Клаузула

Кровь, пот, запах разложения. Хотя нет, третьего тут точно не было. Только кровь и пот. — Валер. — М? Вульф, выпрямившись, всмотрелся в темный горизонт внимательнее, после чего опустил взгляд на улицу, по которой размеренно бродил один шатун. — Как думаешь, мы правильно поступили? Мужчина хмыкнул и почесал изрядно отросшую бороду. Ему нравился этот неугомонный парень. Нравился и раздражал. Он был слишком недальновиден и наивен. — Напомни, насколько хорошо ты знаешь эту территорию. — А это-то тут при чем? — взвился Вульф, не отрываясь от созерцания вялых передвижений мертвеца. — А при том, что те запертые в подвале, скорее всего, местные. Двое там точно военные, соответственно, они могут еще и знать, что произошло. Да и к тому же, раз они там содержатся, значит, не угодили говнюку-предводителю. — Почему ты считаешь его говнюком? — изумленно спросил Вульф, присаживаясь на пол и опираясь затылком о подоконник. — Да потому. Вспомни те тачки в соседнем селе. И прикинь, какие здесь. Тот говнюк явно собирается воевать. И этот — тоже. Соответственно, они оба — говнюки. Они нам точно не друзья. А эти ребята — скорее всего, товарищи. — М-да. Умозаключения, конечно, интересные. Но все же. Ты явно темнишь. Валерий вскочил и вперил злобный взгляд в парня, который встал следом, словно ожидая нападения. — Блять, ничего не утаиваю я! Мне просто их жаль. Вульф хмыкнул и откинулся на стену, почувствовав разрядку. — Точно темнишь. — Ну и иди на хуй. В шесть часов рассвело. Тот мертвец, что прежде отирался посреди проезжей части, отошел за кирпичный забор. Утро выдалось слегка туманным, но солнышко уже начинало разгонять сонную негу, отчего становилось слегка душно и в то же время свежо. Но чувствовалось некое напряжение, будто грядет что-то масштабное. Или так только казалось. Вульф, за ночь ни разу не сомкнувший глаз, продолжал с надеждой наблюдать за дорогой. Но, заслышав в соседней комнате шевеление Валеры, сразу погрустнел. — Ты че, так и не уснул? — ехидно улыбнувшись, поинтересовался мужчина. — Да, знаешь ли, забаррикадировались-то мы хорошо. Однако люди умеют заходить и через окна. Так что… — Боже, неужели ты и в этот раз подумал всерьез? — Представляешь?! — вспылил Вульф и вновь уткнулся заспанными глазами в пустынную проезжую часть. Мужчина, потянувшись, подошел к нему и, положив руку на плечо, по-отечески посмотрел ему в лицо. — Иди спи, мужик, я покараулю. — Мы планировали выдвигаться. — Куда ты пойдешь в таком состоянии? — спросил Валера и глянул на наручные часы. — Да и мешок я пока не сворачивал. Парень кивнул и медленно побрел к спальнику. Перекусив галетами, которые кое-как умудрился протолкнуть в глотку без воды, он отвернулся к стенке и поспешил заснуть. Валерий в это время, взяв винтовку, принялся смотреть на улицу. СОК-94 «Вепрь», зажатый в руках, придавал уверенности. Состояние — словно вчера собрали. Магнетическое и монолитное оружие под калибр 7,62×39 — АКМ¹. Магический и ужасно точный охотничий карабин. Многие так и расшифровывали его название — самозарядный охотничий карабин. Но конструкторы Вятско-Полянского завода «Молот» над этим лишь тихо посмеивались. Валерий был одним из них в период с девяносто пятого по девяносто девятый год, кое-как выживая на маленькую зарплату. Уехав из Вятских Полян, тогда еще молодой «Кулибин» попытался было вернуться в конструкторский промысел на парочке московских и областных заводов, однако его классификация и корочки оказались мало кому нужны. В те времена в России продолжалась анархия — порой даже похлеще, чем сейчас. Примкнув к «ореховцам», местной группировке, Валерий наконец зажил, но в две тысячи третьем уехал в места не столь отдаленные. Благо статья была детская — кража, и отсидел он за нее четыре года. А вернувшись, подался «ишачить»: подрабатывать на тракторах зимой, летом — на стройках, осенью — грузчиком на крытых складах и потихоньку-помаленьку начал восстанавливаться как добропорядочный гражданин. Ах да, карабин. Ортопедический приклад, прицел «Пилад» призматический на кронштейне а-ля «ласточкин хвост». Краты не большие, но много и не надо — тут дай Бог расстояния в метров пятьсот. Как раз какая-то маленькая точка замаячила за штакетником — справа, метрах в трехстах. Вложившись в прицел, сжав рукоять правой рукой, а цевье — левой, мужчина внимательно пригляделся. Движение. Маленькое, еле заметное. Звуки природы заглушали шум, исходивший от объекта, а потому Валерий подумал, что стрелять сначала будет неправильным — скорее всего, промахнется. Выждав пару минут, мужчина удостоверился, что ничего особенного не происходило… Однако вылетевшая из-за забора пуля, прочертив дугу, впилась точно в его левую глазницу. Импульс патрона, раскрошив черепную коробку, вытолкнул ошметки мозга, кожи и крови точно на потолок. А обмякшее тело, выронив винтовку, шмякнулось на пол, разбудив Вульфа. — Сука. Валер? — тихо, но настойчиво поинтересовался парень, продолжая вжиматься в спальный мешок. — Хорош шмалять. Но ответа не последовало. По лбу Вульфа пробежала капелька пота, а вдоль всего туловища в обе стороны полетели волны мурашек. Волосы вздыбились, руки и ноги сковал легкий шок. Выстрел был один, а Валера не отвечал. Что-то явно случилось. Достав нож, парень двинулся вдоль кирпичной стены и, выйдя в комнату, где у них был образован наблюдательный пункт, еле сдержал рвотные позывы. Тело Валерия Саныча, распластавшись на спине, лежало неподвижно. Огромная дыра зияла точно в области левого глаза. Карабин, столь сильно оберегаемый ныне покойным, лежал на полу перед телом, а патроны… Сука, он его даже не снарядил! Твою мать… — Валер, ну зачем же ты так просто и по-тупому сидел у окна? — с досадой пробормотал парень и принялся ползти к стене, чтобы забрать карабин, но, как только подобрался ближе и глянул на труп, его смачно вырвало. Прогремел еще один выстрел. Пуля прочертила дугу и ударилась о потолок, оставив в нем крупную пробоину. Парня словно током ударило. Он сжался на полу, надеясь на благоприятный исход. Точнее, тогда он ни о чем не думал. Его обуял страх и сильный шок. Схватив винтовку, Вульф тоже глянул в прицел, но незамедлительно прогремел еще один выстрел, и…

