Дневник

00:01. Стоя напротив двери, я прогонял по кругу фразы и все возможные сценарии, которые за последние несколько дней выучил наизусть. Нельзя делать паузы, нельзя сейчас позволить распространиться по твоим венам ядовитой неуверенности, которой отравляешь себя чуть ли не каждый день, не сегодня... не сбегай, Пак Чимин… даже если ты не такой, ты же всё равно хочешь узнать и понять себя, верно? Считай это просто экспериментом, любой итог уже будет считаться результатом. Я начинаю лихорадочно, наверное, уже раз пятый, проверять содержимое карманов джинс и, нащупав, умоляю поджилки не трястись так сильно. Нужно ещё раз проверить свой внешний вид. Взгляд сначала падает на немного заострённые, начищенные до блеска, чёрные ботинки на среднем каблуке, потом на чёрные, обтягивающие джинсы, и останавливается на чёрной рубашке с коротким рукавом. Всё чёрное… словно на чьи-то похороны пришёл. От этого не умирают, Чимин. Но и без этого жить же можно? Вопрос остаётся без ответа, и меня начинает немного поддушивать. Свободный воротник рубашки никак не может быть причиной, но всё равно расстёгиваю первые две пуговицы, обнажая ключицы, на которых поблёскивает длинная, золотая цепочка. Я решаю закрыть глаза, чтобы успокоиться и делаю глубокий вдох, попадая в сладкий плен своего уже самого любимого парфюма. Впервые я нанёс его на себя так, чтобы кто-то ещё, кроме меня, мог почувствовать и, возможно, также очароваться им. Приятный аромат мягко окутывает, разносится по венам, немного опьяняя разум, придавая смелости. Возможно, он так действует на меня, потому что напоминает о словах, сказанных тогда Хосоком. После они так сильно въелись в разум, что грызли меня всю неделю и тихо, но настойчиво нашёптывали о возможностях, которые я упустил. Можно ли их применять ко всему? Есть ли границы? Мне это хочется или мне это нужно? Я решил для себя, что и то, и другое. Тело расслабляется, впитывая эти убеждения как можно глубже, руки перестают мелко дрожать, тягучий страх отступил, а уверенность в своих действиях вернулась, освобождая от сомнений и даря нужную пустоту внутри. 00:12. Ещё одна минута, и нажму на дверной звонок. 00:13. Дождавшись нужной для меня цифры, словно это принесёт мне дополнительную удачу, я протянул руку перед собой и несколько раз нажал на кнопку звонка. 00:15 Ничего не происходит. Даже если хорошенько прислушаться, сложно уловить какие-нибудь звуки с той стороны двери. Я начал сомневаться, что хозяин комнаты мне откроет. Телефон благополучно был забыт в моей комнате, так что ни написать, ни позвонить не получится. Может он уже спит или его вообще там нет? Пальцы ещё раз — в последний, как я решил, надавили на звонок. Тишина. Хотелось до боли закусить губу, от нарастающего чувства разочарования. Мысли о том, что столько потраченных сил, нервов и времени были напрасны, роем крутились в голове, злили и убеждали больше не заниматься подобными глупостями. Ну почему хоть раз не может пойти по плану? Кисти начали сжиматься в кулаки, неприятно впиваясь ногтями в ладонь. Но пальцы сразу же расслабились и выпрямились, стоило услышать щелчок открывающейся двери. В коридоре было яркое освещение, и человек напротив сильно хмурился и прищуривал глаза, словно его вытащили из берлоги на свет. Я старался не заострять внимания на растрёпанном виде и недовольном взгляде, которым меня хотели прожечь насквозь. — Чимин, ты время видел? Зачем пришёл? Интонация голоса была грубой, стараясь показать, что мне сейчас явно не рады. Но уже как-то всё равно, даже если на меня будут кричать, вряд ли я сейчас отступлю. Я хочу доказать, что все мои усилия были не зря, поэтому, сделав спокойное выражение лица и немного наивный взгляд с крупинкой надежды, я решил следовать своему подготовленному сценарию. — Хотел кое-что вернуть… я ненадолго, впустишь? Долго думая и рассматривая недоверчивым взглядом, меня всё-таки пропускают внутрь. Ловушка захлопнулась. Чужая комната встретила лишь пустыми