Под покровом ночи

Оказавшись на краю, легко сорваться в безумие. Грани стираются, и то, что всегда казалось глупым, внезапно обретает смысл. Ещё год назад Мо Вэйюй никогда бы не подумал, что докатится до подобного. Он работал в банке, занимался кредитованием, и всё шло замечательно — по крайней мере, до тех пор, пока он не повёлся на обещание отката в размере пяти процентов в год, если одобрит кредит под новое дело. Как водится, бизнес оказался липовым, а Мо Вэйюй остался без работы, репутации, и денег. Ему пришлось продать даже машину, подаренную дядей на восемнадцатилетие — и съехать в неблагополучный район. За последние несколько месяцев он потерял друзей, достаток, но и этого, казалось, Вселенной мало. Этим вечером он пил в баре с незнакомцами, а затем кто-то подкараулил его и избил в подворотне. Вероятно, это был один из прежних клиентов, которому он когда-то отказал в получении дополнительного кредита — но Вэйюй был пьян, а потому даже толком не рассмотрел его лица. Разумеется, медицинской страховки у Мо Вэйюя тоже больше не было, так что всё, что ему оставалось — идти домой. Уже там, переодевшись, отмывая кровь с разбитого лица, он вспомнил, как в начале вечера один парень угостил его бесплатным пивом и посоветовал обратиться к Пиковой Даме за советом. Тогда Мо Вэйюй лишь посмеялся, но сейчас… глядя на себя в зеркало, вдруг подумал, что дошёл до черты. Через пару дней заканчивался срок аренды тесной трущобы, которую он делил с такими же неудачниками. Регулярно кто-то здесь спивался, скалывался, или пропадал без вести. Вероятно, скоро ему будет некуда идти — а, поскольку арендодатели имели доступ к реестру судимостей, а на Вэйюе висело мошенничество, другие варианты для него были закрыты. Мо Вэйюй опустил голову, не желая больше видеть собственное поражение. Зеркало в ванной хотелось разбить — но разве оно было виновато в его неудачах? В какой момент он лишился не только денег, но и здравого смысла, что готов был попробовать совершенно абсурдный детский ритуал?.. “Пиковая Дама”... да кто в это вообще верит? Мо Жань неуклюже пошарил в банной тумбочке в поисках зажигалки и свечей — здесь нередко отключали свет, а потому у него должны были найтись какие-то огарки. Что до колоды карт… у него вроде бы оставалась одна. Возможно, неполная. Спустя минут двадцать перерывания вещей, которые он так и не решился разобрать после переезда, Вэйюй выудил худую колоду. Разумеется, карт там недоставало — и, как назло, из старшей масти пик был разве что король, да и тот… кажется, служил ему подставкой для чашки кофе в лучшие годы. — Тоже мне… — Мо Жань фыркнул, критически осматривая изображение сурового на вид темноволосого мужчины, вооружённого мечом. — Между прочим, покрасивее некоторых дам будешь!.. Разумеется, никто ему не ответил. Черноглазый Король Пик смотрел на него из колоды с лёгким презрением, словно бы заранее осуждая Мо Вэйюя за то, что тот сравнил его с девицей. А ведь это он ещё не знал, что у Вэйюя было на уме… Парень щелкнул зажигалкой, поднося трепещущий огонёк к фитилю свечи. — А будешь так на меня и дальше смотреть — и тебя сожгу, — прошипел вкрадчиво он. По правде говоря, ему даже в подвыпившем состоянии казалась абсурдной вся эта затея, однако алкоголь усиливал отчаяние и придавал невиданную решимость, заглушая разум ровно настолько, чтобы позволить Вэйюю осуществить задуманное. Установив огарок свечи на краю раковины и погасив лампу, парень начёркал на обрывке старого чека что-то вроде кривоватой лестницы с дверью наверху. Затем, помусолив во рту карандаш ещё с минуту, пририсовал к двери ручку, вспомнив, что об этом вроде бы упоминал человек в баре. — Ну вот и всё, — он усмехнулся, пьяно подмигивая, — жду в гости. Колода карт легла у двери нарисованной