие гулкие своды. В пещере, озаренной магическими светильниками, на каменном постаменте покоился огромный прозрачный кристалл. К кристаллу стекались потоки Темной энергии. Индикатор на боковой поверхности постамента сообщал, что подпитка почти завершена – осталось всего пару недель.       Лайталу приблизился, откалибровал каналы маны и в который раз вгляделся в того, кто уже два столетия спал внутри камня. Древний Темный Владыка Мальхорен Длань Зла был вторым Властелином, уцелевшим во время зачистки Светлыми этих земель двести лет назад. В отличие от мерзкого Зиграна, якшавшегося с врагами и жившего среди них, Мальхорен погрузил себя в спячку на весь цикл властвования Света. Его местонахождение и аура были надежно сокрыты, а его заключенное в камень тело покоилось максимально далеко от границы – в тайных пещерах драконьих земель. Здесь о безопасности Повелителя заботился лично его запечатленный – золотой дракон Лайталу – хранитель Северных башен и командующий Первым Боевым лигнатом столицы.       Пробуждение Мальхорена проходило постепенно и очень медленно. Владыка набирал мощь, чтобы вернуться в мир живым средоточием Тьмы. Самый старший из Высших чернокнижников, самый хитрый и сильный из них. Подлинный высокородный дайну семиста лет. Все не драконы были для золотого «хнудо» – отбросами. Но только Мальхорен в его внутренней иерархии стоял выше даже драконов. Вернее – находился почти на той же высоте, что и Великая Проматерь.       «Скоро Вы вернетесь, господин. Мир содрогнется от Вашей поступи. Светлые, наконец, будут полностью уничтожены. И всё погрузится в благословенную Тьму.» — с волнением думал Лайталу, касаясь тонкими пальцами холодного камня.       До погружения в магический сон Мальхорен узнал, что новый цикл Света – следующий после наступающего, станет чудовищно силен. Хумансы и святоши смогут смести Темных с лица земли – причем не только Владык, но и рядовых Темных особо не наделенных чарами, даже небоевых. Если Светлые придут на Темные земли с новыми способностями – никто не уцелеет. А значит есть лишь один путь — уничтожить врагов первыми — в этот очень сильный цикл Тьмы. Сделать так, чтобы к моменту наступления нового цикла Света колдовать Светлую магию было некому…       «Скоро мир изменится. В нем не останется места никому кроме настоящих Темных!» — эта мысль принесла Лайталу успокоение и радость. Он ждал так долго – осталось совсем немного. Но пока господин не проснулся надо многое успеть сделать.              — Как по мне Лайталу – идеальный кандидат. Твоя помолвка с ним станет огромной удачей, Алиша. – старшая золотая драконица говорила мягко, но уверенно.       — Даже не знаю, матушка. Я пока сомневаюсь. Лайталу красив, но какой-то скучный. – вздохнула девушка, старательно расчесывая драгоценным гребнем золотистые локоны. – Слишком благопристойный и порядочный.       — Пока ты будешь привередничать – всех хороших женихов разберут. – предупредила старшая, — Я сообщу от твоего имени, что ты согласна на совместную прогулку с господином Лайталу сегодня вечером.       Алиша нахмурилась: — А если я хотела сегодня пойти с Дзомундо?       — Дзомундо менее надежный и ответственный. – отмахнулась мать, — Его оставь как запасной вариант, если не сложится с Лайталу.       Алиша надула губы и скрестила руки на груди: — Вот теперь я точно не хочу никуда идти с этим чопорным занудой Лайталу. Он интересен мне примерно как справочник по грибам. Хватит и того, что я три часа беседовала с этим сухарем в день приезда брата. И это вместо того, чтобы подольше пообщаться со Сфаем!       — Алиша! Веди себя как подобает леди. – сурово напомнила родительница.       — Не навязывай мне его, мама! – золотые глаза девушки сверкнули гневом. – А то сбегу к братцу Сфаю и найду себе дайну посимпатичнее. Господину Зиграну на службе пригодится еще один дракон.       Матушка схватилась за сердце и притворно закатила глаза. К счастью, настаивать на свидании с Лайталу она перестала, но этот упорный тип появился в их дворце сам и лично позвал девушку на прогулку – разумеется в многодраконном месте и при сопровождающих – как предписывал этикет.       