Добро пожаловать в кофейню «Ваншу»!

      Сяо привык жить в окружении монотонного, бесконечного шума людей. Даже если в кофейне не было посетителей, на душе всегда царило тревожное ожидание открытой двери и неизбежной, тошнотворной необходимости снова находится в чьём-то присутствии. По пути до дома, в автобусах, на улицах и магазинах — везде был кто-то, кто шумел, суетился, норовил задеть, проходя мимо или пытался говорить. Простые человеческие звуки превращались в мерзкие раздражители, скручивая нервы в узел и вызывая усталость. Усталость настолько сильную и постоянную, что она сроднилась с Сяо, стала его привычным, но всё ещё невыносимым состоянием.       Квартира была единственным укрытием от этой усталости, от постоянного движения, которое охватывало весь мир за пределами маленькой студии. Сяо пришлось измотать себя до предела, чтобы позволить себе снимать это скромное по всем меркам жильё, но каждая смена, проведённая в монотонном гуле людей, каждый день, который приходилось работать на износ, каждая потраченная мора окупались, когда он, после тяжёлого дня, оказывался в стенах этого крохотного жилища. Здесь не было человеческой суеты; здесь даже тихие звуки жизни, достигающие слуха из-за стен соседей, переставали иметь значение. Сяо мог вздохнуть полной грудью, погрузиться в сладостную безмятежность, забывая о бесконечном движении и борьбе, в которых мучительно тянулась его жизнь.       В комнате не было фотографий и украшений. В помещении в целом слабо прослеживались признаки протекающей здесь жизни. Иногда на стуле в порыве усталости была оставлена скомканная одежда; кровать всегда оставалась нетронутой после прошедшей ночи; на столе неизменно был открыт старенький, купленный с рук ноут. Больше глаз ни за какие подтверждения существовавшего здесь человека сходу не цеплялся. Если уже приглядываться, то, конечно, открыв холодильник, можно было обнаружить немного еды; заглянув в шкаф — найти скромные запасы одежды. В квартире не было домашнего уюта, только холодные, фактические подтверждения того, что здесь проводил свои ночи одинокий человек.       Сяо никогда не приглашал к себе гостей. Звать было особенно некого — единственным человеком, который имел хотя бы отдалённый статус близкого, была Ху Тао. Её появление здесь израсходовало бы социальную батарейку Сяо ещё больше, чем работа без выходных, поэтому квартира так и оставалась одиноким, никем не тронутым убежищем.       Какие повороты судьбы изменили жизнь Сяо настолько, что кровать на его глазах превращалась в склад чужих плюшевых игрушек?       — Хватит захламлять мою кровать, — вяло попытался сопротивляться происходящему Сяо, прекрасная зная, что словесные просьбы не сработают.       Венти обиженно прижал голубого плюшевого дракончика к себе, будто тот мог услышать непростительные претензии Сяо.       — Это не хлам. Это очень-очень важные гости. Будь уважительнее.       — Почему они должны находиться на моём спальном месте?       — Потому что иначе тебе будет одиноко, пока я сплю на полу.       Венти печально посмотрел на матрас, расстеленный на полу, который Сяо, между прочим, купил и притащил специально для него.       — Ты уверен, что я не могу лечь в кроватку с тобой? — Венти состроил жалобную физиономию.       — Ну уж нет. Последнее, что мне надо — это чтобы ты не давал мне спать.       — Но на полу холодно, — проныл Венти, — и душе, и телу.       — Радуйся, что не приходится спать на улице. Поверь, там холоднее.       Венти издал звук возмущения, который был успешно проигнорирован. Сяо не был уверен, как пережить этот месяц. Прошло меньше часа с тех пор, как внезапный гость вторгся в его жилище, а он уже был морально измотан. Венти, конечно, обещал съехать сразу, как только Верр заплатит ему аванс, но верилось в такие обещания слабо. По крайней мере располагался он, разбрасывая свои вещи в каждом углу, так, будто планировал поселиться здесь навечно.       — Заканчивай быстрее. Уже поздно, — Сяо бросил взгляд на часы, — а завтра на работу.       Венти с усталым вздохом сполз на матрас, прихватывая с собой плюшевого дракончика.       — Это наша первая совместная ночёвка, а всё, что ты хочешь делать — это спать, — Венти уткнулся лицом в подушку. — Как скучно.       Сяо ничего не ответил, выключая свет. Он лёг в постель, параллельно сбрасывая с неё несколько игрушек.       — Спокойной ночи, Сяо!       — Спокойной.       Сяо закрыл глаза. Вот так, в ночной непроглядной тишине даже нельзя было сказать, что в квартире есть кто-то ещё. эта мысль успокаивала, быстро увлекая в убаюкивающие волны сна.       — Сяо, — голос Венти прорезался сквозь тишину, разрушая сонную иллюзию.       — Чего тебе?       — Спасибо тебе за всё.       — Спи уже, — вздохнул Сяо.       Нет, любой покой теперь — ложный. Сяо самолично притащил в свою квартиру весь утомляющий людской шум в лице одного человека.

