Недетские сказки

      Октябрь. Наконец-то подходит их очередь в типографии. «Возвращение колдуньи» — а именно так называется вторая часть «Страны сказок» — отправляется в печать. Антон и Арс находятся в приподнятом настроении по этому поводу.       Но это приподнятое настроение разбивается, когда приходит весточка из типографии парой недель позже. Арсу присылают первую сотню книг на подпись, которые будут разыгрываться среди фанатов в инстаграме, на конкурсах от издательства и так далее.       Попов в ярости. Они знали, что книга будет толще, чем первая часть, всё же разница в двести страниц. Но проблема не в этом. Проблема в бумаге. Она плотнее, более текстурная и жёлтая. Кроме того, в нескольких книгах обнаруживается брак. И дело не в макете, дело в ошибке во время печати. И опять же не та бумага, что они заказывали. И ошибки. И сгоревшие сроки. Это всё снова испытывает психику Попова на прочность.       Арсений в ярости, Антон грозится разнести типографию, но больше всех злится Шеминов. Издательству придётся переносить дату выхода книги. Это вызовет недовольство покупателей. Типография разводит руками и говорит, что они всё делают по заявке. Книги приходится снять с производства и искать ошибку.       Вторая часть проходит ещё один экстренный этап корректуры. Арс выходит в прямой эфир в инстаграме.       — Привет, ребят, — говорит он. — Я знаю, что многие ждут вторую часть «Страны сказок», и я знаю, что те, кто оформлял предзаказ ещё летом, уже должны были получить свои экземпляры. Вот, они у меня дома, но как вы видите, я до сих пор их не отправляю. Основная причина в том, что у нас произошло недопонимание с типографией. Где-то на пути от издательства в печать произошла ошибка. Я приношу вам свои извинения, но обещаю, что до Нового года вы точно получите свои подписанные книги. Те, кто оформлял предзаказ на сайте издательства, также получат вот такие замечательные открытки-закладки к своим книгам. Мне очень жаль, что происходит такая задержка, но мы стараемся сделать всё возможное, чтобы ускорить процесс.       Арс отвечает на ещё несколько вопросов, показывает косяки книг, которые ему пришли, и молится, чтобы эфир поскорее закончился. Он бесится, потому что говорит читателям, что делает всё возможное, но по факту, всё что он может сделать — сидеть и ждать. Точно также, как и они. Шаст сидит на диване напротив и наблюдает за ним с сочувствующим видом. Он вообще не понимает, почему Арс должен извиняться. Это проёб со стороны издательства. Не уследили. Неправильно оформили. Выпускающий редактор сейчас, должно быть, проживает свой худший кошмар. Антон ведь спрашивал, всё ли в порядке, нужна ли им помощь. Несколько раз спрашивал.       Что делать с браком? Никто не знает. Ладно бы просто другая бумага, но печать местами кривая. Они пытаются отослать обратно в типографию, ссылаясь на производственный брак. Типография открещивается, что это не их вина. Это выливается в очередной скандал. Книги, в итоге, изымают. Новый тираж перевыпускают на новой бумаге, точно такой же как в первой части. Книга становится значительно тоньше, а страницы снова белоснежные, а не жёлтые. Но это занимает едва ли не месяц.       Магазины недовольны, но, скрипя зубами, терпят. Покупатели ежедневно спрашивают, есть ли у них вторая часть «Страны сказок». Ударом для продаж становится то, что электронная версия книги выходит раньше, чем бумажная. Часть потенциальных покупателей уходит — они не видят смысла покупать бумажную версию, если она есть в интернете.       Арс получает новые книги, которые старается подписать за рекордные сроки. Он забывает, что такое подпись книг. Оказывается, это не так уж и просто. Рука готова отвалиться. Тем более, это предзаказ: первые сто счастливчиков, которые успели получить специальную именную подпись, и ещё четыреста просто с автографом. Часть будет разослана тем, кто успел заказать, часть тем, кто победил в конкурсах от издательства, а остатки будут рандомно отправлены в магазины, просто стоять на полках и ждать счастливчиков. Это идея Ляйсан, чтобы привлечь внимание людей.       