Я не буду с тобой спать

– Спасибо, Стив! Учитывая то, что Макс обычно не отличалась особой нежностью и бурным проявлением чувств, Харрингтон опешил, когда девочка обняла его. – Да н-не за что, вроде. – Сегодня утром Билли чувствовал себя гораздо лучше. Он даже послал меня! – Максин заявила это с нескрываемой радостью. – Твой брат дурно влияет на твое восприятие нормального, – фыркнул Стив. – Я к тому, что радоваться, когда тебя посылают – НЕ нормально. Макс только рассмеялась. Стив давно не видел ее настолько счастливой. Хотя, учитывая то, что девочка долгое время считала брата погибшим и винила в этом себя, сейчас у нее действительно появился повод для смеха. – Давай, рассказывай, что ты сделал. – Да ничего абсолютно, – Харрингтон пожал плечами. – Просто он выспался, наверное, вот и все. – Он спал? – Максин явно была в шоке. – И как долго? Стив упер руки в бока, стараясь выглядеть максимально недовольным: – Ты думаешь, я его всю ночь караулил? «Конечно нет, потому что и сам беззастенчиво дрых», – договорил Стив про себя. – А сколько, пока ты не ушел? – не отставала Макс. – Больше часа? – Пожалуй. Может, парочку. – Ух ты! – девочка выглядела растерянной. – Почему, интересно? До этого его хватало минут на 15 максимум, прежде чем он… – она замялась, кашлянув. – Ну, просыпался. – Что ж, он спал очень крепко. Не знаю в чем дело, – поспешил добавить Стив, пока Максин не принялась выпытывать у него секрет того, что он сделал с Билли. – Думаю, дело в тебе, – авторитетно заявила Макс и не дала ему опомниться, прежде чем спросить. – Ты же придешь сегодня снова? – Нет! – выпалил Стив, не раздумывая. Ему на все утро хватило раздражения от общения с Билли. И он вообще зарекся снова в чем-то ему помогать. – Но почему? Ему же стало лучше! – Потому что он вел себя, как мудак. Макс пихнула его локтем в бок. – Эй, это ты себя ведешь, как мудак, если считаешь, что находиться в ступоре из-за пережитого ужаса по-мудацки. Ну не объяснять же девочке, что сам он не пришел в восторг от того, что Билли послал его утром. Тем более, что тогда бы пришлось вдаваться в подробности про утро. Стив и так уезжал с улицы, где жил Харгроув, все время оглядываясь, не заметил ли кто его машину и не подумал ли чего лишнего. – Если только ненадолго, – выдохнул Стив обреченно. – Супер! – девочка сразу повеселела. – Давай сразу после школы, заодно подвезешь меня. Стив очень хотел бы сослаться на то, что он вообще-то не может спешить на помощь Билли по первому щелчку пальцев, потому что у него есть и своя личная жизнь. Но, черт. Вся его личная жизнь в последнее время заключалась в том, что он спешил кому-то на помощь (иногда даже предвосхищая просьбу об этом). Харрингтон закатил глаза: – Ты от всех добиваешься желаемого, верно? Макс пожала плечами: – Пожалуй. Ну кроме Билли. Он никогда не делает того, чего сам не хочет. И, если бы речь не шла о том, кого он терпеть не мог, Стив бы даже испытал что-то сродни уважению. …При свете дня дом Харгроува выглядел еще более убогим. Впрочем, на днях Стив подвозил Макс и Лукаса и стал случайным свидетелем разговора о том, что, если Билли вскоре не станет лучше и он не выйдет на работу, им будет не хватать денег даже на это и придется перебираться в трейлер. Открыв дверцу машины, Стив чуть было не ударил большого мохнатого пса, который тут же залился возмущенным лаем. – Ох, не знал, что у вас есть собака, – Харрингтон слегка растерялся, потому что зверь явно не был в настроении пускать его в дом. – А, нет, это не наш, – Макс обошла машину и подманила пса свистом, тут же зарываясь пальцами в его густую шерсть. – Мама не разрешает заводить животных, у нее аллергия. Это Скотти. Или Снуппи? В общем, пес, которого Билли кормит. Соскучился, дружок? – обратилась она к собаке, трепля ее за ухом. – Скоро ему станет лучше, и он выйдет с тобой поиграть. Зверь жалобно заскулил. – Билли кормит бездомного пса? – переспросил Стив. – А