* * *

— Блять! Сука! С ебаны! Блять!! — Тихо! — гаркнул из соседней комнаты Валерий, и через секунду, прогремев ботами вдоль стенки, его грузное, но живое тело оказалось в дверном проеме. Злое выражение лица тут же сменилось растерянностью, и он, опустив карабин на пол, подошел к парню и протянул ему бутылку воды. — Там был… сон… — Расслабься, не трясись. Все нормально. — Нет… стой. Там сон… был… Тебя убили… Из ружья. С улицы. Может, не будешь смотреть? Окрестности, — парень дрожал как осиновый лист, будто от удара током. Вода, выпитая на четверть, почти наполовину была пролита ему на штаны, а Валерий Саныч опустился на одно колено и теперь спокойным, понимающим и немного сочувствующим взглядом смотрел на шокированного спутника, давая ему время и возможность выговориться. — Там эти… С лагеря… Черт… — Засыпай, мужик. Я подежурю. — Да как же я теперь усну? Валерий, пожав плечами, мягко улыбнулся и, похлопав Вульфа по спине, побрел обратно на пост. Но садиться у открытого окна, полируя взглядом оптику, не решился. Сильно уж впечатлили прожженного мужика слова парня. — Эх… Старею, — заметил Валерий и, покрепче прижав винтовку к себе, принялся украдкой посматривать на перекресток.

