Hūra syt zaldrīzes | Луна для дракона

Королевская Гавань.        Лучи раннего солнца касались алых крыш домов, где с минуту на минуту закипит жизнь. Свет скользил по стенам домов, улицам и дорогам. В переулках лаяли псы, где-то кошки бегали друг за другом по крышам, то гоняли птиц. Из одной таверны выкинули пьянчугу, что тут же на землю излил недавно выпитый эль и пиво. Из таверны раздавался звонкий хохот, звуки веселья и песен, что пока ещё звучали. Мужчина поднялся с трудом, на неустойчивых ногах, покачнулся, снова падая в свою же лужу блевотины. А когда ему все же удалось подняться, посмотрел хмуро на заведение, из которого его вышвырнули после парочки нелестных фраз. Это ещё хорошо, что его выкинули, а ведь дело могло дойти до мордобоя. Пробубнив что-то не членораздельное, пьяница сплюнул на землю, но слюна повисла на подбородке. Шатаясь, он побрел по улицам.        Ей не посчастливилось выйти столь рано утром и попасть в страшную ситуацию. И ведь никто не поможет, зови, не зови. А все потому, что папенька попросил принести из ювелирной лавки пару изделий, которые он не завершил. Хотел что-то пересмотреть. Дал ключи, сказав, что городская стража патрулирует улицы и там безопасно, лавка находится рядом. Все же вчера ночью принц Деймон Таргариен устроил охоту на негодяев. Как бы не так! Маргари замычала, когда грубая мозолистая ладонь прошлась по ее бедру. Девушка всхлипнула. Когда подол задрался, она задрожала. Вторая рука, удерживающая ее рот, отстранилась, дав бедняжке вздохнуть и не вывернуть желудок прямо сейчас. Ведь от этого мужика так несло алкоголем! Словно он неделями не покидал паб. Маргари взмолилась, прося, чтобы ее отпустили, но взамен получила сальный поцелуй в шею и ещё больше рвотных позывов.        — Пожалуйста, отпустите меня! — молила Маргари.        Мужик поднял на нее затуманенный похотью взгляд и дыхнул прямо в лицо из-за чего бедняжка позеленела пуще прежнего, докер усмехнулся, проведя мозолистыми грязными пальцами по нежной коже щеки девицы.        — Какая неж-ая, прям... как у принце-це-сссы, — пьяно проговорил тот.        Маргари вскрикнула, когда лиф ее дорого платья, из пентосийского шелка рванули на груди. К зелени прибавилось краска стыда и унижения. Девушка всхлипнула, начав потихоньку рыдать. Бородач тем временем обхватил ее груди, начав грубые ласки. Дочь ювелира отчаянно звала на помощь. Пока ее рот не зажали мозолистой ладонью, по щекам Маргари потекли слезы.        Рейегон провел эту ночь в компании Мисарии, прекрасно отдохнув в объятиях лиснийки. На рассвете он покинул танцовщицу, перед этим понежившись в объятиях белокурой любовницы с кровью И-Ти. Рейегон неспешной прогулкой направился в Красный Замок, поправляя плащ на плечах. Со стороны принц-медведь мог показаться случайным не чайным прохожим, вором или насильником, что избежал участи попасть под руку золотых плащей, да и такого крупного мужчину едва ли в пятером удержишь. Таргариен поправил капюшон на голове устремляя взгляд к рассветному небу, хмыкнув он продолжил идти, тело приятно тянуло после ночи любви с лиснийкой. Где-то в переулке лаяли дворняги, по черепичным красным крышам носились кошки за голубями и чайками.        Раздался первый звон колоколов Великой Септы: раз, два и ещё четыре раза. Принц хмыкнул отмечая шесть часов утра.        — Эй, ты, а ну стой! — раздался басистый уверенный голос за спиной, примерно в двух метрах.        Беловолосы медленно развернулся встав в пол оборота, темная ткань едва сдвинулась с его головы, показывая суровые черты лица. Златоплащник остановился в метре от него и выпрямился узнавая.        — Мой принц, прошу прощения, — взволновано произнес Харвин Стронг.        — Все в порядке, сир Стронг, это ваш долг проверять каждого, следить за безопасностью и спокойствием горожан, — произнес Рейегон, жестом предлагая Харвину пройтись с ним. Стронг не стал отказывать, поравнявшись с принцем пошел вместе с ним.        Во время небольшой совместной прогулки Рейегон выяснил, что Стронг заканчивал обход улиц и собирался направиться в гарнизон золотых плащей. Рейегон же поделился тем, что этим утром вышел на прогулку. Харвин понимал, что принц говорит не всю правду, да и не обязан Таргариен отчитываться перед ним. По губам мужчины скользнула теплая улыбка, что потонула в густых темных усах.        Проходя один из переулков, мужчины услышали мольбу о помощи. Не медля и секунды, Рейегон завернул за угол, Харвин за ним. То, что увидел принц Драконей Крови, совсем не впечатлило его, а разозлило, искажая прекрасные черты лица в хмурую гримасу. Стронг напрягся, замечая следующие: бедную девушку прижали к стене, задрали юбки платья в явном намерение совершить насилие: штаны мужика спущены. Вот ведь ублюдок! Не зря принц Деймон велит таких кастрировать. Стронг положил руку на рукоять меча, готовый вот-вот бросится на защиту бедняжки, но голос принца его опередил:        — Убери от девушки грязные руки, — раздался громкий голос Рейегона с рычащими нотками, точно у медведя. Несмотря на свои размеры, Таргариен двигается легко и плавно.        Мужик замер, не убирая руки от промежности девицы. Глянул на прервавших его мужиков с недовольной физиономией.        — А подика ты нахер, — выплюнул тот.        Стронг не успел ничего сделать, как Рейегон Таргариен оказался рядом с пьяницей, схватил того за шкирку, как напакостившего щенка, и вздернул, отрывая тушу от девушки и земли. Мужик протестующие замямлил, заболтав ногами по воздуху. От столь стремительных действий капюшон слетел с серебристых волос, что заблестели белым золотом под лучами солнца. Докер издал странный звук, то ли вздох, то ли хрюканье. Глаза его расширились, стоило встретить пурпурный взор принца.        — Я же сказал отойти от нее, — в голосе всадника Вхагар звенела угроза.        — Молю вас принц... — промямлил мужик.        — Молчи.        Харвин тем временем помог бедняжке, что тряслась всем телом, поправить складки платья. Мужчина, сняв плащ с плечей, укрыл им девушку. Как он выяснил, успокаивая девушку, ее зовут Маргари и что она дочь ювелира. Она сказала, что живет рядом. Маргари с благодарностью смотрела на Харвина и Рейегона. Она дрожащим от пережитого голосом произносила слова благодарности. Рейегон кивнул, когда шатен повел девушку по улице, провожая ее. Таргариен, ещё раз тряхнув мужика, повел его в ближайшее казармы золотых плащей, попутно велев натянуть штаны. Казармы находились почти у самых врат Красного Замка. Беловолосый беспрепятственно прошел в открытые тяжёлые ворота казарм. Там, во дворе расхаживали стражи, занимаясь своими делами. Многие из мужчин заметили подошедшего принца, поприветствовали его. Деймон стоял с несколькими рыцарями, весь всклокоченный, волосы его растрепаны. Он обернулся, заметив, куда смотрят его подчинённые. Его брови взметнулись вверх.        — Рейегон, кого ты к нам привёл? — спросил Деймон, с улыбкой разглядывая лавандовым взором грязного мужика, что за шкирку тащил за собой кузен. Мужик не сопротивлялся понимая, что наказания за содеянное ему не избежать.        Рейегон рассказал о случившемся. Деймон его выслушал, жестом велел отвести мужика, того подхватили под руки двое рыцарей и увели прочь. Через некоторое время вернулся Харвин Стронг, что поприветствовал принцев Драконьей династии. Он также подтвердил слова Рейегона. Они постояли не много, а затем за собирались в замок.        — Какое сегодня чудесное утро, — чуть весёлым тоном произнес Деймон, поглядев на Рейегона.        — Неужто, утро и в правду восхитительно, — ответил в тон двоюродному брату Рейегон, — соизволил светскую беседу вести?        — Почему бы и нет? — приподнял бледные почти невидимые брови Деймон, из-за этого его обыденное хмурое лицо изменилось, — Харвин, я полагаюсь на тебя, — дополнил принц города обращаясь к Стронгу.        Шатен с кудрявой шевелюрой склонил голову принимая временное управление, заверяя Деймона, что все будет в порядке. Кивнув одобрительно Деймон отпустил Стронга. Таргариены покинули городские казармы Золотых плащей, прошли дворик и вышли за ворота.        — Хороший он, — произнес в невзначай Рейегон, поправляя плащ.        — Нравится мне Стронг, — хмыкнул Деймон, — с виду мягкий, но на деле тот ещё железный кулак.        Весь оставшийся путь до замка принцы провели в разговоре на высоком валирийском, в основном говорили о лорде-деснице, проблемах со Ступенями, грядущем турнире, периодически подшучивая.        * * *        — Суп из его собственного яда, — задумчиво произнес Рейегон на валирийском, не беспокоясь, что его слова сочтут изменой, поглядывая в сторону балкона, за которым шумели волны и город просыпался.        Деймон, сидевший напротив места десницы, пошевелился, доспехи звякнули. Мужчина фыркнул, встречаясь взглядом с двоюродным братом. В зале Совета они пока вдвоем. Конечно, если не брать во внимание несколько белоплащников, что рассредоточились по углам, стоя неподвижными изваяниями.        Утреннее солнце заливало зал Малого Совета, озаряя его теплом, ласково касаясь лучами сидящих за столом мужчин, шлема и все пространство, что лежал рядом с чашой Деймона где расположилась его мраморная сфера. Пока за окнами кричали чайки.        — Я бы с удовольствием взглянул на то, как он давится им, — усмехнулся Деймон, — только вот он и собственный яд переживёт.        Им не нужно было называть имени. Оба прекрасно понимали, о ком говорят. Принцы разделяли взаимную неприязнь к деснице короля, считая, что овечка позабыла о том, что она овечка, а не дракон. Десница слишком возгордился своим положением, раз додумался плести интриги за спиной короля. Мужчины переглядываются, общаясь взглядами, Деймон усмехается, а Рейегон растягивает губы в улыбке.        — Какая жалость, — с нескрываемым сарказмом протянул Рейегон.        За дверьми зала Совета стало шумно. Мужчины повернули голову ко входу, внимательно наблюдая, ожидая. Гвардейцы встали еще прямее. Мальчик виночерпий был готов склонить голову в приветственном жесте монарха. Двери открылись, пропуская стремительно идущего Визериса. Полы его черного расписного плаща развивались. За ним угрюмой тенью следовал Лорд-десница. Рыжеволосый мужчина попутно говорил, бросив взгляд на двух принцев. Надо же, оба пришли рано, Рейегон всегда присутствует на заседаниях, редко мастер над шептунами отсутствует, а вот Деймон соизволил таки явить свою скромную персону на Совет. Явно погода переменится и снег выпадет раньше, чем предсказывали мейстеры.        — ... Принц Деймон самолично выносил приговор преступникам всех мастей. Им потребовалось три телеги, чтобы вывести тела, люд Королевской Гавани взволновал, — произнес Отто зычным голосом, обходя стол, беря своих шар, чувствуя, как тот приятно холодит кожу.        — Боги, — выдохнул устало Визерис, присаживаясь на место во главе стола, лениво крутя пальцами черный шар, прежде чем положить его в чашу.        Только утро наступило, только король успел позавтракать с семьей, как практически сразу десница обрадовал "добрыми" вестями о гонениях, устроенные его братом на улицах столицы, что продолжались до раннего рассвета.        — Может накормим его хмурым супом? — спросил Рейегон, приподняв бровь, потеряв интерес к деснице.        Деймон скривил губы в насмешке: бросив острый взгляд на Хайтауэра. Несомненно, Отто понял, что речь идёт о нем. Пока остальные члены Малого Совета рассаживались по своим местам, кладя мраморные шары в блюдца, тихо переговариваясь, обсуждая новости прошедшей ночи. Визерис бросил пристальный взгляд на лохматого брата, словно он не патруль вел, а с медведем боролся, а затем на Рейегона, что откинулся на спинку стула, скрестив руки на крепкой груди. Принцы Таргариены поприветствовали короля, как и остальных членов Совета. В основном это сделал Рейегон. Корлис Веларион внимательно наблюдал за ними.        — Я же сказал: переживёт, — ответил Деймон спустя минуту молчания.        — К сожалению, — хмыкнул мастер над шептунами.        — О чем вы говорите? — спросил Визерис.        — О супе, — ответил младший брат. Кривя тонкие губы в ухмылке. Они с Рейегоном переглянулись друг с другом. Деймон обратился к лорду-деснице: — что вы там говорили обо мне и моих людях? Кстати, спасибо за похвалу, — и растянул губы в нахальной улыбке.        Хайтауэр нахмурился пуще прежнего, желваки заиграли на скулах. Мужчина тихо вдохнул и выдохнул, стараясь не поддаваться провокациям принца Деймона, что ведёт себя как малое дитя. Карие глаза встретились с острыми, наблюдающими лавандовыми. В них плясали искры насмешки. Пауза затягивалась, и нужно было ответить. Отто прочистил горло и взял хрустальный кубок, наполненный вином, отпил немного, пока мальчишка виночерпий отошёл к столу у стены, закончив работу, в то время как у принцессы занятия с септой, как и у его дочери. Хайтауэр заговорил:        — Вы должны объяснить действия Городской стражи, — спокойным, монотонным голосом произнес Отто, словно зачитывал очередной доклад по сельскому хозяйству, будучи школяром в Цитадели.        — Твои Псы вчера показали себя, — чуть весёлым тоном произнес Визерис, переводя сиреневый взгляд с десницы на брата: пока остальные наблюдают за их разговором.        — Вот как, — протянув ответил Деймон.        — Городская стража - это не меч, которым можно размахивать, как вздумается, это инструмент Короны, — ответил Хайтауэр нахмурившись.        — Только вот стража действовала в рамках закона, не так ли, лорд Стронг? — спросил Деймон, повернув голову к мастеру над законом. Пока Лионель, чуть замявшись, отвечал, принц продолжил: — в столицу стекается знать со всех концов государства, дабы посетить турнир, базары, услышать звон колоколов, знаменующих рождение наследника престола. А тут что? Срань, засранцы чувствуют безнаказанность их стоило подвести к букве закона, Рейегон с утра привел в казармы Золотых плащей пьянчугу, что пытался изнасиловать ювелирную девчонку. Знаете, какое наказание было? — Деймон позволил этому повиснуть в воздухе, он добавил: — наш город должен быть безопасным.        — Согласен, — кивнул государь, — надеюсь ради этой благой цели, ты не искалечишь пол столицы, — братья обменялись улыбками.        Деймон что-то пробормотал. Визерис дёрнул кустистыми бровями медлено принемая серьезный вид и перевёл сиреневый взгляд на Велариона, что - подал голос:        — Мы наказали принцу Деймону следить за порядком в столице. На мой взгляд, его высочество прекрасно справляется, — заговорил Корлис Веларион, перебирая пальцами по столешнице. Валириец бросил взгляд на присутствующих, чуть приподняв широкие темные брови.        — Рвение принца Деймона похвально. Вот бы ему уделять столько же внимание своей супруге и дочери, — ответил Отто.        Рейегон и Визерис отпили вина из кубков. Не считая нужным пока что вмешиваться. Хотя ситуация накалялась. А вот задевать личную жизнь принца города было лишним, Деймон хищно улыбнулся. Хайтауэр напрягся под взглядом всадника Караксеса.        — Как давно ваша супруга почила, лорд-десница, лет десять назад? — небрежно бросил Деймон, прокручивая кубок с вином в руке.        — Двенадцать, — с нажимом произнес Хайтауэр, сильно сжимая челюсти.        — А, тогда вам в самый раз завести любовницу, дабы она согрела вам ложе, — ухмыльнулся лавандовоглазый, — а то вы так заглядываетесь на мою супругу. Знаете ли, я ревнивый. О долге не переживайте, — Деймон облизнул губы, все ещё чувствуя на них фантомный вкус Эллуйнис, — вся Твердыня Мейегора знает, как моя жена кричит подо мной, — мужчина растянул губы в дерзкой улыбке, — ее вкус: слаще меда. Вчера она издавала такие сладкие звуки, когда я прижимал ее к стене...        Мужчины смущённо кашлянули: у кого-то загорелись мочки ушей, а кто-то покрылся лёгким румянцем, другие отводили взгляд. Корлис изогнул губы в ухмылке и посмотрел в сторону балкона. Рейегон опустил голову на сложенные руки, что покоились на столе, крепкие плечи подрагивали от тихого смеха.        — Деймон, — произнес с нажимом Визерис, смущённый словами брата.        — Ах, вы бы знали как мой член сейчас напрягся, — принц опустил руку под стол, начав поглаживать себя сквозь брюки.        — Деймон, прекрати ради Богов, оставь свою интимную жизнь при себе! — грозно произнес король, багровея то ли от бесстыдных слов брата, то ли от гнева.        Рейегон приподнял голову, лицо принца было алым, а в уголках глаз застыли слезы, из горла рвался нарастающий смех. Деймон делал все возможное, чтобы вывести из себя десницу, и судя по багровому лицу последнего Дею это удалось сделать.        — Мейстер Меллос, — сквозь каркающий смех обратился Рейегон к старику, — мне плохо, у вас найдется ромашковый чай?        — Конечно, мой принц, — поспешил ответить старик, смущённый словами принца Деймона.        Рейегон опустил голову на руки, глуша ими смех. Какая неловкая ситуация, а он тут хохочет от откровенно издевательского тона Деймона. Отто было встал, но тут же сел под спокойный голос Визериса, когда король успокаивал десницу, остро смотря на Хайтауэра. Рыжеволосый мужчина чуть заметно недовольно заиграл желваками на скулах. Деймон хмыкнул, лениво перекатывая шар в чаше, его не волновал пристальный взгляд десницы. Визерис пожурил брата, настаивая на том, чтобы городская стража правильно исполняла долг, ведь не просто так Корона потратила золотых драконов, подгоняя все под требования в коем настаивал младший Таргариен, да и чтобы более таких откровенных тем не поднималось за столом Совета. Принц тихо пообещал, что золотые плащи не подведут.        Деймон, шумя стулом и доспехами, поднялся из-за стола, не забыв и о шлеме. Он обошёл его и под тяжёлый вздох Визериса: остановился возле Морского Змея, опустив ладонь в латной перчатке на плечо Корлиса. Деймон слегка наклонился. Длинные взъерошенные белые волосы соскользнули с плечей. Корлис наклонил голову. Бусины в его косах зазвенели.        — Что за суп? — спросил Веларион.        — Потом расскажу, — усмехнулся Деймон, похлопав Корлиса по плечу.        Ни с кем не прощаясь, покинул зал Малого Совета, не считая нужным больше присутствовать тут.        * * *        Эймма отложила в сторону веер на мягкие подушки тахты. Она протянула руку к кубку, и мальчик виночерпий подал королеве наполненную чашу. Аррен благодарно кивнула, отпила прохладной мятной воды. Опустив руку с кубком, женщина пошевелилась на подушках, принимая лучшую позу, вздохнула, ощутив, как ребенок снова толкнул ее под ребра. Королева опустила свободную ладонь на живот, мягко погладила его.        На террасе, что выходила видом на Узкое море, пахло солоноватым воздухом и ароматами цветов. Навес над их головами был из густой зелени лиан, что занавесями спускались к открытым участкам, тянулись к камням, желая продолжить ползти, оплетая красные стены зеленью. Солнце, падая тёплыми лучами через открытую сторону террасы, согревало женщин, а крики чаек в дали не раздражали, а были даже приятны. Этот день чудесный, а учитывая, что вскоре прибудет Рейнис с детьми, наполнял присутствующих дам трепетным ожиданием. Эймма очень хотела увидеть кузину, а Цири, только услышав о жене Морского Змея, начала болтать о ней без умолку, по несколько раз, говоря, как она соскучилась по Нисе, нахваливая Мелеис. Эллуйнис так же желала свидеться с племянницей.        — Мелеис такая красивая, рубиновая чешуя, а эти белые шипы-рога! — вздыхает Цири, слезая с тахты, — Ниса такие косички мне заплетает, я тоже хочу заплести ей, хочу увидеть, как она летит.        Эллуйнис забрала из рук дочери вязаного дракона, положив рядом с собой на тахту, поправляя подол платья цвета индиго в тон ее глаз. Цирейнис прошагала к софе возле парапета. Она забралась на него, кряхтя от усердия, а после выдохнула. Цири опустила ладошки на парапет, упираясь коленями в мягкую обивку. Девочка стала смотреть в небо в ожидании драконов. Эймма улыбнулась, наблюдая за двоюродной сестрой. Такая маленькая, славненькая девочка, как Рейнира в детстве. Аррен нежно улыбнулась, поглаживая живот через шёлковую голубую ткань платья. Корона в форме сокола с раскрытыми крыльями блестела от мелких алмазов и сапфира посередине, от падающих лучей солнца, что пробивались через листву лоз.        — Милая, Рейнис ещё не скоро прилетит, — произнесла Луна, поглядывая на дочь с улыбкой.        Услышав слова матери, принцесса развернулась, уселась на попу, приминая платьице. Цири надулась, скрестив ручки на груди, опустила голову и недовольно запыхтела. Женщины понимали, что маленькая принцесса хочет, чтобы кузина пришла прямо сейчас, взяла ее на руки, обняла и поцеловала в щёчки. В данный момент Цирейнис так похожа на своего отца, когда тот хмурится, если что-то идёт не так, как хочет Деймон.        Лёгкий ветерок проскользнул по террасе, омывая сидящих прохладой. Эймма прикрыла глаза, довольная этим утром. После завтрака с семьей Рейнира ушла на занятия с Септой Марлоу под руку с леди Хайтауэр. Хотя принцессе и не нравится это, Нира предпочла бы небо вместо глупых уроков. Эймма была разочарована утренним явлением лорда-десницы хотя и не показывала это, проявляя вежливость и добродушие. К сожалению, Десница принес недобрые вести, из-за чего Визерису пришлось покинуть семейный завтрак. Она с Эллуйнис уже обсуждала эту новость: обе пришли к решению, что все они узнают из уст своих мужей. На том разговор перетек в другое русло.        Эймма вновь потянулась к кубку с мятой водой. Мальчишка с вежливым: "ваше Величество," подал кубок ей. Аррен осушила его досуха и жестом руки велела наполнить заново. С утра она выпила молоко, разбавленное вином. По словам мейстера Меллоса, это укрепляет ребенка в её чреве. Куда его уж укреплять, коли ей скоро рожать? Эймма искренне не понимала этого, но не сопротивлялась настояниям мейстера. Аррен прикрыла глаза, ощутив, как дитя начало давить на мочевой пузырь, а грудь вновь заболела. Вздохнув, королева подавила неприятные ощущения.        Со стороны входа на террасу послышалось бряцание железа, что привлекло внимание женщин. Цири радостно вскрикнула, заметив идущего к ним отца. Девочка слезла с софы и, не поправляя платья, побежала к родителю. Деймон заулыбался, сел на корточки, бренча доспехами, и развел руки в стороны, предварительно отдав шлем стражнику. С весельем ловя радостную дочь в объятия, говоря: "А вот и моя Снежинка!" Цири, хихикая, прижалась к грудной пластине, что своим узором напоминала грудную клетку дракона с мелкими элементами - чешую. Беловолосая малышка вцепилась в золотой плащ отца.        Деймон поднялся, выпрямляясь, держа на руках дочь, что уже игралась с его взъерошенными волосами. Он вышел на террасу, сразу заметив жену, глаза его блеснули голодом. А затем мужчина перевел взгляд на королеву, растянув губы в доброй улыбке.        — Моя королева, — кивнул Деймон и голос его прозвучал мягко.        — Доброе утро, Деймон, — ответила Эймма, возвращая добрую улыбку кузену, она взяла веер в руки, раскрыла его и начала обмахивать себя, разгоняя теплый воздух.        — Папа, я высматриваю в небе Мелеис, — произнесла Цири, звонким голоском, привлекая внимание отца.        — О, правда, — проговорил Деймон. Дочь уверенно кивнула, ее пушистые волосы качнулись, — ну, тогда беги, высматривай Красную Королеву, — принц наклонился, аккуратно ставя дочь на ноги. Девочка, радостно улыбаясь, побежала к софе. Деймон обратился к Эймме: — как ты себя чувствуешь, кузина?        — Семеро, Деймон, пожалуйста, только ты не наседай на меня как наседка. Мне Рейниры хватает, — произнесла Аррен, слегка насмешливо, складывая веер. Ей была приятна забота двоюродного брата, — со мной все хорошо.        