Тетради и пыльные склянки

      Ночь перед днем учителя обещала быть спокойной, так как никого не затронул кошмар открытого урока. Кто-то даже был уверен в том, что в этом году их школы это вообще не коснется, несмотря на то, что подобные мероприятия проводятся во всех заведениях каждый год.       Шерлок почти ничего не знал об этом. Только изредка слышал от Майкрофта на семейных ужинах, которые случались очень-очень редко. Ему кратко объяснил Уильям, но понятнее не стало. Единственное, что мужчина смог понять — этот день очень страшный.       По крайней мере, так говорил даже невозмутимый перед сложностями математик. Именно этот факт уже настораживал Холмса. Он не мог понять, что же в этих сорока минутах может быть. Словно там принимались невероятно важные решения, влияющие на судьбу всего государства. Тогда возникал вопрос: зачем там нужны ученики и как это связано со школой?       Шерлок хотел удариться головой о стенку, чтобы выбить ненужные мысли из головы. Скука и долгое молчание из раза в раз возвращали его к этой теме. Тайна открытого урока казалась ему самой невероятной в данный момент. Все мысли были заняты ею. «Даже Уильям нервничает, если есть шанс, что это занятие будет проводить он!».       Мориарти не замечал переживаний Холмса. Мужчина был полностью погружен в процесс работы, будто бы ничего не могло отвлечь его от таинства проверки самостоятельных. В такие моменты складывалось впечатление, что его подменили на робота: настолько четкой и монотонной была работа, что в ней терялась привычная манера поведения учителя. Только в редкие моменты он мог удивленно выдохнуть или восхищенно улыбнуться, когда проблемный ученик после множества попыток все-таки находил верное решение.       Тетрадь была заполнена корректором, небрежными штрихами ручки, но где-то там в конце листочка подросток обводил правильное решение, чтобы учитель точно заметил его. И это всегда было причиной ликования Уильяма. Если бы не собственная сдержанность, то он бы уже давно носился по комнате от радости.       После секундной радости блондин возвращался в прежнее положение достаточно быстро. Причиной тому было множество ошибок, резко контрастирующих на фоне прошлого успеха. В каждом пропуске, неверном расчете, забытой теореме Мориарти винил себя, поэтому торжество тут же менялось на огорчение.       Он помечал в своем блокноте все темы, по которым были допущены ошибки, чтобы в следующий раз разобрать их внимательнее. Перед этим, конечно, нужно было составить план, поискать нужную теорию и примеры заданий. Предстояла очередная бессонная ночь…       От этой мысли Уильям вспомнил, что Шерлок все еще ждет его, чтобы проводить его до дома. Ручка, наполненная красными чернилами, застыла над листом бумаги. Мориарти не хотел, чтобы из-за его очередного завала страдал химик. Конечно, Холмс спокойно может поспать и на их диване, ведь неделю назад парни принесли в лаборантскую легкий плед и пару диванных подушек. Только это не устраивало математика, он постоянно переживал за состояние Шерлока. Особенно в те дни, когда у того сильнее обычного выделялись синяки под глазами.       Блондин отодвинул тетради в сторону настолько насколько это было возможным. Вторая половина стола все еще была занята хаосом химика. Больше всего места там занимала пепельница, полная окурков. Уильям не трогал ее, как и просил Холмс. Тот часто обещал быть более самостоятельным, но, видимо, такие вещи вылетали из его головы быстрее, чем попадали туда.       Мориарти не был против его стремлений, но все же время от времени устраивал генеральную уборку на том маленьком клочке стола. Некоторые его места уже было невозможно спасти, с чем математик быстро смирился. Все-таки многие эксперименты требуют жертв. Хорошо, что пока что только в виде мебели, а не учеников. Хотя Уильям допускал мысль, что от подобного когда-нибудь придется спасать какого-нибудь энтузиаста…       Мужчина повернулся в сторону Шерлока, ища того взглядом, что не получилось сразу. Он стоял возле окна, тревожно перекатывая сигарету между пальцами, и говорил с кем-то по телефону. Разговор был коротким, официальным и сопровождался тихим стуком пальцев Уильяма о стол. Он ждал, когда же Холмс закончит этот странный ночной звонок.       