Болезненная зависимость

      Раздался резкий стук в дверь. Тогда была совсем рань, и абсолютно все в этом районе еще спали. Только один индивидуум, которому сейчас не стоялось на месте, врывался в дом Скары. — Открывай малой! Я знаю, что ты в своем доме, спишь, в теплой уютной кровати, слюнявя свою подушку. Открывай, иначе я залезу через балкон на твой этаж.       Звуки прекратились, в ожидании чтобы кто-то ему открыл. Где его мама, неизвестно. Может снова, изменяет, может что. Это Тарталью не сильно интересовало. Дойдя до порога своего края терпения от ожидания, он продолжил резко настукивать.       Другой же, не мог больше крепко спать, свалившись с кровати, ведь гемоглобин резко упал, направился к своей проходной двери, по пути протирая глаза. Открыв дверь и увидев, кто перед ним, он тут же завалил его матами. — Ты с ума сошел? До начала лекций еще два часа! Придя в мои владения без спроса, будь готов, что я убью тебя прямо на месте. — дед фейс на лице Скары, порядком смутил рыжика.       Тарталья с огромнейшей улыбкой, когда увидел Скару, засиял в глазах и с высокой скоростью обнял его. — Скарашушииик! Ты бы знал как я сейчас счастлив… — ныл рыжик с такой радостью и с тоном, будто на месте расплачется.       Синеволосый застыл на месте с непониманием о происходящих сейчас событиях. — Ты че придурок? Напился небось? — он попытался отстраниться от друга, но не получалось. — Отпусти меня придурка кусок! — А вот и не Скарапупсик! — спустя пару секунд, он так уж и решился отпустить его, но не прекращая по-идиотски улыбаться. — Ты доволен? А теперь марш из этого места, чтобы глаза мои тебя неделю не видели. — Не сегодня. — тот бесцеремонно вошел в квартиру, разуваясь и прямиком направившись к кровати Скары, уседаясь на нее. — Ты точно дома не попутал? — синеволосого все больше и больше бесило его поведение. Разбудил, так теперь в его квартире свободно передвигается. У этого человека есть хоть капля совести?       Чайльд лишь ждал, пока тот подойдет к нему, чего не пришлось долго ждать. Резким движением, он уложил своего друга меньшего полностью на кровать, поправив его свисающие ноги, и накрыл одеялком. — Спокойной ночи. Ну как, почти ночи. Просто позволь мне побыть рядом с тобой, а ты пока отоспись.       Скарамучча был просто в недоумении. Насильно уложили в кровать, и теперь такое. Да что с этим чудом мира происходит? Перегаром не воняет, девушки нет. — Как я могу спокойной уснуть, если ты поблизости? Не нравится мне это все. — Да не боись. Хочешь, чая ромашкового сделаю, чтобы ты лучше уснул? — он не шутил. По крайней мере ему так казалось. — Да сдалась мне твоя забота и ромашки. В телефоне посижу, но не факт, что усну. — Скара вздохнул, заходя в Тикток.       Парень не знал, что на это ответить, но с облегчением сел на пол на противоположную сторону кровати приятеля, располагая возле себя сумку. Он неспеша, но с тонкой волнения, достал учебник по математике, пару листочков, а также письменные принадлежности, расположив их себе на колени. Второй же, заметив, что Торт метешиться там в углу, перевел взгляд на него, и с насмешкой спросил: — Зубрилу из себя строишь?       Тарталья перевел на него взгляд, узрев эту бесящую ухмылку, и саркастическое выражения лица. Как не кстати. — Ага. Прикасаюсь к учебнику, что ты не делал на протяжении 17 лет. Позавидуй. — Тск, да ну тебя. — Скара уже окончательно сдался, и перевернулся на другой бок, дабы не лицезреть его умную рожу.       В свою очередь, Тарталья пролистал к той странице, где он с его любимым остановились. С некой любовью и любопытством, влюбленный мальчуган повторял недавно выученное, с большими усилиями закрепляя знания. Пусть и не скажешь, но парень в этот раз действительно старался выучить побольше, и удивить своего препода. Интересно, как он отреагирует? Может он меня вознаградит за мои новопришедшие знания? Ох, как не терпится…       Вот и час пролетел незаметно. Несмотря на сонливость, мотивация лишь растет. Не сдаваясь, он продолжает упорно учиться.       Весь счастливый и до кончиков пальцев сонный, Тарталья направлялся в семи нелюбимый универ, но зато к любимому, предмета которого, у него не было в расписании. Скара, который почти валился от недосыпа на рыжего, едва удавалось сохранять сознание. Подходя к своему учреждению, он заметил беловолосого друга, и в неловкости улыбнулся, еле заметно кивнув. Сзади него шел также внешне измученный Итэр. Тот подошел к заучке и про что-то начал говорить. Скарамучче это не понравилось, но он не в праве контролировать жизнь друга.       