The Art of Taking Chances

Этого просто не может быть. Просто невозможно! Северус Снейп никогда бы не подумал, что увидит ее еще хоть раз в жизни, а теперь они стали коллегами. У него был миллион вопросов и ни одного ответа. Он провел все выходные в своих покоях, обдумывая случившееся, и ни за что не хотел выходить. Он не хотел рисковать и наткнуться на нее прежде, чем был по-настоящему готов к разговору. Но разговор был неизбежен. И тем не менее, он намеревался отложить его на максимально долгий срок. Он сомневался в ней, ведь он увидел ее всего раз и перекинулся с ней парой фраз. Чему она могла научить? Разве она — учитель? Прошла первая неделя семестра, и Северус был рад, что мог занять себя зельями. Школа была полна перевозбужденных первогодок, с радостью постигающих чудеса магии, и выгоревших семикурсников, которым только и хотелось, что побыстрее выпуститься. Снейп надеялся, что вернувшись в преподавательскую рутину, он сможет собраться с мыслями. Вскоре он понял, как был неправ. Казалось, она была единственной темой для разговоров у студентов, особенно у 4-5 курсов. На каждом курсе ученики входили в класс, обсуждая нового преподавателя ЗОТИ. Обычно там слышалось что-то типа «лучшая преподавательница» или «наконец-то на ЗОТИ стало не так страшно». Снейп только закатывал глаза. Чему она их учит, если дети стали меньше бояться темной магии? Темная магия должна быть страшной! Страшной и опасной — в этом и причина, почему такой предмет, как ЗОТИ вообще существует в школьной программе, ведь юные волшебники должны уметь защитить себя от нее. Снейпу казалось это занятным (и довольно глупым), что она поощряла их бахвальство и убеждала не бояться темной магии. Еще Снейп завидовал, что никто из учеников никогда не проявлял и толики того же интереса к зельям. Не то чтобы ему было не все равно, но он немного завидовал, что ученики зауважали ее всего за неделю. Все знали, что выпустившись из Хогвартса, она оставила о себе хорошее впечатление. Она хорошо играла в квиддич, отлично училась по всем предметам и общалась только с самыми популярными учениками Хогвартса, пусть и не всегда отличавшимися примерным поведением. Нынешние студенты задавали ей вопросы об учебе и приключениях в школьные годы. Так она стала самой популярной преподавательницей всего за день. Снейп так никогда бы не смог. С другой стороны, его не особо и волновало, любят его или не ненавидят. Сейчас его единственной целью было избегать ее любой ценой. Это был второй год подряд, когда его ткнули в прошлое, которое бы очень не хотелось вспоминать, — сначала Люпин, а теперь — она. Двое из тех, кто общался с компанией, что омрачила его школьные годы травлей. Но Снейп был бы глупцом, если бы забыл о том, что она была еще и самой близкой подругой Лили. Она была с Лили в равной степени близка как Джеймс — с Сириусом: их редко видели порознь. Они остались подругами до конца, до той ночи, когда Лили и Джеймс погибли. Вероятно, поэтому Снейп и не спешил сближаться с ней. Он не мог точно сказать, что именно она знала, что именно Лили рассказывала ей или что она говорила Лили. Его размышления прервал стук в дверь: он отложил перо, которым бездумно черкал в чьем-то пергаменте. Он уже давно сидел за столом — об этом говорила тяжесть в ногах. — Войдите, — сказал он безучастно. Отворилась огромная дверь, и Снейп увидел Дамблдора, статного и гордого, как всегда. Он вошел в кабинет, и закрыв дверь, подошел к столу, за которым сидел Северус. — Добрый вечер, Северус. Тебя не было на ужине. Снейп вздохнул. Что ж, теперь понятно, почему урчал живот. — Да, потерял счет времени, — почти не соврал Северус, — прошу прощения, Альбус. Дамблдор