Химик тяжело вздохнул, попрощался с собеседником и бросил телефон на диван. Затем он хотел сам упасть на мягкую поверхность, чтобы поразмыслить над новой роковой проблемой, но быстро заметил пристальный взгляд парня.       Послышался еще один вздох. Более удрученный, но не такой нервозный. Шерлок растерял все слова и не знал с чего начать, а тревожное выражение лица математика лишь больше загоняло в тупик.       С одной стороны, проблема не была такой серьезной, но страх перед неизвестностью сковывал. Брюнет не понимал, что следует спросить. Он полностью не ориентировался в ситуации, а время поджимало. Вскоре Шерлок устал смотреть на встревоженного Уильяма, решаясь заговорить. — Мне поставили открытый урок на завтра, — страшный приговор был озвучен, но Мориарти от этого стало заметно легче, что смутило Холмса. — Первым уроком и первой смене, — даже после этого химик не нашел страха на лице напротив.       Уильям посмотрел на часы в углу комнаты, замер на секунду, раздумывая. — Тебе нужна помощь или сам справишься с планировкой? — блондин склонил голову вбок, проницательно смотря на Шерлока. — А ты как считаешь? — Ты не успеешь один управиться со всем до утра, — Мориарти пожал плечами. — Тем более нужна одежда делового стиля… Если у тебя дома есть хоть одна белая рубашка и классические черные брюки, то я схожу, чтобы забрать их. — Должны быть, но, честно, я в этом не уверен… — Судя по нашему опыту, размер у нас почти что одинаковый, да? Если у тебя в шкафу ничего не найдется, я возьму у себя. — По нашему опыту? — Холмс застыл в недоумении. — Тебе точно нужно пояснять, что это за опыт?       Шерлока словно водой окатило. Мужчина резко выставил руку вперед, но после спешно накрыл свой рот ладонью. — Знаешь, что? Делай что хочешь. — Тогда захвачу галстук, — Уильям улыбнулся, явно довольный тем, что получил свободу действий. Ему было неважно то, что путь, которым он добился этого, смутил Холмса. Главное, что теперь брюнет не сможет отвертеться от ношения галстука!       Шерлок снова что-то заговорил себе под нос, явно возмущенный таким ходом событий, а с лица Мориарти не сползала улыбка. Складывалось впечатление, что увидеть парня в таком шейном аксессуаре было главной мечтой математика. В таком случае, Холмс помечал для себя ее несбыточной.       Уильям заметил то, как Шерлок потерял свою энергичность и медленно бродил по комнате, заглядывая в разные места. Перебирая баночки с веществами. На одной полке он брезгливо задержался, сразу же начиная крутить головой, ища что-то. Видимо, заметив нужное, он двинулся в сторону раковины, чтобы взять оттуда маленькую ворсистую тряпку. Смочил ее и направился обратно к, вызвавшей отвращение, полке.       Мужчина достал подложку, на которой хранились все вещества и отложил ее в сторону. Медленно провел влажной тканью по пыльной поверхности, после внимательно осматривая темные следы. Шерлок ушел глубоко в свои мысли, продолжая флегматично протирать склянки и полку от пыли.       Уильям тихо встал, медленно подходя к мужчине. Пару раз остановился и громко покашлял, надеясь привлечь внимание брюнета, но тот никак не реагировал. Протирал все, что попадалось под руку, сопровождая предмет пустым взглядом.       Мориарти аккуратно коснулся ладонями чужих плеч, чувствуя резкое напряжение Шерлока. Блондин провел несколько раз по ним, разминая, а после обвил руками чужую шею. Уильям прислонился губами к бледной коже шеи, оставляя лишь ощущения жгучего тепла на ней. Шерлок все также не двигался и не говорил, руки замерли и держали баночку с каким-то аналитическим реактивом.       