Первая сотня идёт хуже всего. Приходится сверяться со списками, придумывать оригинальные пожелания читателям, ведь они за это заплатили. Антон таскается хвостиком за Арсением и подаёт ему одну за другой книги, помогает сверяться, вычёркивает имена тех, чьи книги уже подписаны. Он сразу запихивает их в заготовленные почтовые пакеты.       Коллеги Арсения смотрят на это безумие со стороны и посмеиваются. Начальник относится снисходительно и с пониманием. Тем более, его дочь тоже фанатка этих книжек. И она не в курсе, что автор работает на её отца. Иначе бы она не оставила Попова в покое. На работе не поднимают тему писательства. Арсений благодарен, что хоть какую-то иллюзию анонимности ему создают.       — Арс, я заебался упаковывать их, — говорит Шаст на семидесятой книге. — Я боюсь, что перепутаю… Всё перепутаю, Арс.       — Всё под контролем, — успокаивает Арс. — Они идут в алфавитном порядке. Мы сверяем каждую книгу. Осталось всего тридцать именных, с остальными легче. Вызови кого-нибудь, чтобы они забрали упакованные экземпляры и отправили их. Дальше будет проще.       Антон вздыхает, звонит в издательство и просит, чтоб им вызвали курьера. Он объявляет перерыв и уходит в курилку. Люди вокруг заинтересованно рассматривают его. В курилке он встречает Серёжу Матвиенко и ещё пару человек. Тот машет ему рукой и выгоняет остальных из курилки.       — Быстро всем работать, хватит прохлаждаться, — говорит мужчина.       Шастун смеётся и пожимает руку Матвиенко. Мужчины обмениваются новостями, Сергей шутит, что Арс совсем стал домашним и даже не пьет с ним больше в кабинете после работы. Шаст улыбается и говорит, что он никак с этим не связан. Это исключительно решение Арсения. Ну и скандала, который Антон закатил, когда Попов не предупредил, что задержится на работе и приехал в стельку пьяный. Но претензия была только в том, что Арс не предупредил. Остальное Антона не волновало.       Но они действительно стали слишком домашними. Вместо прогулок и свиданий где-то предпочитали вечер дома перед телеком. Отклоняли предложения друзей сходить куда-нибудь, чтобы просто побыть вдвоём. Иногда принимали гостей. Антон стал мелькать в историях Попова, на него тоже начали подписываться люди.       Только Шаст публиковал любую фигню, которая ему нравилась. Арс же просчитывал свои посты на несколько вперёд, чтобы «не рушить эстетику». Пришлось постить немного осторожнее, потому что подписчики начали замечать, что истории Попова и некоторые посты Шаста публикуются из одного места. Ещё этого не хватало. Чтобы фанатки Попова начали строить теории и догадки. «Или, не дай бог писать фанфики», — рассмеялся своим мыслям Шастун.       — Как успехи с книгой? — спрашивает Матвиенко.       — Серёж, — Шаст затягивается, —я, блять, напьюсь до беспамятства, как только мы разберёмся со всем этим дерьмом. Такого производственного ада у нас ещё не было. Скорее всего, будем искать другую типографию. С такими приколами — пусть идут нахуй.       — Мда, вот вам и книжечки. Казалось бы, какие проблемы могут быть, — смеётся мужчина.       — Мы пытались втиснуться в какую-нибудь ещё типографию, но нам сейчас предлагают не ближе, чем март следующего года. Думали найти где-нибудь не в России типографию. Но у них тоже там пока глухо.       — А чё так можно?       — Ну да, какая им разница, что отпечатывать? Минус только в том, что у нас с логистикой вопросы возникают. Книги потом нужно будет привезти к нам, это дополнительные траты, — вздыхает Шаст.       — Как Арс? — спрашивает Матвиенко.       — В норме, я надеюсь. По крайней мере, я слежу, чтобы он ел, спал и успевал делать что-то кроме работы. Но он же энерджайзер, не может долго без дела сидеть. Уже делает наброски на следующую часть.       — А у вас как? В целом?       — Нормально всё, реально стали как пара женатиков. Не ругаемся уже как раньше, вроде затишье, — говорит Шаст.       — Вот и славно, — улыбается Серёжа. — Он как-то счастливее стал. Не знаю, как объяснить. Вроде и не палится, а вроде чувствуется, что что-то произошло. Ходит довольный, улыбается.       