запахами, еле слышным гудением компьютера у окна и холодным светом от монитора, который разбивался о немногочисленную мебель и слабо освещал весь путь до его источника. Хозяин комнаты, уже привыкший к полумраку, уверенно прошёл вглубь к компьютерному креслу, которое стояло у рабочего стола, и со скрипом уселся в него. — Чего встал? Даю тебе пять минут. Поборов последние сомнения, я не спеша подошёл и встав напротив, начал особо внимательно рассматривать всё, на что падал свет и, подметив некоторые детали, ухмыльнулся. Так удачно складывается, да я чёртов везунчик. — Ну, и? — Даже не предложишь мне присесть? — Ты ненадолго, в этом нет нужды. Мой взгляд показательно задержался на столе. Там располагался почти пустой стакан с тёмной жидкостью и вычурная бутылка какого-то крепкого алкоголя. — Хён, ты пьёшь в одиночестве? Это уже тревожный звоночек. — Просто помогает быстрее уснуть. —А, точно… Джин говорил, что ты в последнее время плохо спишь. Тебя что-то беспокоит? Хочешь я сделаю тебе расслабляющий массаж для лучшего сна? Я разговаривал спокойно, тягуче, прощупывая почву и наблюдая за чужой реакцией, но ничего… на строгом лице не проскользнуло ни единой эмоции, кроме раздражения, а взгляд остался таким же не заинтересованным. — Твои пять минут уже на исходе. — А, да… вот… Подойдя ближе к собеседнику, я прислонился к кромке стола бедром и, немного скрестив ноги, кокетливо достал из кармана джинс флешку. — Знаешь, мне понравилось то, что ты подобрал для меня. Наконец-то проскользнула первая эмоция. Намджун вскинул одну бровь, удивляясь моим словам, на лице прочиталась растерянность, но он продолжил молчать, подозрительно вглядываясь в моё лицо. — Поэтому я пришёл сегодня за чем-нибудь новеньким. Флешка плавно легла на стол, привлекая взгляд своего хозяина. Выждав момент, когда он потянется её забрать, я слегка накрыл ладонью чужие, длинные пальцы. Но мой жест проигнорировали и, ухватив свою вещь, равнодушно убрали руку. — Чимин, уже поздно, я завтра тебе её передам с чем-нибудь "новеньким". — Ммм… мне она больше не нужна. Я хочу, чтобы ты помог мне кое-чем другим. Намджун издал тяжёлый вздох и, жмурясь, начал массировать переносицу. — И чем же? — Не хочешь поговорить о том, что произошло в прошлый раз? Наступила пауза, я смотрел на фигуру перед собой сверху вниз, и видел, как всё тело в миг напряглось и замерло. Только движения подбородка, которые были похожи на то, как будто он что-то пережёвывает, выдавали, что вопрос заставил его нервничать и с глубокой серьёзностью обдумывать ответ. — Не о чем говорить, Чимин. Ты просто совершил ошибку, и я закрою на это глаза в первый и последний раз. Об этом никто не узнает, если ты это хотел попросить. Видимо он предполагал, что этот разговор произойдет, и проговорил всё выучено и быстро. Мне понадобилось небольшое мгновение, чтобы подобрать более подходящие слова и продолжить диалог, который Намджун так старательно хотел закончить, поставив все точки над i. — Это не было ошибкой. То, что я сделал было осознано, а ты это принял и получил от этого удовольствие. Да, это частичная ложь, ни о какой осознанности в моей голове и речи не было, когда я, будучи пьяным и мало что соображающим, изучал чужой член. Намджун на это нервно зачесал рукой волосы, спускаясь к шее и запрокинул голову в небрежном жесте. — Я не понимаю, что ты от меня хочешь? Извинений? Хорошо. Чимин, извини, что позволил тебе домогаться моего тела, пока я был в отключке и в хлам пьяный. Всё, ты доволен? — Нет, мне не нужны извинения. — Ну, а что тогда?! Что?! Было уже заметно, что Намджун теряет самообладание, впиваясь руками в подлокотники кресла, опасно при этом сверкая глазами и повышая голос. — Переспи со мной. Проговаривая это серьёзно и чётко, я надеялся, что мне не придётся нелепо повторяться, если Намджун решит переспросить. Чего и не произошло. Я только наблюдал, как брови на чужом лице из хмурого положения поползли наверх, словно он что-то понял для