лестницы, возглавляемая мрачнолицым королём пик. Мо Вэйюй дохнул перегаром, так до конца и не веря, что всё это делает. — Пиковый король, приди, — в тишине ванной комнаты его голос отозвался глухим эхо, звуча особенно жалко. — Да бл*ть!.. Мо Жань закрыл лицо руками, чувствуя, как последние крупицы надежды сгорают в сердце, тая вместе с оплавленным парафином. Он действительно был настолько глуп и беспомощен, что собирался вызывать Пиковую Даму… У него даже Дамы как таковой не было, если разобраться! На что он вообще рассчитывал? — Пиковый король, приди, — повторил он, делая ещё один глубокий вдох. От потока воздуха пламя свечи всколыхнулось, неожиданно громко треснув. Мо Жань, опёршись на раковину, уставился в тёмный прямоугольник зеркала. В полумраке черты его лица заострились ещё сильнее, выдавая крайнюю степень усталости. Растерянный взгляд из-под копны отросших влажных после душа волос и разбитая губа дополняли общую неприглядную картину. На парне была свежая рубашка, которую он так и не застегнул на груди, не став возиться с пуговицами — и её белизна контрастировала с проступающими следами свежих побоев. Он перевёл взгляд снова на своё разбитое лицо, вспоминая, как всего полгода назад пользовался популярностью среди мужчин и женщин. Он редко встречался с кем-то более одного-двух раз, и обыкновенно встречи эти ограничивались сексом. Кто сейчас захотел бы его в таком виде?.. Парень запахнул на груди рубашку, тихо повторяя: — Пиковый король, приди. Пиковый король, приди. Пиковый король, приди… — немного помолчав, он задул свечку, оставаясь в полной темноте. Где-то под ванной что-то противно капнуло — неудивительно, потому что в этом сарае бесконечно то выгорала электрика, то текли краны. Чувствуя себя полным дураком, Мо Вэйюй вышел из ванной, оставляя всё как было. Толку было убирать, если этот позор всё равно видел только он? Ему следовало проспаться — и может быть к утру он почувствует себя лучше… *** …Разбудил Мо Жаня настойчивый стук в дверь. — Пожар! Пожар!.. Он подхватился, в мгновение слетая с постели, путаясь в одеяле. В единственной комнате чувствовался отчётливый запах гари, а за окном всё ещё стояла непроглядная ночь. — Пожар!... — продолжал стучать в двери сосед сверху. — Выходите на улицу! Срочно!.. Мо Жань, обернув вокруг лица шарф, кое-как натянул джинсы и куртку, подхватил документы и выбежал из подъезда. Там уже сгрудились разбуженные несчастьем испуганные люди: старики, дети, женщины и мужчины. У многих в глазах читалось непонимание. Всё происходящее казалось чем-то нереальным, частью ночного кошмара — вопреки тому, что воздух пропах дымом, и даже детский плач не мог заглушить низкий рёв пламени. — …Мо Вэйюй, ведь так? — неожиданно раздалось в другой стороне от толпы, и Мо Жань инстинктивно обернулся, шагая в сторону. Сделал это он как раз вовремя, потому что в эту же секунду стёкла чьего-то окна лопнули от температуры, с ледяным звоном просыпаясь на дорогу. Кто-то пронзительно закричал, и началась паника. Мо Вэйюй отступил ещё на шаг, понимая, что мог оказаться в давке, если бы остался там, где стоял. Он обернулся к незнакомцу, который, сам того не ведая, его спас. Стройный высокий мужчина в деловом костюме идеального кроя и пальто ручной работы определённо не вписывался в общую картину происходящего. Он, что же, перепутал район?.. — Я Мо Вэйюй, — Мо Жань старался не думать, что выбежал из дома в извалянной в грязи после драки куртке, да к тому же забыл надеть обувь. Мужчины вроде его собеседника бывали завсегдатаями офисов вроде того, где он раньше работал — что этот тип забыл в таком захолустном районе, и почему он искал именно его?.. Мо Жань вдруг вспомнил, что заснул пьяным, и к тому же после драки лицо его всё ещё болело. Должно быть, он выглядел