Вторая глава
29 октября 2022 г., 20:29
После неожиданного перемещения, Гермионе потребовалось не меньше минуты, чтобы прийти в себя и осмотреться. Место, куда их перенёс Малфой, было похоже на тюремную камеру. Каменные стены вокруг неё и никаких окон поблизости. Свет исходил только от двух фонарей, висевших на входе. Он слегка подтолкнул Гермиону к единственному стулу в помещении и приказал сесть. Какое-то время Малфой молча расхаживал вокруг неё с довольной ухмылкой.
— Тебя было так легко поймать, Грейнджер. Ты всегда будешь там, где кто-то страдает. Всё никак не можешь отделаться от синдрома спасательницы?
Он опёрся обеими руками о спинку стула, встав напротив неё. Его надменный взгляд теперь был напротив.
— Будет какая-то речь напоследок? — спросил он, нагло разглядывая её лицо.
— Не тяни. Сделай уже, что должен, — ответила она безразлично.
— Неужели не боишься смерти?
Гермиона не ответила. Она больше не чувствовала страха. Она больше не чувствовала ничего.
— Малфой, отойди от неё, — в темноте показалась мужская фигура.
— Кингсли? — почти пропищала Грейнджер, узнав своего спасителя.
— Малфой, оставь нас.
Драко одарил Гермиону очередным недовольным взглядом и поспешно вышел за пределы каменной комнаты.
— Извини, что вытащили тебя таким варварским методом, — начал Кингсли. — Ты нам нужна.
— Что здесь делает Малфой? Он теперь в Ордене?
— Он не на чьей стороне. У него свои счёты с Волдемортом.
— Он сломал мою палочку! И та девочка… Я хотела ей помочь.
— Если бы ты воспользовалась магией рядом с пожирателями смерти, тебя бы схватили в ту же секунду. Нельзя было так рисковать. Наши люди уже перенесли её в госпиталь. Девочке помогут.
— Почему я здесь?
Гермиона заметила, как Кингсли занервничал, что было совсем ему не свойственно.
— У нас больше нет шансов на победу, Гермиона. Мы проиграли эту войну с большими потерями. Армия Волдеморта становится только больше и сильнее, а нас осталось меньше десятка.
— Но есть ведь какой-то запасной план, не так ли?
— Да, но он может тебе не понравиться.
— Я готова на всё, излагайте! — не удержалась Грейнджер от повелительного тона.
— Необходимо вернуться в прошлое, чтобы передать Дамблдору важное письмо.
— Что за письмо?
— Никто не знает о содержимом, потому что на конверт наложены защитные чары.
— Вы уверены, что это поможет в войне?
— Я ни в чём не уверен, Гермиона, но это был запасной план Дамблдора. Мы думаем, что он написал письмо…
— Самому себе в прошлое, — догадалась Грейнджер, закончив фразу за Кингсли. — Я готова отправиться в прошлое прямо сейчас, но как? Маховик времени не предназначен для перемещения во времени на дальние расстояния.
— У Малфоя есть экспериментальный маховик.
— Каковы его возможности?
— Перемещение в любое время и бесконечный срок пребывания в прошлом.
— Как он оказался у Малфоя? — Гермиона не скрывала гнева при упоминании его фамилии.
— Он украл его у Нотта старшего; тот вкладывался в уникальные разработки ещё с юношества. Правда есть одно «но» — воспользоваться маховиком времени мы сможем только в том случае, если Малфой отправится в прошлое с тобой. Это его единственное требование.
Гермиона уставилась на Кингсли, как на сумасшедшего.
— Это невозможно! — запротестовала она.
— У нас нет другого выбора.
Малфой беспардонно прервал их диалог, ворвавшись в помещение без приглашения.
— Мне надоело ждать, пока доблестная Гриффиндорка соизволит дать нам своё согласие, — сказал он, подойдя ближе.
— Что ты забыл в прошлом, Малфой?
— Это тебя не касается, — он почти придушил её взглядом.
— Тогда почему бы тебе не отправиться в прошлое одному? — не унималась Грейнджер.
— Я не знаю, как пользоваться этой штукой, довольна? — Драко сорвался на повышенный тон. — Этот маховик ещё никто не тестировал.
— Какой год нам нужен? — обратилась Гермиона к Кингсли.
Малфой всё ещё прожигал Грейнджер яростным взглядом, будто она дала ему пощёчину.
— 1938 год, — ответил Кингсли, смотря куда-то за спину Гермионы.
— Что вы там увидели? — спросила она, проследив за его настороженным взглядом.
За стенами здания послышался звук множественной аппарации, оповещающий о приходе незваных гостей в количестве не меньше трёх десятков.
— Они нашли нас, — запаниковал Кингсли, — вам пора уходить!
Гермиона протянула к Драко свою руку.
— Маховик, — ответила она на немой вопрос, застывший в глазах слизеринца.
Он достал из кармана маховик времени и протянул ей, не касаясь руки. Подойдя ближе к Малфою, Гермиона надела цепочку на них обоих.
— Письмо, — скомандовала она.
Кингсли передал ей письмо и с надеждой посмотрев на них, сказал:
— Будьте осторожны. Оба.
Грейнджер какое-то время провозилась с маховиком времени, вспоминая третий курс в Хогвартсе.