Шаст тоже улыбается. Их разговор после командировки был не единственным подобным в их отношениях. Им приходилось мириться с личными границами друг друга и многое обсуждать. Узнавать друг друга глубже. С тех сторон, которые мало волновали коллегу или друга. Например, Арс был неконтактным по утрам. Он постоянно бурчал, отворачивался и мог вообще послать. Антона это бесило. Ему казалось, что агрессия направлена на него. Как оказалось, Попов просто не любил утро. Ему нужно было проснуться и побыть наедине с собой некоторое время, прежде чем осознать, что день начался.       Со временем Антон привык. И Арс привык, что утро он встречает больше не в одиночестве. Со временем сам начал тянуться к Антону, чтобы поцеловать его и только потом пойти собираться на работу. Антона с утра, да и не только, тоже могло взбесить, что угодно. В целом, Шаст был слишком эмоциональным, что напрягало уже Арсения. Шастун с любой мелочи мог разогнаться до скандала или истерики за пару минут. Над этим приходилось работать.       Но как-то постепенно они привыкли. И к заёбам друг друга, и научились говорить, а что важнее — ещё и слышать друг друга. Шаст докурил, заглянул в туалет, чтобы вымыть руки, и вернулся в кабинет к Попову. Тот сидел с задумчивым выражением лица.       — Что случилось? — спросил Антон.       — Да так, — Попов отмахнулся. — Мелочи.       — Не мелочи, видимо, раз ты гипнотизируешь стену, — говорит Антон.       Арс вздыхает. Он подзывает Антона к компу и показывает открытую статью. «Обложка новая — книжка старая: как создать конвейер?» — гласит заголовок. На фотографии обложки первой и второй части «Страны сказок». Один из обзорщиков выкатил статью о новой книге Арса. Довольно разгромную статью.       «Год назад мы с вами восхищались «Страной сказок» как глотком чего-то нового в жанре детской литературы. И хоть приём был довольно прост и избит, но он сработал. Герои классических сказок собрались в одном месте и на детском языке обсуждали проблемы современного мира.       Там и Золушка с неприятием поста правительницы, и Красная Шапочка, которую народ сделал национальной героиней без её ведома, и Прекрасные принцы, которые захватили власть во всех сказочных королевствах. В каждой главе нас поджидали новые герои и новые места. Закончив читать, мы, как и главные герои, с нетерпением ждали возвращения в сказочный мир. И вот оно состоялось, но стоило ли ожидание того?       Новая часть серии на 200 страниц больше своей предшественницы, что достаточно много для детской книги. Кроме всего прочего, на процессе печати произошёл «форс-мажор», из-за чего выпуск затянулся и люди до сих пор не могут получить бумажные версии. Однако электронная версия уже доступна для покупки в ряде магазинов. Именно с ней мне и посчастливилось ознакомиться.       Книга всё такая же «яркая» по начинке, старые герои на месте, а новые — ничем не хуже уже полюбившихся. Они такие же необычные, глубокие и неоднозначные. Тут и Матушка Гусыня, которая должна присматривать за детьми и порядком, но из-за своей склонности к алкоголизму попадает в комичные ситуации. И Ксантус — мужчина-фей, который управляет огнём. И, конечно же, приключения.       Книга затягивает на первых порах, но как только близнецы возвращаются в Страну сказок, сюжет становится до боли предсказуемым. Мы снова бегаем между королевствами в поисках предметов. Если в первой части мы собирали предметы для заклинания желаний, то в этот раз для волшебной палочки. Снова предметы зашифрованы загадками, которые дети пытаются разгадать.       И всё это… вторично. Будто автор просто берёт один и тот же концепт, меняет несколько переменных, но оставляет основную канву повествования без изменений. Возможно, издатели думают, что нащупали золотую жилу, чтобы грести деньги лопатой и ничего не делать. Заявлена и третья часть книги, так что, скорее всего, это превратится в долгоиграющую серию, с книгой раз в год. И так у них получится продавать вам одну и ту же книгу в разных обложках, потому что они так нравятся детям.       Справедливости ради отмечу, что диалоги и персонажи до сих пор могут вас порадовать, но, как по мне, этой книги могло бы и не быть. И ничего бы не поменялось».       Антон сжимает зубы и глубоко вздыхает через нос. Он берёт Арса за руку и осторожно гладит ладонь большим пальцем. Попов злится. Пока Антона не было, он подписал ещё около десяти книг.       — Закончим с подписью завтра, — говорит мужчина. — Я хочу домой.       — Хорошо, — кивает Антон. — Я поведу.