почему ты так удивлен? – Макс поджала губы. – Мой брат не законченный говнюк, если ты об этом. – Она снова обратила свое внимание на пса. – Я принесу тебе что-нибудь, – пообещала девочка, прежде чем направиться к дому. Стив, обернувшись, еще раз глянул на животное. В глазах пса плескалась неземная тоска, и Харрингтону ненадолго (минутная слабость) тоже захотелось, чтобы Билли поскорее пришел в себя. Харгроув, как и вчера, сидел в кресле перед телевизором. Не сказать чтобы он выглядел многим лучше, но сегодня на нем хотя бы не было ужасного синего джемпера и старческого пледа. В доме было жарковато. Стив поздно подумал, что надо было оставить куртку в машине, бросая ее сейчас на кофейный столик. – Харгроув, – поздоровался Стив. В обычное время Билли ответил бы на это не менее равнодушным: «Харрингтон», но сейчас он, как и вчера, даже не повернулся на его голос. – Макс говорит, что тебе сегодня лучше, – Стив сел на вчерашнее место на диване и тут же прибавил звук на телевизоре. Ему даже начало казаться, что это может войти в привычку, приедь он сюда еще пару раз (поэтому необходимо было не допустить больше ни одного визита). У Стива не было причин не доверять девочке, однако сам он никаких улучшений в состоянии Билли не видел. Тот все так же и не думал реагировать на его слова, равнодушно глядя в телевизионный экран. Что скрывать, Стиву нравилось помогать. Наверное, он не признался бы в этом даже самому себе, но так он ощущал свою значимость и важность. Слова Максин о том, что он помогает Билли одним своим присутствием, может, даже были решающим фактором, когда он все же приехал в этот дом снова. То, что сейчас он совсем не видел, чтобы хоть что-то в состоянии Билли изменилось к лучшему, сильно подрывало его веру в себя. – Твоя сестра о тебе очень заботится, – должна же быть хоть какая-то тема для разговора, способная расшевелить Билли? – Попросила вот меня снова приехать. Хотя я очень зол, – Харрингтон чуть понизил голос, потому что Макс была на кухне, слишком близко для того, что Стив собирался сказать дальше, – из-за того, что случилось утром. И, да, надеюсь, тебе не настолько хорошо, чтобы рассказывать кому-то о том, что я случайно заночевал у тебя. Что ж, на этот монолог Билли мог отреагировать тысячей разных способов. Разозлиться и вновь послать его, например, – это то, на что Стив и рассчитывал. Но тот лишь усмехнулся, кажется, и то Харрингтон не был уверен, что это в действительности произошло. – Кстати, твой пес, Скотти, вроде как соскучился по тебе, – предпринял он еще одну попытку. Бинго! Билли чуть повернул голову и едва слышно хмыкнул: – Стиви. – Чего? – не понял Стив. Потому что на его памяти Билли никогда не обращался к нему так. – Так зовут пса, – прохрипел Харгроув медленно и четко. – Ка… Какого хрена! – Харрингтон взвился. – Ты что, назвал пса моим именем?! Билли хмыкнул снова, теперь уже громче. В глазах заплясали знакомые огоньки, не предвещающие обычно ничего хорошего. О, Стив волновался зря – этому козлу, определенно, стало лучше! – Нет, это уже слишком, – Стив стремительно поднялся с дивана. – Какого черта я вообще здесь делаю? – вопрос был риторическим. Приезжать к Билли снова было огромной ошибкой, и он об этом прекрасно знал. И, ей-богу, он ушел бы сразу же, не позови его с кухни Максин. – Как думаешь, он поест, если ты еще посидишь с ним? – Я не буду с ним сидеть, я ему не нянька, – прорычал Стив и тут же пояснил: – Ту псину зовут моим именем, ты знала? Макс рассмеялась: – Серьезно, что ли? – Даже тут он нашел способ меня унизить, – Стив никак не мог смириться с этим фактом. Что еще паршивее – мозг не прекращал думать о том, что к псу по имени Стиви наверняка применяются обращения вроде «хороший мальчик» или «малыш». Билли – гребаный извращенец! – Да брось, – девочка явно не воспринимала эту драму всерьез. – Он вообще-то любит этого пса. – Не проводи аналогий там, где их нет, – строго