Love Grows

Римуса мучала бессонница, который день, но Сириус каждый раз просил остаться с ним в кровати, не уходить спать на диван, даже если будет мешать, даже если лишний раз разбудит. И Римус слушался, прижимая к себе Блэка — ему нужна помощь, нужна была поддержка, хоть он и не показывал более чувств в сторону загадочной смерти Регулуса. «Чёртов пацан», — вспоминает он слова Джеймса. Им всем было и без того тяжело. Он полностью понимал негодование друга, но старался держаться чутким и внимательным по отношению к Сириусу, хотя совсем не знал, как себя вести с ним — Сохатый был в этом лучшим, пусть тот и считал иначе, — так что выполнял любое желание или просьбу Блэка. Когда тот заерзал во сне, Римус напрягся, ощущая, как чужое дыхание сбивается, а сердцебиение учащается. Он не стал его пока тормошить, решив понаблюдать, как Сириус поведёт себя дальше. Блэк повернулся к Римусу лицом, хмуря брови, пока ресницы дрожали под движением век, весь собранный, напряжённый — этот сон явно не сулил ничего хорошего, но Римус не думал, что будить его сейчас действительно хорошая идея, — периодически дергал головой, а позже начал бормотать. Римус хотел вслушаться, но не стал, он нашарил под одеялом осторожно чужую руку и чуть сжал её. Может это хоть как-то поможет, думал он. Не помогло. У него упало сердце, когда он почувствовал запах соли. Из-под длинных густых ресниц скатилось пару слезинок. Ну всё, хватит, думал он, начиная легонько звать его. — Сириус? — тишина. — Сириус! Сириус, вставай! — звал он громче, задействовав руки, осторожно тормоша за плечи. Сириус отпихивал того в грудь, вертя головой из стороны в сторону. Вот дерьмо. — Сириус, открой глаза, посмотри на меня! — просил Люпин и облегченно выдохнул, когда тот дрогнул и веки наконец разомкнулись. — Всё хорошо, смотри на меня. Хэй, всё в порядке, это сон, всё хорошо, я здесь, — без умолку бормотал он в макушку, пока под ним Блэк пытался прийти в себя. Сириус молчал и это не могло не напрягать ещё больше, Римус осторожно взял его лицо в свои руки, убирая большими пальцами дорожки слёз и мягко поцеловал в лоб. — Я рядом. Тишина, заполнившая комнату, кажется, больше не давила, дыхание выравнивалось, а чувство животного страха, исходящее от Блэка тихонько уходило. Кажется, он был готов говорить. — Реджи мёртв, — неожиданно для Люпина выдавил из себя Сириус. — Да, — мягко начал он. Они ещё давно наложили запрет на семейные темы, но волей не волей они всплывали в их жизни и, к сожалению, убегать от них долго у них никогда не получалось. Точно не у Сириуса. — Хочешь поговорить о нём? Сириус думал, сведя брови к переносице. Он легонько тряхнул головой, волосы прилипли ко лбу и щекам, он вспотел. — Хорошо, — кивнул Римус, убирая пальцем мешающие пряди с чужого лица. — Я люблю тебя, Сириус, — выдохнул он тому в щеку, следом целуя её. Нос, лоб, веки, весь он, заканчивая губами. Сириус схватился за него, просил не отпускать так быстро и Римус понял, прижимаясь губами плотнее. — Люблю тебя, — повторил он обнимая за шею, поглаживая волосы — Сириусу всегда нравилось, когда он так делал. — Спасибо, — прошептал он куда-то в оголенное плечо. Римус почувствовал, как что-то горячее упало и скатилось по руке, запах соли. Сириус заплакал снова. — Спасибо...спасибо тебе, Лунатик, я...я так.. — смаргивая слезы и шмыгая носом, пытался он. — Я знаю, — кивнул он горько, прижимая сейчас столь хрупкое тело сильнее. — Всё знаю. Он не расскажет об этом Джеймсу, пока Сириус сам не поделится, не скажет Лили, никому даже намёка не подаст, и неважно сколько бы те не переживали. Сириус явно не хотел до последнего трогать эту тему, и Люпин его полностью в этом понимал и поддерживал. Он нужен был ему. Точно так же, как Римусу нужен был Сириус после смерти Хоуп. Он будет рядом столько, сколько потребуется и плевать, даже если придётся молчать. Значит так нужно. Они осторожно улеглись на кровать в обнимку, и вскоре он услышал, как под боком мирно засопел Сириус, сонно пробормотав перед этим: «Я люблю тебя» За окном светало.