сейчас, как уличный бродяга или преступник. Его же собеседник… напротив, был чист и опрятен. Лицо его, белое, словно алебастр, не выдавало никаких эмоций, но в тёмном взгляде читался холодок надменности: — Моё имя Чу Ваньнин. Я один из партнёров финконсалтинговой компании, и сейчас мы ищем специалиста по кредитным историям. Он не задал Мо Жаню ни одного вопроса, просто констатировал факты. Однако это всё ещё не объясняло, какого хр*на он забыл в трущобах под утро — не мог позвонить, или написать имейл? Ах, да… Вэйюй вспомнил, что заложил свой айфон в ломбард на прошлой неделе, а его ноутбук уже давно был там без права выкупа. — На этой улице нет финансистов, — огрызнулся он тихо, неуверенный, зачем это говорит. Ему нужна была работа — однако он отлично понимал, что человек перед ним, учитывая общий вид Вэйюя, скорее предпочтёт войти в горящий дом и умереть от удушья, чем сделает ему оффер. — Я понимаю, — мужчина, назвавшийся Чу Ваньнином, извлёк из кармана пальто аккуратную визитную карточку. — Сейчас не время. Однако, если вам нужна будет помощь, вы знаете, как меня найти. Бледные пальцы протянули матово-белый прямоугольник, и Вэйюй, скорее, по привычке, чем намеренно, взял карточку. Взгляд его пробежался по названию компании и контактным данным, а затем на секунду остановился на тёмном зеркально-глянцевом логотипе в форме пиковой масти. Он нахмурился, пытаясь вспомнить, почему это изображение вдруг вызвало тревогу — но с похмелья соображалось совсем уж тяжко. — Что-нибудь не так? — мягко поинтересовался Чу Ваньнин, однако тон его голоса вопреки своему дружелюбию почему-то вызывал ощущение смутной тревоги. — У меня дом горит, — Мо Вэйюй саркастически фыркнул, но, когда его собеседник никак не отреагировал, продолжил. — Что будет, если я позвоню по этому номеру? Вы погоните меня к своим эйчарам, и они дадут мне от ворот поворот?.. — Нет… — Чу Ваньнин опустил глаза, аккуратный рот впервые за всё время изогнулся в улыбке, и от этого зрелища Мо Жаня вдруг бросило в жар. Такие губы могли породить немало фантазий. Встретились бы они с этим Чу Ваньнином полгода назад — и Вэйюй бы закружил его так, что тот опомниться бы не успел, оказавшись в его постели... Мысль об этом вызвала внезапную злость. — Я знаю о вашей судимости, и о долгах. Также мне известно и о вашем печальном материальном положении, однако нам в компании нужен специалист, а не человек с идеальным прошлым. Тем более, вы не будете иметь дело непосредственно с клиентами — лишь анализировать данные, — продолжал Чу Ваньнин уверенно, словно бы не замечая на себе недвусмысленный взгляд. — Что скажете? — Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, — Мо Жань потёр переносицу и тут же поморщился, потому что та отдалась болью. Он снова умудрился забыть, что ему разбили нос. — Правда в том, что нам нужен человек вроде вас, — Чу Ваньнин снова засунул руки в карманы пальто. Похоже, он замёрз, и увещевание Мо Жаня присоединиться к их компании не доставляло ему особенного удовольствия. Мо Вэйюй мог его понять — едва ли мужчина его уровня воображал себе, что Мо Вэйюй, которого он ищет, окажется каким-то побитым забулдыгой. Но это были проблемы Чу Ваньнина, потому что Мо Жань собирался вгрызться зубами в эту соломинку. Он был утопающим — кто же виноват, что человек, воплощавший его спасительный шанс, брезгливо морщился от его вида и запаха перегара?.. *** Поднабравшись в себе уверенности, Мо Жань теперь всё чаще заглядывался на своего новоиспечённого босса, хоть тот и не платил ему той же монетой. Ему выдали авансом часть зарплаты, и даже помогли с тем, чтобы заселиться в пристойный кондоминиум. Вот уже полтора месяца он исправно ходил в офис, был трезв, чист и выбрит, и даже потратился на парфюм. Удивительно, как быстро