себя, а напряжённые руки оттолкнулись от подлокотников, помогая поднять тело вверх, чтобы встать напротив меня. — Это шутка такая? Ты рассказал всё Тэхёну, а он подговорил разыграть меня? Или вы поспорили? Ты же сейчас записываешь наш разговор? Потому что на тебя это совсем не похоже, а вот Тэхён вполне мог пойти на такое, чтобы посмеяться надо мной… Намджун подошёл вплотную и грубыми движениями начал ощупывать мой торс и все карманы, надеясь найти телефон или что-то такое, чтобы подтвердить свои догадки, но ничего не обнаружив, он вопросительно уставился, глядя на меня. — Ааа… я понял! Он сейчас за дверью и ждёт, когда я выпру тебя со скандалом, чтобы выскочить из-за угла и сказать, что это розыгрыш или то, что я прошёл его очередной дурацкий тест? — Нет. Это не шутка. И я ничего никому не рассказывал. — Ты пил? — Не… Намджун, не дожидаясь ответа, схватил и притянул меня за грудки. Внюхиваясь в моё лицо, он плавно переходил на подбородок и шею, обдавая мою кожу горячим дыханием, с хорошо заметными нотками алкоголя, от чего моё тело напряглось и по рукам, которыми я начал упираться ему в грудь, чтобы хоть немного отодвинуться, побежали мурашки. — Я не пил, а вот ты, видимо, превысил норму, которая помогает "быстрее уснуть". Он отстранился от меня, прикрывая веки и массируя себе виски кончиками пальцев. — Да… да, ты прав… я пьян и, кажется, мне чудится, что ты предлагаешь мне переспать… На последних словах он нервно засмеялся и, приоткрыв веки, посмотрел на меня, ожидая подтверждения. На что я только немного улыбнулся, а после поджал губы. Почему-то вся эта ситуация казалась забавной. Я должен был трястись и нервничать, предлагая кому-то секс, а то, что выбор пал на парня, должно было ещё сильнее усугубить ситуацию, хотя нет, сильнее усугубляет то, что этот парень мой Хён, мой друг, мы работаем и считай живём вместе, а ещё его не интересуют парни, он гетеросексуал. Тогда в чём смысл, что я две недели читал всевозможные статьи и форумы о сексе двух мужчин, даже что-то из этого применял на себе. Это было неприятно делать, некоторое постыдно… Но что мне оставалось делать? Я заперт в золотой клетке, моя жизнь проходит под камерами, а мне так хочется ощутить обычную жизнь, получить что-то запретное, почувствовать эмоции и удовольствие, которые всем доступны… возможно, это потому что я, как какое-то исключение из правил или просто неправильный? Долгие размышления привели меня к выводу, а какая разница заниматься сексом с девушкой или парнем, если в итоге можно получить оргазм и удовольствие в любом случае. Так как я парень, она конечно есть. Общественное мнение не приемлет в моём случае ни одно из возможных отношений, но и его можно обойти, если всё тщательно скрывать. Религия? В моей жизни она отсутствует, я ей не интересуюсь и не причисляю себя к какой-либо вере. Процесс? Да процесс разный, но вероятность сделать это с девушкой, скорее равна нулю, ведь для этого я должен возбудиться, а я этого сделать не могу (по крайней мере сейчас). И вот методом исключения мой выбор пал на то, что моим партнёром должен стать парень. Но это ещё далеко не всё, я должен доверять ему, быть уверенным в том, что это ни в каком виде не будет предаваться огласке, а значит он должен быть заинтересован в этом точно так же, как и я. Кто-то из моего окружения. Что ещё сильнее сужает круг лиц, а конкретнее до шести человек. Конечно близких друзей и тех, в ком я могу быть уверен, больше, но они находятся за пределами этого дома, а это большие риски. Внутри нашего общежития отсутствуют камеры, это было одно из выдвинутых нами условий по проживанию в нём, зато на внешней территории и за её пределами их приличное количество, да и постоянное слежение за любыми нашими передвижениями и действиями, чтобы в чём-то уличить, не оставляет особого выбора. Поэтому шесть. Самое сложное было сделать выбор. Я знаю каждого уже, как минимум, лет пять. Все привычки, особенности характера и поведения для меня уже