— Механизм мне понятен, ты готов? — спросила она Малфоя, немного дрожащим голосом.
Он кивнул головой в знак согласия, и она привела маховик времени в действие.
Осмотревшись по сторонам после зрительных галлюцинаций и странных внутренних ощущений, им показалось, будто они и с места никуда не сдвинулись за это время. Их окружали всё те же каменные стены, но Кингсли и след простыл.
— Где мы находимся и куда ты нас аппарировал до перемещения? — спросила Грейнджер, снимая с них маховик.
— Эта постройка находилась недалеко от Хогвартса. Кингсли специально выбрал это место, чтобы нам не пришлось долго добираться до школы.
— Подожди… В 1938 году Дамблдор ещё не был директором, как мы проберёмся в Хогвартс без его одобрения?
— Сто очков Гриффиндору, — съязвил Драко. — Дамблдор преподавал трансфигурацию в 1938 году, неужели ты не дочитала историю Хогвартса до этого момента?
— Я помню это, Малфой, но действующий директор не будет к нам благосклонен, если застанет нас разгуливающих по коридорам Хогвартса.
— Поэтому мы проберёмся туда незаметно.
— Ты знаешь дорогу?
— Да, иди за мной.
Гермиона проверила наличие письма в кармане и последовала за Малфоем. Только одному Мерлину известно, сколько мыслей беспокойно роились в её голове. Почему Малфой здесь? Разве он не должен прислуживать тёмному Лорду? Что ему понадобилось в прошлом? Ещё и волнение перед встречей с профессором отзывалось в ней неприятной дрожью. Малфой вёл её через тёмный густой лес, иногда оборачиваясь назад. Что, если Малфой ведёт её на верную смерть, а у неё даже нет палочки, чтобы защититься?
— Малфой, ты всё ещё пожиратель смерти или в тебе проснулась совесть? — тишина между ними была настолько невыносимой, что Гермиона выпалила первое, что пришло ей на ум.
Он так резко остановился, что Гермиона чуть не врезалась в него всем телом.
— Ты хочешь поговорить об этом сейчас, Грейнджер? — процедил он сквозь зубы, смотря на неё сверху вниз.
— Я не Кингсли, чтобы так легко поверить в благородность твоей цели. Если ты вернулся в прошлое, чтобы послужить Волдеморту, то я придушу тебя прямо здесь голыми руками.
— Рискни! Может дать тебе мою палочку?
Несколько секунд они буравили друг друга ненавистными взглядами, пока Гермиона не прошла мимо Малфоя, намеренно толкнув его плечом.
— Какого чёрта, Грейнджер! — выругался Малфой.
— Ты хоть представляешь себе, что будет, если он получит ещё большее господство над миром? — повысила голос Гермиона, развернувшись к Малфою. — Он убил всех, кто был мне дорог и, поверь мне, однажды он сделает это и с теми, кто дорог тебе!
— Уже, — коротко ответил Малфой. — Уже сделал.
У Грейнджер перехватило дыхание от его печального взгляда. Она не понимала, что он имел в виду, сказав это. Драко обогнал её на тропинке и заметно ускорившись, пошёл вперёд, будто бы желая избежать её следующего вопроса.
— Что он сделал? — спросила Гермиона, догнав своего попутчика.
— Отвали, Грейнджер. Я не буду обсуждать с тобой это.
— Твои родители?
Он не ответил.
— Он убил их, да?
Снова тишина.
— Зачем ты вернулся в прошлое, Драко? — пытала его Гермиона.
Всё его тело было так напряжено, что это было заметно даже сквозь плотную ткань чёрной мантии. Она посмотрела на его ожесточённое лицо, вдруг заметив промелькнувшую печаль в его повзрослевшем взгляде. Он больше не смотрел на неё заносчиво, как тот задира из слизерина, что шпынял её без повода на потеху публике. Теперь перед ней стоял взрослый парень, переживший не меньше потерь, чем сама Гермиона. Она узнала в его потухшем взгляде тот же взгляд, что видела по утрам в зеркале.
— Если ты скажешь хоть ещё одно слово, я брошу в тебя оглушающее, — сказал он раздражённо.
Гермиона на минуту замолчала, пока в голову не ворвалось осознание, которое заставило её остановиться и ещё раз прокрутить это в голове, прежде чем озвучить вслух.
— Ты хочешь убить Тома Реддла, — тихо произнесла она скорее для себя, но Малфой услышал.
— И что ты сделаешь, Грейнджер? Остановишь меня? — он грубо развернул её к себе.
— Ты хоть понимаешь, какие последствия понесёт за собой смерть Реддла? Никто из нас может даже никогда не родиться!
— Мне плевать. Разве наша жизнь может быть ещё хуже? Да мы с тобой как два ходячих трупа!
Гермионе было сложно это признать, но он был прав. Они были лишены всего, что когда-то имело для них важность, смысл и значение. Теперь даже собственная жизнь казалась Гермионе уцененным товаром, лежащим где-то на дне обшарпанной коробки.
— У тебя есть план? — спросила она.
— Сначала нужно выполнить задание Кингсли, а дальше будет видно.
Весь оставшийся путь они не обмолвились ни словом.