* * *

— Черт. Вроде апокалипсис настал, а Некит где-то умудрился бока наесть. Беглецы выстроились в колонну и теперь шли, минуя наружные патрули. Впереди двигался Дима, посередине — Леха, таща на плечах раненого Воронова, а замыкала вереницу Аня. Она то и дело оглядывалась по сторонам, пребывая в легкой прострации. До нужной улицы оставалась пара сотен метров. Но патрулей, которые им встречались на пути, почему-то было слишком много. Видно, Алекс то ли прознал про побег, то ли просто усилил охрану территории Павлодара. — Ребят, давай-те перекурим, тяжелый он, — заскулил Леха и, не дожидаясь ответа, бережно опустил Воронова на землю, подперев затылком раненого облупившуюся стенку. Девушка, что-то решив для себя, зашла в ближайший дом и, аккуратно и беззвучно ступая по деревянным доскам, пробралась на чердак, где, отыскав два топора и кучу молотков, собрала их в лежавший в сене вещмешок и сбросила вниз. — Разбирайте, — проговорила она и осторожно выкарабкалась на крышу, откуда принялась изучать местность и высматривать патрули впереди. — Во баба, я б ее… — Тихо ты, как мудак себя ведешь, — шикнул на товарища Дима и, отдышавшись, встал, взял мешок. — А че не так-то? — спросил Леха, сделав изумленное лицо. — Мы год почти отгнили в ебучей армейке. Кто-кто, а я точно в увал не ходил и девок там не клеил, в отличие от тебя, святоша… Последние слова Леха будто процедил, что не слишком понравилось Диме. Однако он решил не ввязываться в словесную перепалку и при возможности в будущем припомнить товарищу обиду. — Ребят, — обратила на себя внимание вернувшаяся Аня, — прямо по улице аванпост — в доме справа. Можем пройти дворами, но мы их никогда не чистили. Велик шанс с шатунами столкнуться… — А второй вариант есть? — поинтересовался Дима, натянув приятную улыбку. Леха, глянув на товарища, сразу все понял и, ехидно усмехнувшись, подхватил на плечи Ворона. — Идем дворами. На улице аванпост. Не проскочим, — сказал он и двинулся вперед, вынуждая товарищей спешно разобрать оружие из мешка и последовать за ним. Перебравшись через низенький забор, Аня открыла калитку и впустила на участок двух вояк, которые, словно облупленные, уставились на роскошного вида особняк, крыльцо которого малость покосилось и было испачкано засохшей кровью. — Надо внутрь. Там, может, вода будет. — Вряд ли, — огорчила вмиг воодушевившихся парней девушка. — Коммуникации отключили на второй день. А к этому дому даже их не проводили. — Ну, может, колодец? — А это возможно, но… Не успела Аня довершить мысль, как дверь особняка с грохотом рассыпалась. Девушка, отскочив в сторону, взвизгнула, чем привлекла внимание мертвецов, толпой поваливших изнутри на дневной свет. — Бля, — выругался Леха и, вновь подхватив Воронова, понесся прочь от крыльца. Дима, выхватив из-за лямки топор, первому подскочившему к нему шатуну размозжил байком голову. Кровь вперемешку с мозгом темно-алого цвета брызнула на стенку, окрасив и без того уродливый рыжий кирпич в еще более непритязательный оттенок. Аня, совладав с эмоциями, бросилась вдогонку за Лехой, к которому уже на всех парах неслись два мертвеца, вытягивая вперед руки и клацая зубами. Дима, разбив еще одному голову, оттолкнул третьего и двинулся вдогонку за спутниками. К этому времени Леха с раненым пересек половину участка и застрял рядом с огородом. Высокая трава мешала видимости, а из-за зарослей раздавалось уже знакомое рычание. Ребятами постепенно овладевала паника. Саданув по голове очередного мертвяка, Дима вонзил топор в затылок следующему, ползшему по земле, но вырвать обратно не смог. Один из шатунов, вырвавшись из неплотной толпы, повалил Диму и уже метился своими зубами точно ему в шею, но на помощь подоспела Аня. Она, в два шага подскочив к упавшему товарищу, оттолкнула мертвеца и с хрен пойми откуда взявшейся силой рывком подняла Диму, который, успев выхватить молоток, пару раз ударил наиболее близко подошедшего монстра, но затем, плюнув на это дело, бросился догонять кинувшуюся прочь девушку. — На крики скоро Алекс собак пустит, — злобно зашипел стоявший под забором Леха. — Я знаю, — сказал Дима и, убрав импровизированное оружие, подсадил товарища на кирпичный столб, куда уже через секунду вместе с Аней подталкивал за плечи раненого Воронова. — Аня, давай! — крикнул парень и подсадил девушку, после чего снял рюкзак и, перебросив его через забор, сам быстро вскарабкался на столб, а затем, уже через несколько мгновений, на быстрых ногах нагнал ребят, спешно ретирующихся с пустынной улицы в ближайший особнячок. — Бля, вот вы конченные, — констатировал факт Леха, мучаясь от одышки. — Сначала из одного дома валит толпа мертвецов. Хули они там делали вообще? — он шумно сглотнул и сел на пол, оперевшись о стенку под зашторенным окном. — А теперь опять укрываемся в блядском доме, только в другом. — Не ворчи. У нас не было выбора, — прошептала Аня, пытаясь отдышаться. — Я весь в крови, — пожаловался Дима и пошел на кухню. Девушка и парень, взглянув друг на друга, кивнули в знак обоюдной благодарности и вновь вперили взоры в дубовую дверь, закрытую на маленькую щеколду. Адреналин лишь начинал уходить. Но вместе с его исчезновением приходило и осознание того, что они только что пережили. Вместе с ним к Ане подкрались ужас и шок. Она, настороженно посмотрев в окно, уронила голову на скрещенные на коленках руки и тихо заплакала. — Эй, ты чего? — нежно прошептал Леха, чего от него явно не ожидали ни сама девушка, ни уж тем более Дима, успевший переворошить содержимое всех полок в доме и нашедший пару консервов, которые он с довольной улыбкой вынес в прихожую. — Мы не сможем выжить! — с досадой пробормотала Аня, не поднимая лица. — Никита умрет, мы обречены. Те люди явно уже ушли. Да и мы… голодные, без воды и медикаментов. — Ну, допустим, проблему с голодом я уже более-менее решил, — уверенно сказал Дима, подходя к девушке и протягивая ей банку консервированных ананасов. — Насчет воды… Снаружи вроде есть колодец, а бутылок тут полно, только что посмотрел. А вот что касается ребят… Да, может, уже и ушли. Но я чувствую, что это не так! — с жаром произнес он и бросил еще одну банку Лехе. — Это ты с чего такие догадки строишь? — скептически изогнув бровь, спросил Тарасов. — Да все просто. Пока вы в шоке убегали от поваливших из дверей шатунов, кто-то убил одного точным выстрелом в голову. В суматохе мы и разобраться не смогли. А я заметил, как он заваливается на ступеньки. — Бля, давай короче! — взвился Леха, наслаждаясь сладковатым холодом водички. — Если короче, — выдержав паузу, парень посмотрел на Аню, вытиравшую слезы, — они все еще здесь. Леха, громыхнув банкой, встал было с пола, но тут же опустился на табуретку, стоявшую рядом со шкафом. — С равным успехом это могли быть люди Алекса, — разочарованно сказала Аня, пересаживаясь на пыльный диван. — Ну, тогда бы они нас убили, а на мертвецов бы положили болт, — оправдался Дима. — Они вон там, — он вытянул руку, указывая предположительное местонахождение стрелка. — Думаю, в двух домах от нас. Если ускоримся — окажемся на месте минут эдак через пятнадцать. — А патрули? — возразил Тарасов. — Их тут точно быть не может, — сказала девушка, поставив точку в споре. — Мы эти места очистили от зараженных еще в первые дни. Да и вокруг этого района Павлодара речка, вернее, с одной стороны. Оттуда они не придут. — Ну и отлично, тогда двинули, — подхватив раненого, сказал Леха и поплелся ко второму выходу, который, как выяснилось, располагался в гостиной, примыкавшей к кухне.