***

      — Сяо, проснись!       Сяо резко подскочил на кровати. В глаза бил яркий электрический свет. У него ушло несколько секунд, чтобы осознать: рядом с его кроватью, тормоша его за плечо, стоял Венти.       — Я тут хотел устроить нам романтический завтрак, только вот готовить у тебя не из чего. Почему у тебя в ящиках только одна упаковка лапши быстрого приготовления?       Сонный взгляд перекочевал на часы. Шесть утра. Это было на целых сорок минут раньше, чем время, на которое заведён будильник.       Сяо недовольно укрылся одеялом, пытаясь уберечь глаза от яркого света, а нервную систему от чужого пристального взгляда.       — Эй, не уходи от разговора! — Венти продолжил расталкивать Сяо.       — Отстань. Я спать.       — Если ты заснешь сейчас, то не успеешь позавтракать перед работой!       — Я не ем с утра.       — Теперь ешь, потому что за столом тебя ожидает с любовью заваренная лапша. Поднимайся, соня!       Венти не прекращал свои приставания до тех пор, пока Сяо, помятый и невыспавшийся, не выбрался таки из постели. Как оказалось, с любовью была залита водой не только лапша: лужей кипятка были щедро украшены стол и пол.       — Сегодня мы обязательно должны сходить в магазин, — строго произнёс Венти, — закупиться едой.       — Ага. А мору ты на это откуда возьмёшь?       — Из твоего кошелька? — невинно поинтересовался Венти.       Сяо проклинал каждое принятое решение, которое привело его жизнь к этому моменту.

***

      После смены Венти исполнил своё намерение.       — Сяо, покатаешь меня? — Венти оценивающим взглядом смотрел на тележку, которую катил по супермаркету.       — Боюсь, она не выдержит твоего веса.       Ответом на это заявление послужили возмущенные возгласы.       Венти суетливо носился по магазину, очевидно, не имея ни малейшего понятия, для чего он на самом деле сюда пришёл.       — Сяо, смотри! — в его руках оказалась упаковка ароматических свечей с запахом сесилий. — Две по цене одной! Мы можем их взять?       — Я думал, что мы пришли за едой.       — Но это выгодно, — глаза Венти умилительно расширились.       Сяо посмотрел на ценник. Он не сильно обеднеет от такой мелочи.       — Бери и пошли дальше, — устало выдохнул Сяо.       Венти просиял, отправляя свечки в тележку.       Таким же образом содержимое тележки пополнилось гирляндой в форме звёздочек, набором наклеек с зайчиками, кружкой, как символом новоселья Венти, розовым кухонным полотенцем, плюшевой лягушкой, которой было обозначено начало личной коллекции игрушек Сяо, и воздушными шариками с улыбающимися мордочками для поддержания праздничной атмосферы каждый день.       — Венти, остановись, — не выдержал Сяо, когда они бог весть зачем зашли в раздел с новогодними игрушками.       — Ну посмотри, какая прелесть, — Венти вертел в руках ободочек с оленьими рожками.       — Если ты продолжишь скупать весь магазин, на еду моры точно не останется.       — Ах, точно! Я же хотел тебя накормить! — хлопнул себя по лбу Венти, а затем всё же натянул ободочек на макушку Сяо. — Ладно уж, пошли за продуктами.       Когда они проходили мимо отдела со сладостями, оттаскивать от прилавков приходилось уже Сяо.       — Тебе нельзя есть один сахар, — Венти старательно уводил парня от многочисленных шоколадок.       Зато сам он через считанные мгновения со слезами на глазах оглядывал полки с одуванчиковым вином. Несмотря на усилия щенячьего взгляда, алкоголь ему Сяо так и не купил.       Они вышли из магазина, проведя в скитаниях между прилавками по меньшей мере час. Сяо ощущал себя более измотанным, чем от пятнадцатичасовой смены.       Уже дома Сяо с удручением смотрел на то, как Венти радостно разгружал пакеты с честно выклянченными мелочами. Сердце неприятно ныло от мысли о потраченной море.       — Сяо, подержи-ка.       Венти протянул ему ободок с рожками, а сам принялся бегать по комнате с гирляндой в руках, пытаясь понять, где её можно пристроить. Когда он осторожно зацепил её за ручки дверного шкафа и подключил к розетке, комнату наполнил тёплый свет крохотных звёздочек.       — Иди сюда, — улыбнулся Венти.       Он подошёл, плохо понимая, что от него хотят. Венти перехватил рожки из его рук, торжественно одевая их на чужую макушку.       — Тебе очень идёт, — Венти издал радостный смешок.       Он стоял неприлично близко, осторожно поправляя пальцами лохматую чёлку Сяо. Занимался он этим явно дольше, чем необходимо, задевая ладонью его лицо.       Венти достал телефон и включил фронтальную камеру.       — А теперь — улыбнись!       Под тихий щелчок смартфон запечатлил радостно подмигивающего Венти, который формировал указательным и средним пальцем букву «V», и недоумённо смотрящего в объектив Сяо с рожками на фоне переливающейся жёлтым светом гирлянды.       — Прелесть какая, — Венти довольно смотрел на результат.       Его пальцы нажали на кнопку «установить как обои», и теперь снимок красовался на рабочем столе телефона.       — Буду каждый день вспоминать о нашем юбилее, — влюблённо протянул Венти.       — Каком ещё юбилее?       — Как, «каком»? Сегодня прошли целые сутки с тех пор, как мы съехались!       — Ты же понимаешь, что тогда нас ждёт целый месяц юбилеев, — мрачно подметил Сяо, а затем, задумавшись, добавил, — минимум.       Венти это повеселило.       — «Минимум»? Что, хочешь, чтобы я остался на подольше?       — Нет. Просто реалистично оцениваю твои шансы найти другое жильё.       — Хе-хе, — радостно улыбнулся Венти, — подумай об этом с положительной точки зрения. Разве это не подходит на пробную версию замужества? Как раз сможем рассмотреть нашу способность к совместной жизни!       Сяо мрачно промолчал. Если от пробной версии отказаться уже не выйдет, то ему хотелось хотя бы зайти в личный кабинет и отменить дальнейшую подписку.       — Ты не хочешь просто лечь спать? — с надеждой спросил Сяо, наблюдая за готовившим Венти. — Завтра на работу.       Венти упрямо начинал нарезать маринованные огурцы.       — Я накормлю тебя соляночкой, а потом мы поспим.       — Я не хочу есть. Может просто…       — Нет! — Венти со строгим взглядом тряхнул ножом, и кусочек маринованного огурца вяло соскользнул с блестящего металла на пол. — Сяо, ты не можешь прожить на лапше и кофе целый день. Если ты продолжишь так питаться, то однажды и вовсе не встанешь на работу. Просто подожди. Совсем скоро я всё приготовлю.       С этими словами Венти снова старательно принялся нарезать огурец, очень неаккуратно фиксируя его на доске. Овощ соскользнул под нетвёрдой рукой, с глухим стуком ударяясь о пол. Сяо понял, что ему повезёт, если после готовки от кухни останется хотя бы одно живое место.       Не прошло и половины минуты, прежде чем до его слуха донеслось тихое «ой»: Венти каким-то чудом умудрился подставить под лезвие ножа палец, оставляя на коже кровоточащую ранку. Таким же образом Венти заработал ещё несколько порезов и ожогов. Сяо израсходовал все свои скромные запасы пластырей.       — Надо будет купить новые, — Венти с болью в глазах смотрел на новое ранение, которое уже нечем было обработать, — красивые, с картинками.       — Как насчёт просто перестать резаться?       Кухня постепенно начинала походить на поле битвы. Горе-повар ронял мелкий мусор от овощей и проливал каждую жидкость, которая попадала ему в руки. Убирать просыпанное и пролитое сразу он не собирался, тапочками размазывая грязные следы по паркету. Бросаться за каждым разводом на полу с тряпкой приходилось с Сяо.       Спустя час разбрасывания мусора, оставления пятен на любой горизонтальной поверхности и ещё пару тройку ожогов Венти с гордостью презентовал Сяо тарелку, наполненную не то кашицей, не то супом красновато-рыжего оттенка.       — Это — солянка, — гордо произнёс Венти, изящно подкладывая в жидкость кругляшок лимона.       Возможно, Венти подозревал, что слово «солянка» было образовано от слова «соль», потому что бульон невозможно было проглотить без того, чтобы запить его по меньшей мере стаканом воды — настолько пересоленным он вышел. Теперь, благодаря любовно приготовленной стряпне, Сяо грозила смерть не от сахарного диабета, а от, вероятно, заболевания почек.       Сяо, переборов себя, съел для вида где-то половину тарелки, слил остальное в раковину, когда Венти отошёл в туалет. Теперь они наконец выключили свет, готовясь ко сну. Хоть Сяо не провёл ни минуты за плитой, но морально от готовки он настолько истощился, что погрузился в сон, едва коснувшись подушки.

***

      Всю рабочую смену Сяо утомлённо зевал. Он пил уже пятую чашку капучино, но ни один кофе не мог помочь ему компенсировать всего четыре жалких часов сна.       — Сяо, — отчитала его Верр, сидевшая в зале, — постарайся хотя бы не зевать, пока говоришь с гостями.       — Я могу просто не говорить с ними.       — Интересное предложение, но как насчёт того, чтобы начать спать по ночам?       — Я пытаюсь, — огрызнулся Сяо, — но мне не дают. Все претензии — к Венти. Управляющая бросила возмущённый взгляд на сотрудника.       — Сяо, мне не интересны подробности вашей интимной жизни. На смену ты приходишь в работоспособном состоянии, не засыпая на ходу.       У сонного мозга Сяо ушло несколько секунд на то, чтобы осознать услышанное.       — Да нет же! — возмутился он с запоздало проявившейся краской на лице. — Он просто…       — Как я уже говорила, мне не интересно, — перебила управляющая. — И, кстати, никакого флирта на рабочем месте. Рабочий этикет все ещё существует. Я уже получила жалобу от Розарии — не ждите, когда начнут поступать жалобы от гостей.       С этими словами Верр вышла из помещения. Венти, вышедший из туалета, застал только самый конец диалога.       — На что она ругалась? — поинтересовался он, вытирая влажные руки о фартук.       — Она запретила тебе флиртовать.       — Ох, но как я могу сдерживать себя, когда передо мной такая прелесть как ты? — разочарованно вздохнул Венти. — Кстати, ты голодный? Хочешь соляночку? Я взял с собой.       — Пожалуйста, убереги меня от своей стряпни.       — Сяо, не заставляй меня носиться за тобой с ложечкой, — Венти нахмурился. — Сядь, покушай супчик.       Отчаяние переполняло Сяо похлеще любой еды. Венти был неизбежен — что дома, что на работе, и такими темпами у него определённо начнутся серьёзные проблемы с желудком.