поправил свои очки-половинки, глядя на Мастера Зелий сверху вниз. Ему было любопытно, почему Северус прячется в своем кабинете: это всего первый учебный день, и проверять чьи-то работы он не мог. — Ты случайно не избегаешь кого-то из преподавателей? Может, нового учителя по ЗОТИ? Он знал, что у нее и Северуса была своя история. Дамблдор знал, что Снейп чувствовал к Лили. Он знал, что Мародеры мучали его и превратили его школьную жизнь в ад. Но он знал и о том, что она нравилась Северусу, несмотря на ее дружбу с Мародерами. — Не понимаю, о чем вы, — теперь уже соврал Снейп. Дамблдор покачал головой и мягко улыбнулся. — Ты не можешь все время сидеть здесь, Северус. Рано или поздно тебе придется поговорить с ней. Во всяком случае, она точно хочет с тобой поговорить. Снейп тряхнул головой, услышав это. Дамблдор решил не заострять внимание на том, как загорелись глаза Северуса. — Правда? — Правда. Знаешь, Северус, иногда правильно дать шанс. Снейпу захотелось закатить глаза на это. О чем старик болтает? Дамблдор был мудрым человеком, этого Снейп никогда не отрицал, но иногда он просто не понимал советов директора. — Зачастую правильный выбор самый трудный, однако самый очевидный, — продолжил Дамблдор. Снейп был озадачен. Он не совсем понимал, к чему ведет старик и причем тут он сам. — Она чудесная девушка. Я выбрал ее на место преподавателя ЗОТИ из-за ее терпения, доброты, способности любить и… — Дамблдор замолчал ненадолго и затем продолжил, — прощать. Снейп посмотрел на Дамблдора. Это был удар ниже пояса. — Думаю, мы скоро пообщаемся, — сухо сказал Снейп. Дамблдор кивнул. — Чудно! Рад слышать. У вас будет достаточно времени для этого. У Снейпа засосало под ложечкой от страха услышать продолжение, которое, как он был уверен, ему не понравится. — Что это значит? — Ну изначально у нее должен был быть свой кабинет — тот, что доставался преподавателям ЗОТИ до нее, — начал объяснять директор, — к сожалению, нам пришлось отдать его под кладовую для команд по квиддичу. Так что, по всему выходит, что она осталась без кабинета… Снейп оставался неподвижен в течение всей речи Дамблдора. — Вы хотите сказать, что мы должны будем работать в одном кабинете? — Если вкратце, то да. Снейп оглядел свой кабинет: если передвинуть стол к стене, то можно с легкостью вместить еще один, даже останется место. Он зарычал, но понимал, что у него особо нет выбора. Всем преподавателям было нужно рабочее место, но он не понимал, почему нельзя устроить ее в кабинете Минервы или Филиуса. — Почему именно мой кабинет? Не Флитвика? Филиусу не надо много места. Дамблдор покачал головой. — Помона предложила свой, но и ее кабинет, и места других преподавателей слишком малы. Дамблдор прошелся по просторному кабинету Снейпа, где оставалось много свободного места. — Ты же не хочешь, чтобы она ютилась с Филчем и миссис Норрис, правда? Снейп замешкался. Он точно знал, что ей не захочется проводить большую часть своего времени с кем-то еще более неприятным, чем он сам, с дьявольской кошкой впридачу. — Конечно, нет. — Тогда решено! — Дамблдор хлопнул в ладоши, — она перевезет свои вещи завтра. Снейп снова зарычал. Теперь ему придется сидеть с ней не только в Большом Зале, но и смотреть на нее каждый раз, когда он будет поверять домашние задания. Просто прелесть. — Хорошо, — выдавил Снейп сквозь стиснутые зубы. Вот так всегда: приходит Дамблдор, начинает впаривать какую-то мудрость жизни перед тем как ошарашить Снейпа какой-нибудь малоприятной новостью, а затем уходит. После ухода директора Снейп снова сел в свое кресло и нервно потер лоб, чтобы избавиться от нарастающей головной боли. Едва ли он понимал, что это только начало.