Алише пришлось согласиться. А потом два часа изображать правильную чопорную девицу.       «Может, если в следующий раз я стану вести себя как невоспитанная дикарка, он отстанет? Или хотя бы упадет в обморок от ужаса?» — с надеждой думала девица пока поклонник расточал в ее адрес цветистые комплименты. Кавалер, его дама и сопровождающие как раз разместились в кафе – особом уютном романтическом заведении «Яркие крылья» как раз ориентированном на свидание парочек.       Алиша вздохнула. Увы – информация о непристойном поведении золотой драконицы на выданье мигом станет достоянием общественности. Тогда могут отступиться и прочие женихи. А этого не хотелось. Поэтому сестра Сфая сделала глоточек чая из изящной фарфоровой чашечки и слабо улыбнулась спутнику.       — Вы очень любезны, господин Лайталу. – выдавила она из себя.              После бегства из Ташимы паладины Последней надежды обосновались в Бергольце – крупном княжестве вдали от Приграничья. Сильных воинов Света легко приняли на службу – сейчас такие боевые единицы на перечет и могут пригодиться при обороне страны.       Защищать обреченный Фальгаут паладины не стали – «Всех детей Света под пятой Тьмы ждет смерть. Бог ведет нас туда, где мы еще можем что-то изменить и пригодиться, а еретики, меняющие свое мировоззрение каждые двести лет пусть отвечают за свои грехи сами!»       Так возвестил отец Витольдо. Именно он возглавил фальгаутских священников, отступающих с Приграничья. Именно ему принадлежала идея осесть не в Империи, а в Бергольце и преподнести здешнему князю подношение в виде золотых церковных реликвий. Князь Михаэлис был рад. Он радушно принял «беженцев» — самым высоким чинам даровал свободные земли, назначил на важные должности. Неплохо устроились на новом месте и менее знатные.       Три Паладина Последней надежды – высокие, широкоплечие, суровые, в легкой белой броне и с лицами, закрытыми металлическими масками «после столкновения с Тьмой», стали приближенными Михаэлиса и опорой трона князя.              — Так что едва только наступит новый цикл Света, этот ритуал испепелит всех, кто находится на Темных землях. Никто из нечестивого отродья не спасется. Нам даже не потребуется вводить войска. – вещал старый чародей Галакмари.       — Но провести ритуал надо сейчас – в начале цикла Тьмы? – князь Михаэлис в задумчивости пригладил ухоженную русую бородку.       Чародей кивнул: — Именно, повелитель. Все дело в расположении небесных светил, особенностях потоков силы и активности континентальных плит. Мы заложим фундамент победы над врагом для наших потомков. Пусть мы и не увидим итог, но тем, кто будет жить через двести лет не придется делать выбор или предпринимать какие-то усилия. Они могут даже не знать о ритуале. Сменится цикл и все Темные погибнут сами по себе.       — Даже если не будет ни Бергольца, ни нужного числа Светлых магов, ни церкви? – переспросил правитель удивленно. В подобное верилось с трудом.       — Да. Какие бы изменения не постигли мир – ритуал сработает. Обратной силы он не имеет. Если мы совершим его, то никто уже не отменит. – заверил Галакмари.       — Все же уничтожение ВСЕХ Темных – это как-то чересчур. – вздохнул Михаэлис.       — Или они рано или поздно уничтожат нас. – напомнил маг.       — Хорошо… — нехотя бросил князь.       — Список ингредиентов для действа составлен. В нем сто пятьдесят пунктов. Некоторые весьма редкие или уникальные. – Галакмари протянул правителю листок бумаги.       – Я поручу сбор необходимого паладинам Последней надежды и братству Опавшего листа. «Листья» справятся с тем, что попроще, а воины Света возьмут на себе меньше пунктов, но посложнее. – озвучил свое решение князь, прочитав свиток.       Чародей согласно кивнул. «Скоро мир изменится. В нем не останется места никому кроме настоящих Светлых!» - думал маг.              — С радостью возьмусь за это поручение! – взгляд Тимарна Белого клинка полыхал решимостью и воодушевлением. – Мы уничтожим Тьму.       «Вот уж кто точно не сомневается в необходимости ритуала.» — с толикой раздражения подумал Михаэлис, глядя на фанатичного паладина.       — Мы не подведем, государь. – дружно рявкнули Самарли Сверкающий щит и Язри Грозное Копье. Воины Света громыхнули доспехами.       — Рассчитываю на вас. – кивнул князь.       «Эти сильны и целеустремленны. Они справятся.» — отметил про себя правитель.              Зигран с тревогой смотрел на выпавшие руны. Он не часто обращался к ним с тех пор, как вернулся в Темные земли, и сейчас старался исправить это упущение.       — Все плохо? – забеспокоился устроившийся неподалеку Бакари. Он усиливал способности повелителя к гаданию по рунам.       — Боюсь, что да. Над страной нависло целых две угрозы – со стороны Темных и со стороны Светлых. – пояснил Черные крылья.       — А подробнее? – Обережник придвинулся и коснулся рукой плеча Зиграна. От этого прикосновения у того по коже побежали мурашки.       — Эмм… Да, сейчас. – дайну постарался снова сосредоточиться на деле, а не думать о нежном тепле, исходящем от тела зверолюда, — Со стороны Тьмы – некий Темный владыка. Это странно. Сейчас Темных владык сильнее меня нет. И это не очередная пакость со стороны кузена – руны убеждены, что он ничего не замышляет.       — И правда странно. Непонятно, о ком идет речь. – задумчиво кивнул Бакари, — А со стороны Света?       — Паладины. Три сильных паладина. Угроза исходит от них. – сообщил Зигран.       — Похоже на паладинов Последней надежды из Ташимы! – припомнил кот, — Они были сильны и представляли угрозу. Правда на момент захвата Фальгаута змеелюдами все трое давно покинули страну.       Черные крылья кивнул: — Вероятнее всего – речь именно о них. Надо выяснить, где эти фанатики находятся в настоящее время.       — Я волнуюсь… — протянул зверолюд.       — Все будет хорошо, Баки. – Зигран улыбнулся и притянул обеспокоенного кота к себе, — Кстати, тебе пора готовиться к церемонии в честь Дня Сердца зимы.       — Я помню. – Баки поморщился. Длинная, сложная и скучная церемония в главном храме его не воодушевляла. А ведь юноше предстояло сыграть на ней главную роль – изображать Сердце Зимы. Обережник старательно разучил необходимый сложный танец и слова заклинания. И сейчас нужно было облачиться в тяжелый и неудобный церемониальный наряд, сесть в открытый паланкин и, добравшись до храма, исполнить всё идеально четко – на радость зрителям и для благополучия страны.       — Всего один час. – подбодрил юношу Зигран.       Кот вздохнул: — Только это и успокаивает. Но еще час с лишним заняла подготовка…              Слуги суетились вокруг Обережника расчесывая, наряжая, всячески приводя в порядок. Прекрасный зверолюд должен был сегодня предстать перед толпой особенно красивым. Он играл роль божества зимы и потому обязан сиять великолепием.       По мнению заглянувшего в покои Ормея – это вполне получилось. Серебряные волосы кота блестели как снег, роскошный хвост распушился и отливал перламутром, белая кожа напоминала дорогой фарфор, в желтых глазах в обрамлении длинных черных ресниц играли искорки. Серебряные браслеты на руках и ногах звенели и переливались – словно праздничные колокольчики. Прозрачные кристаллы ожерелья и тиары походили на сосульки, а длиннополое белое с серебром одеяние словно припорошило инеем.       — Вы… прекрасно выглядите, господин. – волк почувствовал, что краснеет.       — Спасибо! – улыбнулся кот. Он был доволен похвалой.       — Правда я не уверен, что смогу в этом двигаться. И дышать. – признался он.       — А вот эти висюльки на ушах точно нужны? – с отчаянием уточнил Обережник у прислуги.       — Да, это важный элемент наряда – Стрелы Льда. – заверил слуга.       Зверолюд покорно вздохнул.       Вскоре все было готово и юношу водрузили в открытый паланкин. Его должны были пронести через весь город – до самого храма. Вокруг паланкина шествовала усиленная охрана. Толпа приветствовала Обережника правителя радостными криками и лепестками зимних цветов.       