Недетские сказки

      После первого творческого кризиса и пинка от редактора Арсений быстро пришёл в норму. Поначалу было трудно. Приходилось буквально заставлять себя писать, но Попов был упрямым. Он поставил себе цель — написать книгу. И собирался добиться её, во что бы то ни стало. Они нашли проблему довольно быстро. Антон обладал этой редакторской суперсилой, которая помогала исправить любой косяк незадачливого автора.       — Нет угрозы, непонятно, зачем Злая Королева гоняется за этими ингредиентами. Даже если её мотивация раскроется в конце, — говорил Шаст, — ты должен понимать с самого начала, ради чего она на это идёт. Просто желания, чтобы её полюбили, недостаточно. Её не смогут полюбить, она навсегда останется Злой Королевой в памяти людей. Но может, есть кто-то, кто помнит её другой? Ты же сам писал, что злодей — это герой, чью историю забыли рассказать. Прекрасный шанс сделать это.       Арс задумался. Придумал историю злодейке, пришлось переписать пролог и поправить несколько моментов, где упоминалась Злая Королева. Но он был доволен, результат ему понравился. Антон продолжал его хвалить, подбадривать и иногда довольно жёстко обрубать. Арс был готов взять свои слова обратно по поводу того, что с ним Антон был мягким и добрым.       Шаст, так же как и другим, нещадно выделял ему предложения и целые абзацы красным, писал тысячу примечаний по поводу и без. Арс мельком глянул на документ, который Шастун редактировал. Красная линия слева, казалось, неразрывно тянется от первой до последней страницы. Но Шаст не разрешал Арсу смотреть в документ, чтобы тот не отвлекался на старый материал, пока пишет новый.       Аргумент, что если Попов увидит свои ошибки, то в будущем он сможет быть внимательнее и не совершать их, Шаст пропустил мимо ушей. «Если будет что-то глобальное, я сообщу. Пока только ловлю тавтологии, кривые предложения и твоих кучерявых друзей, которые слово молвят, — отмахнулся Антон. — Закончу — прочитаешь, будешь смотреть: принимать правки или нет».       Да, с персонажами у Арса была проблема. Они все были на одно лицо, на лицо Антона, что не радовало его ни капли. Два вечера они провели, выписывая всех персонажей из плана и представляя, как и кто может выглядеть. Шаст быстро понял, что с воображением Попова они далеко не уедут, и начал искать иллюстрации и фотографии людей, более-менее подходящие к образам. Арс говорил, что это читерство, но они утвердили внешность всех героев. Антон разумно сказал, что у них нет времени на то, чтобы Арс всё исправлял в предыдущих главах, поэтому Шаст возьмёт это на себя.       — Так можно?       — Конечно можно, я же редактор. Должен твои косяки исправлять. Тем более, мы там редко полностью расписываем персонажей. Если это будет необходимо — я оставлю пометочку тебе, чтобы ты расписал подробнее.       Работа кипела. Получив двенадцать глав из двадцати четырёх, Стас остался доволен, но попросил отправлять материал более часто. Хотя бы по две-три главы, чтобы они могли следить за процессом и составить график. Типографии забиты и ближайшее, что им предлагают — сентябрь. Но это рано. Арс не совсем понял, почему в мае сентябрь — это рано. Он был уверен, что к этому времени закончит.       — Ты молодец, закончишь, да, — Антон улыбнулся наивности автора. — А я лично нихуя не успею. Во-первых, как только ты закончишь, мне нужно будет это отредактировать. Тебе пересмотреть мои правки, несколько раз мы разосрёмся по поводу какой-нибудь мелочи.       — Допустим, — кивнул Арсений. Он уже привык ругаться с Антоном. Если поначалу он молча соглашался с ним, то к пятнадцатой главе он сам оставил ему заметку в рукописи: «Антон, нахуй иди, ок? Нормально всё было». Шаст любил доёбываться до мелочей. Иногда излишне. Но чаще, конечно, по делу.       — После этого твоя основная работа будет окончена, а моя начнётся. Я начну координировать все отделы. Отправлю корректору на вычитку всё это, пойду к верстальщикам, художникам и так далее. Раздавать им указания. Я уже связался с графическим отделом, но они в душе не ебут, как делать иллюстрации к сказкам. Скорее всего, будем нанимать кого-то на стороне, если они не смогут разобраться с этим. Естественно, тебе придётся всё это одобрить. Павел Алексеич будет регистрировать и присваивать все номера, регистрационные значки и т.