***

      Книга выходит официально во всех магазинах, все подписанные копии разлетаются по адресатам. Фанаты в восторге, продажи хорошие, Шеминов заплатил Арсу гонорар в двойном размере, но от скандала его это не спасло. Отзывы были преимущественно хорошие. Преимущественно.       Но все как один твердили, что идея скопировать основную сюжетную тропу из первой книги — была неудачной и халтурной. Стас делал вид, что всё окей и никакой критики нет. И в тайне побаивается встречи с Поповым. Причём побаивался не зря.       — Стас, — улыбается Арсений. Улыбка не несёт вообще ничего хорошего, — напомни мне, пожалуйста, чья это была идея? Кто же придумал этот бриллиантовый ход? С тем, что мы просто, блять, возьмём первую часть и сделаем то же самое. Дай-ка подумать… Ах да, твоя! Так какого хуя, мой дорогой Стас, я должен краснеть из-за этого? Должен придумывать нелепые отмазы и оправдываться?       Арсений как раз приехал прямиком с презентации книги в «Читай-городе». В этот раз он знал, чего ждать. У него была Ира, которая была готова прикинуться его женой, был Антон, который подбадривал его из зала, но всё же. Ему пришлось объяснять, почему он решил, что такой сюжет должен быть у продолжения. И Арс объяснил. Они с Ляйсан придумали более-менее складное объяснение. Относительно складное, но всё равно дерьмовое и нелепое.        Они сказали, что первая часть была просто пробой пера. Поэтому во второй части они решили взять всё, что было в первой и улучшить это. Сделать больше, грандиознее и интереснее. И, отчасти, у них это получилось. Попов пообещал, что учтёт всю критику, которая на него свалилась, при написании третьей части. Причём он совершенно не понимал, почему аудитория детских сказок была настолько искушённой в плане сюжета.       Арсу хотелось просто прийти и доебаться до Шеминова. Поэтому он просто пришёл и доебался. Причём так, что всё издательство на ушах стояло.       — Либо ты даёшь мне нормально продумать сюжет третьей части без всего вот этого говна, либо ищи того, кто напишет тебе третью часть «Страны сказок» вместо меня. Хоть сам пиши, ты же у нас мастер гениальных сюжетных ходов. Я не собираюсь снова оправдываться ни перед кем за твои проёбы, — Попов стоял раскрасневшийся. — Счастливых праздников, Господин Издатель.       На этом он вышел из кабинета, хлопнув дверью.       С тех пор Шеминов его побаивается. Поэтому критикует редко и только по делу. Но на конструктивную критику Попов реагирует адекватно. Поэтому их сотрудничество продолжается долгие годы. Арсений со временем становится ведущим автором, Антон его бессменным редактором. И всё у них хорошо.       Антон и Арсений уезжают в отпуск на новый год в Германию, посещают замок Нойшванштайн, который во многом вдохновляет Попова на новую часть книги. Они много гуляют по небольшим заснеженным деревушкам, радуются снегу, Новому году и нормальному отпуску впервые за долгое время. Антону, правда, приходится оправдываться перед родственниками, почему он празднует Новый год в другой стране и вдалеке от семьи, но они выкручиваются.       По возвращении всё становится на свои места. Арс пишет новую книгу, Антон продолжает быть его редактором. Они живут вместе, ссорятся, мирятся. Цикл «Страны сказок» разрастается до шести книг. Они действительно выходят каждый год, где-то в районе новогодних праздников, но больше не «вторичны».       Арсений продумывает сюжет сразу на несколько книг вперёд так, что получается цельная и интересная история. Но каждая хорошая история должна вовремя закончиться. Поэтому после шестой книги Арс говорит, что берёт перерыв в писательстве. Шеминов, говорит, что будет рад Арсению и его новой рукописи в любое время.       Конфликты начинаются, когда Арс приходит с идеей книги, но она не рассчитана на детскую аудиторию. А Стас хочет, чтобы Арсений продолжал привлекать к ним молодняк. Кое-как они сходятся на подростках. Так и появляется трилогия про Монику. Арсений находит слово «Инфанта» случайно. В Испании оно означает «принцесса, не имеющая права наследовать трон». Слово редкое и красивое, оно и становится названием новой трилогии.       Причём Арс сразу понимает, что это будет три книги. Как бы ему не хотелось вместить всё в одну, но на этапе планирования он понимает, что тот огромный мир, который он придумал, слишком велик для одной книги. Мужчина не хватает звёзд с неба и не надеется написать нового Хоббита или Нарнию, но он чувствует масштаб новой истории.       Стас соглашается, работа снова идёт. В этот раз Попов ещё более трепетно относится к деталям и «развешивает ружья», которые выстрелят только ближе к развязке, уже в самом начале. Продумывает основные мотивы персонажей, самих персонажей и документ с планом переваливает за пятьдесят страниц. Много времени уходит на продумывание мира, продумывание политики, внешнего и внутреннего устройства.       Антон всегда рядом. Он успевает за время, что они вместе, начать писать тоже. Но только фанфики. У него даже неплохо получается. Даже лучше, чем у Арса в начале. Из-за чего Попов злится. Но Шаст объясняет, что кроме порно люди любят ещё и страдания, поэтому зачастую «ангст» набирает больше, чем «флафф». Попов думает, что в этом что-то есть. И пытается написать максимально стереотипный фанфик, который соберёт все клише и самые популярные темы. И он действительно «выстреливает».       — Написать хорошую драму проще, чем комедию или просто счастливую историю, — говорит Антон. — Я пишу стекло и всё. Такой менталитет у нас. Мы с юности приучены к драме и глубоким эмоциональным переживаниям. Плюс, люди любят пострадать.       — Не думал об этом. Но мне кажется: одинаково писать и то, и другое. Как по мне, это странно. В мире ведь и так столько дерьма, боли и страданий. Почему люди предпочтут это какой-то доброй и светлой истории? — хмурится Попов. — Нездорово.       — Драма и страдания подсознательно понятнее. Помнишь, как у Толстого? «Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему». Так и люди. Возможно, они ищут героя, который будет им понятен, которому они смогут сопереживать, который прошёл через что-то подобное, чтобы посмотреть, как он выберется из ситуации. Или же просто, чтобы понять, что они не единственные, кто через подобное проходит, ведь страдания разные, — говорит Антон. — А счастье… Счастье оно у всех почти одинаковое в своей сути. Да и как сопереживать счастливому герою, когда у тебя самого в жизни пиздец?       — А ты философ, — улыбается Попов. — Я не замечал в тебе такого раньше.       — Иди сюда, — Шаст притягивает к себе сказочника для поцелуя. — Счастье моё придурковатое.

