Они встретили рассвет лицом к лицу

      Аказа ругал себя до конца дня и большую часть ночи. Ночью в голове вампира что-то щёлкнуло, и он полез в интернет посмотреть, как сейчас проходит Момидзигари. Он, конечно, и сам знал, но в последние три десятка лет вампир старался избегать толп людей и их праздников, тем более, что появилась такая штука, как интернет.       Пролистав несколько статей и ленту в инстаграм, Аказа понял, что ничего особенно не изменилось: люди наряжались, шли на фестиваль, смотрели фейерверки, наслаждались праздничной едой и собирали букеты огненно-золотых листьев. Всё, как и всегда.       Вампир пролистал ещё несколько подборок и, ощутив прилив вдохновения, собрал сумку с камерой и отправился в парк ловить рассвет на листьях клёна. Кёджуро сегодня не бегал, так что Аказа мог потратить это утро на увлечение, которое он обрёл чуть менее десяти лет назад. Правда, начал он фотографировать только недавно, когда качество снимков стало его устраивать. Люди создали камеры, которые распознают детали не хуже вампирского глаза.       Ушёл из парка он довольный, но не вполне: ему хотелось бы сфотографировать Кёджуро в этих листьях. Он был уверен, что любые красоты мира сами собой станут на задний план, если в кадре будет этот человек. Может, взять камеру на праздник? Конечно, таскать её с собой будет неудобно, но когда ещё настанет такой момент?       Кстати, о празднике. Вампир распахнул двери гардероба. Была ли у него подходящая юката?       С долей рассеянности перебирая несколько подходящих нарядов, он пытался уговорить себя, что не собирается очаровывать Кёджуро. Это не приведёт ни к чему хорошему. Так что нет смысла и покупать новую юкату, верно? Нужно одеться попроще. К тому же, что если Кёджуро вообще оденет современную одежду?       Кстати, появились неплохие версии современной одежды. Правда, качество их тканей не устраивало Аказу.       Да стоило ли вообще так заморачиваться?       * * *       На следующий день Аказа вошёл в спортивный комплекс и щёлкнул зубами от прилива раздражения. Здесь была Даки. Её вампирской аурой и сладкими духами был окутан весь клуб. Возле зоны ожидания толпились парни и мужчины, слетевшиеся как мухи на мед — позаигрывать с блондинкой. Если б они только знали, что это за мед такой.       Невысокая красотка располагала к себе аурой изящества с ноткой дерзости. После того, как нынешняя королева вампиров воцарилась на троне, Даки мигом приползла к ней, желая быть поближе к высшей власти. На удивление у неё получилось — вампирша умела стараться как следует и выполнять поручения. Аказа, который не желал больше иметь ничего общего с какой-либо властью, держался подальше, но знал, что он на особом счету королевы, как и все выжившие вампиры двенадцати лун. Чем мог помочь четырехсотлетний вампир королеве, которой более тысячи лет, он не имел представления и не желал его иметь.       Очевидно, Даки пришла с каким-то известием от Её Величества, и Аказа сжал зубы снова при этой мысли. Лишь бы они не выдумали новый переворот в мире людей, как когда-то надумал Кибутсуджи!       — Ой, мой дорогой старший братик! — раздался звонкий голосок, от которого вампир поперхнулся возмущением. — Давно не виделись!       Вампирша прекратила игры со своими чарами, и посетители клуба, едва услышав, что Аказа является братом новой красавицы, буквально разбежались в стороны. В здравом уме никто не хотел иметь с ним дела, зная, что он практикует собственный стиль борьбы и обладает не самым дружелюбным, мягко говоря, характером.       — Что ты здесь забыла? — быстро спросил Аказа, желая закончить разговор, пока не появился Кёджуро.       По большому счету вампир ходил в этот клуб только, чтобы поздороваться с Кёджуро, когда тот заканчивал занятия и уходил. Ещё когда он приметил этот спортивный комплекс два года назад, он совершил ужасную ошибку: начал ходить на занятия в одно время с Кёджуро, вскоре попав с ним в душевые в одно и то же время. Как назло, они ещё и были совершенно одни в тот момент. Едва выдерживая такое искушение, Аказа, отвернувшись спиной к объекту влюблённости и уставившись в стену, вспоминал все самые несексуальные вещи, которые ему только могли прийти в голову, пока мылся так медленно, как только мог. Пока он костерил себя на все лады, стараясь не вдыхать влажный воздух, насыщенный ароматом тела Кёджуро, тот закончил свои процедуры. Проходя мимо, мужчина незаметно оценил шикарную фигуру Аказы, украшенную татуировкой и подумал, что надо бы проследить за своим питанием: изящная, хоть и сильная талия Аказы могла ввести в ступор любого.       — Конечно же, навещаю дорогого старшего братика! — расплылась в улыбке Даки, и Аказа немного расслабился, поняв, что вампирша просто шкодничает от скуки.       — Куда ты дела Нацуми? — спросил Аказа, имея в виду девушку администратора.       — Отправила её в ближайший магазин, не переживай, никого я тут не съем! — обиделась красотка. — Чего ты вечно такой бука!       — Не смей тут нападать на людей, городок слишком маленький, — предупредил Аказа, — иначе голову оторву.       — Я буду золотком, обещаю! — быстро кивнула вампирша и хотела еще что-то спросить, как вдруг Аказа изменился в лице.       Такие незначительные изменения могла бы заметить одна только Даки и только она: её вампирский дар позволял ей ощущать связи между людьми, будь то родственные связи или чувства.       В клуб вошёл человек с огненно-золотыми волосами и рыже-пламенным взглядом. Его аура была словно горящий костер: весьма впечатляюще для человека.       — Аказа, привет! — громко поздоровался человек, и Даки едва не открыла рот.       Аказа на миг стал весь такой, словно его кто-то ласково обнял, прижимая к себе. Совершенно невозможное для него выражение лица, и к тому же! К тому же, его сердце выдало какой-то странный перестук. Вампирша удивлённо хлопнула ресницами. Ничего себе!       — Здравствуй, Кёджуро, — вампир едва ли не промурлыкал приветствие, от чего Даки чуть не сползла под стойку. Такого она никак не ожидала! — ты сегодня поздно.       — Ох, я проспал! — повинился Кёджуро. — Так что мы сегодня вместе можем пойти домой, если хочешь.       Вампир едва заметно побледнел, припоминая свои мучения в душе.       — Конечно, — деваться ему было некуда, так что Аказа лихорадочно соображал, сбежать со своей тренировки раньше или наоборот задержаться, чтобы не пересечься в душе снова.       Кёджуро кивнул и пошёл в сторону раздевалки после того, как провел свою карту посещений. Аказа прожег взглядом вампиршу, и она поспешно ойкнула, залепетав первое, что пришло в голову:       — А ваша карта не проводится, может, поцарапалась? Давайте я внесу посещение по фамилии…       Оба вампира проводили взглядом Кёджуро, который скрылся в раздевалке. Даки восторженно захихикала.       — О, святая Луна, Аказа-сама! — вампирша прикрыла рот ладошкой.       Аказа рассчитывал, что нужно будет пойти в раздевалку минут через десять, не меньше. Восторженный писк вампирши его не волновал, даже когда она прошептала:       — Кто бы мог подумать, что вы когда-нибудь будете столь влюблены!       — Даки! — огрызнулся вампир. — У тебя есть особые поручения от Её Величества ко мне?       — Нет! — невинно улыбнулась вампирша.       — Тогда свали отсюда.       — Не могу, у меня поручение от Её Величества! Для меня самой. Я должна присмотреть за дорогим старшим братом и убедиться, что его древнее сердце не окаменеет, остыв к этой жизни!       — Что за чушь ты несёшь! — прорычал вампир.       — Клянусь своей неповторимой красотой!       Едва сдерживая раздражение, Аказа прождал ещё несколько минут и вошёл в раздевалку. Людей было много, так что аромат Кёджуро смешался с остальными и не тревожил так сильно.       Он был настолько раздражен мыслями о том, что Даки узнала его секрет, что к середине тренировки его стали обходить стороной и никто не хотел спарринговать с ним. Он досадливо поморщился и погрузился в бой с тенью — по меркам вампира, плавный и медленный, на взгляд людей: стремительный и гармоничный.       Делая очередной разворот, он краем глаза увидел яркое пятно и перетек в боевую стойку на это пятно так плавно и вместе с этим чётко, что Кёджуро вздрогнул, будто его задело физически. Мужчина подумал, что мешает тренировке и неловко улыбнулся Аказе. В кои-то веки он проявил любопытство, а Аказа так смутился его вниманием.       Аказа удивлённо хлопнул пушистыми ресницами, тут же теряя всё раздражение и ощущая прилив крови к спине: это сколько же Кёджуро там сидит? Вампир глянул на часы: по идее, Кёджуро только-только должен был закончить, если отзанимался четыре часа, как обычно. Значит, сидит он здесь не так уж и долго. Зачем… зачем он пришёл?       — Аказа! — тут же позвал его мужчина. — Прости, я помешал?       