привыкаешь к лучшей жизни — совсем недавно ему казалось, что запах плесени и затхлости трущоб не выветрится из него до самой смерти, однако, стоило ему сменить джинсы на отутюженные брюки, и освежиться, как мир вокруг снова приветливо открыл ему свои двери. Больше никто не присматривался к нему в кофейнях, ожидая, что он украдёт столовое серебро, и не прогонял его из торговых центров. Но Чу Ваньнин, похоже, так и не забыл, каким встретил Мо Вэйюя той ночью. Он по-прежнему никак не реагировал на отчаянные потуги Мо Жаня шутить, апатично благодарил юношу за принесенный американо из лучшей кофейни в районе, и лишь давал ему новые и новые задания. Он никак не подавал виду, но, вероятно, ему действительно претило, что Мо Вэйюй оказывал ему знаки внимания. Неужели был таким чистоплюем?.. Спортивный интерес и физический голод возрастали по мере того, как Ваньнин обходил Вэйюя стороной в общем кафе на их этаже, делая вид, словно не замечает, что Мо Жань машет ему рукой. Обыкновенно после этого мужчина садился обедать у себя в кабинете, закрываясь на ключ, и никому не открывал до конца обеденного перерыва, а Мо Жань так и оставался ни с чем. Не хотел Чу Ваньнин и ехать с Мо Вэйюем в одной машине, даже если им было по пути, и можно было бы сэкономить на такси. Удивительно, сколько способов можно было найти, чтобы избежать нежеланной компании. Казалось бы, Вэйюю следовало бы уже остановиться и принять, что его начальника не проймёшь ни обходительностью, ни заботой. Вот только как мог он смириться, если буквально от каждого взгляда на Ваньнина у него по телу разливался чистый огонь? Он едва был в состоянии думать о работе, когда тот находился рядом. Не помогали ни бесконечные отлучки в уборную в попытках подрочить и успокоиться, ни напоминания самому себе, что все попытки обратить на себя внимание — пустая трата времени. Мо Жань не сдавался. Он притворялся умным, переделывая тонны работы за ночь, чтобы Чу Ваньнин поразился его рвению и смекалке. Он притворялся тупым, не понимающим, как растянуть таблицу на больше колонок. Звал Чу Ваньнина на помощь и, пока тот склонялся к его столу, опираясь на локти, с упоением наблюдал не за действиями на экране, а за мужчиной. Ровный профиль в синих отблесках монитора выделялся на фоне тёмных волос. Сквозь стёкла защитных очков виднелись чуть прищуренные глаза феникса. Это лицо Мо Жан видел так часто в своих фантазиях — но так редко имел возможность рассмотреть наяву. — У вас ресница на щеке, — сболтнул он в один из таких моментов, хотя никакой ресницы и в помине не было. Ему просто хотелось подразнить мужчину. Тем вечером они оба работали допоздна и остались вдвоём в оупенспэйсе. Чу Ваньнин молча снял очки и, продолжая опираться одной рукой на стол, второй принялся тереть лицо. — Да нет же, она… хаха, дайте, я помогу, — не отступал Мо Жань, не в силах не забавляться ситуации. Чу Ваньнин на секунду замер, словно раздумывая над предложением, но затем с ещё большим остервенением принялся за свои глаз и щеку. Мо Жаню ничего не оставалось, кроме как продолжить шутку: — Кажется, уже всё…хотя, нет же, вот она! — он подался к Чу Ваньнину ближе, накрывая ладонью его руку. Чу Ваньнин растерянно уставился на него, Мо Жань явно застал его врасплох подобной близостью. Без привычных очков для монитора его глаза распахнулись ещё шире, выдавая недоумение. — Прекратите это, — он говорил тихо и спокойно, но от этого тона Мо Жаню стало на секунду не по себе. С ним вели себя так, словно он нарушил неприкосновенное правило. Переступил некую заветную черту. — Что такого в том, что я вам помогу? — он изобразил оскорблённую невинность, и Чу Ваньнин осёкся, теряя в одно мгновение всю свою суровость. — Хорошо, — он прикрыл глаза, опуская руки, — только быстрее. Казалось, он