Эллуйнис с мягким выражением лица наблюдала за ними. Краем глаза проводив дочь к парапету, она пошевелилась, заметив подошедшего к ней мужа, подняла голову, встречаясь с лавандовыми очами Деймона. Принц усмехнулся. Он поднял ногу и поставил колено на мягкую обивку тахты, а затем наклонился к жене, соприкасаясь лбом с её. Положив ладонь на резную спинку, он наклонил голову, стремясь поцеловать Луну, завладеть ее мягкими губами и снова ощутить ее вкус. Эллуйнис быстро отвернулась, подставляя под поцелуй щеку. Она услышала возмущённое хмыканье Деймона, ощутив на подбородке кожаный материал перчаток, как только он прикоснулся к ней. Принц развернул ее лицо к себе, снова наклоняясь. Их губы были в миллиметре друг от друга.        — Мой Воин, от тебя дурно пахнет. Будь добр, сходи, прими ванную, — ласково, полушёпотом произнесла Эллуйнис.        Деймон оторвал взгляд от ее губ и склонил голову на бок. Волосы скользнули по плечам.        — Ты могла бы пойти со мной, — произнес он шёпотом на высоком валирийском, чуть ли не мурлыча, — я был бы не против твоей очень близкой компании, Звёздочка.        Эллуйнис улыбнулась и легонько стукнула супруга по нагруднику.        — Не в этот раз, Деймон, — ответила она.        Деймон разочарованно вздохнул, опустив на миг голову. Он не будет настаивать, по крайней мере, пока. Улыбнувшись, принц выпрямился. Только он щёлкнул пальцами, дабы мальчишка виночерпий налил ему кубок прохладного вина, как со стороны входа послышались быстрые шаги и возмущённое сопение. Цири улыбалась, увидев Рейниру и Алисенту, что шли к ним с урока. Принцесса стремительно прошла к матери, шурша юбками сиреневого платья. Девушка, подняв юбки, плюхнулась рядышком с матерью. Алисента, поприветствовав членов королевской семьи, получив ответное приветствие от королевы и старшей принцессы, с позволения Эллуйнис, села рядом, благодарно улыбаясь. Деймон отпил вина и хмыкнул.        — Матушка, — обратилась Нира к Эймме чуть капризным голоском, — я укололась, когда вышивала этот проклятый платок. Септа Марлоу, такая противная и ворчливая из-за ее постоянных придирок ко мне, — подросток показала уколотый пальчик и надула щеки.        Эймма ласково взяла ладонь дочери и подула на уколотый пальчик, поцеловав его. Рейнира довольно улыбнулась, получив материнскую ласку. Пальчик ее давно уже не болел, но ей хотелось побыть маленькой девочкой рядом с матушкой. Аррен успокоила дочь, сказав, что септа по пустякам не будет придираться, Рейнира не согласилась, возмущённо засопев. Алисента тихо вздохнула, наблюдая за принцессой и королевой.        — У тебя красивый платок, получается принцесса, — произнесла леди Хайтауэр.        Рейнира вздохнула и отрицательно покачала головой. Ей не нравилась вышивка, и то, какое чудище получалось, ее раздражало. Принцесса разжала левый кулак, показывая ткань шёлкового платка, который сняла с пяльцы. Эймма взяла платок и расправила его. На нем был вышит трехглавый алый дракон с мелкими бисеринами в качестве декора. Вышивка красивая, да Эймма видела в некоторых местах ошибки. В то же время Эллуйнис разглядывала вышивку Алисенты и тихо хвалила рыжую, из-за чего Хайтауэр краснела. Ее вышивка представляла собой цветы орхидеи и были не менее красивы.        — Угу, у тебя красивее, Али, — произнесла Рейнира без тени зависти, она искренне восхищалась творением подруги.        Леди Хайтауэр покраснела и скромно улыбнулась Рейнире поблагодарив. Деймон взглянул на вышивку племянницы, нахмурив тонкие, едва видные светлые брови, он тихо фыркнул, усмехаясь про себя женским штучкам, коротко похвалил Ниру, из-за чего принцесса расплылась в благодарной улыбке. Алисента помогла Цири залезть обратно на тахту и взглянуть на ее вышивку. Цирейнис дернула Али за рукав и шепнула ей весть о том, что прибудет принцесса Рейнис с детьми. Видя, как горят глаза девочки, огненоволосая так же тихо сообщила, что будет рада видеть леди Дрифтмарка.        За этим к ним присоединился принц Рейегон. Таргариен вышел на террасу, поздоровавшись с королевой, переглянулся с Деймоном и улыбнулся юным принцессам и леди. Деймон бросил последний взгляд на жену, призывая ее пойти с ним. Луна коротко улыбнулась, отказывая мужу. Принц Города простился с родней, забрал шлем у стража и, гремя доспехами, покинул дам.        * * *        Мелеис, рыча, резко спикировала вниз, делая крутую спираль и выравнивая у самой воды, взрывая волны брызгами молочных капель. Лейна, державшаяся за мать, радостно вскрикнула, чувствуя, как желудок щекочущею сжимается. Рейнис слегка повернула голову к дочери, что раскрыла руки в стороны, подставляя свою тонкую фигурку ветру, не боясь упасть, ведь ее держит крепко ремни. Таргариен улыбнулась, вокруг аметистовых глаз скопились лучики морщин. Рейнис поправила выбившийся темный локон, убирая его назад. Жена Морского Змея покрепче обхватила поводья, намотав одну сторону веревки на дополнительную ручку, давая команду Красной Королеве подняться выше, сверкая в лучах солнца ярко-алой чешуей. Дракон, рыкнув, резко оттолкнулась, хлопая крыльями, ловя ими потоки воздуха, вытягивая крепкую шипастую шею к небу. Издавая урчашие звуки, она поднимала свое массивное тело в высь, неся на спине всадников. Лейна прижалась к спине матери, когда зверь начал набирать слишком крутую высоту, практически по прямой. Это не заняло слишком много времени, они взмывали довольно быстро.        Мелеис издала недовольный рев, отскакивая в сторону, когда с боку от нее, так близко, что ещё чуть-чуть и задел бы хвостом крыло старшего дракона, промчался светло-серебристый дракон с хохочущим всадником на спине. Лейнору явно было весело и радостно от нахождения в небе. Наследник Дрифтмарка восторженно завыл, когда Морской Туман сделал бочку, а в след за ней мертвую петлю, медленно выравниваясь, лениво хлопая крыльями.        Красная Королева нагнала младшего сородича, сдувая того потоком воздуха в сторону. Серебристо-белый дракон недовольно заворчал, рыча в сторону алого зверя. Лейнор усмехнулся, приглаживая белоснежные волосы, заплетённые в тугие косы, стянутые на затылке в хвост. Лишь две косички трепались на ветру. Мелеис щёлкнула хвостом, как кнутом по воздуху, резко пикируя вниз. Морской Туман последовал за ней. Они приближались к Королевской Гавани. Лейнор взглянул вниз, туда, где под ними, разрезая сапфировые волны, плыли подгоняемые ветрами в паруса корабли Веларионов.        Замок сверкал кровавыми камнями, высокими башнями, чьй шпили почти касались неба, разрезая его. Крепостные стены окружали цветущую столицу, а перед ее высокими стенами виднелись лодочки с рыбаками, что с утра пораньше заняты делом. Кто-то из детей на берегу радостно закричал, тыкая в небо пальцем, туда, где летели драконы. Жители Гавани, слыша рев драконов, заинтересовано поднимали головы. Мелеис и Морской Туман преодолели крепостные стены и теперь рассекали воздух над столицей Шести Королевств, облетая ее по кругу, давая людям увидеть мощь Таргариенов. С крыш домов поднимались птицы, напуганные драконами. Столица преображалась к турниру. Они пролетели над ареной, которая пока что пустует, порывами ветра задевая флаги. Вскоре арена наполнится радостными криками толпы. Лейнор улыбнулся, предвкушая скорую встречу с родственниками, что вот-вот случится.        Карета давно остановилась возле второго входа в Логово. Рейнира ощущает нервозность Сиракс и мысленно успокаивает дракона. Сегодня она пришла к ней не для полетов, а чтобы встретить кузенов. Нира пообещала себе, что позже полетает на Золотой красавице. Принцесса посмотрела в сторону отца с матерью. Визерис неосознанно поглаживал живот Эйммы, пока королева мягко водила ладонь по его спине, вырисовывая круги. Тут был и угрюмый десница с дочерью, что не изменно рядом с королем. Дядя Деймон, стоящий рядом с женой и дочерью, бросает короткие острые взгляды на Отто Хайтауэра, а на брата более мягкие. Эймма что-то шепнула Визерису, мягко сжала его подрагивающую руку. Они прижались друг к другу лбами. И Рейнира затаила дыхание, видя, какую любовь разделяют родители.        "И я хочу такую любовь, чтобы мой избранник был добрым и честным," — подумала принцесса.        Рядом с Рейнирой стоит статуей сир Кристон Коль, былый рыцарь зорко следит за окружением, чтобы принцессе не навредили. По мимо королевской семьи тут были и драконоблюстители, они медленно расхаживали, бросая взгляды в небо ведь оттуда слышны далёкие рыки драконов, что в скоре окажутся здесь. Лорд Корлис Веларион смотрел туда же ожидая прилета жены и детей.        — Дядя Рейегон, — Рейнира улыбнулась когда к ней подошёл Дракон-медведь.        — Волнуешься, Нира? — спросил Рейегон с улыбкой видя, как принцесса теребит кольца на пальцах.        — Нет, — покачала головой девушка и тяжёлые серьги зашумели, покачиваясь щекоча кожу шеи. Но под настойчивым взглядом принца, Рейнира тихо вздохнула, — ну если чуть-чуть, я давно не видела Лейну и Лейнора.        — Пару месяцев назад виделись, — задумчиво произнес Рейегон.        — Да, но я успела соскучится, — произнесла Рейнира, бросив короткий взгляд на Алисенту, что смотрела в их сторону. Но стоило Рейегону посмотреть в ту же сторону, как рыжеволосая отвернулась.        Рейегон ласково улыбнулся ей, протянув ладонь, мягко погладил светлые волосы Ниры, приглаживая их. Принцесса покрылась румянцем, ощущая теплые касания дяди. Таргариен ойкнула и потеряла кончик носа, когда Рейегон легонько щёлкнул ее по носу, привлекая внимание. Рейнира мягко рассмеялась, точно перезвон колокольчиков. Коль шевельнулся за их спинами, нахмурившись от действий принца. Уж слишком близко стоит мастер над шептунами. Рейегон оглянулся на клятвенного щита принцессы, коротко усмехнувшись в уголках губ появились ямочки, видя реакцию выходца из Штормовых Земель, беловолосый приобнял девушку за плечи. Нира покрылась большим румянцем, ощутив крепкий бок дяди рядом с собой. Рейегон отстранился от Рейниры, напоследок легонько сжав ее плечо. Принцесса проследила взглядом за удаляющейся фигурой дяди, что подошёл к Деймону и Эллуйнис. Рейегон взял на руки Цири, девочка обняла его за шею. Деймон бросил короткий, шуточный, ревнивый взгляд на дочь и кузена. Оба принца улыбнулись друг другу, в то время как Луна смотрела на них мягко. Рейегон чуть задержал взгляд на Эллуйнис, а затем вернул его на Цирейнис. Улыбка тронула губы принцессы, Нира оглянулась на Кристона, краем глаза замечая его недовольный выражение лица, она было собиралась нахмуриться и отчитать его за такой взгляд, но тот быстро принял нейтральное выражение лица, после чего нежно посмотрел на Отраду Королевства улыбаясь уголками губ. Сребровласая кивнула, этим жестом велев идти за собой. Она приподняла подол сиреневого платья с серебристыми узорами на рукавах, фонариках и подоле.        Над ними раздался грозный рев, в коем угадывалась Мелеис, за ней рычал Морской Туман, чем и привлекли внимания королевской четы, драконоблюстители переговаривались между собой на валирийском, магистр стражей Родорик отдавал последние распоряжение, из глубин Логова слышались рыки драконов. Ящеры хлопая мощными крыльями, поднимая пыль стали опускается.        Земля содрогнулась, стоило драконам опустится на нее. Красная Королева повела головой, утробно рыча, опуская шипастую голову к земле и скаля зубы по мере аккуратного приближения драконоблюстителей. Морской Туман издал свистящий звук и изогнул шею, наблюдая за двуногими, его хвост беспокойно хлестал по земле, поднимая пыль, пока Лейнор быстро и ловко отсоединил себя от седла и скатился по крылу дракона. Вслед за наследником Дрифтмарка спустилась и Рейнис с Лейной, их сапоги заскрипели по рыхлой земле. Рейнира поймала себя на том, что смотрит на кузена, на его костюм для верховой езды, на его белье косы, убранные на затылке в хвост, выбритые виски и озорную улыбку. Принцесса тихо вздохнула, осознав то, как Лейнор похорошел. Он не только вытянулся, но и в плечах шире стал. Лёгкий румянец задел ее щеки, и Нира отвела взгляд. Рейегон посмотрел на нетерпеливую Цирейнис, что ерзала у него на руках. Краем глаза поймал на себе взгляд юной Лейны. Она мягко улыбнулась, растянув губы. Ее глаза нежно сверкали, стоило ей увидеть свою троюродную сестру на руках мастера над шептунами. Всадник - Вхагар тихо хмыкнул, осознав, что он любуется Лейной, отвёл взгляд. Юная Веларион стала ещё краше, чай кузина Рейнис вскоре будет получать воронов с письмами о предложениях брака с леди Лейной.        