д. Потом делается макет, макет одобряется Стасом, но это быстро всегда. И только потом типография отпечатывает тираж. Так что, даже если в июле ты закончишь, то не факт, что в октябре мы сможем всё отпечатать.       Арс немного расстроился, но решил не сдаваться. Оказалось, что книги идут слишком долгий путь до книжной полки. Ему казалось, что всё будет как-то быстрее. С другой стороны, он понимал, что Антон прав. Сама книга не появляется из воздуха. Шасту нужно время на редакцию, хоть тот и работает почти на износ, но это всё равно занимает время. Где-то в конце мая Антон попросил Арса описать обложку книги, какой бы он хотел её видеть.       Книга Попова не подходила ни под одну из их серий, следовательно дизайн пришлось разрабатывать с нуля. Арс забраковал несколько вариантов сразу. Потом попробовал что-то нарисовать. Получилось с трудом. Но какой-то эскиз с подробным описанием у него сделать всё же получилось. Выглядело странно. Близнецы, падающие с неба, лягушка во фраке, вожак стаи волков, что охотились за Красной Шапкой, башня Рапунцель и сказочный замок с бобовым стеблем сбоку. Попов не знал, как художники с этим разберутся, но закончил своё описание пожеланиями удачи.       Месяц за месяцем Арс целенаправленно продолжал писать, Антон редактировать. Они жили словно на автопилоте. Несколько раз Шаст уезжал в Воронеж к семье, но всё равно продолжал быть на связи. Они говорили не только о рукописи и работе, но и в целом обо всём на свете. Шастун даже смог справиться со своей не вовремя возникшей влюблённостью. Они с Арсом проводили так много времени вместе, что он перестал реагировать на его акробатические номера так бурно, как раньше.       Нет, Попов продолжал быть прекрасным, притягательным мужчиной, но Антон просто похоронил всякую надежду на то, чтобы связать себя с ним чем-то, кроме работы. Ему нравилось смотреть, как воодушевлённо писатель рассказывает о новых идеях, как смеётся над своими же зарисовками. Или ему нравилось подбадривать его, если что-то не получалось.       Такое было тоже. Арс иногда просто мог сидеть и смотреть в экран. Это значило, что Шасту пора принести ему чай и отправить спать. Попов упирался, но через пару «ласковых» выпивал чай и шёл спать. Как ребёнок, ей-богу. Он сам себе составил график, которому старался следовать. И по его графику он должен был закончить книгу к началу августа.       Привередливый был Арсений Сергеевич, да вредничал так, что иногда невозможно было управу найти на него, ни сил выдерживать капризы этого царевича. Антон Андреевич был терпелив...

***

      Антон с удовольствием отмечал, что Попов становится всё увереннее и увереннее в том, что он пишет. Сам же Шаст полностью погрузился в работу над самой книгой. Перестал брать подработки и другие проекты. Бегал по издательству и орал на всех как бешеный из-за того, что художники запарывают очередной макет.       Было двадцать восьмое июля, когда Шастун вернулся в квартиру Арсения с последним итоговым эскизом. Шеминов одобрил его, Воля тоже, остался Арс, но Шеминов сказал: «Делай, что хочешь, но книга выйдет с этой обложкой». Художники вздохнули с облегчением и принялись за иллюстрации. Они заочно уже ненавидели Арса, а его редактора они ненавидели очно.       Попов лежал на диване в гостиной. Шастун тихонько подошёл к нему, переживая, что может разбудить писателя. Но тот не спал, а смотрел в потолок и загадочно улыбался. Таким довольным Антон его видел в последний раз, когда Стас согласился с Арсом, что беременная Золушка на обложке действительно выглядит как корова, да и сама обложка говно. Это было где-то между пятым и шестым вариантом.       — Как дела? — спросил Шаст. — Чего довольный такой?       — А ты чего нервный такой? — вернул вопрос Попов.       — Обложку утвердили, — сказал Антон. — Вроде там учли все-все-все правки и твои комментарии.       — Вот как. Давай посмотрим, — Арсений нахмурился и вытянул руку. Шаст протянул макет. — Нет, так не пойдет. Я же просил, чтобы Фрогги сделали более богатого аристократически-зелёного цвета, а его сделали пошло-деревенско-зелёным. Антон, они издеваются? Алекс в розовом, а Коннер в голубом, серьёзно? По-другому как-то выделить что они мальчик и девочка фантазии не хватило? Моё имя под хрустальной туфелькой. Это прикол?       — Намёк, что ты прекрасный принц, муж Золушки, — улыбнулся Антон. Он в душе не чаял, что значит «богатый аристократически-зелёный цвет». А заёбы Арсения начинали раздражать.       — Нет, это намёк, что я подкаблучник. А я не женат, между прочим, и ни под чьим каблуком не хожу. Передай им, что я не одобряю это. Пусть переделывают, — серьёзно сказал Арсений. — Или я сам могу.       — А вот и звони им сам, в пизду, Арс, я туда больше не пойду! Меня все художники уже ненавидят. Стас сказал, что обложка будет такая, значит такая. Я ушёл редачить.       — Эй, — Арс позвал его, но ответа не было. Антон скрылся за дверью спальни.       Попов вздохнул и поплёлся на кухню. Шутка вышла неудачной. Стас скинул ему вариант утром по почте и уже получил его одобрение. Не устроило только то, что они забыли написать название самой книги. Они договорились с Шеминовым, что «Страна сказок» — название серии, а название книги пусть будет «Заклинание желаний». Странно, что Шеминов не сказал об этом Антону. Сам же писатель обрадовал издателя, что он закончил книгу.       Это было невероятное чувство. Финал показался ему таким милым и сентиментальным, что он сам расчувствовался. Почти семь месяцев ежедневного труда, споров с Антоном, сомнений, кризисов и вот она — «Страна сказок». Его первая книга. Арс заварил кофе и взял пепельницу, которую забрал из комнаты Антона, чтоб помыть. Судя по настроению редактора, курить он пойдёт совсем скоро.       Арс тихонько заглянул в комнату, Шаст сидел по-турецки и печатал что-то на своём ноутбуке. Спиной к двери. Арсений поставил чашку с пепельницей на комод, а сам подошёл к редактору и положил руку ему на плечо. Антон вздрогнул, но аккуратно повернулся. В первый раз, когда он так сделал, Шаст перепугался и вмазал ему с разворота. Извинялся, конечно, долго, но извинениями побои не снимешь.       — Я, кстати, дописал, — улыбнулся Арсений. — И обложку одобрил ещё в десять утра, не знаю, чего Стас тебе не сказал.       Минутная заминка. Шаст улыбается, отодвигает ноутбук и налетает на Арса. Поздравляет его, обнимает и валит на кровать, смеясь. А после начинает лупить его подушкой за то, что тот устроил ему представление. Арс не оставался в долгу и пошёл в ответную атаку, но довольно быстро оказался повален на лопатки. Антон уселся на его бёдра и перехватил руки.       — Ну и что? Что ты теперь будешь делать, а? — смеялся Антон.       И этот смех вкупе с улыбкой, растрёпанными волосами и безумным взглядом снова вернул Арса к мыслям об Антоне в том ключе, в котором он запрещал себе думать о нём. Кроме того, Антон буквально ёрзал на его бёдрах.       Становится душно и тесно. Арс покраснел, чувствуя, что Антон уселся прямо туда, куда не следовало бы. Шаст замер, а потом на пробу качнулся пару раз, будто случайно. А потом резко покраснел и слез с Попова.       — Извини, я это… Ну… — Шаст начал бегать глазами по комнате.       — Да, всё в порядке. Извини. Я просто так рад, что книгу дописал… И… Ну, короче, да. Эмоции, все дела, — Попов откатился к стенке.       — Да, я тоже за тебя рад. Пойду это… Покурю я… А ты молодец, — Антон показал палец вверх. — У меня тоже новость, кстати, хорошая. Я нашёл квартиру, покурю — расскажу.       Но, когда Шастун вышел с балкона, Арса не было в комнате. И в квартире уже тоже не было. На столе на кухне лежала записка: «Извини, вернусь поздно, если что, завтра поговорим». Антон нахмурился. Странная реакция Арса сбила его с толку. С ним всё было понятно, у него стояк на Попова по-умолчанию. А вот писатель его удивил.       Он же ещё придурок, не понял, что это, решил поёрзать. Шастун пробил себе лицо рукой. Ну и что теперь о нём подумает Арс? Вариант с симпатией отпадает сразу, скорее всего, это действительно просто переизбыток эмоций. Вообще, вечная беда с этими стояками. Самый неподходящий момент? А хочешь всё станет ещё более неловко? Хуяк! Готово!       Шаст сам вспоминает, как у него всё время вставал, когда не надо. Ругает училка перед всем классом? О да, давай ещё, горячая штучка Вы, Раиса Васильна! Или когда он писал ЕГЭ, или когда пошёл с одной из своих девушек на ужастик. Испугался до усрачки, но вышел с палаткой на брюках. «Это сто процентов не симпатия, просто реакция организма странная,— убедил себя редактор. — Хорошо, что скоро съезжаю».       Обманывал себя Антошенька, да так обманывал, что сам себе верил. Арсений Сергеевич же в ярость пришёл, да такую, какой не помнил.  