собрал всю силу воли, чтобы стерпеть это неприятное вмешательство в своё пространство. Мо Вэйюй склонился к Ваньнину, становясь в полный рост напротив, вглядываясь в суровую линию бровей, тёмные полукружья ресниц и плотно сомкнутые губы. Лицо его босса было белым, словно у призрака, и удивительно нежным. Казалось, Чу Ваньнин попросту не способен был краснеть — однако его уши… Мо Жань склонил голову набок, пытаясь понять, действительно ли они слегка розоватые. В искусственном освещении определить это было проблематично. — Всё? — Чу Ваньнин нетерпеливо нахмурился. — Нет, ещё нет, — Мо Жань продолжал рассматривать лицо Чу Ваньнина вблизи. Когда тот внезапно распахнул глаза, он явно не ожидал, что Мо Жань всё ещё будет совсем рядом, а потому опешил. — Ещё долго? — его бледно-розовые губы размыкались и смыкались на каждом слове, обнажая белые зубы и кончик языка, и Мо Жань, завороженный этим зрелищем, вдруг ляпнул совсем не то, что хотел. — Вам ведь не нравится, когда я рядом? Чу Ваньнин вздохнул, лёгкий поток воздуха на выдохе прошёлся нежным теплом по щеке Вэйюя: — Для меня это не играет роли. Можете думать, что вам угодно. — Почему тогда избегаете меня?.. А вот теперь Чу Ваньнин, похоже, потерял терпение. Он отстранился, меряя парня прохладным взглядом. — Вам показалось. — Хорошо, если так, — Мо Жань кивнул. А затем шагнул вперёд, снова сокращая между собой и мужчиной расстояние. — Потому что вы мне нравитесь. Чу Ваньнин усмехнулся. Казалось, ещё немного — и он закатит глаза. — Что же… это ожидаемо. По-моему, проще назвать, кто вам НЕ нравится, чем перечислить всех, кто занимает ваше внимание. — Вас это раздражает? — Мо Жань продолжал смотреть на мужчину в упор. — Нет. — Я вам неприятен? Отталкиваю физически?.. Чу Ваньнин прикусил губу, выдавая наконец лёгкую нервозность. — Что это за вопрос? — Я просто спросил. — Вы НЕ неприятны, — Чу Ваньнин опустил глаза, косясь на часы, словно намекая всем своим видом, что на подобного рода разговоры у него нет времени. — А что, если я вас поцелую? Позволите мне?.. — Мо Жань сам не знал, с какой стати он вдруг так осмелел, и что на него нашло. Он отлично понимал, что из-за своего поведения может потерять работу, но почему-то не мог остановиться. Впрочем, Чу Ваньнин, похоже, не был удивлён. Он прикрыл глаза, вздыхая: — Целуйте. Мо Вэйюй охуел. Да что, в самом деле, было не так с его боссом?!.. Он словно делал Мо Жаню одолжение. Совершенно бесстрастный голос… ему действительно было настолько всё равно?!.. Вэйюй приблизился к Ваньнину, аккуратно прикасаясь к острому подбородку, осторожно приподнимая его. Шумно вдохнул, пытаясь набраться решимости, потому что с таким отношением невольно возникало чувство, что он целует картонный манекен, а не живого человека. Когда его губы наконец прикоснулись к губам Чу Ваньнина, это было максимально неловко, и мужчина, очевидно, не был намерен ему ничем помогать. Мо Жань смущённо отстранился, и тут же поймал на себе заинтересованный пристальный взгляд. Ваньнин словно изучал его. — Это всё? — он провёл по нижней губе кончиком языка, и Мо Жань, вопреки здравому смыслу, почувствовал, как сильно возбуждает его происходящее. — А чего бы хотели вы? — спросил он. Во взгляде Ваньнина промелькнуло секундное удивление. — Я?.. — Да. Может быть, сходим куда-нибудь поужинать? Или… — он перевёл взгляд на стол, — я мог бы сделать вам минет прямо здесь, под вашим столом. У вас в кабинете нет камер, никто не узнает… — Что?!.. Чу Ваньнин ошалело уставился на Мо Жаня, словно впервые видел. Острый кадык дёрнулся на шее. — Я думал об этом весь последний месяц. Только мы с вами, закрытые от всех. Я стою на коленях между ваших ног, насаживаясь губами на ваш член так, как вам нравится. Вы стонете так сладко, удерживая за волосы, направляя меня… Чу Ваньнин сделал ещё один шаг назад, пятясь. — Признайтесь, вам бы хотелось этого. Я не против, если вы оттрахаете меня таким образом. Или… может быть, вы хотели бы совсем противоположного?.. — Мо Жань приподнял брови. — Скажите, чего вы хотите? — ЭТО НЕ ИГРАЕТ РОЛИ!!!