Холмс устало выдохнул, математик почувствовал как опустились его плечи. После руки Мориарти подверглись жуткому нападению со стороны химика, Шерлок зажал их в своих, иногда целуя их тыльную сторону. Молчание напрягало блондина, но он не стремился его разрушить, наоборот, был готов поддержать, если того попросить.       Уильям прекрасно понимал страх Холмса перед чем-то новым и требующим ответственности. Ему вспоминался его первый урок подобного плана… Это не было ужасным, но после этого Льюис заварил очень много чая, в попытках успокоить своего брата. У юного математика даже руки тряслись от нервов, когда он вернулся домой.       Правда, сейчас не их дом вовсе, через пару лет они продали его и стали жить отдельно. Первым отдалился от родного гнезда Альберт. Конечно, Уильям не был рад этому, но понимал, что рано или поздно такое случится. Только вот Льюис до сих пор считает, что старшему брату угрожали и насильно заставили его сменить место жительства. Альберт иногда отшучивался, что есть человек, который одним словом может принудить его сделать что угодно.       Уильям же переехал после более близкого знакомства с Шерлоком, но не говорил ему об этом. Брюнет до сих пор считает, что математик живет там давно. Мориарти в какой-то момент подумал, что это может оказаться полезным, тем более новая квартира была ближе к школе и к дому Холмса.       Периодически у него возникало желание предложить мужчине жить вместе, но он тут же отговаривал самого себя от этой идеи. В голове роилась навязчивая мысль: «Сейчас тебе будет достаточно того, что вы имеете». Именно поэтому квартира все чаще пустовала без своего хозяина, который предпочитал теплой квартире их лаборантскую, где на маленьком диване было озвучено слишком много вещей, которые они бы не озвучили в другом месте. Да, Уильяму было достаточно.       Шерлок поставил склянки на полку, аккуратно перевернулся к Мориарти лицом, стараясь не разрушить кольцо из рук. Химик прислонился своим лбом к чужому, тихо вздыхая. — Прости за это, Лиам. — За что? — Устроил спектакль из-за каких-то сорока минут урока… — Тут есть за что переживать, — Уильям усмехнулся, целуя парня в щеку. — Все это будут снимать на камеру для репортажа, так что это увидит не только маленькая группка людей, Шерли. — Тогда я снова хочу вернуться к своей драматичной роли… — Не нужно, я уверен, что ты со всем справишься. Я помогу тебе со всем, обещаю, — блондин параллельно своим словам поглаживал ладонь Холмса кончиком большого пальца. — Попрошу у Альберта добавить меня в твои ассистенты, все-таки урок химии, думаю, что я смогу его убедить. — Альберта? При чем здесь твой брат? — Он директор этой школы, если ты не знал, — математик старался не смеяться, но это выходило плохо. — Разве вы не встречались на собеседовании? — Я не проходил собеседование, меня приняли по рекомендации Джона…       Уильям все же тихо рассмеялся, в который раз поражаясь тому, как обычные вещи проходят у Шерлока. Мориарти оставил мягкие следы на уголках губ Холмса, втягивая того в короткий поцелуй. Брюнет лениво ответил мужчине, резко осознавая насколько он устал и что в нормальной ситуации лег бы спать, но впереди предстояло много работы, поэтому единственным отдыхом был краткий доверительный поцелуй. К огромному сожалению обоих, время шло, поэтому нужно было торопиться. Уильям отстранился первым и обнял химика. — Я сначала забегу к тебе, можешь дать ключи? — Мориарти отошел в сторону выхода, накидывая легкую кофту поверх рубашки. — Не хотелось бы тревожить Мисс Хадсон своим стуком посреди ночи, — Шерлок не стал ничего отвечать и передал математику ключи. — Не скучай здесь один, лучше всего составь план урока, — Уильям замолк на секунду, вспоминая, — У меня на ноутбуке есть файл со всеми планами моих уроков, можешь взять за образец. — Аккуратнее по дороге, прошу, Лиам.       Мориарти шутливо закатил глаза и вышел из лаборантской, тихо прикрыв дверь.