погрозил пальцем Стив. Только подобных намеков ему не хватало. – Это ты проводишь аналогии там, где их нет, – Макс ткнула в него пальцем в ответ. А потом прокричала в сторону гостиной. – Билли, хочешь есть? Если согласишься, Стив покормит тебя с ложки. – ЭЙ! Харрингтон был уверен, что Билли сейчас было смешно не меньше, чем самой Максин. – Иногда по вам очень хорошо видно, что вы родственники, хоть и не кровные, – проворчал Стив. К его огромному счастью Билли все же ничего не ответил. – Не уходи, – Макс пошла на попятную. – Пожалуйста. Может, он снова поспит хоть немного, пока ты здесь. – Приведи ему с улицы собаку, – Стив потихоньку начал остывать. Ладно, раз уж он все равно тут, а дома все равно, как всегда, никого нет и заняться нечем, почему бы и не помочь? К тому же, он же может не пытаться больше разговаривать с Билли и просто смотреть телевизор. Пусть тот использует это время, как хочет, – ему плевать. Одно очевидно – первым разговор Харгроув затевать не станет. – Ладно, давай отнесу еду. Я не буду кормить его с ложки! – поспешил добавить Харрингтон, видя хитрую улыбку Макс. Едой оказался куриный бульон, налитый в кружку. – Вообще ничего больше не ест, – пояснила Максин с тяжелым вздохом. – Может, захватить еще тост? – вызвался Стив. Он мало понимал в процессе выздоровления людей, чудом вернувшихся с Изнанки, но кусок хлеба, наверное, вряд ли как-то мог навредить. – Попробуй, – девочка вручила ему посуду. – Побудешь с ним еще немного, да? Харрингтон кивнул. – Держи кружку, – для того, чтобы всучить Билли суп и тост, пришлось подойти к нему вплотную. Стив очень надеялся, что парень не будет нарушать отработанную схему игнорирования его присутствия и не посмотрит на него своими пронзительными глазами снизу вверх прямо сейчас. Конечно же, Билли никогда не делал того, на что надеялся Стив. Почему-то стоять вот так близко, возвышаясь над ним, было очень неловко – Харрингтон поспешил отвернуться. Впрочем, ночью они уже спали в обнимку, какие тут еще могли быть стеснения? (Стив твердо зарекся вспоминать о том, что лежал на одном диване с Билли, по крайней мере находясь от него в такой преступной близости). Когда Харгроув медленно потянулся за кружкой, их пальцы соприкоснулись, и Стиву пришлось собрать в кулак все мужество, чтобы не отдернуть руку и не облить парня супом. Все в порядке. Они могли трогать друг друга без какой-либо неловкости. Даже если любимого пса Билли звали Стивом. Да господи, они даже голыми друг друга видели! – Твоя сестра надеется, что ты поешь, – напутствовал Харрингтон, поставив на подлокотник кресла Билли также тарелку с тостом и, наконец отойдя на безопасное расстояние. И, да, несмотря на пса по имени Стив, сам Харрингтон не собирался смущать парня, тут же отворачиваясь к телевизору и делая вид, что очень увлечен выпуском новостей. Хватит того, что Стив теперь знает о том, как сильно у Билли дрожат руки. После рекламы Стив по дороге в туалет, не без радости, присущей молодой матери, отметил, что кружка Билли пуста наполовину. К тому моменту, когда он вернулся, и тост потерял свою структурную целостность. Сложно сказать, ел ли его Харгроув, потому что кусок хлеба был низведен до атомарного состояния, но он хотя бы им заинтересовался – уже полдела. – Я у тебя еще на час, – предупредил Стив. – Так что, если хочешь поспать, самое время. Билли хмыкнул, словно намекая на то, что Харрингтону здесь слова не давали. И уснул, пока Стив уносил на кухню пустую посуду. * * * Когда Билли проснулся, в гостиной уже горел верхний свет. Харрингтон шепотом рассказывал Сьюзан о чем-то школьном, а та смеялась, прикрыв рот ладонью – оба не хотели его разбудить и не хотели оставить одного, когда он проснется. Сьюзан первая заметила, что Билли открыл глаза, и замерла, словно испугалась – парня донельзя бесила такая реакция. Тем более бесило, что он точно никогда не мог понять, боялась она его или за него. Харрингтон