— Чу Ваньнин оглушительно хлопнул дверью посреди разговора, оставляя Мо Жаня в одиночестве. Вэйюй закрыл лицо руками, только теперь понимая, что натворил. Он только что предложил своему боссу заняться сексом прямо вот так, прямым текстом — притом, что ещё даже не закончил стажировку, и всё, что его отделяло от улицы и очередной долговой ямы — счастливая случайность и эта работа. Он не знал, как теперь себя вести — буквально не находил себе места всю ночь, предполагая, что на следующий день его попросят уволиться. К счастью, весь следующий день Чу Ваньнину не было до него дела, да и всю последующую неделю — тоже. Мо Вэйюй молился всем богам, чтобы мужчина запамятовал об этом его провальном подкате, потому что сам он о нём теперь забыть уже точно не смог бы до конца своих дней. Он всё ждал, когда неловкость ситуации наконец рассосётся, однако всякий раз, когда Чу Ваньнин приходил в офис, его взгляд задерживался на Мо Жане на долю секунды дольше, чем на всех остальных. Мо Жань мог побиться об заклад, что в этот момент мужчина прокручивал в голове его слова… но продолжал делать вид, словно ничего не произошло. *** Удивительные выдержка и деловая хватка не покидали Чу Ваньнина до того самого дня, когда их команда собралась отметить завершение удачной сделки в казино. — Я не пойду, — он несколько раз решительно отказался от приглашений коллег, но при этом смотрел прямо на Мо Жаня. — …И я тоже! — вдруг решил проявить солидарность с ним Мо Вэйюй, чем вызвал удивлённые взгляды. — Мне бы поработать. Думаю, я останусь в офисе допоздна. Чу Ваньнин промолчал, но было видно, что он удивлён. В итоге, на улице давно уже смерклось и зажглись фонари, а Мо Жань всё сидел за столом, время от времени попивая кофе и косясь в сторону узкой полоски света из-под жалюзи интересующего его кабинета. Похоже, вместо покера сегодня Ваньнин решил поиграть с Вэйюем в игру “кто кого пересидит”. Ждал кого-то? Мо Вэйюй сделал ещё один глоток из давно остывшей чашки и, морщась, поднялся с места. Возможно, его порыв был не умнее предыдущей попытки завести разговор, закончившейся всеобщим стыдом и неловкостью, однако, по крайней мере, он должен был предложить Чу Ваньнину свою помощь, если тот действительно работал. Это был хороший повод, чтобы попытаться наладить отношения — так ведь? Постучав, он по привычке открыл дверь до того, как Ваньнин откликнулся — и обнаружил, что тот сидит носом в монитор, раскладывая… пасьянс?!! “Твою ж мать!..” Мо Жань смущённо закашлялся, понимая, что видел нечто, чего ему видеть не следовало. — Директор Чу?.. — он попытался снова обратить на себя внимание, и на этот раз мужчина обернулся на его голос. Впрочем, он даже не подумал свернуть окно с игрой. На зелёном сукне аккуратными столбцами располагались карты всех мастей и значений, и лишь одна до сих пор была не на месте. Король пик. Мо Вэйюй неожиданно почувствовал, как во рту пересохло, снова переводя взгляд на своего начальника. — Вы что-то хотели? — тот усмехнулся, заметив, что Мо Жань пялится в его монитор. — Я… — Мо Вэйюй тряхнул головой. В его памяти почему-то снова возник тот вечер, когда он пил в баре, и какой-то добрый незнакомец, угощая его, советовал вызвать Пиковую Даму, чтобы та исполнила его заветные желания. — Мо Вэйюй?.. — повторил Чу Ваньнин, хмурясь. Похоже, он заметил, что Мо Жаню не по себе. — Я могу вам помочь? Мо Жань медленно покачал головой, пятясь. Теперь он вспомнил, как тем же вечером, вконец осоловев, рассматривал