изучены, я примерно могу предположить, как поведёт себя кто-то в той или иной ситуации, знаю сильные и слабые стороны каждого. Тогда почему Намджун? Да потому что всё тот же метод исключения. Джин — сплошная невинность и неопытность, у которого самое большое достижение в сексуальном плане, это порно с иностранками, спасибо за эту сомнительно-интересную информацию Чонгуку. Юнги — весьма скрытный, поддерживает все виды отношений, что казалось бы подходит, но он очень чувствительный и неустойчивый в психическом плане, я не хочу и не буду по собственному желанию становиться одной из причин его частых нервных срывов. Это может разбить его, а впоследствии и меня. Хосок — ранимый и чувствительный. Прожив с ним почти три года в одной комнате, я не понаслышке об этом знаю. Хоть он никогда не проявлял заинтересованность в парнях, но его любовь к тактильным ощущениям легко можно было бы использовать в моих интересах и склонить к тому, чего хочу. Но я не смогу… я прекрасно знаю его слабость — быть зависимым от особенного отношения к нему, он может начать испытывать чувства, самое худшее влюбиться, просто из-за того, что будет думать, что я отношусь к нему по-другому, выделяю, делая его тем самым особенным. А мне это не нужно, я не хочу никого ломать, не хочу вызывать подобные чувства в ком-либо, особенно в моём любимом, хрупком Хёне, потому что в ответ их не будет. Никаких чувств — это один из моих критериев. Тэхён и Чонгук — я их даже по отдельности рассматривать не буду. Оба слишком близкие для меня люди. Хоть я и не до конца понимаю их вид отношений, но подвергать изменениям наш идеальный мир из трёх человек из-за моей прихоти, не осмелюсь. Мои действия могут разрушить эту идиллию, и как некоторые высказывались на форуме: "Если хочешь потерять друга — переспи с ним", а они последние в списке, кого бы я осмелился потерять. Даже если рассматривать другой вариант событий, где бы этого не произошло, то всё равно не подходят. Они без тормозов, не знают когда остановиться, флиртуют, бросают двусмысленные взгляды, когда надо и когда не надо, от этого и так много проблем, и эти бесконечные скандалы с нашими именами. Я боюсь представить, что будет, имея они реальный повод. Намджун. Со временем, я оставил бы свою навязчивую идею и смирился со своей участью, если бы мой метод исключения сработал и на нём. Но нет, этого не случилось. Он не выставляет свои чувства на показ, прекрасно понимает, что за любыми действиями наблюдают и анализируют, он не позволяет себе заходить дальше фансервиса, в отличии от остальных, он стойко выносит все проблемы и неудачи, по моему ощущению действительно пуленепробиваемый. У него есть опыт в сексуальных отношениях, не важно, что только с девушками, главное, что он просто есть. Я не боюсь потерять с ним дружеских отношений, мы скорее друзья по обстоятельствам, за пределами группы мы вряд ли бы поддерживали подобные отношения, только если бы я сам был инициатором. У Намджуна много сильных сторон, но столько же и слабых. Он безусловно очень умён, в чём-то даже могу признать его гением. Но он бывает весьма глуп во взаимодействиях с людьми, особенно с теми, с кем достаточно знаком. Возможно, он расслабляется в таком окружении и, доверяясь, бессознательно отключает свой гениальный мозг, а когда выпьет, так вообще переводит его в режим полёта, поэтому им можно легко манипулировать, если, конечно, это делать не явно, обвести вокруг пальца и заставить поверить во всякие глупости, чем активно пользуется Тэхён, когда ему скучно. Не буду отрицать, я тоже иногда этим пользовался, и Намджун всегда потакал моим просьбам и капризам, даже когда ему самому это было в убыток. И, казалось бы, какие шансы, что он согласится? Почти никаких, он ярый гетеросексуал, то, что он получил удовольствие от моих рук — рук парня, удачное стечение обстоятельств, от этого его убеждения и ориентация не изменятся, я прекрасно знаю, что он был в своих фантазиях, и его мозг в тот момент