Обережник Его Темнейшества

      — Так что на этих воинов Света работает еще по крайней мере семеро Темных под чарами подчинения. Пятеро зверолюдов. Один небоевой оборотень и один слабый вампир. Было еще двое, но они перестали быть полезными и их убили… До завершения ритуала, который через двести лет уничтожит всех Темных, осталось собрать совсем немного. Из списка паладинов собрано уже две трети. Остальные ингредиенты собирает еще какая-то группа, но кто они – я не знаю. – закончил свой рассказ енот.       Слушатели были шокированы открывшимися им ужасными перспективами. Юноша не врал. Он точно указал всех паладинов и назвал по именам. Юноша слышал разговоры Светлых о том, зачем нужен сбор всех этих колдовских вещиц. Он даже описал ауры паладинов и их рабов-Темных – хотя других пленников не видел, а только ощущал на расстоянии.       — Так говоришь, ты один раз видел список ингредиентов и запомнил его? – недоверчиво уточнил Сфай.       — Да, господин. У меня хорошая память и я быстро читаю. – отозвался Хонму почтительно.       Он начал осознавать, что казнить его не планируют.       — Напиши. – главный советник усадил енота за стол и пододвинул к нему писчие принадлежности.       Хонму старательно записал, сделав те же пометки, что были в изначальном списке – «Это найдено», «Это предстоит найти», «Это возможно заменить», «Здесь нужен только оригинал».       Напротив строчки — шерсть Обережника разумной расы — стояли пометки «Найти» и «Возможна замена».       — А на что замена – не указано? – нетерпеливо уточнил дракон.       Хонму виновато потупился: — Простите, господин. Должно быть это было на другом листе. Его я не видел.       Сфай вздохнул: — Ну ничего. Ты и так хорошо нам помог. Спасибо.       — Мы многое знаем и успеем их остановить. – произнес Зигран.       — Постараемся. – кивнул Адамару.       — А что будет с Хонму?! – с волнением уточнил Бакари.       — Можем дать ему немного денег и отпустить. – Черным крыльям не особо нравилась эта мысль, но альтернативы он не видел.       — Увидев енота с кошелем денег любой решит, что он его украл. – напомнил кот, — Особенно, если сумма крупная. А если небольшая, то кончится через пару месяцев. Это не решение…       Обережник намекал на то, что без работы юношу ждет печальная судьба – снова воровать.       — Никто не возьмет на работу енота. – поморщился Адамару, не обращая внимания на что, что обсуждаемый Хонму находится тут же и все слышит. Советника мало заботила судьба воришки.       — Я возьму! – с горячностью сообщил Баки.       В зале повисла тишина.       — Едва ли это разумно… — осторожно начал Зигран. Он уже представлял, как мелкий зверолюд тащит из дворца золотые подсвечники.       — Хонму будет моим личным слугой! Таково мое желание. – кот припомнил, что господин задолжал ему исполнение любой просьбы со времен спасения от чар Шкатулки Вечного сна.       — У тебя в покоях куча дорогих мелких вещей, которые легко поместятся в карман. Да он и не обучен на слугу. – Сфай схватился за голову.       — Можно взять с Хонму магическую клятву не воровать. Без нашего разрешения. – хитро прищурился Бакари, — Хотя я и так ему верю.       — Я и правда обещал исполнить три желания и должен сдержать слово. – вздохнул Черные крылья.       — Ты ведь не против работать во дворце? На верхних уровнях? – уточнил кот у ошарашенного открывшимися перспективами енота.       — Не против! – заверил тот. Возвращаться к голодной уличной жизни не хотелось.       Хонму принес клятву не красть ничего без приказа Бакари, советников или Зиграна. Хитрый кот считал, что воровской дар енота еще пригодится и совсем запирать его не следует.       — Как ты вообще оказался в прачечной? – напоследок поинтересовался Черные крылья у своего Обережника.       — Я свиток в кармане туники забыл. А вещи унесли в стирку. – признался кот, смущенно признался кот.       Зигран невольно рассмеялся – благодаря такой мелочи удалось раскрыть грандиозный план Светлых.              Тимарн Белый клинок недовольно посмотрел на кристалл-детектор, связанный с Хонму. Артефакт сообщал, что глупый енот попался. Более того – вышел из подчинения.       «Может разболтать всё Темным. Надо сменить дислокацию!» — решил паладин и отправился предупредить товарищей.       