Вампир отрицательно покачал головой, и Кёджуро удовлетворённо кивнул. Аказа продолжил заниматься, стараясь не выдавать напряжения и тщательно прислушался. Оказалось, что Кёджуро привёл младшего ученика, желая показать ему на примере какие-то вещи. Лохматый мальчишка смотрел во все глаза. Вампир закусил губу, подслушивая Кёджуро, который говорил о гармонии движений, глядя на него.       — Это ваш друг, Ренгоку-сан? — уточнил ученик.       — Да, это Аказа Сояма. Он практикует собственный стиль рукопашного боя. Обрати внимание на то, о чем я говорил тебе сегодня: очень важно знать и хорошо чувствовать своё тело, как Сояма-сан. Каждое его движение исполняется в точности так, как он его задумал: никаких дерганых порывов. Отчасти это потому, что Сояма-сан очень гармоничен и в точности знает, насколько далеко пройдёт тот или иной удар и с какой силой обрушится на соперника. Если ты обратишь внимание, то через некоторое время увидишь очертания тени, которую он сегодня представил себе соперником.       — О, вот как! — тихо воскликнул ученик.       — Да. Скажи мне, какого роста и телосложения его воображаемый соперник?       — Ммм…       Аказа, внутренне усмехаясь, продемонстрировал удар ногой в шею, выдавая рост противника и ученик тут же заметил это. Вампир выставил блок согнутыми руками против противника — тени и обошёл его сбоку, показав еще несколько ударов.       — Такое ощущение, будто противник Сояма-сана довольно тучный? — осторожно спросил ученик, на что Кёджуро дополнил:       — Очень возможно! Так же, думаю, он в доспехах и с мечом. Скорее всего, это самурай. Увидел?       — Ой, правда! — изумился ученик. — Удары приходятся такими, будто противник владеет мечом.       — Верно, ты молодец! — похвалил Кёджуро. — Я уловил уже три контрудара на меч.       Вампир довольно усмехнулся, ощущая внимание Кёджуро. Аказа словно позабыл обо всех предосторожностях, которыми окружил свои бесправные чувства и откровенно наслаждался происходящим, красуясь перед возлюбленным.       Вскоре Кёджуро увёл ученика в свой зал кендо, и Аказа еще некоторое время продолжал боевой танец, перебирая ощущения, словно самоцветные камни.       Через некоторое время он вспомнил, что ему жизненно необходимо не пересекаться с Кёджуро в душевой, поэтому как можно скорее скользнул туда и ополоснулся с максимально доступной скоростью, учитывая, что в душевой были люди. Одевшись и высушив волосы, он с облегчением вышел к зоне ожидания, где Даки всё ещё ворковала с посетителями.       Аказа хотел было посидеть на диванчиках, но заметил, что девушки, которая сегодня должна была быть администратором, до сих пор нет.       — Где Нацуми? — злобно прошипел он, снова отгоняя парней и мужчин от стойки регистрации.       — Великая Луна, Аказа-сама! — возмутилась вампирша. — Она же человек, а сейчас обеденное время! Не верите — проверьте в комнате администраторов!       Аказа так и сделал, убедившись, что Нацуми жива, цела и, как и сказала Даки, просто обедает в комнате персонала. Извинившись за вторжение, Аказа закрыл дверь и вернулся к стойке, где Даки самодовольно распылила на запястье свои духи, прислушиваясь к аромату, который осел в горле Аказы неприятным шлейфом. Вампир проверил время и уже хотел было развернуться к диванчикам, как Даки внезапно цепко поймала его взгляд.       — Почему бы не пригласить его на свидание? — внезапно прощебетала она. — Если согласится, будет тебе счастье, если откажет, хотя бы не будешь терзаться сомнениями!       — Я и не сомневаюсь в том, что он мне откажет, — отрезал Аказа. — И вообще, не лезь не в свое дело.       — Ты ведь мой драгоценный старший братик, хоть и названный! Я переживаю о том, что твоё сердечко совсем заледенеет. Неужели ничто не способно его согреть, кроме этого пламенного красавчика?       — Ну хватит уже, — Аказа внезапно умолк, резко осознав, что Кёджуро уже неизвестно сколько сидит на диванчике зоны ожидания прямо за его спиной.       Он явно всё слышал.       Катастрофа. Просто катастрофа, он же всё поймёт!       Вот тебе и вампирское чутье!       Как же глупо вышло, что Аказа не ощутил аромата Кёджуро из-за дурацких духов этой мелкой! Да ещё и отвлекла внимание, резко перешла на неформальное общение, как будто рядом не было ни души! Как будто она специально…       Как будто? Да и впрямь специально!       Она же стояла лицом к зоне ожидания!       