активно представлял девушку. Но я сказал "почти", потому что есть ещё одна его слабость, точнее слабость его тела. Физическая потребность, которая слишком сильно выражена и про которую было столько шуток, что они уже стали несмешными, все уже знают про то, как много он смотрит порно, и каким раздражительным и непродуктивным он становится, если этого не делать. Как-то Юнги высказался, что у Намджуна просто повышенное либидо, и чтобы от него наконец отстали: «Пусть лидер дрочит столько, сколько ему нужно, а если будете мешать, то вам же хуже будет, дибилы». Если у него повышенное либидо и выплёскивается через край, то у меня оно где-то на донышке. Почему бы этим не воспользоваться? Мы бы могли помочь друг друг, как партнёры, оставаясь при своих интересах и взаимной выгоде. Но даже, если я ему сейчас всё это скажу, он же не поймёт, будет глупо хлопать на меня глазами и ответит, что я сошёл с ума. Всё-таки эта ситуация и вправду кажется мне забавной… и то, как он на меня смотрит в данный момент, ожидая положительного ответа, что-то будоражит внутри и просит рискнуть и воспользоваться этим мизерным шансом. Поэтому я молча вытаскиваю из своего переднего кармана шуршащий квадратик с презервативом и кладу его перед Намджуном на стол. Конечно он обратил внимание и понял, что это такое, вернув уже растерянный взгляд на меня. — Просто закрой глаза и представь, что делаешь это с девушкой. — Я… я не могу… я не хочу… — Значит мне надо сделать так, чтобы ты захотел? Воспользовавшись его растерянностью, я настойчиво надавил ладонями на его грудь, заставляя отойти назад и усесться в кресло. — Ты что делаешь?! Удобно расположившись на коленях между его раздвинутых ног, я начал тянуться к поясу его тёмно-синих спортивных штанов, чтобы приспустить их, но мои запястья крепко схватили, немного болезненно сдавливая кожу. — Чимин. Я донесу главному о твоих домогательствах, если ты сейчас же не прекратишь. Я поднял взгляд на серьёзное лицо Намджуна и хитро улыбнулся. Из всех вариантов остановить меня, он выбрал самый неудачный. Глупый, глупый Хён. — А это неплохая идея. Давай так, если ты сейчас не отпустишь мои руки, чтобы я продолжил начатое, то я пойду к главному и расскажу о твоих домогательствах по отношению ко мне. Как думаешь из нас двоих, кому он поверит? Хоть я это и сказал, но я никогда бы не поступил подобным образом ни с ним, ни с кем-либо ещё. Хватка Намджуна только усилилась, а его взгляд наполнился яростью. В любой другой ситуации я бы сильно испугался такой реакции, но на кону была важная для меня цель и для её выполнения я отыграю любую роль, даже если мне будет больно и страшно, даже если Намджун возненавидит меня. Всё это я окончатьльно решил, ещё когда стоял с той стороны двери. — Решил меня шантажировать?! Намджун проговорил это низким голосом, почти шипя, на что я только ближе придвинулся и слегка улыбнулся. — Хён, ты первый начал. — Не называй меня Хёном в такой ситуации. Это мерзко. — Мне уже больно. Если будут синяки, я не буду скрывать, что это ты мне их оставил. Хватка Намджуна сразу же ослабла, а выражение его лица из разъярённого перешло в более спокойное, с каким-то даже разочарованием во взгляде, но мои запястья он так и не отпустил. — Чимин… ты же понимаешь, что это неправильно? — Неправильно — это не отвечать за свои слова, Намджун. Ты мне обещал. Ты обещал, что с какой бы я просьбой к тебе не пришёл, ты её выполнишь! Так что отпусти руки… — Помню… я помню, что говорил тебе… но я не могу! Я не гей, Чимин. — Я тоже не гей… я вообще без понятия, какая у меня ориентация… знаю … ты меня сейчас совсем не понимаешь, но мне нужно… очень нужно… и я не отступлю. Давай ты сейчас представишь, что это просто такой эксперимент, хорошо? — Ха… я значит для тебя подопытная крыса? — Нет, Намджун. Роль подопытного отдана не тебе. Он вопросительно вскинул брови, видимо не до конца понимая, о ком я говорю, но это уже не важно, разговор заходит в тупик и мой шанс стремительно