Фах за фахом, пара за парой. Однако ему так и не удалось увидеть Чжун Ли. Это немало расстроило его покорного студента, ведь он много времени провел над пониманием разных глав. Обидно, знаешь ли. Распрощавшись с мелким, Чайльду ничего лучше в голову не пришло, как направиться к преподу домой. Его на перерывах нигде не было, значит определенно где-то дома сидит. А что если… Он сейчас там не один, а с кем-то…? После этой мысли Тарталья без единого колебания поперся на городской транспорт. Лучше убедиться самолично, чем надумывать.       «Подожди. Я же не знаю его адрес… А не, я успел увидеть его, перед тем как уйти. Тогда все пучком, забью ща в карты.»       Поднимаясь на нужный этаж, он купил по дороге недешевое кофе Чжун Ли в знак комплемента.       Уважительно постучав, Тарталья потянул ручки двери вниз, и та оказалась открытой. Ему это не понравилось, и без лишних мыслей было не обойтись. Мысли делились на два типа: догадки о чем-то от обычных переживаний до переживаний подозрительно взрослого характера. Никакой из них Тарталья отказывался верить.       Аккуратно оставив обувь возле подавно стоявших других, он неуверенно, без разрешения, по памяти зашел вроде как в спальню, и лицезрел спящего Чжун Ли, с компрессом на лбу.       Тарталья без промедлений подошел, уложив все вещи на стул, и после, становясь на колени перед кроватью, он погладил арифметика по щеке наружной стороной ладони. — Дорогой Чжун Ли, вы как? Выглядите не очень хорошо. — в его голосе слышалось нескрываемое переживание. Его любимый мучается здесь в кровати, пока он позитивно расхаживал по универу.       Чжун Ли медленно раскрыл глаза, просыпаясь от глубоко сна, впоследствии простуды. Время спустя, разглядев парня, и ощутив его руку у себя на щеке, моментально схватил его за запястье. — Что ты делаешь здесь, у меня дома? Пользуешься моим состоянием? — мужчина был слишком измучен заболеванием, и как бы не хотелось, но мог вести себя более пассивно. — Господин, сейчас это не так важно. Когда вы в последний раз принимали медикаменты? — от любого негативного ответа, Тарталья уже приготовился на старте ринуться искать подавляющие температуру препараты.       Вздохнув, Чжун Ли ответил. — Не стоит волноваться, около двух часов назад. Мне немного лучше даже стало. — больной мужчина, взяв Чайльда за ладонь, почти сразу же отпустил его, на что получил слегка унылую реакцию. — Я еще до конца не выздоровел, Чайльд, не стоит в таком ключе ради меня рисковать своим здоровьем.       Тарталья ничего на это не ответил, и протянул приболевшему товарищу купленный стакан свежего, местами горьковатого, местами нежно сладкого кофе, аромат которого, не угасал спустя столько времени после покупки.       Препода удивило на мгновение, ведь за него подумали, и позаботились. Из-за этого, он колебался между тем, взять предложенный напиток, или нет. Кратко взглянув в глаза рыжеволого, который глубоко всматривался в него темными в темноте, освещаемые лишь бардово желтым закатом глаза. Они всматривались во все эмоции, которые мог выдать старший. С благодарностью приняв стакан, Чжун Ли отпил первый глоток все еще горячего, но немного остывшего кофе, который таял и одновременно приносил горчинку на край языка. Сладко горький кофе. Он не смог сдержать тонну наслаждения от отпитого напитка, ведь горло, итак, сушило его ротовую полость. Довольный зрелищем, Чайльд вздохнул с облегчением, и уселся боком к кровати. Отпив еще пару глотков, господин Чжун Ли сел, свесив ноги.       Последний отрезанный свежий кусочек хлеба, с наложенными маслом и колбасой последовали в рот рыжего. С наслаждением дожевав, и стряхнув руки от крошек, внимание парня сразу перешло к своему любимому. Тот в свою очередь, проверял и писал отчеты на своем ноутбуке. Порядком устав, он закрыл устройство, измученно вздохнув, и ответно взглянул на своего гостя. — Все еще поверить не могу, что ты вот так просто пришел. — Чжун Ли первый начал разговор, раз уж есть с кем перекинуться словечками. — Хех, могу практикую. Заявился к своему любимому преподавателю как-никак. — он пожал беззаботно своими плечами, придавая своим словам мягкость небольшой улыбкой.       Математик не ожидал, что тот вот так прямолинейно выскажется. Однако он был не против, подобные события радовали не только глаза, но и уши. — Спасибо? Приятно слышать, что у такого неуча по своему нелюбимому предмету, хотя бы я не отвратителен.       