Уже на следующий день он, а также Самарли Сверкающий щит и Язри Грозное копье держали путь в сердце Светлых земель. А именно – в империю. Выводить врага на Бергольц и колдуна Галакмари было нельзя. Паладин написал князю Михаэлису письмо с предупреждением о возможных неприятностях.       «Богомерзкий енот не видел списка ингредиентов, не знает, кто еще на нас работает. Он видел лишь нас троих. И именно нас будут искать Темные.» — размышлял Тимарн, — «В империи мы будем в безопасности. Всем добытчикам отдан приказ приносить ингредиенты к новой локации. Произошедшее причинило неудобство, но не фатально. Справимся! Задание будет выполнено.»              В тот же день состоялось экстренное заседание совета.       — Поиски Темного властелина так и не дали результатов. Даже не ясно, кто сумел вынести его из пещеры. – мрачно отчитался Натаниэль.       Зигран кивнул. Он уже понял, что они имеют дело с крайне умным противником, который все предусмотрел. Гин-Шадри был глуп и подставился, Лайталу – излишне самоуверен, как большинство драконов – и в итоге погиб, а вот третий приспешник отличался куда большими осторожностью, предусмотрительностью и интеллектом. Найти его будет неизмеримо труднее.       — Сейчас не менее важно остановить паладинов Последней надежды. – напомнил Сфайралу.       — С этим все проще. – отозвался вампир, — Они сейчас в империи. Отыщем и убьем. Благодаря информации от енота мы знаем, где искать их отправленных на задания слуг – большинство ингредиентов достаточно редкие и более-менее ясно, где их будут добывать. Ауры добытчиков тоже описаны весьма подробно. Мои подчиненные уже этим занимаются. А именно – один отряд отправлен в…       Далее последовало перечисление основных локаций, где должны появиться Темные рабы паладинов. Вампир постарался на славу, выдвинув на перехват изрядное количество воинов. Маршал был рад, что хоть тут может предложить хорошие новости.       — Отлично. Держи меня в курсе дела. – Черные крылья слушал доклад Натаниэля очень внимательно, хоть и выглядел погруженным в раздумья. Решить, кого направить в империю — расправиться с самими паладинами, предстояло именно Повелителю.       — Бергольц… — осторожно начал молчавший все это время Бакари. – Паладины, согласно докладам, много времени провели в княжестве Бергольц. Направились туда прямо из Фальгаута. Это не может быть как-то связано с их планом по уничтожению Темных?       Зигран нахмурился: — Имеет смысл проверить. Спасибо! Пошлю Кейю.       — Она больше разведчица, чем телохранительница. – не преминул заметить Кронар. С этим было сложно поспорить.       — Как же много всего на наши головы! – Сфайралу тяжело вздохнул. – И хитрые планы Светлых, и древний Властелин где-то в Темных землях…              Хонму вымылся в купальне для дворцовой челяди, переоделся в чистую униформу, поел в едальне для слуг и теперь с восхищением осматривал свою комнатку – небольшую, но чистую и светлую. Тут имелись стол, кровать, сундук для одежды, полка и даже окно со шторками и удобным подоконником. Более, чем достаточно для приятной жизни. Юноша буквально светился от счастья – жизнь менялась в лучшую сторону и весьма стремительно.       Правда были и ожидаемо неприятные моменты. На новенького неприязненно косились другие слуги. Более того – перешептывались, поглядывая на енота. Повариха в едальне напомнила не воровать ложки, а главный по купальне демонстративно проверил не стащил ли Хонму мыло после помывки. Объяснять всем, что он на клятве, запрещающей воровать и, что важнее, слишком дорожит этим местом и благодарен господину Бакари за шанс, было бы бесполезно и утомительно. Так что енот просто отмалчивался или сдержанно заверял – «Нет. Я ничего не взял!».       «Друзей мне тут не завести. Все считают меня ничтожным воришкой. Ну и пусть. Буду честно и усердно работать, а прочее не важно!» — решил про себя енот.              — Ох, не знаю получится ли тебя обучить. Личные слуги проходят подготовку в течение года. А до этого еще год трудятся простыми слугами. – зверолюд-ласка – дворцовый распорядитель Лулок – беловолосый, изящный и слегка манерный – с сомнением посмотрел на Хонму. – А ты пришел с улицы…       — Ты умеешь что-то помимо воровства? – уточнил ласка весьма неделикатно.       — Стирать, готовить простые блюда, штопать, убираться. – отчитался енот.       — Владеешь бытовой магией? – продолжил расспросы Лулок.       — Немного… — юноша смутился.       Распорядитель кивнул: — Придется освоить ее на хорошем уровне. Ты должен будешь изучить магическую уборку, подогревание пищи и глажку при помощи магии, выведение пятен с одежды чарами и многое другое. Сервировка, чайная церемония, ремонт вещей.       — Я буду стараться! – пообещал Хонму.       Лулок в ответ лишь закатил глаза, демонстрируя всем своим видом, что не верит в то, что енот справится.              — Нет, не так! Так ты уничтожишь мелкие вещи вместе с пылью. Будь внимательнее. – ласка коснулся лба пальцами. – Ох, какой же ты бестолковый!       — Сейчас исправлюсь. – Хонму закусил губу и попробовал снова.       На этот раз вышло намного лучше. Лулок кивнул, так и не похвалив ученика. Откровенно говоря, енот вовсе не был бестолковым – скорее очень талантливым. За полдня он освоил то, что другие осваивают месяцами. Но лимит времени в несколько суток заставлял распорядителя волноваться и подгонять юного зверолюда. Хонму выбивался из сил и трудился как мог.              — Какие тарелки и приборы нужны к ягодному десерту? – наседал ласка.       Хонму поморщился и уверенно указал на маленькую тарелочку, крохотную ложку и вилку с тремя зубчиками.       Распорядитель кивнул: — Верно. А какой чай к нему подается?       — Травяной улшу. Рассказать, как его готовят?       — Лучше покажи. – произнес Лулок и принялся наблюдать за ловкими движениями бывшего воришки.       Паренек отличался абсолютной памятью и запоминал мгновенно все, что читал, видел или слышал. С первого раза. А его чуткие пальцы были словно специально созданы для тонкой и точной работы. Ласка пытался быть строг к юноше, но ругать Хонму на третий день обучения было совершенно не за что. Более того – реши Лулок устроить соревнование на звание лучшего слуги во дворце – енот наверняка вошел бы в пятерку лучших, уступив только самым опытным. Увы – держаться с достоинством и изяществом парнишка с улицы еще не научился. Прошлое давало о себе знать. Но это сгладится со временем.       — Ты… неплохо постарался в эти дни. – нехотя произнес Лулок.       Хонму просиял даже от этой сдержанной похвалы: — Спасибо, господин!       — С завтрашнего дня приступишь к своим обязанностям. – разрешил распорядитель.       Эта новость обрадовала енота – он мечтал снова увидеть доброго господина Бакари.              — Добро пожаловать, Хонму! Вот здесь тебе предстоит работать. – сообщил кот, демонстрируя личному слуге свои покои. – Вещей у меня довольно много. Сам не заметил, как обзавелся таким количеством – одежда, украшения и всяческие красивые штуки.       Енот с изумлением осмотрелся вокруг. Он еще ни разу в жизни не видел столь богатых покоев. На столике из драгоценного дерева резные фигурки для занятной игры на двоих или троих. На полках – дорогие статуэтки, шкатулки ломятся от браслетов, ожерелий и кулонов. Три разных чайных сервиза, заколки для волос с инкрустацией драгоценными камнями.       «Будь я все еще воришкой – соблазнов тут были бы тысячи!» — улыбнулся про себя ныне честный зверолюд.       — Спасибо, господин. Тут очень красиво. Я подам вам чай на балкон, а потом примусь за уборку? – предложил Хонму. Он помнил предпочтения юного господина в это время чаевничать на свежем воздухе. Его посвятили в распорядок дня Бакари.       — Хорошо. Только ко мне сейчас заглянет Феарис. Так что лучше накрыть сразу на троих. – сообщил кот.       Хонму немного удивился. Ведь с господином Феарисом будет двое, а не трое. Но господин Лулок строго велел не спорить и делать как сказано.       Вскоре юноша вернулся с кухни с большим подносом десертов, пузатым глиняным чайником и чашками – как раз на три персоны. Енот точно знал, какие сладости предпочитают господа и какой вид чая.       К этому времени подоспел Феарис – скромного вида симпатичный зверолюд-рысь. Как и господин Баки он был очень богато и нарядно одет.       — Феа, это Хонму. Он теперь работает здесь. – представил Баки своего слугу, — Хонму, это Феарис.       