***

      Кое-как они дожили до выходных. Сяо, воспользовавшись тем, что Венти не собирался устраивать над кухней кулинарную пытку — в холодильнике ещё лежало несколько порций солянки — свалился в кровать сразу, как только переступил порог квартиры. Его утро началось в двенадцать часов следующего дня, когда осеннее солнце беспощадно вторглось в квартиру, мешая сну. Венти всё ещё мирно сопел на своём матрасе.       Это была редкая минута тишины, которую Сяо уже забыл, когда видел в последний раз. Весь предыдущий месяц прошёл в бесконечной работе: каждый день он выходил на полную смену или хотя бы половину. Теперь же у него было целых два дня без необходимости вставать и куда-то идти.       Сяо поднялся с кровати, и тихо, чтобы не разбудить Венти, подошёл к столу, открывая ноутбук. Он нацепил на нос очки, и, когда долгая прогрузка рабочего стола наконец завершилась, пара кликов снова привела его в открытый файл с кропотливо прописанными строчками кода.       Было приятно погрузить разум в волны сложной информации. Сяо ощущал, как напрягался мозг перед внезапно возникшей в программе проблемой, как он пробуждался, внимательно отыскивая в коде ошибку, а затем переходил в приятное расслабление, когда оплошность успешно исправлялась. Это был сложный, но удовлетворяющий процесс, который всегда захватывал Сяо на долгие, долгие дни.       — Доброе утро!       Внезапно раздавшийся звонкий голос заставил Сяо вздрогнуть. За двумя часами работы он совсем забыл, что Венти тоже был здесь.       — О, Архонты! Ты носишь очки! — Венти, не успев отойти от сна, радостно подскочил на матрасе, хватаясь за камеру телефона. — Они тебе так идут!       Никакое недовольство на лице Сяо не остановило Венти от того, чтобы сделать по меньшей мере десять снимков.       — А что ты делаешь? — Венти подошёл к нему из-за спины, заглядывая в экран ноутбука. — Ого! Выглядит сложно.       — Это мелочь. Просто набросок будущей игры.       — Целой игры! Какая же это мелочь?       Сяо пожал плечами. Для него эта деятельность давно перестала быть чем-то значительным. У него не было достаточно дизайнерских, композиторских и ещё Архонт весть каких навыков, чтобы идея игры зашла дальше грубого наброска. Писать код — это так, просто зарядка для головы без дальнейшей, великой цели.       — Когда закончишь игру — позволишь мне стать первым, кто сыграет в неё? — просиял Венти.       — Ты хотел сказать: «если» я закончу. С моим графиком умру я на работе раньше, чем что-то успею.       — Эй, не говори так! Вообще-то у меня были долгие планы на замужнюю жизнь с тобой. Как минимум на семьдесят лет вперёд. Доживешь до пенсии — точно закончишь.       Хорошего же мнения Венти был о Сяо, как о программисте, если на выполнение работы щедро отсыпал ему семьдесят лет.       Сяо попытался вернуться к работе, но куда уж там. Венти, отказываясь спокойно посидеть на своём матрасе, регулярно подбегал к нему, тыча экраном телефона в нос.       — Сяо, смотри какие милые котики! — воскликнул Венти вот уже в пятнадцатый раз за последние полчаса.       На экране смартфона мило обнимались два чёрных котенка.       — На нас похожи, — любовно произнёс Венти.       Сяо мог бы согласиться с этим утверждением, если бы вместо обнимашек один из котят агрессивно душил другого.       — Венти, ты можешь посидеть спокойно хотя бы полчаса? Я занят.       Венти, очевидно, обиделся на отсутствие реакции, но спорить не стал. Он прилёг обратно на матрас.       Даже лежал Венти беспокойно. Он периодически смеялся, глядя в экран, и вертелся так, что только березкой к стенке не встал. Сконцентрироваться на работе с таким суетливым человеком в комнате совсем не удавалось.       — У тебя нет другой домашней одежды?       — А что? Мне и в пижаме хорошо, — отозвался Венти.       А вот Сяо не было хорошо. Ему, на самом деле, было очень плохо, потому что пижама Венти его тоже по какой-то причине отвлекала. Особенно, когда он ложился на живот, а до невозможности короткие шорты задирались до ушей.       — Пойду пожарю котлетки, — вздохнул Венти, поднимаясь с матраса.       Видимо, тоже не очень хотел есть свою же солянку.       Теперь Венти суетился за спиной Сяо. Квартиру заполнили звуки кипящего масла, на которой бодро поджаривались замороженные котлеты.       А затем размеренные звуки готовки прервал громкий крик. Когда Сяо обернулся, его сердце замерло от ужаса.       Громадный столп огня высотой в полметра поднимался от сковородки.       Венти был в ужасе, но быстро вышел из панического остолбенения. Он бросился к раковине, набирая воду в стакан с явным намерением влить её в поднявшееся пламя.       — Стой! — заорал Сяо, бросаясь к плите.       Он успел выключить газ раньше, чем Венти что-то предпринял. Огонь прогорел ещё несколько секунд, прежде чем исчезнуть, будто его там и не было. Все в помещении судорожно выдохнули.       — Мда, — выдал Венти дрожащим голосом, нарушая тишину, — котлеты — огонь.       Сяо в шоковом состоянии осмотрел плиту и её окружение. Каким-то чудом пламя не перебросилось ни на что вокруг, и даже котлеты лежали на сковородке без единого следа недавнего пожара.       — Что ты, во имя Селестии, натворил? — обратился он к Венти.       — Не знаю. Я просто достал котлетки из морозилки, положил на сковородку — и пуф!       Руками он живо сымитировал поднявшийся огонь. Сяо осмотрел открытую упаковку котлет, и тут же всё встало на свои места.       — Венти. На них лёд.       — Ну, да. Они замороженные.       — Лёд — это вода. Нельзя добавлять воду в кипящее масло. Только что ты чуть не устроил нам взрыв.       Венти с ужасом посмотрел на стакан воды, который он планировал влить в сковородку. Представлять, что бы стало с огнём, соверши он это действие, совсем не хотелось.       — С этих пор, — ледяным тоном произнес Сяо, — ты не приближаешься к плите. Ни под каким предлогом.       Венти виновато кивнул. Котлеты пришлось дожаривать Сяо.