***

      Матвиенко смотрел, как его друг заливает в себя стопку за стопкой. Он мог бы быть хорошим другом и напомнить, что завтра на работу. Но решил подождать, пока Попов нажрётся, чтобы позлорадствовать. Арс ввалился к нему в квартиру с бутылкой текилы и словами: «Я дописал книгу, а это — повод устроить вечеринку!». Сначала это так и выглядело. Но через пару шотов Сергей понял, что что-то здесь не так.       Почему Антон не здесь тогда? Почему они просто не позвали его в гости, чтобы отметить? Матвиенко поймал себя на мысли, что перестал воспринимать Арса в отрыве от Антона. Они постоянно были где-то вместе. Удивительно, как Попов ещё не сорвался с Шастом в Воронеж.       — Что случилось? — спросил Матвиенко, когда Арс уже был в кондиции для разговора.       — Антон съезжает. А ещё он сегодня оседлал меня… — пробубнил Арс.       — Угу. И это повод нажраться? Тебя оседлал симпатичный парень, которого ты мысленно раскладываешь на любых поверхностях пару месяцев, а ты свалил ко мне вместо того, чтоб завалить его? — уточнил Сергей.       — Да не выйдет ничего с ним. Отстань, он съезжает. И пусть катится. Не будет провоцировать меня больше. Наконец-то выкину его из головы, займусь своей личной жизнью, — убеждал себя Попов.       — Да-да, давай, хватит уже. Собирайся и выметайся, — грубо сказал Матвиенко. — Завтра на работу. Спать пора.       — Ты не разрешишь мне остаться у тебя?       — Нет, я вызываю тебе такси.       Попов вздохнул и начал собираться. Давалось ему это с трудом. Матвиенко передал Арсу его кошелёк с телефоном и выдворил из квартиры. А сам набрал Антону: «Антош, да? Спишь? Извини, что разбудил. Я тут выслал одно тело к тебе, перехвати, пожалуйста, у подъезда, я боюсь, он не доберётся до квартиры сам. Такси я оплатил, если что. Смотри, чтобы его не надурили».       Сергей думал лишь о том, что Попов — придурок, который не обращает внимания на то, как на него пускают слюни. И ломается как девственница. Эти его «принципы» — не трахаться с коллегами. «Господи, какой идиот», — вздохнул Сергей, опрокинув в себя ещё стопку, и лёг спать.       Антон выбрался из квартиры и встретил такси как раз в тот момент, когда водила пытался выбить из Арсения за проезд, а этот придурок уже начал отсчитывать мелочь ему. Шаст постучал по окошку и улыбнулся.       — Слышь, начальник, — обратился он к таксисту. — А я нахера через карточку оплачивал поездку?       Таксист мгновенно загасился, а Антон открыл дверь пассажирского сидения и на него обрушилось восхитительное амбре пьяного человека. Арс еле стоял на ногах и, честно говоря, Антон чуточку завидовал ему. Он бы тоже с удовольствием сегодня напился, но началась самая сложная часть его работы.       Вычитка, вычистка, переписывание местами. Некоторые вещи он вообще безболезненно вырезал из текста. Сцены, которые не несли никакой смысловой нагрузки, излишние описания, которые Арс, как оказалось, очень любил. Но Стас сказал сократить, чтобы влезть до пятисот страниц. От цветных иллюстраций тоже пришлось отказаться. Себестоимость возрастала до небес, а с наценкой магазинов ценник становился не самым приятным. Это приходилось учитывать. Остановились на небольших иллюстрациях перед каждой главой. Художники выдохнули.       — А-а-антон, — привлек внимание к себе Арс. — А есть сигарета? Так хочу покурить…       — Есть, — Шаст закатил глаза. Попов был ужасным лицемером, который курил, только когда пьёт. Но сигареты Антона фу-фу. Специально на такой случай, у Антона появилась пачка Чапмана. Спасибо Серёже Матвиенко, который подсказал, какие Его Сказочное Высочество не сочтёт хуёвыми. — Пошли, до балкона дойдём.       — Да не, — Попов рухнул на скамейку. — Давай здесь.       Шаст покачал головой, но присел рядом и протянул другу сигарету. Попов с непривычки опять закашлялся, выпуская ароматный дым. Естественно, Арс предпочитал красный чапман, с ароматом вишни. Антон в свою очередь любил кофейный, но он себе не позволял относительно дорогие сигареты. Жаба душила. Парень вообще думал перейти на электронные варианты.       — Ты, значит, съезжаешь? — спросил Арс тихо.       — Угу, — кивнул Антон. — Друг перебирается в Москву, ему нужен сосед. Мы с ним в школу ходили вместе. Классный парень, Айдарчик. Тот ещё юморист. Надо будет вас познакомить.       — Обязательно, — нахмурился Попов. — Ну, ты же знаешь, что я тебя не выгоняю… И вообще. Всегда буду рад тебе. Заглядывай в гости.       — Эй, Арс, ну чего ты? Как маленький, — улыбнулся Шаст. — Я же не в другой город уезжаю. И не прям завтра. Мы будем видеться и переписываться. Нам ещё книгу выпустить, дурачок. Иди сюда.       Шаст откинул недокуренную сигарету и сгрёб сказочника в медвежьи объятия. Попов напрягся сначала немного, а потом обмяк в руках Антона и ответил на его объятия. Несмотря на лето и довольно тёплую ночь, Попов покрылся мурашками. Камеры на подъездах, вахтёр на въезде, любопытные соседи — все они мало волновали его в этот момент. Единственная мысль, которая его волновала в этот момент: «Когда я успел так сильно привязаться к нему?». Арс как огня избегал слова влюбился, но где-то глубоко-глубоко внутри он знал, что это так.       — Арс, — тихонько прошептал Антон, будто боясь спугнуть его, — пойдём домой.       Они поднялись в квартиру молча. И также молча Арс поплёлся за Антоном в его спальню и упал на его кровать. Ему можно. Завтра он свалит всё на алкоголь и сбежит на работу. А пока ему хочется пойти на поводу своих желаний и остаться с Антоном, если тот не убежит от него, конечно. Шаст вздохнул, покачал головой и вышел.       Ушёл. Слёзы предательски защипали глаза Попова. Он только отвернулся к стене, надеясь, что скоро провалится в сон. Текила должна сделать своё дело. Но тут он неожиданно услышал, как открылась дверь. На тумбу у кровати опустился графин с водой и блистер обезбола.       — Утром спасибо скажешь, — пробурчал Шаст. — И вообще, схуяли мы в уличной одежде ко мне завалились? Либо раздевайся, либо выметайся.       Арс удивлённо замер, а потом стянул с себя майку и шорты, глядя на то, как Шаст укладывается рядом с ним. Антон забрался под простынь, которой укрывался, ибо июль выдался пиздец душный, но спать вообще без всего он не мог. Антон на мгновение замер, когда Попов подкатился к нему под бок и обнял его.       Прикосновение кожи к коже было таким приятным, что Антон не удержался: обнял автора в ответ и принялся выводить узоры на спине Арса. Тот только улыбнулся во сне. И Шаст понял, что абсолютно счастлив в этот момент. Ни за что бы не подумал, что его счастье — это лежать в обнимку с пьяным в дрова автором-сказочником, но жизнь любит преподносить сюрпризы.       Антон, конечно, был свободных взглядов, но до этого встречался только с девчонками. Пусть его и называли в старших классах педиком и девчонкой за браслеты и кольца, но именно из-за этого он и не давал себе смотреть на парней. А когда переехал в Москву, выяснилось, что большинство его сверстников спокойно к этому относятся. А если и встречались индивиды, которые решали подшутить по этому поводу, то Шаст с лёгкостью выходил из этих ситуаций. Как-то его задирал парень с потока, так Антон прижал его к стенке в толчке и начал стаскивать с него штаны. «Ща вот и проверим: педик я или нет, если встанет — выебу», — рассмеялся Шаст.       