Мелеис утробно зарычала, фыркая, вытягивая шею в сторону Логова из недр которого слышался радостный рев Алдуина, Рейнис усмехнулась чусвтсвуя нетерпение дракона, алый зверь переминался с лапы на лапу, лениво рассекая воздух хвостом, фыркал, порыкивая опуская большую голову к всаднице, подставляя ее под почесывания, тихо рыча, дочь Эймона мягко рассмеялась. Красная Королева подняла голову, пока Рейнис поглаживала низ ее шеи, Алдуин в глубинах взревел нетерпением и Мелеис вторила ему.        — Иди, он ждёт тебя, — весело произнесла Рейнис на валирийском, Мелеис чуть боднула Таргариен головой в грудь, получив довольный смешок и поглаживание по кончику морды.        Стоило Рейнис отойти в сторону с Лейной, дракон стремительно направилась к Логову, клацая зубами и рыча на дракоблюстителей, что быстро отступали в сторону с пути алого ящера, земля дрожала под постопью дракона, пройдя арку, Мелеис рыкнула, а после скрылась во тьме. Морской Туман же остался, он не стал заходить в след за матерью, лишь опустил голову на пыльную землю, недовольно рыкнул в сторону стражей, предупреждая, чтобы не подходили близко. Лейнор рассмеялся наблюдая за своим драконом.        — Ниса! — радостно воскликнула Цири, активно задергавшись на руках Рейегона, прося отпустить ее, что и сделал принц, видя нетерпение девочки, — Ниса! Моя Ниса!        Рейнис присела добродушно улыбаясь двоюродной сестре, что со всех ног бежала в её теплые объятия. Принцесса Рейнис сжала Цирейнис в объятиях, поднимаясь вместе с ней на ноги, тихо посмеиваясь, пока малышка прижималась к ней всем телом.        — Цири, — произнесла нежно Рейнис, — я тоже скучала по тебе, мой маленький дракончик.        Маленькая принцесса счастливо рассмеялась, прижимаясь к старшей сильнее. Деймон тихо и ревниво выдохнул, ощущая, как Эллуйнис мягко сжимает его руку. Успокаивая его, он тихо пробормотал: "Ну теперь Цири не слезет с Нисы.". Луна улыбнулась мужу. Визерис вышел вперёд, широко разведя руки в стороны.        — Кузина моя, племянники, — улыбнулся король, спеша обнять родственников.        Первыми в объятия попали Лейна и Лейнор, что с теплотой обняли правящего монарха. А когда объятия окончились, дети Морского Змея поприветствовали остальных членов королевской семьи. Лейна сделала реверанс королеве, насколько, конечно, позволил ей костюм для верховой езды, из-за чего она испытала неловкость. Аррен добродушно улыбнулась. Лейнор оставил приветственный поцелуй на пальчиках королевы мило улыбаясь, вызывая ответную улыбку Эйммы.        — Принцесса, вы так выросли и похорошели, — произнес Лейнор, подойдя к Рейнире. Он возвышался над ней на полторы головы, так что Нире пришлось поднять голову, чтобы заглянуть в глаза кузену и покрылась румянцем от столь близкого нахождения рядом. Лейнор улыбнулся, — только вот эти серьги, — он коснулся мочки своего уха, — слишком громоздкие. — Рейнира возмущённо засопела, нахмурив бледные брови. Лейнор наклонился ближе: — Прям как у лхазарянки, — шепнул он.        — Лейнор! — возмутилась тихо сквозь зубы Нира, гневно сверкая фиалковыми очами, но не смотря на это улыбнулась, — я тоже рада тебя видеть.        Лейнор выпрямился, улыбаясь, обратил внимание на неизменную подругу драконьей принцессы, леди Алисенту Хайтауэр, что стояла рядом с Нирой. Огненоволосая незаметно поправила складки тёмно-синего с изумрудным оттенком платья.        — Леди Алисента Хайтауэр, рад вас видеть, — произнес Лейнор. На его лице больше не было той озорной улыбки, — Надеюсь, вы прибываете в добром здравии.        — Добрый день, лорд Лейнор Веларион, благодарю за беспокойство, все в порядке, — ответила Алисента вежливо.        Лейнор кивнул и бросил беглый взгляд на клятвенного щита принцессы. Коль хмурился. Веларион отвернулся. Мать с отцом уже стояли рядом друг с другом, явно до этого разделив объятия. Корлис возложил широкую ладонь на поясницу Рейнис, безмолвно показывая, что она его принцесса. Кроха Цири сидела на руках Деймона, солнечно улыбаясь, она держалась за камзол отца. Принц, усмехнувшись, смотрел на происходящее. Пока король разговаривал с Рейнис. Лейнор обратил внимание на подошедшего к ним Рейегона. Они пожали друг другу руки, обменявшись приветствиями. Морской Туман заворчал, поднимаясь на лапы, клацая челюстью. Раздраженный, он зашёл в Логово и исчез в тёмных глубинах пещеры. Хранители драконов, казалось, вздохнули с облегчением, когда огромное чудовище исчезло из виду.        Лорд-десница сделал пару шагов в сторону королевской четы, тихо шурша гравием под кожаными сапогами. Привычный хмурый взгляд карих глаз упал на прибывших гостей, что радушно приветствовали членов своей династии.        — Мы рады приветствовать вас, принцесса Рейнис, юный лорд Лейнор и леди Лейна Веларион, — произнес Отто Хайтауэр привлекая внимание Таргариенов и Веларионов к своей персоне, — надеюсь путь был лёгким.        Лейнор чуть склонил голову в приветствие десницы, Лейна сделала скромный реверанс коротко улыбаясь.        — Благодарю, лорд-десница Отто Хайтауэр, — произнесла Рейнис звучным величественным голосом, что не утратил силы за столько лет. К нему все ещё хочется прислушиваться, — ветер был попутным, путь преодолели быстро, — кивнула дочь Эймона, чуть приподняв уголки губ в улыбке, что не задела ее глаз.        Вскоре королевская чета и прибывшие гости засобиралась обратно в Красный Замок. Драконьи Хранители, поклонившись, попрощались, покинув Таргариенов. Им нужно позаботиться о прибывших драконах и накормить их. Женщины решили поехать вместе, поэтому они заняли одну карту. Рейнира, вцепившись в Алисенту и Лейну, потянула их в сторону кареты, попутно отметив, что Лейна начала носить бронзовые серьги. Леди Веларион что-то промямлила в ответ, явно не желая вдаваться в подробности. Эллуйнис и Рейнис помогли Эймме забраться в карету, поддерживая ее под локти. Королева, смущенная заботой, благодарила их. После в карету усадили Цирейнис, что тут же была схвачена Рейнирой и усажена на колени, в то время как Лейна с улыбкой начала ворковать с Цири, перебирая ее белоснежные волосы, а Алисента сдержанно улыбалась, ощущая тепло в груди от этого трогательного момента. Цири ловила ладошками солнечные лучи, что просачивались внутрь кареты через резную раму окон, весело улыбаясь. Дверь кареты закрылась за зашедшими и устроившимися на местах Нисой и Луной. Визерис замер, устремив взгляд в сторону залива, в сторону Драконьего Камня, чем привлек внимание родственников. Деймон сделал шаг к брату и осторожно коснулся его плеча, выводя из транса. Король тихо вздохнул и сжал кулаки, он благодарно посмотрел на брата. К королю подвели коня: он изволил ехать верхом, решив показаться народу на обратном пути. Отто, проводивший дочь взглядом, так же взобрался в седло. Когда все мужчины устроились по коням, процессия двинулась в путь. Сперва выехали рыцари в две шеренге со стягами правящей династии, затем белоплащьники под руководством капитана, в след за ними король с десницей и принцы с мастером над кораблями и юным Веларионом. После чего двинулась и карета, а замыкали весь этот строй белые плащи и рыцари, что так же несли знамёна Таргариенов.        * * *        После семейного обеда, что прошёл в теплой атмосфере, Визерис был крайне рад видеть свою семью такой дружной и сплочённый. Сердце короля наполнилось нежностью. Эймма легонько краснела от пристального внимания Рейнис, что с доброй улыбкой касалась ее живота и с теплотой в голосе спрашивала, как она, королева, понимала, что дочь Эймона беспокоится о ней, как в прочем и все остальные члены семьи, ведь эта беременность давалась Аррен труднее. От того платиноволосая в очередной раз ощущала себя цыплёнком, над которым кружат наседки. Это раздражало, но королева терпела, скоро все закончится и на свет появился долгожданный наследник. Демон и Рейегон все же рассказали на высоком валирийском, о каком супе они говорили на собрании Малого Совета. Корлис растянул губы в усмешке и тихо фыркнул, за что получил толчок локтем в ребро от жены. Но в глазах самой Нисы плескалось веселье. Визерис вздыхал и слабо улыбался, понимая, что брат и кузен шутят, но и он их в насмешку пожурил, принцы опустили головы пряча улыбки, как мальчишки, что напакостили и не сожалеют о содеянном. Рейнира, Алисента и Лейна убежали в сады, решив провести время там, вслед за ними пошли белоплащьники в их числе Коль. Рейнис на пару с Эллуйнис составили компанию Эймме и Цирейнис вместе с ними, не слезая с рук Нисы, чем вызывала улыбки у женщин. Принцессы и королева засели в тени террасы, где им компанию составили и барды с менестрелями.        Стоило главным дверям Твердыни Мейегора открыться, как из замка стремительно вышел король. Его темная мантия развивалась за ним, точно крылья дракона. В след за ним принц Рейегон, что сразу спустился быстро по ступеням и направился в лево, задевая бедром кустарники и цветы. Дракон-медведь спешил к своему зверю. Вхагар лежала на брюхе, недовольно бурча. Она прилетела на зов всадника и устроилась на широкой площадке в садовой части замка, слегка задев кусты хвостом. На земле были видны следы от других драконов, что так же облюбовали это место. Еже ли глянуть дальше, то за массивной фигурой дракона видно было море.        Визерис остановился у подножия лестницы, вдыхая полной грудью свежий полуденный воздух. Он до этого столь стремительно шёл к дверям, что слуги и знать в коридорах просто прижимались к стенам, не желая быть снесёнными королём. Отто Хайтауэр спустился на несколько ступеней к королю, поправляя складки зеленоватой мантии.        — Ваше величество, прошу вас, обождите, — произнес настойчиво десница, его встревожило столь стремительно желание короля отправится в родовое гнездо.        Визерис обернулся к советнику, белые волосы скользнули по плечам, корона его деда инкрустированная драгоценными камнями блеснула на солнце, а в сиреневых глазах отразилось упрямство.        — Нет, друг мой, я более не могу ждать, — в голосе короля прозвучало нетерпение.        — Позвольте тогда хотя бы сопроводить вас, милорд, снарядить корабль в путь, — произнес Хайтауэр, спускаясь к королю. В голосе мужчины звучали нотки беспокойства и тревоги, — с вами пойдут белые плащи.        — Нет, Отто, — покачал головой Визерис, — на Драконьем Камне расположен гарнизон Драконьей Гвардии. Они то и защитят меня в случае необходимости. Да и Рейегон, и Вхагар со мной.        Не дожидаясь ответа от лорда-десницы Визерис пошёл в сторону Рейегона и его дракона, которого окружали драконоблюстители с вытянутыми в сторону зверя копьями. Вхагар их и не замечала, довольная от поглаживания всадника. Отто нахмурился, его рука нервно дрогнула, когда он поправлял застёжку плаща.        — Право слово, лорд-десница, что вы сделаете, поплыв с моим братом на Драконий Камень? — раздался насмешливый голос принца Деймона, что стоял, прислонившись плечом к стене, и с ухмылкой наблюдал за попытками Хайтауэра остановить короля. Лавандовые глаза принца блестели лукавством, — коли так хотите, то можете смело собирать корабль и плыть в след за нашим дорогим королем. И смело загляните в пасть Верметору, ведь только это вам и останется сделать.        Отто Хайтауэр сжал челюсти, недовольно взирая на принца проклятого Семью Преисподними! Деймон был прав. Единственное, что он может сделать, это заглянуть в пасть дракону. Десница отвёл взгляд от лорда-командующего городской стражей, избавляясь от нахальной усмешки беловолосого демона.        — Как это не приятно признавать, принц Деймон, вы правы, — с нажимом сквозь зубы процедил Хайтауэр, так, чтобы услышал только брат короля, что плавно спустился по ступеням, не сводя пронзительных лавандовые глаз с рыжеволосого мужчины.        Отто не доставит удовольствия Деймону повторить эти слова ещё раз, но, кажется, принц города пропустил сказанное десницей мимо ушей. Он спустился по выложенной гравием дорожке в сторону ворчащей Вхагар. Хайтауэр не рискнул подходить ближе. Зверюга, хоть и старая, на первый взгляд кажущейся ленивой и мирной, на деле же грозная тварь, пышущая огнем. Принц Рейегон поглаживал морду старушки. Та прикрыла глаза, выдувая из ноздрей клубы дыма. Кожаный камзол скрипел при любом движении руки мужчины.        — Моя девочка, красавица, малышка, — ворковал принц на валирийском. Рейегон прижался лбом к боку головы Вхагар, — давай, малышка, полетаем немного, тебе это будет полезно.        Вхагар заворчала, распахивая бронзовые очи. Она приподняла массивную голову и ткнулась кончиком морды в широкую грудь мастера над шептунами. Тот тут же погладил ее, улыбаясь. Рейегон наклонился, целуя Вхагар в кончик носа. Ноздри дракона раздулись, и та довольно заурчала.        Визерис остановился в паре метров от кузена и дракона, что когда-то принадлежал старшей жене Завоевателя. Вхагар рыкнула, почуяв знакомую кровь предыдущего всадника. Она потянулась в сторону короля. Беловолосый мужчина на миг сжал дрожащие от зова пальцы, а затем, улыбнувшись, погладил старшую из драконов.        — Здравствуй, Вхагар, — произнес Визерис, мягким тоном.        Рейегон погладил свою девушку по боку головы.        — Милая, нам нужно слетать на Драконий Камень, прокатишь на себе нашего короля?        Вхагар, заворчав, сдвинулась. Она наклонила плечо, и плетёная лестница почти коснулась земли. Рейегон кивнул Визерису, и король, подойдя, ухватился за веревки. Это напомнило ему о том, как он взбирался на Балериона. Вздохнув, король поднялся в седло, вслед за ним и Рейегон. Дракон зашевелился выпрямляясь. Мужчин качнуло в седле. Закрепившись ремнями, Рейегон отдал команду Вхагар поднимается в небо. Вхагар поднялась на задние лапы, присев она расправила огромное крылья и грузно поднялась в воздух, рыча на всю округу.        * * *        Алдуин склонил голову, позволяя всаднице почесывать его. Он довольно мычал, приоткрывая зубастую пасть. Эллуйнис улыбнулась, тихо воркуя со зверем. Большой обсидиановый дракон лежал на брюхе, довольно помахивая длинным хвостом. Рядом, издавая щелкающие звуки, переминался Караксес, все норовил сбить Деймона с ног, а тот смеялся, щедро оглаживая рубинового дракона.        Цири с восторгом наблюдала за родителями, их драконами, радостно хлопая в ладоши, принцесса стояла на почтительном расстоянии от зверей древности: так сказали мама и папа. Они позовут ее потом. Рядом с девочкой высился Артур Реван, клятвенный щит ее матери. Другие же рыцари были позади, как и карета, на которой они приехали. Отец всю дорогу дулся, говоря, что мог бы ехать на коне рядом, но он терпел, ради Цири и супруги, Эллуйнис же насмешливо вышибала бровь, глядя на супруга, пока прижимала дочь к боку. Цирейнис слышала, как кони нервно всхрапывали под всадниками от столь близкого нахождения к ящерам, за драконами внимательно следили дракоблюстители. Она летает с родителями не в первый раз, но это так волнительно, от чего Цири сжимает подол летного кафтана, сшитого специально для нее.        Караксес издает тихий рев довольно мыча от почесывания Деймона.        — Мой маленький ласковый Змей, — тихо шепчет Деймон на валирийском.        Так приятно касается горячей чешуи драконов ощущать, как под ней течет огонь. Деймон прижимается лбом к боку головы Караксеса, закрывая глаза, ощущая эту связывающую их нить. Она кажется тонкой, но на деле прочный канат из валирийской стали, который просто так не разорвешь. Рядом раздается шевеление и Алдуин поднимается во весь свой не маленький рост. Эллуйнис подняла руку, и Ониксовый Король, склонившись, коснулся ее ладони кончиком морды. Караксес повел головой в сторону брата, а тот к нему. Драконы обнюхали друг друга, добродушно фырча и тихо рокоча. Деймон не сводил глаз с жены, видя, как она улыбается, следя за их драконами. Почувствовав взгляд на себе, Луна посмотрела на него, индиговые глаза весело блеснули, и Деймон ответил лукавой улыбкой, с жадностью пройдясь горячим взглядом по ее стройной фигуре, что так выразительно подчеркивал летный костюм. А когда она вчера заманила его в темный переулок, где они предались жаркой страсти. Эллуйнис дернула прямой бровью, изгибая ее и кривая пухлые губы в усмешке. Он понял, что она думает о том же. Всадник Караксеса глубоко вздохнул, стараясь унять начавшие подступать возбуждение, будет затруднительно летать со стоящим членом.        — Снежинка моя, подойди, — ласково обратилась к дочери Эллуйнис, протягивая к ней раскрытую ладонь.        Девочка тут же побежала к родителям, так спешила, что чуть не упала. Деймон издал тихий смешок, наблюдая за дочерью, что вцепилась в ладонь матери мертвой хваткой. Округлив сливовые очи, завороженно глядела на возвышающихся драконов. Цири пришлось запрокинуть голову, чтобы лучше разглядеть ездовых зверей родителей, каждый раз она выискивает что-то новое в них: царапина или отколотый зуб из которого отец непременно сделает кулон. Обсидиановый Король и Кровавый Змей опустили морды к малышке, раздувая ноздри, они обнюхивали ее, чувствуя кровь своих наездников, тихо заурчали, радуясь новой встрече. Цирейнис посмотрела на отца и мать, что подбадривающее кивнули ей. Девочка сделала уверенный шаг к драконам, отпустив ладонь матери. Демон подошёл к Луне, обнимая ту за талию, привлекая к себе супругу, она также просунула ладонь, обнимая и его. Караксес первый ткнулся в раскрытую ладошку принцессы, Алдуин был следующий. Серебровласая рассмеялась, оглашая округу задорным перезвоном колокольчиков.        Родители следили внимательно, они были уверены в драконах. Все же с Цири они были как большие коты, но мало ли что может произойти. Караксес фырча поднял голову, в то время как черный гигант продолжал млеть от ручек дочери всадницы, что полностью переключилась на него.        — Я так хочу от тебя ещё детей, — прошептал Деймон на валирийском на ушко жены, чуть прикусил мочку, его ладонь заскользила по тали, оглаживая бока Эллуйнис.        — А я тебе не отказываю в этом, — так же шепнула она посмотрев в лавандовые глаза мужа, Эллуйнис плавно отстранилась отходя к дочери.        Деймон разочарованно выдохнул, он не желал отпускать Эллуйнис из объятий, губы тронула чуть заметная кривая улыбка, наблюдая за женой и дочерью. Эллуйнис коснулась морды Алдуина, спиной чувствуя обжигающий взгляд возлюбленного, когда дракон, тихо рокоча, опустил голову к ней. Принцесса посмотрела на дочь, в чьих глазах блестел восторг от общения с драконами. Малышка повернулась к отцу, что подошёл к ним, присаживаясь на корточки, чтобы быть на уровне глаз с дочерью. Деймон поправил полы летного кафтана, отбрасывая их в сторону. Цирейнис, подойдя к отцу, попросилась на ручки. Тихо рассмеявшись, Деймон поднял дочь на руки, кряхтя вместе с ней, поднялся, приговаривая: "старость не в радость.", таким забавным тоном, от чего маленькая принцесса смеялась, опровергая утверждения отца о своей старости.        Драконы, ворча, прошагали, грузно передвигаясь по земле. Два брата из кладки Вхагар, шипя и низко порыкивая, переговаривались. Их сытно накормили жареной бараниной и свининой, перёд полетом. Дракоблюстители следили за ящерами. Ветер едва заметно колыхал траву на склоне холма Рейнис, под которой расположился второй вход в Логово. Им пользовались чаще, чем первым. Здесь врата были столь же большими, даже Вхагар может пройти с её то габаритами. С моря дул прохладный ветерок, приносящий запахи соли. Алдуин улёгся, тихо ворча, а Караксес уселся, обняв передние крылья-лапы хвостом, он вытянул шею высоко. Обсидиановые Король внезапно сделал выпад, щёлкнув мощной челюстью. Где-то сильно всхрапнули кони, попятившись назад. Из-за сжатых зубов дракона торчало крыло чайки. В следующее мгновение повалил дым и запахло курятиной. Пара укусов и чайка провалилась в глотку дракона. Караксес, изогнув шею, наблюдал за сородичем, повторил точно такой же жест, словил неудачливую птицу и слопал ее, предварительно поджарив.        — С кем ты хочешь полетать сегодня? — ласково спросила Эллуйнис у дочери.        Цирейнис широко распахнула очаровательные глазки, крутя головой: то на отца смотрела, то на мать. Девочка ухватила кончик косички отца, начала теребить его, усердно размышляя. Младшей принцессе, как и матери с отцом, волосы служанки убрали в прическу. Низкая переплетающиеся косичка, точно змея. Отец всегда убирает свои белоснежные пряди в тугую косу, а мать кудри в низкую волнистую шишечку. Цири посмотрела на маму, что мягко улыбается ей, касаясь нежно макушки головы. Снова посмотрела на отца, что со смешинками во взгляде наблюдал за ней. Родители ждали ее ответа. Принцесса отпустила косичку отца и прижала ладошки к груди, губы ее мельком задрожали, кончик носа начал краснеть, а глазки защипало.        — Я... я, не знаю, с кем хочу полетать, — дрожащим голосом произнесла Цири, она всхлипнула, по щекам потекли горячие слезы, — я хочу с вами обоими! — заявила принцесса.        Эллуйнис и Деймон взволновало переглянулись, не думая, что простой вопрос с кем полетать приведёт к слезам. Луна тут же ласково заворковала с дочерью, пока Деймон успокаивающе поглаживал дочь по спинке. В первый раз Цирейнис поднялась в небо с матерью в свивальнике, весь полёт восторженно пища. Луна не стала изменять традиции, установленной Алиссой, когда она впервые подняла хохочущего Визериса на Мелеис. Так было со всеми последующими детьми их рода и с Рейнирой, ее в небо поднимал Бейлон. Принцесса шмыгнула носом, потихоньку начав, успокаивается.        — Снежинка моя, давай в этот раз ты полетаешь с папой, в прошлый раз ты ведь была со мной, — ласково произнесла Луна. Цири посмотрела на Деймона, что состроил щенячий глазки. Девочка хихикнула, потянулась к отцу, обнимая того за шею. Деймон довольно улыбнулся, прижимая дочь сильнее, — вот и славно, — кивнула Эллуйнис.        Прежде чем отойти к Алдуину, что развернулся к ним, скаля клыкастую морду на подобии улыбки, Эллуйнис оставила короткий поцелуй на губах мужа, но Деймон не дал ей отстраниться, углубляя поцелуй. Они бы так и дальше нежились, если бы не хихиканье Цирейнис, что прятала личико за ладошками. Луна оставила поцелуй на щеке дочери и отошла к дракону. Деймон с Цирейнис на руках подошёл к Караксесу, что склонил голову к ним, приближая морду ближе, тихо, утробно порыкивая.        — Друг мой, что ты такого ел, аж перо из пасти торчит, — насмешливо произнес Деймон.        Кровавый Змей фыркнул, выпустив клубы дыма из ноздрей, Деймон поморщился, отгоняя свободной рукой дым, Цирейнис чихнула, потеряла носик ладошкой. Караксес издал низкий урчащий звук на подобии смеха, пытаясь этим подражать человеку. Цири весело смеялась вместе с Кровавым Змеем, поглаживая его кончик носа.        — Ах ты негодник, решил мою Снежинку на свою сторону переманить, — насмешливо пожурил крылатого друга Деймон.        Алдуин издал щелкающий звук, привлекая к себе внимание. Караксес изогнул шею в сторону сородича, в седле которого уже сидела принцесса Эллуйнис, ожидающе смотря на мужа. Алый дракон, развернув морду к всаднику, нетерпеливо боднул его в бок, подгоняя. Таргариен рассмеялся. Когда дракон улёгся на брюхо, Деймон помог дочери забраться в седло, а после и сам залез. Прикрепив себя и дочь ремнями, принц направил дракона вперёд.        * * *        После того как принц Деймон осадил его порыв подготовить корабль путешествую на Драконий Камень, Отто Хайтауэр был, мягко говоря, не доволен. Но принц Города в чем-то был прав. Он может лишь заглянуть в пасть дракону, отправившись на родовой остров Таргариенов. Несмотря на то, что не хотелось принимать правоту Деймона Таргариена. Десница перекладывал документы с места на место и обратно. Он волновался. С королем может случиться все что угодно, в плоть до того, что его съест дракон и тогда. Хайтауэр побледнел от одной лишь мысли, что Деймон Таргариен сядет на железный престол предков. Поминая прошедшую ночь, он тяжело вздохнул.        Мужчина коснулся цепи десницы на груди, сцепленные друг с другом ладони. Позвякивая ею, мужчина размышлял. Нужно было подписать несколько новых указов, одобренных королем, но это подождёт. В двери его солярия постучали. Один из стражей объявил о приходе мейстера Меллоса. Отто дал дозволения войти. Хотя он и не ждал старика посреди дня.        Пожилой мужчина в белой рясе с тремя длинными цепями на груди, шаркая, вошёл в кабинет.        — День добрый, лорд-десница, — поприветствовал Меллос.        Отто Хайтауэр кивнул в ответ, приветствуя королевского мейстера, жестом предложив тому присесть. Старик благодарно улыбнулся, усевшись, вздохнул, поправляя ткани рясы. Хайтауэр терпеливо ожидал, когда мейстер Меллос заговорит.        — Королева родит во время проведения турнира, — заговорил старик. Отто весь подобрался, внимательно уставившись на Меллоса, — роды будут тяжёлыми, возможно, даже последними...        На мгновение в кабинете повисло молчание. Лишь крики чаек в открытых окнах нарушали его десница задумчиво почесывал бороду. Все, что он делает, делает для семьи, так будет лучше.        — Вы уверены? — спросил полушёпотом Отто.        — Да, милорд.        Хайтауэр задумчиво хмыкнул. Возможно, пора начинать готовить Алисенту. Хотя это может подождать. Не стоит столь рано на нее наседать. Тем более судьба такая штука, в любой момент все может перемениться, и, возможно, сегодня они лишатся короля. Эта неизвестность была не по душе деснице. Десять лет он при короле Визерисе. В большинстве случаев монарх прислушивается к нему, желая сохранить мир в Шести королевствах, позволяя своим родственникам занимать места в Малом Совете. Акведуки и общественные бани, построенные по проектам принцессы Эллуйнис, хороши, как и перестроенные дороги столицы. Все это идёт во благо королевства. Отто, и самому приятно на это смотреть. Об одном в глубине души жалел, что не к нему пришли эти идеи. Дестница обратил внимание карих глаз на мейстера, что взволнованно сцепил пальцы в замок.        — Архимейстер Вейгон больше не присылал писем принцессе Эллуйнис? — спросил Отто, проведя ладонью по медным волосам приглаживая их.        — Нет, милорд, — покачал головой Меллос.        Последняя дочь старого короля и единственный живой сын того же ведут переписку довольно-таки давно, в основном на высоком валирийском, нет они всегда пишут на нем и лишь мейстер Меллос может прочесть содержание писем, в большинстве случаев о семье, в других моментах, что-то не понятное, принцесса и архимейстер используют какой-то шифр, будь у Меллоса побольше времени он бы разгадал, но вот тетка короля точно знает в какой момент приходят письма от брата и зачастую она пугает старика своим приходом, мило улыбаясь извиняясь, Эллуйнис Таргариен всегда рядом контролирует отправку писем в Цитадель.        — Вчера ее высочество соизволила отправить письмо на остров Полумесяца, — произнес тем временем Меллос.        — Что-то важное? — спросил десница.        Мейстер Меллос пожал плечами. Если бы он знал, ему и в письмо не дали заглянуть. Сразу же отправил. Семь лет назад принц Деймон женился на своей тётке, а король преподнёс им весьма щедрый подарок. Очень щедрый подарок. Целый остров неподалеку от Драконьего Камня и Дрифтмарка. Остров, на котором восстановили полуразрушенный замок, а также городок с парой деревенек. Отто был на острове Полумесяца вместе с принцем и принцессой для того, чтобы убедиться, куда направляются королевские средства. Замок Полумесяца высился на горе, как Орлиное Гнездо Арренов, а вулканическая почва весьма плодородна. Первыми сборами урожая похвастался глава Сумеречного городка. Принц Деймон и его супруга ещё долго общались с жителями, а Десница стоял в стороне, наблюдая, снедаемый завистью. Он второй сын, пролживший свой путь кровью и потом добился такого высокого поста. Отто второй человек после короля в государстве, не имел собственных земель и замка, а младший брат короля всего-то женился на тётке и получил целый остров в свое распоряжение! Не справедливо, но свое мнение пришлось затолкать куда поглубже. Остров Полумесяца с разрешения своего сюзерена начал торговлю с Дрифтмарком, Драконъем Камнем и Королевской Гаванью. А когда на пиру в честь дня рождения королевы открыли вина, привезенные с острова Полумесяца, все восхитились их вкусу, и многие лорды приходили на поклон к Деймону и Эллуйнис Таргариенам, прося составить торговые контракты. Хайтауэр вздохнул это сейчас не важно.        — Не думаю, — ответил старик.        — Благодарю, — кивнул Отто Хайтауэр, поднимаясь из-за стола и поправляя папки с документами. Этим он обозначил конец разговора, — я провожу вас, мейстер. Тем более я собирался подышать свежим воздухом.        Меллос поднялся с места. Мужчина же терпеливо ожидал его. В это время за окном раздался рев драконов.        * * * Драконьий Камень.        — Вермитор, приди ко мне! — раздался властный, уверенный голос Визериса, что отражался эхом от сводов пещеры, залитым лучами солнца, что проникает через естественные дыры и большом выходе и входе для драконов. Лучи рассеяны и блёклыми пятнами ложатся на стены и полы пещеры.        Рейегон стоял позади монарха в окружении дракоблюстителей. Мужчины и женщины Ордена держали копья, готовые защищать Таргариена, который взывает к дракону предшественника. Хранители держались стойко, уверенно. Они были готовы усмирить дракона в любой момент, если тот решит заартачиться.        Будь моим голосом, огонь запел.        Женщины синхронно напевали старинную валирийскую песню. Их звонкие, мелодичные голоса сплетались. Это делалось для привлечения зверя и его спокойствия. Ещё с Эйгона Завоевателя. Это был эффективный метод. А летопись рода гласит, что Мейегор, как и его отец, пел Балериону, и дракон, усмирённый голосом второго всадника, засыпал.        Визерис сжал кулаки, ведь его руки весьма заметно дрожат, а сердце бьётся где-то в горле, такое волнение он испытывал когда к нему взывал Черный Ужас.        Цена была заплачена магической кровью.        Мужчина оглянулся назад, встречаясь с пурпурными глазами кузена. В них он прочел поддержку и уверенность, что все получится. Рейегон едва заметно кивнул. Визерис тихо выдохнул, отворачиваясь обратно. Он ещё раз вызвал к Бронзовому Гневу.        Дышащий огнем, крылатый лидер.*        Их прилет для кастеляна замка Драконьего Камня был неожиданностью. Мужчина рассыпался приветствиями, сетуя на то, что король и принц давно не посещали родовое гнездо. Визерис отшутился тем, что государственных дел не в проворот и все ждут его указаний. Пока кастелян предлагал им обед, что накроют мгновенно, они словно своим прилетом разворошили осиное гнездо, заставив слуг мельтешить туда-сюда. Рейегон отдал приказ накормить Вхагар. Принцу пообещали, что к старушке приведут самого жирного быченка. Удовлетворённый Рейгон велел позвать к ним верховного магистра Ордена Драконьих хранителей. Король разговаривал с магистром Ордена Тором, объясняя ему свои "замирания" и ощущение тяги. Старец, задумчиво почесывая бороду, покивал, а после, поднявшись с кресла, не без помощи помощников пригласил короля и принца идти за собой к пещере драконов. По пути магистр раздавал приказы.        — Вермитор, явись, приди ко мне! — властно прогремел Визерис, его голос эхом отразился от свода пещеры, как и пение женщин, что не смолкало ни на минуту.        Рейегон сосредоточил взгляд на двоюродном брате, видя, как тот сжимает в нетерпении кулаки. Пурпурные глаза внимательно следили за тенями в пещере. Король взывал ещё несколько раз, пока не вздохнул. К тому времени женщины прекратили петь, а рассеянные лучи света перемещались по пещере, указывая на движение солнца. Драконоблюстители начали тихо переговариваются. Рейегон скосил на них взгляд. Он вздохнул и подошёл к Визерису, опустив на напряжённое плечо короля крепкую ладонь. Таргариен вздрогнул и повернул голову к кузену.        — Ты можешь попробовать в следующий раз, — произносит Рейегон.        Визерис качает головой, несогласный. Если он и дальше продолжит сдерживать зов, то. Сын Бейлона Храброго вздохнул, опуская голову. Нет, он не может отступить, особенно когда зов силен. Сейчас, как с Балерионом, когда Деймону запустили в штаны ежа, и тот решил втихаря оседлать Караксеса, подбив на эту затею тетю Эллуйнис.        — Мой король, — раздается хриплый, скрежущий голос старшего магистра.        Визерис и Рейегон оборачиваются к старцу, сосредоточившись на нём. Они знали, что он скажет, что предложит. Тор, задумчиво почесал седую бороду. Старец вздохнул, устремив серые живые глаза на Таргариенов. Только он открыл рот, чтобы сказать, как из глубины пещеры раздался рев, похожий на птичий крик и мурлыканье кошки. Визерис и Рейегон моментально развернулись. Рев был знакомым и не принадлежал Вермитору. Внуки Джейхейериса хорошо помнят, как звучит Бронзовый Гнев. Из тени к ним вышла, шаркая крыльями, лапами и хвостом по каменному полу, Среброкрылая. Ее чешуя поблескивала в мелких проблесках лучей солнца, сквозь трещины в сводах пещеры. Порыкивая, зверь Доброй королевы Алисанны забралась на каменный причал для драконов, достаточно широкий чтобы уместить три телеги с лошадьми. Ее серебристые глаза с любопытством смотрели на тех, кто собрался здесь, издавая урчание Среброкрылая опустила голову с легка закругленными кожистыми рогами. Она приоткрыла пасть, обнажая острые зубы.        Среброкрылая.        Визерис издал разочарованный вздох. К нему на зов пришла Среброкрылая, когда он надеялся, что это будет Вермитор. Таргариен пожевал губы, вздохнул ещё раз, а затем поднял голову к серебристому зверю. Рейегон медленно отошёл назад, не желая привлекать внимание Среброкрылой к себе. Принц чувствовал ворчание Вхагар, что осталась снаружи. Старушка, видать, почуяла своего детёныша.        Драконоблюстители внимательно наблюдали за драконом, крепко держа копья из валирийской стали. Среброкрылая благосклонна к людям, более дружелюбная, но она провела больше тринадцати лет одна. Кто знает, что ящер захочет сделать. Не хватало ещё лишиться короля, в мгновение Ока.        Среброкрылая наклоняет рогатую голову ниже, ее ноздри шевелятся. Она обнюхивает Визериса, тихо рыча. Дракон моргает третьими прозрачными веками, увлажняя глаза: не сводя взора с Таргариена. Среброкрылая издала низкий рев, узнав кровь своей почившей всадницы.        Зуд не проходит.        Руки Визериса дрожат не от страха, а от напряжения. Ему нужен дракон. Сегодня. Сейчас. Сиреневые глаза Визериса следят за драконом. Он медленно протягивает руку к ней. Среброкрылая, издав низкий рык, прижалась кончиком морды к груди короля, давая возможность себя погладить. Сердце часто бьётся в груди, и Визерис знает, что дракон слышит его. Он касается ее горячей чешуи на морде, поглаживает, явно ощущая живой огонь под своей ладонью. Фыркнув зверь Доброй королевы медленно отстранилась, чуть приоткрыв пасть из которой доносился низкий гул.        Нет, это не Среброкрылая, Визерис опустил руку и сжал пальцы в кулак. Крылатый ящер грузно соскользнул с опорочных камней причала, тяжело опускаясь на пол поднимая клубы пыли. Дракон тряхнула головой и эта волна пошла по всему ее телу задевая давно уже не покрытую седлом спину. После смерти королевы Алисанны с Среброкрылой сняли седло, чему она была не особо рада жалобно завывая. Таргариены и драконоблюстители проводили ее взглядами, магистр Тор тихо хмыкнул, проводив семидесяти шести летнюю "старушку" взглядом, Среброкрылая вылупилась ещё при нем, когда он был послушником ордена Драконьих Хранителей.        