***

      На следующий выходной Венти действительно не приближался к плите. Вместо огнеопасных котлет или пересоленных солянок он соорудил овощной салатик.       — Это не так питательно, как суп или мясо, но всё же лучше, чем ничего, — произнёс Венти, пододвигая к тарелку с едой к сидящему за ноутбуку Сяо.       Тот только кивнул. До тех пор, пока Венти не сжигал квартиру — всё было хорошо.       Через некоторое время после завтрака Венти, одевшись, стоял у дверей с чехлом из-под гитары за спиной.       — Я пойду заработаю немного моры, — улыбнулся он Сяо.       Это было хорошей идеей. Сяо нисколько не волновало, правда ли Венти получит хоть какой-то заработок. Его интересовало только возможность побыть в одиночестве хотя бы раз за свои немногочисленные выходные.       Дверь закрылась, и Сяо спокойно выдохнул. Наконец-то можно было работать.       Только вот что-то не ладилось. Сколько бы Сяо не старался над поставленной задачей, у него совсем не выходило сконцентрироваться. Это было странно. Вчера, ближе к вечеру, он спокойно писал код, пока Венти хихикал над мемами. Сейчас же в квартире воцарилась долгожданная тишина, но её звенящий покой отвлекал хуже любого шума.       Кажется, теперь он не мог сконцентрироваться без Венти.       Мысль была абсурдной, и верилось в неё слабо. Сяо каждый выходной справлялся с задачей программирования в полной тишине. Возможно, сегодня он просто слишком устал.       Сяо со вздохом закрыл крышку ноутбука. Будет лучше заняться чем-нибудь другим.       Он провёл все оставшееся время не делая ничего значительного. Взгляд бездумно залип на экране смартфона, где мелькал пёстрый видеоряд стрима, пока за окном медленно садилось солнце.       Венти пришёл, когда небо уже охватила непроглядная темнота. Даже не переодевшись в домашнюю одежду, он устало плюхнулся на матрас.       — Людей — нет, — пожаловался Венти, утыкаясь лицом в подушку. — Ничего не заработал.       Он был настолько подавлен, что даже воздух в квартире стал тяжелее. Сяо внимательно смотрел на поникшего парня.       — Ты голодный?       — Как зверь!       — Может, хочешь что-нибудь приготовить вместе?       Поразительно, как одно предложение способно было вдохнуть в человека жизнь.       — А что, например? — глаза Венти засияли от восторга.       — Не знаю. Что ты хочешь?       — Ммм… Пасту!       Это было проблематично. Из макаронных изделий Сяо имел дело только с лапшой быстрого приготовления. Он провёл некоторое время в поиске рецептов. Вроде ничего сложного. По крайней мере шанс спалить кухню был минимальным.       После того, как в магазине были приобретены все необходимые ингредиенты, решено было подпустить Венти к наименее опасной части приготовления еды — к варке спагетти. Сяо, конечно, пришлось следить даже за этим, потому что Венти чуть не бросил макароны в холодную воду.       — Я вообще-то думал, что мне запрещено приближаться к плите, — подметил Венти.       — Вряд ли у тебя выйдет избегать её до конца жизни. Лучше ты научишься пользоваться ей, пока рядом есть кто-то, кто остановит тебя от пожара. Венти просиял.       — Ты обо мне заботишься! Как мило.       — Мне просто жаль людей, квартиры которых сгорят вместе с твоей, когда ты съедешь.       Ещё через полчаса страданий, в процессе которых Венти даже было позволено помешивать еду в сковородке, паста была готова. Сяо достал две тарелки, но Венти остановил его.       — Сяо, ты ничего не смыслишь в романтических ужинах, — сказал он, выкладывая две порции в одну посудину. — Кушать будем так.       Они устроились за столом при свете ароматических свечей, на которых настоял Венти. Сяо накрутил на вилку несколько спагетти. Для первой попытки у них вышло не плохо. По крайней мере это было вкуснее привычной дешевой лапши.       Венти по какой-то странной причине целился вилкой в тарелку очень избирательно, внимательно следя за тем, как ест Сяо. Через пару минут трапезы он издал ликующий возглас: по воле Селестии у него удалось выхватить ту же самую макаронину, что держал с другого конца в своём рту Сяо. По всем клише романтических комедий, влюбленную пару в мягком освещении свечей соединила тонкая ниточка пасты, и не оставалось ничего, кроме как разделить её, встречаясь губами…       Сяо разгрыз макаронину. Та, оборвавшись, бодро шлёпнулась по подбородку Венти.       — Это нечестно! — проныл он, всосав внутрь несчастную макаронину.       — Хватит дурачиться с едой, — Сяо бесчувственно продолжил накручивать на вилку новую порцию, будто только что одним движением зубов не разбил чужое сердце.       Больше Венти в тарелку не целился, грустно доедая остатки без разбора.