движется к нулевой отметке. Осталось только последнее, чем я могу воспользоваться… хоть это так глупо и по-детски. — Докажи. Докажи, что ты действительно не можешь выполнить своё обещание. Просто отпусти мои руки и если, после того, что я сделаю, ничего не произойдёт, я уйду, оставлю тебя в покое и никогда больше не буду тебя о чём-то просить. Намджун сдался. Он устал от споров со мной и с измученным видом откинулся на спинку кресла, отпуская мои запястья и расположив свои руки на подлокотниках, при этом не отводя от меня внимательного, но уже пустого взгляда. Я с осторожностью немного задрал его футболку, чтобы не мешала и приспустил штаны с нижним бельём, оголяя пах и невозбуждённый член. В прошлый раз всё получилось как-то само собой, а сейчас я начал паниковать, не представляя, что конкретно нужно делать, и вся уверенность в миг куда-то делась, и устремлённый на меня взгляд Намджуна, только усугублял всё. Но делать что-то нужно, и я, слегка касаясь, провёл пальцами вдоль мягкого ствола от основания до влажной головки, наполовину спрятанной под кожицей. Дальше я решил быть немного посмелее и начал массировать двумя пальцами головку, открывая её такими движениями. Результатов это никаких не принесло, я начал нервничать сильнее и взял член полностью в руку, стараясь нежными неторопливыми движениями его массировать… но он оставался всё таким же мягким и не изменившимся в размерах. — Видишь. Безразличный, но утверждающий тон Намджуна дал понять, что я проиграл. Да… я не слепой и прекрасно вижу, что ничего не вышло, и надо бы встать и уйти, но хочется только заскулить от безысходности, когда вместо этого наклоняю голову вперёд и провожу влажным языком по стволу, останавливаясь на головке, пробуя её вылизать. Но меня резко останавливают руки, которые упёрлись в мои плечи, стараясь отстранить. — Блять! Ты, что делаешь?! Не поднимая взгляда, я нездежанно выдохнул ртом воздух, который до этого задержал, опаляя им головку, и заметил как от этого член дёрнулся и начал напрягаться. — Убери от меня руки, Намджун, если не хочешь, чтобы я случайно сделал тебе больно. На этих словах я намеренно посмотрел на него снизу вверх и, сопротивляясь его рукам, снова подался вперёд медленно проходясь языком по члену, но в этот раз с более сильным нажимом, от чего его лицо ещё сильнее перекосило и казалось был слышен скрип зубов. На что я только усмехнулся, нагло рассматривая реакцию. — Я ещё не закончил. Если тебе настолько противно, то советую отвернуться и не смотреть. Его руки снова оказались на подлокотниках, сжимая их так, что вены начали заметно проступать под кожей. И как я, и ожидал, Намджун молча отвернул голову, зажмуривая глаза, но продолжил морщиться от ощущений. Мне же это придало уверенности, и я начал быстро вспоминать всё, что выучил, пересматривая порно, что скачал мне Намджун. Прекрасно понимая что все видео, что были на флешке, нравились их хозяину, мне не составило труда всё проанализировать и выявить, что конкретно и неизменно присутствовало в каждом из них. Конечно это актрисы, что выглядели милыми и миниатюрными, но так же и много минета в их исполнении. Все потаённые фантазии Намджуна были для меня как на ладони. На самом деле это было на самый крайний случай и хоть я думал, что до этого вряд ли дойдет, но всё равно попробовал повторить увиденное мной перед зеркалом и с тщательно вымытом бананом, что помогло ещё и обнаружить, что рвотного рефлекса у меня почти нет. И, если честно, мне было мерзко представлять чужой половой орган у себя во рту, ещё хуже было думать об его отвратительном вкусе, но в реальности всё оказалось не совсем так. Вылизывая уже обильно сочащуюся головку, я чувствовал только лёгкий солоноватый и немного специфический привкус, напоминающий почти некислый лимон, от которого стала обильнее выделяться слюна, но противным он не был, скорее просто необычным. От моих манипуляций член стал заметно твёрже, но не достачно, поэтому я взял его в