Аказа смерил вампиршу убийственно холодным взглядом.       Она лишь пожала тонкими плечиками и похлопала ресничками.       «Пламенный красавчик»?       Чёртова Даки! Прибить бы её прямо сейчас!       Аказа постарался привести лицо в порядок и повернулся к Кёджуро как ни в чем не бывало.       — Закончил, Кёджуро? — только Луне известно, какую силу воли Аказа приложил к тому, чтобы его голос был безмятежен.       — Да, — улыбнулся мужчина, — идем?       — Идём.       Они жили рядом, в нескольких улицах друг от друга, и оба предпочитали проходить пешком несколько остановок вместо того, чтобы ехать на автобусе, тем более, что часть пути можно было пройти через парк, в котором они бегали по утрам.       Голова Аказы была совершенно пустой — кажется, он просто устал думать и переживать обо всем этом. Единственным чётким желанием было свернуть шею Даки, но присутствие Кёджуро успокаивало.       — Прости за то, что лезу не в своё дело, — начал Кёджуро, и Аказа прикусил губу. Катастрофа, черт подери. — Я случайно услышал ваш разговор.       — Мгм.       — Почему ты уверен, что «он тебе откажет»? Кто бы это ни был, у тебя однозначно есть все шансы! — бодро заверил друга Кёджуро.       Аказа озадаченно промолчал, пытаясь понять, действительно ли Кёджуро не понял, что речь шла о нём. Вампир давно заметил, что Кёджуро довольно сообразительный для человека. Могла ли его сообразительность дать сбой в таких вещах, как чувства?       — Во-первых, — осторожно начал Аказа, — это мужчина.       — Я понял, — кивнул Кёджуро.       — Во-вторых, много ли ты знаешь обо мне, чтобы говорить, сколько и каких у меня шансов?       — Думаю, что достаточно! — мужчина улыбнулся, ставя Аказу в тупик.       — В-третьих. Если ничего не получится, я…       Вампир остановился, чтобы дать себе паузу. У него был в запасе ряд неловких человеческих движений вроде того, чтобы «поудобнее» перехватить ремень спортивной сумки, как он сделал сейчас.       Но после этого он всё равно не сразу мог сказать вслух то, что терзало его кошмарами во сне.       По-осеннему тёплый ветерок коснулся его затылка и шевельнул золотистые волосы Кёджуро. Чуть завитые к кончикам — вот бы потрогать. Интересно, каково это — доверять ему свои тревоги?       — …не думаю, что смогу быть ему другом после отказа. Он слишком сильно мне нравится.       — Вот как, — мягко ответил Кёджуро.       Аказа сглотнул, ощущая, что краснеет. Он совершенно не планировал… вот это вот всё. Надо срочно как-то выйти из ситуации! Вампир снова зашагал рядом с мужчиной.       — Раз ты знаешь «достаточно» — усмехнулся Аказа, — то, видимо, и сам согласился бы встречаться со мной? Раз у меня «есть все шансы».       Аказа изо всех сил пытался перевести разговор в шутку, но Кёджуро одним простым словом обрушил все его старания.       — Да.       Вампир снова остановился, уставившись на человека. Кёджуро вопросительно поднял бровь.       — Не шути со мной, Кёджуро, — в голос Аказы едва не пробились нотки нежности, которая фонтаном взорвалась внутри него. Это было уже слишком.       — И не думал, — ответил Кёджуро, — давай же, что тебе стоит? Потренируйся на мне. А когда будешь достаточно уверенным, признаешься своему особенному человеку.       Вампир молчал, пытаясь переварить услышанное. Ощущение неправильности захватило его: как будто добыча сама шла в его руки, прыгала в объятия, оголяя шею. Осталось только сказать «Съешь меня, Аказа!»       Воображение подкинуло нужную картинку с участием Кёджуро, и Аказа быстрым хлопком накрыл ладонью рот, чтобы скрыть внезапно выскочившие клыки.       — Прости, я бываю слишком прямолинейным, — отвёл глаза Кёджуро, — мне говорили.       — Нет!       — Нет?       — То есть, да.       — Хмм?       — Принимаю твоё предложение. Потренируй меня, — выдала опустевшая голова вампира.       — А, понял! Отлично! Ты молодец, что решился! Так ты продвинешься вперёд! — Кёджуро одобрительно хлопнул собеседника по плечу.       — И не нужно просить прощения за то, какой ты есть, — пробормотал Аказа.       — Ты имеешь в виду?.. — задумался мужчина.       — Неважно. До завтра? — поспешил попрощаться Аказа.       — До завтра!       Они почти разошлись, когда Кёджуро снова окликнул его.       — Получается, что фестиваль — это наше первое свидание?       Аказа покраснел и кивнул.       — Тогда жду с нетерпением!       Вампир снова кивнул без единого слова.