тоже мотнул головой в его сторону, будто бы мимоходом, но Билли явно заметил, как он покраснел. Наверняка, корит себя за то, что не уехал через час, как обещал, и теперь думает о том, что Билли думает, что он – слабак. Нет, Харгроув совсем не об этом сейчас думал. Во-первых, он думал о том, что ничуть не жалеет, что потратил весь свой лимит сил на то, чтобы подразнить Харрингтона. Стив вообще всегда с пол-оборота заводился от слов Билли, и было забавно наблюдать, как при этом он пытался сохранять лицо хорошего парня. Во-вторых, о том, что, наверное, только с ним наедине со Стива слетала эта маска идеальности. Весь такой благородный, защитник слабых и угнетенных, сияющее его величество Король Стив без зазрения совести материл Билли, ворчал и жаловался. Билли это развлекало. В-третьих, о том, что окажись сам Харрингтон в таком положении, он, Билли, ни за что бы не стал с ним нянчиться. Его единственный визит к ослабевшему и не имеющему возможности сопротивляться Харрингтону, пожалуй, ограничился бы тем, что он стянул с него штаны и присунул. И насладился бы окончательным моральным падением Короля Стива. Впрочем, нет. Это было бы слишком скучно. Билли никогда не брал того, что плохо лежит. Что толку красть, когда кое-что тебе вполне могут отдать и добровольно? А Билли очень хотел заполучить Стива. В Хоукинсе, штат Индиана, с однополым сексом вообще дела обстояли очень плохо, не то что в Калифорнии. Здесь же стоило улыбнуться любому человеку мужского пола, как тот начинал нервничать и отводить взгляд, – Билли это забавляло, но больше, конечно, бесило. Дыра, одним словом. И вовсе не такая дыра, в которой Билли хотел бы оказаться. Нет, секс с девчонками его тоже, конечно, устраивал. Были такие, с кем все было очень даже неплохо. Но одно дело, когда тебя что-то устраивает, и совсем другое, когда ты чего-то хочешь. Билли всегда хотел для себя только самого лучшего, а в Хоукинсе, штат Индиана, Стив Харрингтон был лучшим, кого только можно было себе представить. К этому факту прилагались еще несколько: Стив был довольно симпатичным (не сказать чтобы прям красавчиком, но жопа у него была что надо, да и мордашка миленькая), а еще Стив был Королем. Иконой. Белым рыцарем. Идеалом. Тем, на кого равняются дети. Ну разве не здорово было бы затащить в постель кого-то настолько безгрешного и неприступного? Положим, на данный момент у Билли были кое-какие проблемы, связанные с тем, что для исполнения его плана ему было необходимо сначала самоутвердиться, из-за чего, возможно, смазливая мордашка Стива пару раз пострадала и тот начал его, мягко говоря, недолюбливать. Но, эй! Разве сейчас не идеальный момент для того, чтобы немного наладить их отношения? В том плане, что Харрингтона хлебом не корми – дай кого-нибудь спасти. Билли был уверен: Стив будет ворчать и подчеркивать то, что ноги его здесь больше не будет, а потом снова приезжать к нему и заглядывать этими своими оленьими глазами прямо в душу. А самое главное, Стив никому и никогда не расскажет о том, что помогает Билли, потому что подобное будет выглядеть слабостью в глазах других, а Харрингтон слишком помешан на собственном благородном образе. А если никто ничего не узнает, значит, на этот раз его миленькое личико не пострадает. Билли думал обо всем этом не так чтобы долго – мысли были далеко не новые. Но все же за фоновым воркованием Сьюзан о том, как здорово, что он, наконец, может подольше поспать, едва не пропустил то, как Харрингтон пробормотал: – Я поеду, пожалуй. Спасибо за гостеприимство, Сьюзан. Харгроув, – Билли видел, что Стиву неловко, но он все же бросил на него прощальный взгляд. Вместо ответа Билли улыбнулся, прикусив кончик языка, прекрасно зная, что Харрингтон после этого покраснеет, словно ему предложили что-то неприличное, и поспешит сбежать как можно скорее. Как знал и о том, что Стив с заботой и тревогой поглядывал на него, думая, что он еще спит.