колоду карт, и в частности засматривался на пикового короля. Этот хмурый взгляд из-под очков… казался ему теперь странно знакомым. По спине прошёл озноб. — С вами всё в порядке? Чу Ваньнин наконец снял очки, и Мо Жань ощутил шок от того, как этот мужчина напоминал человека, изображённого на карте. Он сошёл с ума?!.. — Кто вы? — он упёрся спиной в плотно закрытую дверь, продолжая измерять Чу Ваньнина полубезумным взглядом. Чу Ваньнин вздохнул, указывая на стопку визиток на столе: — Я ведь давал вам одну, разве нет? Той ночью. — …… — Мо Жань облизнул пересохшие губы, не зная, что сказать. Он чувствовал себя *баным клоуном в карточном домике, который вот-вот собирался обрушиться прямо ему на голову. — Вы звали меня, — немного помолчав, тихо проговорил Чу Ваньнин. Мо Жань стоял, словно громом поражённый. Он не верил. Его новая работа, его успех, его… внезапное увлечение... Всё это было обманом? Он… потерял рассудок?! — Вы угрожали меня сжечь, — добавил Чу Ваньнин, и на этот раз он выглядел по-настоящему растерянно. — Я… пришёл на ваш зов, но вы этому, похоже, не рады? — Это… это не может быть правдой… — Мо Жань замотал головой. — Вы ведь… живой человек!.. — Я больше, чем просто человек, — Чу Ваньнин прищурился. — Я Король Пик, я исполняю желания. Не всегда, и не все, разумеется, но… это моя работа. Разве вы не знали? Мо Вэйюй прикусил губу: — А что вы берёте взамен? Чу Ваньнин прохладно усмехнулся: — Поверьте, у вас нет ничего, что вы могли бы мне предложить. Я сам выбираю, что и для кого делать — я ведь, в конце концов, король. Я люблю играть. Мо Жань поражённо замолчал. Он впервые слышал, чтобы карты играли людьми. Однако тут же ему вспомнилось, как Чу Ваньнин едва не бежал из офиса, когда речь зашла о его желаниях. Тогда Вэйюю это показалось весьма логичным — однако… разве Король Пик не исполнял желания своих подопечных? Почему же тогда Чу Ваньнин не пожелал исполнить свои? Он позволил себя поцеловать — однако, не более того. Мо Жань снова окинул мужчину любопытным взглядом, а затем решился задать ещё один вопрос: — Что насчёт секса? — Вы можете выбрать кого-нибудь, и я подумаю, возможно ли это осуществить, — Чу Ваньнин скрестил руки на груди, однако было видно, что ему не понравилось, куда клонит Мо Вэйюй. Его лицо оставалось всё таким же непроницаемым и белым, но уши… определённо, раскраснелись. — Что, если я выберу вас?.. — Зачем? — мужчина приподнял брови. — Вокруг немало людей. Однако тёмные его глаза говорили совсем об обратном. Он смотрел на Вэйюя очень внимательно, словно чего-то вправду ждал. — Мне нравитесь вы, — Мо Вэйюй вздохнул. — Бросьте делать вид, словно не понимаете. Я делал вам вполне конкретное предложение неделю назад, и оно всё ещё в силе. Я хочу этого… — он уловил до секунды, когда мужчина резко выдохнул, а глаза его едва заметно расширились. — Я хочу вас. Поскольку Чу Ваньнин продолжал молчать, Мо Жань решился подойти ближе. Неужели Ваньнин не мог ответить ему отказом? Но разве это было честно? — Я отступлю, если вы дадите мне понять, что не хотите этого, — он остановился от Чу Ваньнина в полушаге. — Скажите что-нибудь. Но Чу Ваньнин молчал. Похоже, он был оглушён происходящим и не знал, как реагировать. — Забудьте, — Мо Вэйюй остановился. — Я не собираюсь вынуждать вас. Однако Чу Ваньнин вдруг шагнул к нему сам, преодолевая то небольшое расстояние, разделявшее их. Его пальцы обхватили запястье Вэйюя, сжимая — и в этом прикосновении крылось куда больше, чем в любых словах. — Да, — Чу Ваньнин смотрел на Вэйюя сквозь разметавшиеся пряди, и, казалось, в глазах его отражалась бесконечность никем никогда не исполненных желаний. — Я хочу этого. И Мо Жань осознал, что готов потратить все желания, отведённые ему, делая своего Короля счастливым.