рот, плотно обхватывая губами и помогая рукой удерживать его в вертикальном положении, после чего сверху послышался сдавленный низкий стон с ругательствами, что подтверждало правильно выбранное мной направление. Я продолжил плавно опускаться ниже, вобрав почти больше половины и стараясь при этом посасывать, от чего орган начал пульсировать и становиться только больше и твёрже. Ощущать его во рту не было приятно, но и противно не было. Можно сказать он вообще не вызвал никаких эмоций, скорее я больше воспринимал это просто ступенью к моей цели. После я стал двигать головой вверх вниз, как это было в порно, и стараться взять глубже, от чего член был совсем твёрдый, а стоны и мат уже совсем несдержанные. С непривычки челюсть начало немного сводить от увеличения скорости фрикций, уголки губ неприятно саднить, да и колени начали побаливать от твердого пола. По тому, как руки Намджуна начали сильнее впиваться в кресло, грозя переломать крепкий пластик, и бедра начали дрожать, желая попасть в такт моим движениям, я понял, что он уже почти на пике. Немного сбавив темп, я отстранился, продолжая движения уже только правой рукой, пока другой нащупывал на столе презерватив. Когда он уже был, наконец, найден, я открыл его зубами и максимально быстро и аккуратно раскатал по члену (спасибо за опыт всё тем же бананам из моего холодильника и Джину, что решил раздать данные вещицы в немалом количестве). Этим движением я привлёк внимание Намджуна, который ещё минуту назад сидел с запрокинутой от удовольствия головой, а сейчас непонимающим и затуманенным взглядом смотрел на меня. Не думаю, что слова как-нибудь помогли бы в этой ситуации, поэтому я просто поднялся с колен и взяв Намджуна за руку, заставляя его покинуть кресло, повёл к кровати. Хорошо, что в комнате был полумрак и не было видно, как сильно я нервничал и постоянно поджимал, покусывая, опухшие губы. Разуваться не было времени, я боялся, что от любых заминок, возбуждение Намджуна спадёт или он вообще одумается и решит остановиться, поэтому забрался на кровать в обуви, продолжая тянуть за собой её хозяина. Развернувшись к нему спиной и встав на колени, я расстегнул свои джинсы и спустил их, оголяя ягодицы. Нижнее бельё я специально не надел, чтобы не возиться с ним лишнее время, от чего ощущение, как сильно промокла ткань джинсов от смазки, не покидало меня последний час. Но я уверен, что было видно, как она отблёскивает на голой коже бёдер даже при таком освещении. Я тщательно подготовил себя в душе перед приходом, предварительно растянув и влив в себя смазки, но всё равно, зная, как это всё происходит, было страшно… Обернувшись на Намджуна, я заметил, что он растерялся и не знал, что делать, поэтому я снова взял его за руку и потянул, стараясь придвинуть вплотную к себе. После, предварительно задрав ткань своей рубашки, я расположил чужую ладонь на своей оголённой талии, и показательно прогнулся, побуждая к действиям. Отвернувшись от него, я хотел зацепиться за что-нибудь взглядом, чтобы отвлечься от нарастающей паники из-за неизвестного, но передо мной был только край одеяла, цвет которого сейчас даже не разобрать, две подушки, спинка кровати, тумбочки с ночниками по краям и голая стена. Я невольно начал злиться, потому что казалось, что время решило остановиться именно в этот момент или потому что Намджун идиот, так как ничего не предпринимает, наверное думая, что я сам сейчас насажусь, или он уже отказался от своих слов и не знает, как об этом сказать, или вообще забавляется над тем, как я стою на четвереньках, выпятив перед ним голый и перемазанный смазкой зад. Так хотелось развернуться и хорошенько ему вмазать за всё моё потраченное время, усилия и унижения… и только я решил повернуть голову, чтобы с ненавистью прокричать, какой он тупой ублюдок, как хватка на моей талии усилилась, а в задний проход резко входят, выбивая весь воздух из лёгких и заставляя сжать со скрежетом зубы в немом крике. Больно… адски