Парень в ужасе выбежал из туалета и никогда больше не доставал Антона. Но максимум, который Шаст смог попробовать — целоваться с другими парнями. Он находил их в клубах или приложениях для знакомств. Но чаще всего он уходил прямо посреди встречи, понимая, что это совершенно не его человек.       Была пара парней, которые ему конкретно нравились, но с ними тоже не сложилось. И так Антон к двадцати одному году встречался с двумя девушками и перецеловал с десяток парней в поисках того или той самой.       И сейчас чувствовал себя так, словно наконец-то нашёл того самого, с кем ему комфортно и хорошо. Волосы Арса сбились. «Интересно, он гей?» — подумал Шаст. За всё это время у него так и не получилось этого выяснить. Иногда Попов вёл себя как настоящий педик, а иногда был готов врезать за намёк на «голубизну».       — Арс? — никакой реакции. Антон сжал кулаки, закатил глаза, понимая, что смотрит на Попова уже минут десять.       Он осторожно потянулся и поцеловал мужчину в макушку, удивляясь тому, насколько у того мягкие волосы. Аромат шампуня перебивал запах алкоголя, и Шастун уснул, уткнувшись в макушку Арсения. «Утром, — пообещал он себе. — Мы всё обсудим утром».

***

      Утром Арс проснулся по будильнику. Антон проснулся вместе с ним. Они так и проспали всю ночь, обнимаясь. Арс каким-то образом полностью забрался на Антона и теперь просто лежал на нём. Воспоминания возвращались неторопливо.       — Водички? — тупо спросил Антон.       Арс только непонятно кивнул и уронил голову на грудь Антона. «Блять», — вздохнул он про себя. Попову не было стыдно. Совсем чуть-чуть. Но ему не хотелось уходить. Не хотелось вставать с Антона. Шастун удобный. Чего нет? Почему бы не полежать ещё немного.       Антон поёрзал и аккуратно положил руки на плечи Арса. Тот вздрогнул, но ничего не сказал. И не сделал, когда руки Антона пробежались по его лопаткам, а потом опустились вниз по позвоночнику. Пальцы Шаста оглаживали поясницу прямо по границе, где начинались боксеры.       У Антона колом стояло всё, что могло стоять. У Арса тоже. Попов буквально секунду сомневался перед тем, как двинуть бёдрами навстречу Антону. У Шаста словно сорвало крышу. Он прижал Арса к себе, сжимая его ягодицы и отвечая на его движения. Попов дышал ему куда-то в шею. А после несмело прикусил его ключицу, вызывая неуверенный стон.       Антон запустил руки под боксеры Арса и провёл пальцами прямо между ягодицами, слегка надавливая на мышцы мужчины. Сказочник простонал и поддался чуть назад, насаживаясь на длинные красивые пальцы, как давно об этом мечтал.       Сам же Арс не отставал и запустил руку в бельё Антона, крепко сжимая его член. Он идеально ложился в его руку, и Попов иногда ловил себя на мысли, что у него какая-то странная одержимость и бесконечное желание держать у себя в руке какой-нибудь фаллический предмет. Он неторопливо водил рукой вверх-вниз, вырывая стоны из соседа.       Надолго их не хватило. Арс почувствовал, что член Антона начал пульсировать в его руке, а через минуту он уже вытирал руку о простыни. Сам же Антон перевернул Попова на спину и спустился вниз, без прелюдий заглатывая его член почти до основания. Зрелище было то ещё. Раскрасневшийся, ещё заспанный, но такой красивый Шаст.       Арс, чувствуя приближение оргазма, попытался отстранить парня от себя. Но получилось так, что именно в момент, когда Антон отстранялся, Попов не выдержал и всё лицо Шастуна было покрыто беловатой жидкостью. Красиво.       — Доброе утро, блин, — проворчал Антон. — Салфеточку не передадите?