***

      Постепенно готовить и обедать вместе стало привычкой. Каждый выходной они собирались на кухне с каким-нибудь несложным рецептом и делали еду на несколько дней вперёд, параллельно обучая Венти искусству не сжигать кухню и не бросать полкило соли в любое блюдо.       Венти внимательно следил, чтобы и на работе, и дома Сяо совершал как минимум три приёма пищи. Кажется, впервые в жизни он на регулярной основе начал поглощать что-то, кроме сахара.       Каждый выходной Венти неизменно уходил устраивать уличные концерты. На мелочь, которую бросали ему прохожие, он иногда покупал для Сяо миндальный тофу и мог позволить себе хотя бы оплачивать проезды. Сяо же во время его отсутствия получал мирные часы, проведённые в компании ноутбука.       Всё чаще вечером Венти находил изобретательные способы оккупировать время Сяо. Сначала он просто подсаживался к нему за стол, присоединяясь к просмотру стримов. Когда Сяо спросил, тоже ли Венти интересуется играми, тот улыбнулся:       — Я просто хочу узнать, чем увлекаешься ты.       Иногда Венти брал контроль над ноутбуком, устраивая принудительные просмотры мультсериалов. Несколько выходных было проведено за марафоном трёх сезонов мультика про аранар. Сначала Сяо отнёсся скептически к сюжетам, посвящённым детским моралям о важности дружбы и семьи, которые транслировались через забавных мифических существ. К середине марафона он подозрительно перестал бросаться критикой во время просмотра. Когда же они осилили концовку, Сяо, кривя душой, очень долго приходилось убеждать Венти, что никаких слез над сентиментальным финалом он не пускал.       Иногда они выходили на прогулки. Венти, осознав, что большую часть времени Сяо проводит или скрючившись за ноутбуком, или лежа в кровати, начал доставать его до тех пор, пока тот не соглашался выбраться из своей берлоги. Вечера были проведены за исследованиям крохотных улочек и уютных дворов. Когда осенний воздух стал холоднее, Венти регулярно предлагал взяться за руки, чтобы погреть ладони. Сяо предложения тактично игнорировал, предпочитая вместо этого греться выпитым на ходу горячим чаем.       Дом начал пополняться множеством мелочей, на покупке которых настаивал Венти. Количество гирлянд разрослось до трёх, к бесчисленным игрушкам присоединились плюшевые аранары, на холодильнике появлялись милые магнитики с котятами. Одной из последних декоративных вещей стала небольшая рамочка, расположившаяся на прикроватной тумбочке, со вставленной в неё фотографией: однажды Венти заплёл Сяо косички, чтобы у них были парные причёски, и решил увековечить одно из сотни сделанных в тот вечер селфи.       Квартира перестала быть одиноким убежищем. Она наполнилась новым порядком вещей, которые, при всей своей суетливости и насыщенности, стали неотъемлемой частью жизни Сяо.       Месяц пролетел незаметно. Венти забрал из кассы свою первую зарплату.       — На эту мору, — восторженно произнёс он, пересчитывая купюры, — я смогу наконец позволить себе снять собственное жильё. Завтра надо будет поездить по объявлениям. Когда я буду съезжать, поможешь мне перевезти вещи?       Сяо молча кивнул. В его душе поселилось неприятное, липкое чувство, значение которого он не совсем не понимал.       По пути домой они зашли магазин. Венти настоял на покупке яблочного сидра.       — Это — чтобы отпраздновать мою первую зарплату. Ты не против?       Впервые за время их сожительства Сяо не стал противиться алкоголю.       По приходу домой, сразу после ужина, Венти приступил к распитию сидра.       — Ты не будешь? — он пододвинул в сторону Сяо вторую бутылку.       — Я не особенно люблю пить. После этого сразу хочется спать.       — Всё равно скоро уже ляжем. Я буду рад, если ты выпьешь за компанию.       Сяо не мог сопротивляться настойчивому бирюзовому взгляду. Со вздохом он взял в руки сидр.       — За месяц совместной жизни! — Венти радостно чокнулся об чужую бутылку своей.       Сяо сделал глоток.       — Горько, — он поморщился.       — Да ты у нас нежная натура, — рассмеялся Венти, подпирая щёку рукой. — Ну что, Сяо? Будешь по мне скучать?       — Думаю, мне будет… — Сяо призадумался, пытаясь подобрать подходящее слово. — Непривычно.       На лице Венти отразилось удивление. Он явно ожидал, что Сяо будет категорично отрицать его заявление.       — Если тебе станет грустно — ты всегда можешь звать меня в гости, — ободряюще улыбнулся Венти, — или даже на ночёвку.       