больно… я знаю, что надо расслабиться, знаю что на форумах пишут, что в начале всегда больно и надо потерпеть… но это так невыносимо… хочется отстраниться, избавиться от этого инородного ощущения внутри себя, но тело как будто парализовало от шока, и к руке на талии прибавилась вторая, удерживая железной хваткой моё тело в статичном положении, пока чужие бёдра полностью не прижались к моим, вдавливаясь в мои ягодицы пахом до упора. Всё что я тогда мог, это вжаться лицом в одеяло под собой и безголосо молить, чтобы это всё скорее закончилось, попутно проклиная себя, потому что был таким легкомысленным идиотом и проклинать Намджуна, потому что он мог не вестись на это всё, а просто выгнать меня из комнаты, и я бы всё равно не пошёл никому жаловаться, а просто смирился. Нарастающие толчки вбивающиеся в моё нутро, только усиливали боль, от которой я кажется уже перестал чувствовать нижнюю часть тела, ощущая только нестерпимое жжение где-то внизу. Когда… когда мне станет легче? Когда я начну получать удовольствие, о котором так подробно расписывали люди из интернета? Это просто полнейший бред. Да, иногда проскальзывало странное чувство, когда член вбивался особенно глубоко, заставляя ненадолго трястись мои ноги, но оно было такое неуловимое, скрытое под тонной боли и страданий, что я даже не цеплялся за него. Я не знал сколько уже прошло времени, но это злосчастное одеяло под моим лицом было уже мокрое от пота и слёз. Я уже принимал это, как наказание за свои мысли и действия, приказывая себе терпеть его до конца, потому что заслужил. Позже, я даже уже почти привык к этому раздирающему чувству внутри меня, к этим режущим слух шлепках наших тел, к тяжёлому прерывистому дыханию позади, иногда переходящий в тихий стон, но вскоре почувствал, что движения стали беспорядочнее и быстрее, пока до моих ушей не достигла фраза: "Я больше не могу" — так тяжело произнесённая Намджуном, словно он пробежал марафон. Всё закончилось грубыми редкими толчками, чужими мокрыми от пота и смазки бёдрами, прижатыми вплотную к моим ягодицам и сильно сжимающей мою талию, хваткой. Через мгновение давящее изнутри чувство исчезло, оставляя после себя неестественную пустоту, удерживающие меня руки куда-то делись, и я с тяжелым вздохом просто повалился набок, разложившись на кровати, откуда мне открывался вид на то, как Намджун стягивает наполненный спермой презерватив, завязывает его в узел и беспечно выкидывает в мусорку. Почему-то в этот момент хотелось точно также выкинуть ещё и себя, настолько погано я себя ощущал… Снова переведя взгляд на Намджуна, я наблюдал, как он молча скрылся в ванной комнате, скинув перед ней на пол свою насквозь мокрую от пота белую футболку. Как только послышался шум воды, я мучительно поднялся с кровати, и стал торопливо натягивать спущенные джинсы обратно, пытаясь трясущимися руками их застегнуть, чтобы убраться раньше, чем Намджун выйдет из душа. Самое тяжелое было спускаться по лестнице на свой этаж, ноги не слушались и поясница нещадно ныла. Я молился сам не знаю кому, чтобы никого не встретить по дороге и, наконец, добраться до своей комнаты. Моя дверь захлопнулась, противно пропищав, а я привалился к стене в прихожей, чтобы стянуть с себя эти проклятые сапоги на каблуке и, наконец, доползти до своей ванной, чтобы принять душ. Скинув рубашку и все украшения, я решил зажмурить глаза стягивая с себя джинсы и отправляя их в стиральную машину, я просто боялся увидеть следы собственной крови. Может её там и не было, но осмелиться проверить всё равно не смог. Настроив более менее тёплую температуру для воды, я подставился под струи, простояв наверное так минут двадцать. Я ни о чём не хотел думать, кроме того, что ещё нужно сделать, чтобы скорее оказаться в своей кровати. 04:50. Волосы почти высохли, обезболивающие начали действовать, и я закрыл глаза, накрывая себя с головой одеялом и проговаривая, что пятнадцатый день закончился. Подопытная крыса эксперимент не прошла.