***

      Попов нажал сохранить. А потом нажал на кнопку: «Заменить» в ворде. И так Антон превратился в Диму, а Арс в Никиту. И это уже был рассказ не про него и его редактора, а про соседей по общежитию Диму и Никиту, которые никак не могли понять, кто они друг другу.       Арсений быстро закинул новую главу в черновики на фикбуке и закрыл профиль. «Мда, если бы утро действительно прошло так, я бы точно не писал сейчас фанфик, а лежал в обнимку с Антоном», — подумал он.       Арс действительно проснулся на Антоне. И действительно они прижимались стояками друг к другу, что ни капли не было так круто как в фанфике. Это было пиздец как неловко. И от Попова воняло перегаром. Антон молча передал ему водички и пошёл в душ, а потом на кухню.       Попов тоже привёл себя в порядок в душе. Они позавтракали молча. Оба смотрели куда угодно, но не друг на друга. Арс решил, что как старший, он должен всё это взять на себя. И, видимо, он охуеть как облажался.       — Антон, извини меня, — начал мужчина. — Я вчера перебрал. Так обрадовался, что книга окончена. И если я что-то не так сделал… Мне жаль.       — Арс, я… — начал Антон.       — Нет, подожди. Всё вот это… — перебил Арсений. — Не переживай, я не такой. Просто давно ни с кем не был, вот и организм так реагирует на всех подряд. Ищет телесный контакт. Тепло. Исключительно физическое влечение.       «А я би и не думал, что это как-то неправильно», — мысленно продолжил свою реплику Антон.       — Антон?       — Да, всё в порядке, — ничего не в порядке.       — Мы же продолжим быть друзьями? Коллегами? — Попов звучал жалко. — Чёрт, мне на работе надо было быть час назад.       — Арс, конечно, продолжим. Всё в порядке, я всё понимаю. Сам вон, как видишь, с этими книжками уже в кровать с мужиками падаю, — нервно рассмеялся Шаст. — Но, видимо, придётся переехать раньше. Оказывается, Айдар завтра уже приезжает, он уже всё устроил с квартирой.       Всё внутри Арса окончательно рухнуло. На работу он не поехал, помогал Антону готовиться к переезду. А потом писал свои фантазии по поводу того, как всё могло бы сложиться этим утром.       Ведь это тот же Шаст надоумил его переключиться в писательстве на что-то другое, чтобы отвлечься от сказок. Как всё скатилось к писательству гей-порно? Арс решил писать то, что в тренде. Да и сложно писать что-то кроме порно, когда ты каждый день пытаешься не сорваться на собственном соседе.       Так и появилась идея про двух соседей: Диму и Никиту, которые живут в общаге. Они вроде и не встречаются, а вроде трахаются и попадают из-за этого в смешные ситуации. «Я превращаю собственную жизнь в ебаную комедию», — пронеслось в голове Арса.       Антон ехал в такси на новую квартиру, потому что Арсению нужно было на работу. Тот предлагал ему помочь и отвезти после работы, но Шастуна же не переубедить. Такси застряло в пробке, поэтому Антон решил заглянуть, что нового на фикбуке.       Он продолжал читать тонну гей-фанфиков, но не так давно его заинтересовал относительно новый профиль. Там было несколько странных драбблов, которые до сих пор висели с двумя лайками. И то, Шаст поставил их только, чтобы подбодрить автора.       А вот новая история про соседей, которые трахаются, ему прямо зашла. «Очень жизненно, — подумал Антон. — Ай, блять, не жизненно, к сожалению». Зайдя в уведомления, он увидел: «Обновление у авторов, на которых вы подписаны. Автор: Граф Питерский. Работа: "Просто соседи"». Он без раздумий открыл вкладку и принялся читать новую главу.       Глава называлась «Доброе утро», а щёки Антона мгновенно стали ярко-алыми.       Но на том Арсений Сергеевич и Антон Андреевич расстались.