Серия «Smith & Wesson»

Соседский пацан был той еще занозой в заднице. Нормальный мальчишка, который вырос на его глазах, год назад буквально сорвался с цепи, как только узнал, что Смит ходит на свидания с его мамой. В этом не было ничего такого — Лиза вдова, Джим — холостяк. Почему бы им и не встречаться. Вот только Тим на новость отреагировал странно. Нервно. Вдруг полез из кожи вон, лишь бы доказать маме и Джиму, что он, видите ли, — хулиган.

В классах было темно, а в коридорах горела одна лампа из пяти. Чтобы кроссовки не скрипели по линолеуму, он выработал специальный шаг — не с пятки на носок, а всей стопой сразу, так выходило тише, хоть двигаться приходилось крадучись. Перчаток Тим на всякий случай не снимал, чтобы не оставлять отпечатки пальцев.

Тим осторожно расстегнул молнию на москитной сетке, высунул голову из палатки и огляделся: рассвет только начался, и зарево на востоке было совсем бледным — узкая полоска света розовела, как долька грейпфрута, — но небо уже светлело, и можно было двигаться без фонарика. Тим понюхал сырой ночной воздух, поежился и тихонько пополз сквозь открытую застежку наружу.

Никогда Джереми Смит не считал себя хорошим оратором. Он вообще не очень-то любил трепаться, и общий язык с приемным сыном ему было найти не так-то просто. Не словами строились их отношения, а делами. Вниманием. Участием. Заботой и поддержкой. И еще — грустно было самому себе в этом признаваться, — но был и еще один инструмент. Ремень.

— Прощайте! — прошипел Тим родному дому, обернувшись, и тут же поежился — ночь обещала быть прохладной, а он убежал в одних пижамных штанах и футболке. Ну и пусть! Никогда он туда не вернется, и никогда из дома ничего не возьмет. Порваны узы! Сожжены мосты! Навсегда…

Тим присел на край своей постели и подумал, что ссориться с папой совершенно не хочется, а теперь, когда тот знает, куда он собрался, выйти из дома будет не так-то просто. Впрочем, плох тот подросток, который не знает, как улизнуть из-под родительского надзора...