Тарталья не может после этого не вымолвить следующее. — Дорогой наш господин, прошу обратить внимание на — положив руку на сердце, он выпрямился, подняв голову — то, что я все это время усердно учился. — его лицо сменилось на притворно грустное. — Но вы, учитель, — продолжает драматизировать рыжик. — так и не пришли. И я не смог проявиться.       Раздался теплый смешок. — Боже мой, Чайльд. Ну и почему ты из себя маленького щеночка строишь? — хихикнув снова, он уже прикашлянул. — Раз уж так, ты меня все более приятно удивляешь. Я бы проверил, что ты там выучил, но как видишь, не сегодня. — нежная улыбка распространилась по его лицу. — Молодец. Спасибо, что стараешься       Сейчас, все заботы будто пропали. Все волнения по поводу всего. Негативные мысли. Ненужные мысли. Все, будто бы Тарталья застрял лишь в пустом кино, где находились только он и его математик. Полная тишина, и горстка волнения застыли в его жилах. Он так хотел присвоить себе этого человека. Он понимает, что разговаривает с тем, о котором мечтает весь фандом универа. Ощущение, будто тот был почти в его ладонях.       Поймав себя на том, что покраснел и молчал уже долгое время, Тарталья отвел взгляд, из-за чужого пристального, и сказал: — Благодарю вас. Я правда старался, и… — он не знал, что действительно сказать, и просто кивнул. Чтобы скрыть свое волнение, рыжеволосый встал к окну, и поставил его на режим проветривания. Обернувшись, он с растрепанными морковными прядями, произнес: — Что ж, я полагаю, что наверняка убедился в вашем благополучии, и то, что с вами все хорошо. Скорейшего тебе выздоровления.       На прощание, парень улыбнулся приболевшему. Застыв на мгновение, Чжун Ли тоже, поднял уголки своих губ, благодарно кивнув головой.       С грустью от расставания, Тарталья покинул подъезд, к которому, как ему казалось, он придет еще не в первый раз. Прогуливаясь по улочкам, рыжеволосый все обдумывал моменты дней, проведенных с ним. И чем дальше он отходил от места его проживания, все больше хотелось вернуться, и даже сделать какую-нибудь глупость, но остаться с возлюбленным подольше. В плыву таких мыслей, не заметив, как начинает темнеть, резко он врезается в какую-то девчонку. — Ало, поосторожней. Так и убить можно. — девушка еле устояла на ногах, едва не повалившись на тропу. Это разозлило не только ее, но и самого парня, который был увлечен другими делами. — Да-да, прости- — А ты случаем не с нашего университета? — она осмотрела его, поняв, что это точно он. Тот самый особенный. — А? Ну, да. А что? Проблемы? — Тарталья вздохнул. Разговор начинает затягиваться.       Студентка засияла светлым бликами в зрачках, сдерживая улыбку, и сжав руки в кулаки. — Слушай, ты ведь перекидывался парочкой словечек с нашим преподавателем математики? И как он? — вопрос звучал двусмысленно, но вызывание недопонимания не волновало девушку. — Он хороший?       Почему. Почему ты спрашиваешь это именно у меня? Не надо… У меня ведь только-только прекрасное настроение было. — Да нормальный. Преподает очень хорошо и понятно. Приятный человек своего возраста. А тебе то что? — «Так Чайльд, соберись. Я же не перебью всех учащихся студентов.» — он медленно вдохнул воздух в грудь, и незаметно выдохнул. — Ого! А не познакомишь нас? Мне очень нужно его предмет подтянуть! — настойчивая студентка подошла ближе к Тарталье, сложив руки в виде мольбы, строя глазки. — Прости, но… — тот похолодел в глазах. — давай лучше я поддержу тебя в математике. Он довольно занятой человек, и здоровье у него не то.       Она лишь замерла, в негодовании, как и у нее самой погас блеск в глазах. Встав как обычный человек, она с холодным лицом переспросила: — Нет, ты мне вовсе не нужен. Какой смысл от тебя, если ты не он?       Тарталья в свою очередь уже медленно покусывал щеки. Быстренько пробежавшись глазами позади вокруг девушки, чтобы убедиться, что здесь плюс минус мало людей. Он схватил ее за запястье, и повел ее в уличный туалет, который не сортировался на «женский/мужской». Запер ее в кабинке вместе с собой, он наконец-то отпустил ее. — Ты что мать твою- — начала кричать девушка, но ее в тот же момент накрыла большая потная ладонь. — Тише, иначе твой ненаглядный учитель услышит. Вдруг он тоже в этом туалете? — он свирепо улыбнулся, отпустив ладонь от ее рта. Как только она снова попыталась закричать, тот безжалостно занес руку и ударил девушку прямо в живот, чувствуя, как уже не нужно сдерживаться, и можно с удовольствием убрать своего конкурента.

« — Чайльд, не стоит в таком ключе ради меня рисковать своим здоровьем.»

      Ты даже представить себе не можешь, на что я ради тебя готов, и на какие риски.