***

      Они с Антоном празднуют год, два, три, а потом резко расходятся. При том, что продолжают работать вместе над книгами, но никто не знает, что произошло. Сам Антон и Арсений до конца не могут понять. Это была одна из очередных бытовых ссор, которая в какой-то момент переросла в нечто большее. Арсений снова был поглощён новой книгой и не мог оторваться от неё ни на минуту.       — Арс, — говорит Антон, — сколько можно складировать эту ебаную посуду? Блять, меня заебало. Я как домработница. Прихожу с работы и начинается: приготовь, убери, посуду помой, то сделай, это сделай. И, блять, ни слова благодарности за это.       — Тебя никто не просит этого делать, — отвечает Попов. Его заебали скандалы из-за очередной немытой кружки или оставленной в кабинете тарелки. — Не убирай. Просто не делай мне мозг. Я тоже, блять, работаю. И, как и ты, тоже устаю.       — Окей, будем жить в сраном свинарнике, — Антон машет руками. — Заебись. Хорошо, блять. Замечательно.       — Не нравится — не живи, — выплёвывает Попов. Антон останавливается.       — Что? — тупо спрашивает Шаст.       — Не живи, — пожимает плечами Арсений. — Что-то не нравится? Дверь открыта. Катись нахуй из моей квартиры.       И Антон покатился. Сначала просто на пару дней к Диме. Потому что Айдар съехался с девушкой, и они снимали однушку. А после и вовсе забрал вещи, пока Арса не было дома, оставил ключи и уехал. Не просто в другую квартиру, а прямиком в Воронеж. Договорился работать дистанционно и сидел дома. Они общались исключительно по работе. Сухо, по-деловому. Заметки и исправления больше не были забавными. Шастун ненавидел это. Даже пытался договориться о замене редактора. Шеминов просил закончить книгу, над которой они работали, а потом обещал подумать.       Во всём была виновата лишь гордость. Гордость, которую им пришлось преодолеть.

***

      Теперича.       — Прости меня, — говорит Попов, когда они возвращаются домой.       — За что? — Шаст непонимающе спрашивает, сгружая пакеты на пол.       — За скандал утром. Я не должен был говорить, что выкину твои вещи. Это наш дом: не мой, не твой, мы на равных, — говорит Арсений, вспоминая ту ссору, из-за которой едва не потерял Антона.       — Дурак ты, Попов, — улыбается Шаст. — Мне уже не двадцать и даже не двадцать пять, чтобы я обижался на такую херню. Куда ты от меня денешься. Иди сюда.       И они обнимаются, стоя в прихожей среди пакетов. Арс вспоминает, как сорвался в Воронеж. Вломился в дом Шастунов, а оказалось, что Антон не был дома. Его родственники даже не знали, что он не в Москве. Несколько дней пришлось выискивать это недоразумение, которое спряталось в съёмной квартире на окраине города.       Арсений долго извинялся. Они не сошлись мгновенно. Понадобилось ещё где-то полгода на то, чтобы отстроить всё, что было разрушено. Но они справились. И теперь, спустя десять лет после знакомства, знали друг друга наизусть.       — Пошли, я эклеры купил, — говорит Антон.       — Принеси в кабинет и сам приходи с чаем. У меня, наконец-то, появилась идея, если не запишу — забуду, — улыбается Арс.       — Ладно, скоро буду, — Антон целует его в щёку и идёт ставить чайник.