* * *

— Вульф, вставай, у меня новости, — позвал Валерий Саныч, пытаясь безуспешно растолкать спящего парня. — Что такое? — сквозь дрему поинтересовался тот. Мужчина, улыбнувшись, наклонился вперед. — Те ребята из подвала почти добрались до нас. Я установил с ними зрительный контакт. — Это как? Мужчина хмыкнул. — Бликанул оптикой, а они мне махнули рукой. — Все в порядке? — Не уверен… — В каком смысле? — Двое тащили на плечах третьего, и к тому же они все в крови, — мужчина пожал плечами. — Они явно нам не товарищи. — Группой проще будет чесать в Москву. — Так ты еще и в Москву собрался?! — вспылив, Валерий Саныч отошел от парня, словно боялся обжечься. — Я тебе разве сразу не сказал? — Ни хера ты мне не говорил, малой. А я в другую сторону. — Эй, Валер, погоди. Давай примем ребят, как полагается, а потом уже договоримся, кто и куда пойдет. Валерий Саныч, почесав подбородок, бросил взгляд на часы, потом — вновь на Вульфа. — Хуй с тобой. Иди, встречай, — сказав это, мужчина поплелся обратно к окну и, сев подальше, закурил сигарету. — Блестяще, — бросил, ни к кому не обращаясь, парень и пошел в сторону лестницы. _______ ¹ Автомат Калашникова модернизированный