Ормей держался рядом и украдкой любовался Бакари. Он очень жалел, что в сам храм его не пустят – церемония только для Темного духовенства. Танцевать юноша будет лишь перед ними.              Бакари скользил в центре зала, тщательно исполняя сложный танец. Шаг вправо, полупоклон и поворот, взмах Веером Зимы, так что украшения на руках и ногах дружно мелодично звякнули. Затем – легкое движение влево, правильно изогнуть руку и склонить голову. Веер продолжал выписывать замысловатые фигуры в воздухе, оставляя сияющий инеем след. Такие же сверкающие следы оставались там, куда ступал танцор. Так что вскоре пол покрывала сложная вязь морозных отметин. По завершении действа они должны сложиться в правильный узор.       Бакари обходил круглый зал по периметру – каждый раз по все меньшему диаметру – ближе к ближе к центру. Вскоре он дотанцевал до главного алтаря и зажег свечу на нем. Следы, оставленные изящными сапожками на полу, и следы веера в воздухе вспыхнули синим морозным сиянием, подтверждая правильность выполнения всех действий. Обережник справился.       Наблюдавшие за церемонией служители Матери Тьмы одобрительно зашептались – мало кому удавалось так чисто провести свою первую церемонию.       Уставший, но довольный Баки дождался пока синее сияние погаснет и по специальной каменной тропке покинул зал. В маленькой комнатке его ждала привычная одежда. Юноша с наслаждением скинуть неудобный и тяжелый костюм, избавился от украшений и переоделся в нечто попроще.       Обережник вышел из комнатки – его должны были тайно вернуть во дворец в черном наглухо закрытом паланкине. По традиции – если путь избранного для церемонии Сердца зимы в сторону храма важно было увидеть всем горожанам, то развоплощение Сердца Зимы обратно в зверолюда и его путь домой следовало произвести максимально незаметно. Словно божество холода осталось в священном месте, а кот Бакари никуда не ездил. Разумеется, граждане знали, что это просто ритуальная игра и Обережник – не божество. Они были в курсе тайного возвращения, но говорить об этом считалось нежелательным – дабы не нарушать атмосферу праздника.       Баки прошел куда ему заранее велели. Паланкин ждал именно там, где следует. Юноша удобно устроился внутри, предвкушая ужин в компании Феариса и то, как станет рассказывать другу о церемонии.       Высокие фигуры в традиционных черных балахонах взялись за шесты паланкина с четырех сторон, подняли и понесли.       «Хмм… А где остальная охрана?» — забеспокоился зверолюд. Скан не выдавал ничего необычного, но отсутствие стражников-оборотней хоть в отдалении следующих за паланкином обеспокоило Обережника.       Он уже хотел выглянуть и спросить, в чем дело, тем самым нарушив негласные правила, но в паланкин просунулась трубка из дерева. Из трубки повалил сизый густой дым. Бакари успел выставить защиту, но она не помогла… Юноша потерял сознание, осев на пол.       Паланкин внесли в портал. Вынырнул он уже в глухом заснеженном лесу – вдали от столицы. Создатель фигуры для перемещения явно не пожалел энергии, ингредиентов и прочего – телепортация была сложным, редким и опасным способом перемещения, к которому почти не прибегали.       Фигуры в черном удалились, но на смену им тотчас явилось трое змеелюдов. Они подхватили пленника и спешно отнесли его к своим ездовым животным больше всего напоминающим многоногих коров. Кота перекинули через седло впереди одного из похитителей. А до этого тщательно связали и надели антимагические кандалы. Троица чешуйчатых с добычей держала путь в сторону Измарры – княжества змеелюдов. Они перемещались Змеиными тропами и потому пересекли границу уже спустя час после похищения. На то, чтобы выкрасть у Зиграна его Обережника ушло много энергии, редких артефактов и ресурсов, но оно того стоило. Теперь будем чем торговаться с наглым полукровным Правителем, осмелившимся отобрать у змеелюдов Фальгаут.