***

      Ближе к трем часам ночи Шерлок получил сообщение от Лиама о том, что все нужные вещи он оставил у него в комнате. На вопрос о том, почему он не вернулся в школу, Уильям отвечал, что Альберт захотел увидеться с ним. Холмс лишь удивленно вскинул бровь, удивляясь тому, что этих двоих не смущает время для встречи. Разумеется, за собой такого химик не замечал, а про математика думал так лишь из-за переживаний по поводу его безопасности.       Шерлок зевнул, вытягивая руки вверх. Даже такому человеку, как он, иногда нужен отдых, тем более после умственной нагрузки. «Зато я справился с планом быстрее, чем рассчитывал. Возможно, даже смогу нормально поспать». Холмс сложил все нужное в сумку, быстро надел джинсовую куртку и направился домой.

***

      Уильям восхищенно прикрыл рот рукой, когда в лаборантскую вошел Шерлок. Убранные в тугой хвост волосы, увлажненные гигиенической помадой губы, уложенные гелем брови. Трехслойный костюм сидел на нем идеально, но математик тут же нахмурился, когда не обнаружил на мужчине галстука. Холмс, прекрасно понимая причину резкой смены настроения, достал из сумки темно-синий шелковый галстук, который должен завершить этот образ. Мориарти ждал, когда химик завяжет на себе линию ткани, но брюнет так и продолжал стоять с вещью в руках. — Можешь, — Шерлоку было неловко говорить такое, поэтому он старался говорить как можно тише, надеясь, что его не услышат, — мне помочь?       Уильям распахнул глаза, смекая, что этот маленький кусочек ткани мог быть слабостью гения химии… Мориарти подскочил с места, выхватывая струящийся шелк из рук мужчины. Шерлок отвернул голову в сторону, стараясь избежать зрительного контакта из-за собственного стыда. Да, галстуки определенно причиняли ему много неудобств, в первую очередь, моральных.       Математик быстро справился со своей задачей, довольно оглядывая мужчину. Холмс внимательно смотрел за эмоциями на его лице: критичный взгляд сменился хитрым прищуром. — Скажу так, — Уильям все еще источал ауру притаившейся лисы, — у них нет шансов. Все максимальные баллы по критериям будут твоими. — Ты преувеличиваешь. — Нисколько.

***

      Шерлок еле стоял на ногах после оглушительного банкета в честь профессионального праздника, поэтому Уильям чуть ли не тащил его на себе полностью. Радовало то, что корпоратив проходил на третьем этаже, поэтому сегодняшний вечер обойдется без казусов на лестнице. От них Мориарти уже знатно устал: бывали случаи, когда он терял сознание прямо на ступеньках — недосып делал свое дело.       Математик ввалился в лаборантскую, падая вместе с Шерлоком на долгожданный диван. День был утомляющим: сначала открытый урок, на котором Уильям удачно ассистировал химику по определенной схеме; после почти полная уроками первая и вторая смены; завершает всю эту суматоху корпоратив, где Холмс удачно напился от излишней нервозности.       Сейчас Уильяму хотелось только лежать, в попытке успокоить ноющие мышцы. Голова начинала раскалываться еще сильнее, хотя парень даже не притрагивался к алкоголю: нагрузки всегда приносили ему ощущения, сравнимые с опьянением. Именно из-за ватной головы Мориарти проклинал прошлую бессонную ночь и долгие посиделки с братом.       Из размышлений его вырвал, ненадолго очнувшийся, Шерлок, который нелепо пытался перевернуться на другой бок. Уильям вздохнул и помог брюнету, заключая его в объятия. Мориарти устало поцеловал мужчину в макушку и решил сну позволить завладеть собой.       «Я так и не предложил ему съехаться…»