Или Венти мог бы просто остаться здесь.       Сяо не стал высказывать эту мысль вслух. Он только кивнул.       — Пообещай мне, что не будешь проводить все выходные за ноутбуком. А еще что продолжишь кушать три раза в день.       Снова кивок. Никакие слова не лезли в голову. Слишком тяжело давила необратимость грядущего переезда.       — Слушай, Сяо, — внезапно сменил тему разговора Венти, — можно я кое-что тебе сыграю?       Сяо изумился. За всё время сожительства Венти ни разу не брался при нём за гитару. Он говорил, что ему не хотелось создавать в квартире так много шума.       Сяо всегда было любопытно услышать его музыку. Он задумчиво кивнул, на что Венти, улыбаясь, пошёл за инструментом.       — Это только грубый набросок, — неловко улыбнулся он, — так что не суди строго.       Тонкие пальцы начали тихонько перебирать струны, заполняя помещение спокойной, неторопливой мелодией. Простой мотив искрился безудержным трепетом, скрытым в нотах.       Венти начал петь.       Сяо понятия не имел, что у него настолько потрясающий голос. Венти частенько напевал себе что-то под нос: во время готовки, уборки, да даже на работе... Но такого Сяо ещё не слышал. Нежный вокал переплетался с мелодией гитары, порождая приятную гармонию. Это была песня о любви, и каждое слово, которое достигало до ушей Сяо, пробуждало в груди необъяснимую теплоту.       Лицо Венти было непривычно умиротворённым, и Сяо не мог отвести от него взгляд. Он впервые подмечал, насколько длинные у него ресницы, как мило проявляются от улыбки ямочки на его круглых щеках. Прямо сейчас, играя так, словно это было самым лёгким на свете делом, Венти выглядел потрясающе.       Звуки игры прервал громкий стук из соседней квартиры. Венти вздрогнул, останавливаясь.       — Кажется, твоим соседям не очень нравится мой вечерний концерт, — хихикнул Венти.       Чары музыки, витавшие в воздухе, все ещё не отпустили Сяо.       — Это было великолепно, — тихо произнёс он.       От внезапной откровенной похвалы на щеках Венти выступил румянец.       — Ну, это ещё черновая версия, — он смущённо просмеялся. — Я обязательно сыграю тебе ещё раз, когда доработаю её.       Отставив гитару в сторону, Венти протяжно зевнул.       — Уже поздно. Пошли спать.       Сяо ответил не сразу. Он погрузился в задумчивость.       — Венти, на полу спать холодно. Не хочешь переместиться в кровать?       — Это было бы здорово, но где тогда будешь спать ты? — Венти наивно хлопал глазами.       Для кого-то, кто флиртует каждый божий день, он довольно плохо понимает намёки.       — В кровати, очевидно, — ответил Сяо.       Венти, похоже, наконец сопоставил два плюс два. Второй раз за вечер он покраснел.       — Ты предлагаешь лечь вместе? — неверящим тоном спросил он, и, увидев кивок Сяо, кажется, потерял дар речи на пару мгновений. — Тогда можно мне к стеночке?..       Как оказалось, всё, что нужно было, чтобы Венти перестал считать плюшевые игрушки за важных гостей, нуждающихся в комфортной постели — это одно предложение поспать вместе с Сяо. Все дорогие сердцу котики, аранары, собачки, лягушки и прочие формы жизни теперь покоились на полу, а Венти, прихватив с собой плюшевого дракончика, лёг и нервозно прижался к стене.       — Убери его, — попросил Сяо. Из-за обширной игрушки ему досталось скромное место на самом краю постели.       — Нет, не могу. Мне нужно что-то обнимать, чтобы заснуть.       Сяо устало вздохнул. Он не мог поверить, что Венти, будучи решительным на словах, окажется так плох в чтении атмосферы, когда дело дойдёт до реальных действий.       Игрушка была вытянута из рук Венти несмотря на шумные возмущения. Дракончик перекочевал на пол, и Сяо подвинулся на освобождённое место. Короткие мгновения он потратил на то, чтобы собраться с духом, прежде чем его рука несмело утянула Венти в осторожное объятие.       — Это решает твою проблему? — спросил Сяо.       Венти снова был поражён настолько, что потерял способность формулировать слова. Когда прошло оцепенение, он с не то восторженными возгласами, не то со смущёнными писками прижался к Сяо.       — Да что на тебя нашло? — тихо выдохнул он, пряча лицо в чужой грудной клетке.       Сяо тоже хотелось бы знать ответ на этот вопрос. Он не имел не малейшего понятия, почему в его груди бушевало тоскливое ощущение, диктуя одно безрассудное действие за другим. Всё, что Сяо знал — находиться в такой близости с Венти было приятно. От чужого уютного тепла тоска утихала, уступая место трепетной, непривычной нежности.       