Crime & remorse

      Торговый центр в Портланде и правда поражал воображение. Одна только подземная стоянка была размером с несколько футбольных полей. Молл на первом этаже походил на гигантский аквариум — сплошь огромные витрины, деревья в кадках и уходящие за горизонт стеллажи с товарами, мимо которых лениво снуют стайки покупателей. На втором этаже рестораны — японский, корейский, парочка китайских, русский, итальянский и, конечно, нормальные — Макдональдс, Тако Белл, Кей Эф Си.       Тим со Смитом прошлись по второму этажу основательно: съели большую пиццу пепперони, закусили её буррито и под конец лениво выпили по молочному коктейлю в Макдональдс. В общем — тянули время.       Подниматься на третий этаж, занятый магазинами одежды, обоим ужасно не хотелось. Нет для простого парня более тоскливого занятия, чем примерка штанов, кед, кофт и курток. Смит сам отдал бы, пожалуй, парочку выходных, лишь бы не ехать с сыном за одеждой, но Лиза попросила. Не заставила, нет, именно попросила, но так, что стало ясно — отказаться нельзя.       Смит вздохнул, вынул из кармана помятый листок со списком шмотья, которым стоило обновить гардероб растущего мальчишки: джинсы — две пары, кроссовки для бега, кроссовки для школы, футболки, толстовки, трусы, носки… С таким списком можно было застрять на весь день.       — Ну… Пошли, что ли? — грустно позвал он.       Тимоти сердито хлюпнул молочным коктейлем и помрачнел.       — Мне самому это не нравится, — признался Смит, — но что делать, если ты растешь как бамбук. Мама говорит, у тебя все штаны на заднице протерлись.       — Пошли. — Тим сдул со лба челку и закатил глаза. — Пап? А потом поедем в тир, да?       — Посмотрим. Если справимся за час, то да.       Возле первого же магазина они остановились, и Смит озвучил план:       — Значит так. Берём здесь всё, что есть в списке. Сперва то, что нужно мерить, потом все остальное. Цвет и форму выбирай сразу, чтобы в примерочной не возиться полдня.       — Как мама, да? — усмехнулся пацан.       — Да, как мама. Начали! — скомандовал Смит.       Тимоти резво пробежался по рядам, выбрал пару толстовок, штаны с большими карманами, джинсы и рубашку такой ядовитой расцветки, что глаза защипало. Джим проверил, что все шмотки нужного размера, добавил до кучи ещё пару джинсов (без дырок на коленях), пару «приличных» рубашек и толстовку без сомнительных надписей и черепов. В примерочной тоже долго не рассусоливали: толстовки и рубашки все подошли, благо пацан тянулся вверх, а не рос в ширь, а вот с широкими джинсами вышло странно.       — Они тебе велики́, — заметил Смит, когда Тимоти натянул штаны.       — Пап, да это стиль такой! Ты не понимаешь! — Тим застегнул ширинку, но пояс сразу пополз с бедер вниз.       — Ерунда, они просто тебе не по размеру. Таких как ты можно ещё двоих сюда запихнуть!       — Их так носят! — упёрся Тимоти.       — У тебя спереди трусы торчат, а сзади вся задница снаружи. На чем они, по-твоему, будут держаться?       — Они не свалятся, если идти специальным шагом! У них низкая посадка! Так все носят! — Тим натянул пониже футболку, прикрывая те места, где должен был быть пояс штанов, но его там не было.       — Кто все? — уточнил Смит.       — Ну, Эминем…       — Я думал, эта мода уже прошла. Эминем? Он же рэпер? Ты, вроде, не слушаешь рэп.       — Ну, пап! — пацан нахмурился. Черные глаза блеснули упрямо. — Я давно такие хотел!       Смит понял, что вопрос принципиальный и отступил:       — Ладно, маме сам будешь объяснять. Переодевайся и бежим дальше!       — Я в них пойду!       — Тимми, не смеши людей!       На лбу у парня нарисовалась упрямая складка, губы поджались, а сваливающиеся штаны он упрямо подтянул выше.       — Черт с тобой, носи, что хочешь. — Сдался Смит.       Следующим пунктом в Лизином списке шли кроссовки, и Джим с сыном нырнули магазин обуви.       Здесь дело тоже шло бодро. Примерили пару Найков — оказалось, что с за лето лапа у Тима выросла на целый размер, — купили всё быстро и без проволочек, особых требований парень не высказывал.       В фойе Смит взглянул на часы и удовлетворенно кивнул:       — Идем с опережением графика.       — С тобой прикольно ходить по магазинам, пап. — Тим усмехнулся. Беготня настроила его на веселый лад. — С мамой бы я все еще мерил штаны.       — Вот и цени. Так, что там дальше? — Джим сверился со списком, — трусы, носки, футболки… «Маркс энд Спенсер», отлично. Возьмём здесь всё по максимуму. Зашли – вышли, на всё про всё десять минут.       С бельем разобрались даже быстрее — за семь.       — Такими темпами ещё и в кино успеем! — Смит подмигнул сыну. — Осталась ветровка, а то старая твоя над костром подпалилась. Пошли.       Джим уже был весь увешан фирменными сумками и пакетами, но радость, что впереди последний магазин, придавала сил. Тим и вовсе развеселился — бегал между рядами вешалок, подскакивая, как молодой олень, и то и дело поправляя спадающие штаны.       Ветровку от «Коламбии» выбрали сразу, померили — подошла. Дело было сделано, а до начала сеанса оставалась еще куча времени, и Смит решил заодно посмотреть что-нибудь себе. Тимоти носился вокруг, путаясь в штанинах и ехидно комментируя его выбор:       — В этой ты будешь, как наш старый тренер! Он носил коричневую куртку, чтобы не было заметно грязи. А в этой ты выглядишь, как дедушка Хенк — он к старости стал уменьшаться в размере, а одежда на нем как будто росла! Эта тебе не идет, ты в ней еще старше, возьми что-нибудь молодежное...       — Тьфу! К черту все. — Рассердился Смит. — Пошли уже. Что там показывают? Новых «Мстителей»? «Человека-паука»?       — «Стражей галактики»! — Тим унесся куда-то дальше по проходу между куртками и пуховиками, затаился на миг, и вернулся с подозрительно довольным видом. Под футболкой на спине у него что-то слегка оттопыривалось.       — Что там у тебя? — удивился Джим.       — Ничего... — пацан глянул в ответ испуганно, но тут же напустил на себя скучающий вид.       Сигнал тревоги в голове у Смита зазвучал не сразу. Давно не было от парня неприятностей, все расслабились. После свадьбы — на которую Джим с Лизой и решились во многом благодаря Тиму — тот вроде бы остыл, проблем не подкидывал. Шелковым было не назвать, периодически что-то он откаблучивал, что «предки» списывали на подростковый возраст, но по-крупному не беспокоил. Но тут сердце у Смита вдруг ёкнуло. Запахло жаренным.       Блеснул у мальчишки в глазах некий нездоровый азарт, и блеск этот напугал Смита не на шутку. Он схватил Тима за плечо, но тот взглянул в ответ такими честными глазами, что стало ясно — дело не чисто. Плечом он дернул и, вырвавшись, побежал к выходу.       — Тим! — крикнул вдогонку Смит.       Мальчишка замер.