Енот поклонился: — Господин Феарис.       Рысь покраснел: — Можно просто Феарис пока никто посторонний не слышит.       — И меня тоже можно звать просто Бакари если никого лишнего рядом нет. – заверил кот.       Хонму испуганно округлил глаза: — Ох…       Но опять-таки – спорить было как-то неловко.       Поставив поднос на стол и заварив чай, слуга принялся за уборку – она заняла всего-то минут десять за счет применения чар. Горячий напиток как раз дошел до кондиции пригодной к употреблению. Юноша собирался подавать на стол, когда обнаружил, что лимонный юсху – заваренный им элитный сорт — уже налит в три изящные чашечки, а десерты разложены по тарелочкам – пока он занимался приведением комнаты в порядок господин кот сам все сделал.       Это вызвало неловкость у енота, но озвучить это он не посмел.       — Хонму, все готово! Идем угощаться с нами. – гостеприимно пригласил Баки.       На этот раз енот не выдержал: — Но, господин, так же не положено. Я всего лишь слуга!       — Ты хороший друг, который предупредил о заговоре Светлых. Так что пока никто не видит – садись и выпей чаю с нами. Если хочешь… — в конце тирады Баки немного смутился.       — Точно можно? – уточнил енот.       — Да! – хором отозвались рысь и кот.       Все выглядело таким вкусным. Хонму принял приглашение и устроился подле Обережников. Еще одним шоком для енота стало то, что вне официальных мероприятий, оба господина совершенно игнорировали правила этикета и сами не очень-то помнили, что какой вилкой положено есть – да и не стремились.       — Ох, Хонму, ты и правда помнишь все про столовые приборы? Будешь подсказывать во время званых обедов? – взмолился Баки.       — Конечно, господин… — Хонму заметил взгляд собеседника и исправился. – Конечно, Баки!       — Я вырос рабом в работном доме, а Феа – трудился подмастерьем в мастерской артефайзеров. Нам дворцовые тонкости в новинку. – запросто признался Обережник.       — Вы были рабом?! – поразился Хонму. В подобное верилось с трудом. Господин кот всегда отличался такой элегантностью. Нежная кожа, ухоженный вид, дорогие наряды.       — Да, десять лет. А до этого – жил в приюте. Так что я простой кот лишь недавно ставший знатным вельможей. – сообщил Баки, — Мне уже месяц предлагают обзавестись личным слугой. Но они все такие серьезные и чопорные. Хотелось найти кого-то менее строгого.       — Это многое объясняет. – улыбнулся Хонму.       Он ответил откровенностью на откровенность и поведал о своем детстве в крайне бедной деревеньке енотов, промышлявших сельским хозяйством и мелкими кражами. А еще пересказал кое-какие дворцовые слухи.       После чайпития у всех троих выдался свободный час. Феа и Баки предложили сыграть с ними в партию настольной игры. Хонму на этот раз стеснялся немного меньше. Троица зверолюдов бойко соревновалась меж собой, захватывая фигурками цветные области на карте. Енот ковано выиграл после чего немного испугался, но его так искренне хвалили за смекалку, что он быстро успокоился.       Затем Феа отправился к себе – мастерить амулеты, Хонму помог господину одеться и причесаться к вечерним мероприятиям, а сам понес поднос с грязной посудой на кухню. Выполнив еще с дюжину мелких текущих дел, енот столкнулся в коридоре с господином Лулоком. Тот похвалил новичка, сообщив, что господин Обережник вполне доволен им. Это известие наполнило сердце Хонму теплом. Он очень ценил доброе отношение Бакари и, само собой, никому не стал бы рассказывать о совместных чаепитиях и играх. Это могло бы плохо сказаться как на карьере самого слуги, так и на репутации господина.       Когда, завершая рабочий день, Хонму отнес корзинку с грязной одеждой Бакари в прачечную, бывшие коллеги встретили его изумлением. Еще бы – ранее новичок был белкой Оттаву, теперь – енот Хонму. Более того – его несколько дней назад уволокли стражники, а теперь он с самых низов – прачка, добрался до почти самого верха иерархии слуг – личный прислужник Обережника. Выше только слуги Владыки, главного советника и дворцовые распорядители. Но на расспросы Хонму отвечать не стал, а наседать работники прачечной побоялись.       Енот шел в свою комнату и улыбался – жизнь определенно налаживалась.