Какое-то время они лежали молча. Венти был беспокоен. Он всё шевелился на кровати, пытаясь обхватить Сяо посильнее, придвинуться к нему поближе.       — Ты можешь успокоиться? — возмутился Сяо, когда в порыве нежности на него закинули ногу. — Мы вроде как спать пытаемся.       — Прости. Просто это… Очень волнительно. Я очень, очень счастлив, — Венти оторвал от чужого тела покрасневшее, сияющее радостью лицо, заглядывая Сяо в глаза. — Слушай, у меня губы замёрзли. Можешь согреть их своими?       Сяо нахмурился.       — Ты становишься всё менее изобретательным со своими шутками.       — Ну, уж прости. С холодным полом-то прокатило, — рассмеялся Венти, снова пряча лицо в объятиях.       — Венти.       — М?       — Я не сказал «нет».       Венти непонимающе уставился на него, пока Сяо, пытаясь избежать зрительного контакта, стыдливо краснел.       — Ты имеешь ввиду, — Венти переместился поближе к лицу Сяо, — я могу?..       Сяо закрыл глаза, чтобы не видеть, как отреагирует Венти на его молчаливый кивок. Сердце бешеным ритмом отзывалось в ушах. Он ощутил чужое дыхание в опасной близости к своему лицу.       Трепетное прикосновение губ растопило сердце Сяо изнутри, превращая грудную клетку в эпицентр разгоряченной нежности. Губы купались в ласках. Венти целовал неторопливо, мягко поглаживая ладонью по чужой щеке.       Сяо не знал, что ему делать. От волнения было даже неясно, как дышать. Вместе с попыткой выдохнуть в чужие губы из грудной клетки вырвался тихий звук. Венти издал короткий смешок.       — Архонты, ты прелесть, — он отдалился от губ, оставляя невесомый поцелуй на носу Сяо. — Но постарайся, пожалуйста, расслабиться и дышать. Я начинаю волноваться, что ты отключишься от нехватки кислорода.       Но как тут можно было расслабиться? Когда Венти снова вернул своё внимание к губам, он стал ещё настойчивее, чем раньше. Поцелуй стал быстрее, а объятиями Венти отчаянно пытался сократить несуществующее расстояние между телами. От горячей близости начинала кружиться голова.       Чужой язык скользнул внутрь рта.       Раньше, чем Сяо успел это осознать, близость перестала ощущаться безопасной и нежной. Приятные чувства исчезли — Сяо ощутил поступающую тошноту. Нужно было срочно это прекратить.       Он осознал, что не может пошевелиться. Необъяснимый ужас пронзил его тело, мешая отстраниться от омерзительного, влажного ощущения во рту, которое, казалось, стремилось залезть ему в глотку.       Тело, обнимавшее Сяо, легло сверху, начиная вдавливать его в кровать. Чужой вес обездвиживал, делал мерзкое чувство неизбежным.       Горячая рука скользнула ему под футболку. Там, где ладонь проходилась по телу, кожа противно горела.       Руки беспорядочно начали пытаться сбросить с себя чужое тело. Сяо не прекращал, даже когда поцелуй прервался.       Кажется, до его ушей долетал взволнованный голос. Он едва его слышал и не разбирал ни слова. Ужас охватил разум, отрывая от реальности. Он продолжал бездумно толкаться в отчаянной попытке защититься.       Сяо вернулся в реальность, когда ухо резанул болезненный крик. Венти, сморщившись от боли, лежал у стены, в которую его всего пару мгновений назад с силой толкнули.       Тяжёлое осознание произошедшего перемешалось с недавно пережитым ужасом. Тело Сяо дрожало.       Он поднялся с кровати.       — Сяо! — Венти, несмотря на боль в голове, приподнялся с кровати, пытаясь остановить уходившего за запястье.       Сяо одернул руку. Нахождение в этой комнате, голос и лицо Венти — всё это душило его, пробуждая отчаянное желание сбежать.       Сяо начал надевать куртку.       — Сяо, — Венти поднялся с кровати, всё ещё морщась, — куда ты?       — Ты можешь оставаться здесь, пока не найдешь другое жильё, — Сяо открыл замок входной двери. — Я буду ночевать в другом месте.       — Стой, не уходи, — Венти снова попытался взять уходившего за руку, — поговори со мной, прошу!       — Не трогай меня!       Венти вздрогнул от резкости возгласа. Он замер, не решившись остановить Сяо, когда тот вышел за порог квартиры.       Дверь закрылась. Лестничная площадка встретила Сяо гнетущей тишиной. Только что, уходя из квартиры, он, кажется, оставил за её дверьми самое лучшее, что было в его жизни — и теперь по его вине оно было безнадёжно разрушено.