Снаружи раздался утробный рев Вхагар, а затем ответный Среброкрылой.        — Ваше величество... — начал было Тор.        Визерис обернулся, покачал головой. Среброкрылая вышла на охоту. Король вздохнул и провел ладонью по волосам, разглаживая серебристые пряди. Он оглянулся на пещеру. Рейегон проследил за его взглядом и прикрыл пурпурные глаза.        — Я спущусь в пещеры, — уверенно заговорил Визерис, сжимая кулаки, он оглянулся к драконоблюстителям и велел: — подайте мне фонарь.        — Я пойду с тобой, — произнес Рейегон, подходя ближе.        — Нет, — ответил Визерис с нажимом, — я должен сделать это сам.        Король видел беспокойство кузена и ласково тому улыбнулся. Рейегон выдохнул через стиснутые зубы, не желая отпускать Визериса одного. Он взглянул, прикрыл глаза и неохотно кивнул, принимая волю короля. Хранители дали Визерису масляный фонарь, что уже горел. Они помогли королю спустится вниз с причала и проводили до входа в пещеры драконов.        * * *        Караксес с ревом пролетает над волнами, разрезая их, распугивая чаек, что громко и недовольно крича, уносились прочь, ведь им не дали охотится. Цири вцепилась в луку седла, с восторгом наблюдая за проносящиеся под ними волнами. Принцесса привязана к отцу и Деймон усмехнулся, слушая радостные возгласы дочери. Принц наклонился слегка назад, проверяя крепление ремней. В то время как Цири запыхтела от натуги, ведь ремни натянулись и прибавили ее к торсу отца, Деймон рассмеялся, поглаживая дочь по голове, выпрямляясь в седле. Над их головами пронеслась тень. Кровавый Змей взревел, когда Алдуин, хлестнув хвостом по воздуху, начал подниматься в высь.        — Давай приятель, за ними, — Деймон похлопал Караксеса по кроваво-красной чешуе.        Змееподобный дракон, пару раз мощно взмахнув крыльями, начал нагонять сородича, порыкивая от веселья, издавая тонкие свистящие звуки. Алдуин утробно зарычал, коли ящеры сплелись в спираль, поднимаясь высоко в небо, кружа друг напротив друга, а затем резко разошлись по широкой дуге, но не на долго. Алдуин, сделав бочку, подлетел к Караксесу. Драконы обменялись рынками и фырканьем. Эллуйнис выпрямилась в седле, отпуская поводья. Обсидиановый Король тряхнул головой, раздражённо рыча. Беловолосая наклонилась вперёд и погладила чешуйчатого друга, ощущая жар и мощь под кожаной перчаткой, что быстро нагрелась. Деймон с обожанием смотрел на свою Звёздную принцессу, что подарила ему очаровательную Снежинку. Но он хотел гораздо больше детей, так, чтобы весь выводок заполонил стены их замка, в которой они скоро переберутся. Часть лица жены скрыта под черной тканевой маской, лишь индиговые глаза блестят весельем. Цирейнис протянула ручку к матери, но они были слишком далеко друг от друга. Деймон подмигнул жене и растянул губы в улыбке, чуть обнажая зубы.        Они летели по ветру. Драконы лениво взмахивали крыльями. Эллуйнис прикрыла глаза, наслаждаясь ветром и силой, что поет от связи с драконом. Она подняла руки и развела их в сторону, вдыхая воздух, наполняя лёгкие им. Она открыла глаза, ощущая на себе жаркий взгляд мужа. Этой ночью она точно не уйдет от его страстных объятий. Эллуйнис поправила выбившуюся прядь волос, убрала ее за ухо, наблюдая за дочерью и мужем.        — Пап, — Цири дернула отца, за рукав кафтана отвлекая его от Луны.        — В чем дело, Снежинка? — спросил Деймон наклонившись к дочери, на сколько позволяли ремни и их положение, — хочешь спуститься?        Цири отрицательно покачала головой.        — Может, Караксес сделать петлю? — спросила принцесса.        — Уверена, в прошлый раз ты зажмурилась, когда Алдуин сделал бочку, — произнес Деймон, дочь уверенно кивнула.        Кровавый Змей недовольно рыкнул, как только в их сторону полетел Алдуин: бочком, накренившись. Караксес дёрнулся, уходя из-под траектории полета сородича, щёлкнул челюстями гневно в его сторону. Алдуин раздражённо рыкнул. Деймон вцепился в ручки седла, сильно стискивая челюсть и ругаясь про себя. Цири же вскрикнула. Сердце девочки забилось чаще от резкого маневра матери. Нет, Эллуйнис не стремилась сбросить их, а лишь взбодрить. Обсидиановый Король пролетел под ними и вынырнул с другой стороны, устремляя свою тушу выше. Эллуйнис же весело смеялась. Она выгнулась в пояснице, устремив взгляд на мужа и дочь, держась одной рукой за ручку седла, второй она отсалютовала им, вытянув раскрытую ладонь.        Деймон усмехнулся, скривив губы. Он подмигнул жене и погладил Кровавого Змея по шее, проведя ладонью в перчатке по горячей чешуе. Драконы, поймав потоки воздуха, поднялись на достаточно большую высоту. Если же глянуть вниз, то Королевская Гавань казалась совсем уж крошечной, а люди и вовсе чуть ли не мелкие муравьишки. Они парили друг напротив друга, пока ящеры довольно посвистывали, лениво взмахивая крыльями.        Цири восторженно закричала, стоило отцу направить Караксеса в петлю, прямиком к воде. От этого у девочки закружилась голова, она прикрыла сливовые очи. Деймон выпрямил друга. Тот, издав рык, взмахнул крыльями. Они пролетели над пиками Красного Замка, устремляясь дальше. Алдуин спустился на их уровень, лениво урча. Драконы вновь унесли всадников в высь. Караксес сделал бочку, красуясь перед дочерью всадника, да и радуя маленького человечка. Алдуин же кружил рядом. Они рассекли могучими крылья туманные, влажные и прохладные облака, что сверкали железной на солнце, и вынырнули из их недр, втягивая за собой дымчатый след.        * * *        Алисента стояла в стороне, почти у второго выхода из Драконьего Логова, куда их привели Лейнор и Рейнира. Дева Башни неосознанно дёргала кутикулы на пальцах: дурная привычка, от которой Алисента хочет избавиться, но пока не может. Ее всегда волновала близость к драконам, а сердце так и стучалось загнанной пташкой. Хайтауэр отвела взгляд в сторону, рассматривая своды Логова. Некогда песочно-белый камень с резными узорами закоптился: от драконьего пламени и сажи, что оставалась после. Из мелких квадратных окон в куполообразной крыше просачивались лучи солнца, падая на поверхность стен. Этого было мало для освещения. Полумрак все ещё сохранялся, потому на колоннах висели масляные фонари. Алисента предпочла бы остаться с наружи, пока два валирийских всадника воркуют со своими драконами, но Рейнира так просила ее пойти с ней, что дочь десницы не могла отказать.        По пространству Логова раздалось фырканье и тихий утробный рык, что отразился от стен, начав гулять эхом. Алисента перевела взгляд на Лейнора и Рейниру. Их драконы млели от касаний всадников. Морской Туман, довольно урча, опустился брюхом на пыльную землю, чуть ли не тычась мордой в грудь смеющегося Лейнора. Сребровласая, хихикая, прикрывала губы ладонью, но тут же ахнула, стоило Сиракс ее толкнуть головой в бок, лениво помахивая хвостом. Принцесса пошатнулась и упала бы, если не юный Веларион, что поймал ее на короткий миг, задержав в объятиях. Драконы издали фыркающий звук, похожий на смех.        Тихое позвякивание бронзовых браслетов привлекло внимание Алисенты так, что ее взор опустился на загорелые запястья старшего ребенка Морского Змея. Живя на острове Дрифтмарк, леди Лейна часто бывает на солнце, и от столичных аристократок, как и барышень Великих и Малых Домов, ее выделяет загорелая кожа. В отличие от благородной белизны, Алисента почувствовала себя бледной Леди. Даже Рейнира имела лёгкий загар из-за частых полетов на Сиракс. Леди Лейна сжимала правое запястье, легонько задевая браслет с сапфирами из бронзы. Он был витиеватый, словно лозы лианы с цветами. Алисента оглядела Лейну: серебристо-жемчужные волосы, что волнами спускались по спине до талии. Лик ее был спокойным, словно морская гладь. Веларион, почувствовав на себе взгляд, посмотрела на Алисенту, мягко улыбнувшись. До этого они пытались завести лёгкую беседу, но через пару предложений разговор сходил на нет.        — Думаю нам пора возвращаться, — произнесла Лейна, шурша голубым платьем с серебристой вышивкой напоминающих морских коньков по подолу наряда.        Над Логовом раздался рев двух драконов, а затем громкое хлопанье крыльев. Морской Туман и Сиракс подняли головы к потолку, раздувая ноздри, принюхиваясь. Было понятно, кто пролетел над ними, ведь за полчаса до этого в небо поднялись дядя Деймон с двоюродной бабушкой Эллуйнис и Цири. В прочем, Лейнор привел Рейниру к драконам, чтобы отвлечь ее от тревог о матери и отце, что улетел с принцем Рейегоном. Это будет по истине великий день, когда король вновь оседлает дракона, показав всем мощь Драконьей Крови.        Рейнира и Лейнор переглянулись пока их драконы просили ласки.        — К тому же, — подала голос Алисента, — честно говоря, я проголодалась, — щеки девушки покрылись лёгким румянцем смущения.        Рейнира задумчиво кивнула, ведь она тоже проголодалась и была бы не против легко перекуса.        Со стороны одного из туннелей послышалось отчётливое блеянье барашков. Драконы тут же за спинами всадников, предвкушающе заурчали, вытягивая гении в сторону угощения, которое вели к ним драконоблюстители. Таргариен и Веларион отошли от драконов в сторону Алисенты и Лейны, что следили за барашками, которых вели на привези. Стоило животным заметить крылатых ящеров, что разинули пасти, пуская слюни, несчастные создания заблеяли сильнее, упираясь копытцами в гладкий пол. Но Хранители неумолимо тянули их вперёд.        Алисента отвела взгляд, ей стало жаль животинку и, не дожидаясь валирийцев, подобрав полы платья, сославшись на то, что ей стало душно, спешным шагом покинула Логово. Выйдя на солнце, огненноволосая красавица вдохнула свежий воздух. За спиной послышалось шуршание ткани и стук туфель по камню. К ней вышли остальные. Вместе они спустились к карете.        * * *        Рейнира прогуливалась по садовым дорожкам вокруг Красного Замка. День близился к вечеру, солнце уже не так припекало, как днём, и было хорошо, особенно после Драконьего Логова. Она была рада повидать Сиракс и пообещать своей Золотой Леди, что полетает с ней обязательно, возможно, даже уговорит Алисенту всё-таки сесть в седло. Принцесса улыбнулась, убрав руки за спину и сжав ладони вместе; сиреневый подол платья тихо шуршал об брусчатку дорожки.        Мимо принцессы и её клятвенного щита проходили придворные, они кланялись и приветствовали Отраду Королевства. Рейнира величественно кивала им в ответ, останавливаясь, чтобы переброситься парочкой дежурных фраз, поддерживая легкий вежливый разговор, а затем продолжить путь дальше.        После возвращения из Логова Лейна ушла к матери, а Алисенту позвал к себе лорд-десница. Лейнор, подмигнув принцессе, убежал на рыцарский двор, так что Нира осталась одна и решила прогуляться до ужина. Принцесса не могла выбросить из головы, что ее отец снова станет всадником дракона. Эта мысль еще в Логове не давала ей покоя, заставляя нервно кусать губы, хотя беловолосая старалась остановить себя от этого. Она знала, что у ее отца все получится, и он оседлает либо Бронзового Гнева короля Джейхериса, либо Среброкрылую королевы Алисанны, а может и Пламенную Мечту, ведь она тоже гнездилась на Драконьем Камне.        В любом случае Рейнира узнает об успехе отца, завидев в небе драконов или дракона, если не удастся, и отец вернётся с дядей Рейегоном на спине Вхагар.        В небе раздался свистящий рев, легко узнаваемый, и Рейнира подняла голову, устремляя взор в голубые просторы неба, где с ветки на ветку перелетела ласточка. Она и рыцарь остановились под кроной древа. Принцесса сделала несколько шагов в сторону. Гравий захрустел под ногами, и она вышла из-под тени дерева и ветвей. Спустя мгновение раздался ещё один рев, и в синеве промчалась алая стрела, а вслед за ней черная молния. Нира изогнула губы в улыбке, уголки глаз приподнялись: дядюшка с тётушкой и Цири возвращаются с прогулки.        — Ваше Высочество, все в порядке, вы выглядите обеспокоенно, — подал голос до этого молчавший Кристон Коль. Шатен подошёл к принцессе чуть ближе, его серебристые доспехи звякнули при шаге, а белый плащ качнулся.        Рейнира слегка повернула голову в сторону рыцаря.        — Все в порядке, сир Коль, не беспокойтесь, — ответила Рейнира, изогнув губы в улыбке, но эта улыбка не тронула глаз. Она увидела, как меж темных бровей клятвенного щита залегла небольшая складка. Нира мягко ответила: — я волнуюсь за отца.        — Наш король храбрый, вот увидите, его величество король Визерис прилетит на драконе и сделает пару кругов над Королевской Гаванью, — убеждённо ответил Коль, сделав ещё шаг к принцессе. Его взгляд потеплел, и в его глазах что-то промелькнуло, что Рейнира не успела разглядеть.        — Конечно, — кивнула принцесса, — мой отец летал на самом Балерионе, задолго до моего рождения.        Кристон Коль чуть улыбнулся. Он не стал что-либо дополнять, этого и не требовалось. Он был рад, что смог хоть чуть-чуть унять волнение принцессы. Рейнира сделала шаг в сторону. Ее взгляд устремился за спину клятвенного щита. Юная красавица искренне улыбнулась, увидев идущую по садовой дорожке Алисенту. Хайтауэр заметила Таргариен и приветливо помахала ей. Рыжеволосая остановилась мгновение, думая, стоит ли ей подойти к Нире. Она было сделала шаг в их сторону, но оглянулась, услышав оклик отца. Рейнира заметила идущего к дочери лорда-десницу. Улыбка чуть померкла на губах принцессы. Алисента извиняющийся взглянула на сердечную подругу и отошла к отцу. Отто коснулся щеки дочери, на удивление ласково погладив ее и чуть мягко смотря в глаза Алисенты, лёгким жестом мужчина предложил дочери идти рядом. Рейнира взглянула на Коля и кивком головы намекнула, что им пора идти дальше, возможно позже она утянет Али с собой и Лейной гулять по Красному Замку.        Внезапно вечернее небо над столицей содрогнулось от громоподобного рева дракона, что разнесся по всей округе. Большая тень накрыла алые крыши домов, проплывая по ним. Зверь, рыча, сделал три круга над Королевской Гаванью, пролетел на Великой Септой, почти задевая хвостом куполообразную крышу, пролетая над холмом Рейнис, где высилось Драконье Логово. Люд, что успел лицезреть черную чешую, зашептал о Балерионе. В основном старики, что застали дракона Эйгона Завоевателя ещё живым, пока остальные с трепетом и волнением наблюдали за кружащиеся крупными ящерами. Вхагар кружила высоко в небе, не приближаясь к крышам домов, пока Чудище летело низко. Утробно рыча, оно направилось в сторону Красного Замка.        Чудище приземлилось на крышу Тронного зала. Камни под весом монстра жалобно затрещали, начав трескаться. Дракон издал утробный рык, что сотряс небеса. Десница в ужасе смотрел на гигантского черного дракона, который опустил большую рогатую голову к земле, скаля черные зубы. Отто Хайтауэр отвел дочь за спину и медленно, вместе с дрогнувшей Алисентой, что с не меньшим страхом смотрела на обсидианового ящера в месте с единственной дочерью, отступая назад, не желая становится закуской для дракона, мужчина сжал вспотевшую ладошку дочери, успокаивая ее и себя. Из ноздрей зверя вырывались клубы дыма. Одним крылом чудовище с Драконьего Камня ступил на дорожку, где несколько минут назад прогуливались люди. А теперь в ужасе спешили прочь. Рейнира со страхом и восторгом смотрела на зверя, который достигал практически размеров Вермитора, а его она видела, хоть и издалека, кружащегося над Драконьим Камнем в поисках добычи. Хотя, если вспомнить, то Нира видела Бронзового Гнева в близи, когда прадедушка Джейхерис ещё был жив. Но тогда она была маленькой, а Вермитор казался ей великаном, а Вхагар так и вовсе титаном! Принцесса не замечала того, как храбро Кристон Коль заслонил ее собой. Взгляд девушки был прикован исключительно к дракону и всаднику на его спине.        Король съехал с крыла Каннибала, встав на ноги. Мужчина посмотрел на своего дракона. Изумрудные глаза неотрывно следили за всадником. Что было протянул руку к его морде, желая погладить, но дракон приподнял губы, больше обнажая острые клыки. Зверь полностью слез с крыши Тронного зала, выкорчив когтями задних лап клумбы, о которых так бережно заботились садовники. Крупная туда нависла над королем, изогнув шею так, чтобы практически царапать рогами садовые дорожки. Каннибал посмотрел на всадника. Его могучий хвост лениво помахивал из стороны в сторону. Визерис вышел из-под тела дракона и все же коснулся бока морды черного ящера. Тот фыркнул, явно недовольный, но все же прикрыл глаза, давая касается себя.        — Спасибо, мой друг, — искренне произнёс мужчина.        Несколько мгновений спустя Каннибал широко расправил большие крылья, оттолкнувшись лапами от земли, поднялся высоко в небо, фырча, держа курс в сторону Королевского леса, в то время, как Вхагар приземлилась во дворе замка, откуда несколько часов назад взлета с двумя всадниками на спине, а теперь с одним своим Рейегоном.        Визерис вздохнул, провожая Каннибала взглядом. Он охнул, пошатнувшись, когда в него врезалась Рейнира. Возможно, он не заметил, когда дочь подбежала к нему, обнимая. Лицо мужчины осветилось теплотой, только он увидел улыбку дочери.        — Отец, я так счастлива, — произнесла Нира, глаза ее сверкали гордостью.        Подошедший лорд-десница сделал поклон, приветствуя короля, пока Алисента приседала в изящный реверанс, склоняя рыжую голову. Таргариен кивнул, махнув рукой, давая дозволения для поднятия. Покуда придворные находились в шоковом состоянии, король, мягко придерживая дочь за плечи, повел ее в сторону, входа в замок. На губах Таргариена расплылась тонкая улыбка. Да, лорд Бисбери будет хвататься то за голову, то за счёты, подсчитывая, сколько денег уйдет на восстановление клумб, дорожек и залатанния трещин в Тронном зале.        Визерис понял, что желает выпить крепкого вина, желательно парочку бутылочек, чтобы отметить его вновь становление всадником, да и чтобы шалящие нервы успокоить.        * * *        Семейный ужин прошел довольно шумно и весело, что немного не радовало сердце короля. Визерис так и лучился счастьем от того, что вся его большая семья собралась этим вечером вместе. Стол ломился от явств и напитков: жареной баранины, политой медом, ароматного картофельного пюре, кувшинов, полных вина, и земляничного и вишнёвого компота. По всей малой обеденной комнате радовался шум разговоров, который лился точно ручейки.        Рейнира держала у себя на коленях Цирейнис, тиская юную тётушку, а та задорно смеялась, раскрасневшись. Позже Эллуйнис поманила дочь к себе, решив, что с неё довольно на сегодня, иначе она не уснёт. По пути Цири не избежала объятий Лейны и Лейнора, но вместо того чтобы забраться на колени к матери, девочка попросилась к отцу. Деймон поднял её, усаживая к себе на колени, и, наклонившись, поцеловал дочь в лобик.        Визерис лениво моргал, словно сытый кот. Он поглаживал руку жены, периодически целуя пальчики Эйммы, чем смущал Рейниру, и принцесса отводила взгляд, задерживая его на дяде Рейегоне, который почесывал грудку Ели. Сипуха уселась на колене хозяина, пока тот закинул ногу на ногу.        Слуги убрали многие блюда, из которых были недоеденные, они оставили фрукты и кувшины, наполненные вином и компотом.        Тихий семейный вечер в разговорах ни о чем был нарушен ревом дракона, столь громким, что казалось, будто небеса треснут. Король прикрыл глаза, ощущая, как рев Каннибала отзывается в его груди; это было приятное чувство, хоть и непривычное. Визерис заметил на себе взгляды: нетерпеливые, любопытные, его родня желала услышать, как он оседлал дикого зверя.        — Папа, пожалуйста расскажи, как ты оседлал Каннибала? — нетерпеливо произнесла Рейнира, подавшись на мягком кресле вперёд.        Визерис улыбнулся дочери и родным.        — Сначала я взывал к Верметору, — произнес король, поднося руку жены к губам и целуя каждый пальчик. Эймма мягко улыбнулась, — а затем...        Визерис остановился, прислушиваясь к тишине. В естественном коридоре пещеры гулял ветер, и где-то поблизости слышалось дыхание драконов, перемешанное с тихими рыками. Таргариен поправил масляный фонарь и посмотрел назад, туда, где в гроте осталась Пламенная Мечта. Мужчина услышал её свистящий рык и помнил, как та пригнула большую рогатую голову к земле, скаля зубы, точно предупреждая его. Неужели Вермитор и Пламенная Мечта не поделили добычу, и теперь она обижена на сородича? Визерис тряхнул головой, вздохнул и пошёл дальше, полный уверенности получить Бронзового Гнева, мысленно напевая старинную песню, которая поможет ему в этом.        Ещё один поворот и очередная развилка. Сереброволосый прислушался к своим чувствам: они настойчиво тянули его вправо, и он слышал их зов. Визерис не стал идти против зова и свернул направо. Он пробирался по пещере, смотря себе под ноги. В тишине слышался скрип ручки фонаря в его руках и тихий звон камушков, которые отскакивали от его сапог. Король остановился, ощутив на лице прохладный ветерок. Он прикрыл сиреневые глаза, ощущая солоноватый запах. Визерис понял, что он был близок к выходу на берег моря. Таргариен продолжил идти. Пещера сужалась, и в какой-то момент ему пришлось идти чуть ли не бочком.        Визерис опустил фонарь, заметив впереди блики света, да и пещера стала шире. Он оправил мантию. Спустившись по естественным ступеням, он ступил на песок и замер, услышав дыхание дракона, шуршание его кожистых крыльев, порыкивания и неизменный запах серы и дыма. Сребровласый опустил фонарь и как можно тише поставил его на камень; возможно, он пригодится ему на обратном пути, если он всё же не предъявит права на дракона.        Сердце в груди отбивало ритм, он прикрыл глаза, собираясь с силами. Он дракон и не должен бояться, он тот, в ком течет их кровь, живой огонь.        "Вермитор," — подумал Визерис открывая глаз и с решимостью разворачиваясь к пещере.        Он сделал шаг и обо что-то стукнулся носком сапога. Послышался шум, словно стекло глухо забряцало. Таргариен опустил взгляд и похолодел. Возле его ноги лежали кости, обожжённые, обглоданные ребра, позвоночник и череп дракона. Сердце вновь забилось чаще, а ладони покрылись испариной от страха.        Это немного быть правдой, зов не мог привести его к...        Каннибалу.        Но его тянуло в пещеру, туда куда на песок падал свет, а затем с грохотом опустился большой шипастый хвост, что поднял брызги песка и заскользил делая неглубокий ров. Раздался утробный рык, в коем слышалось нетерпение.        Визерис тихо вздохнул. Он сделал шаг в пещеру, слыша шум волн, разбивающихся о скалы. Краем глаза он заметил выход из пещеры, достаточно большой, чтобы пролез дракон. Таргариен оглядел пещеру, замечая на стенах царапины от когтей. Где-то кучкой лежали кости как детенышей драконов, так и человеческие с бараньими, несчастные, что попались Каннибалу.        А затем он увидел дракона. Визерис остановился, замечая, как из тени пещеры на него смотрят зелёные глаза. Чудище выдвинуло голову из тени вперёд, оскалив черные зубы. Камень заскрипел под массивной тушей дракона. Он опустил голову к земле и принюхался, ноздри раздувались, всасывая аромат человека. Визерис заметил изогнутые вниз рога зверя, как у некоторых баранов; они торчали, словно бивни. Правый был обломан, вся морда Каннибала в шрамах, полученных в схватке с другими драконами, верхние рога извивались.        — Я не обижу тебя, — произнес Визерис, спокойным, размеренным голосом, что его и удивило, Таргариен был спокоен, — ты ведь зовёшь меня.        Каннибал повернул голову, и коготь правого крыла зарылся в песке неподалеку от короля. Чудище моргнуло третьим прозрачным веком, медленно. Визерис понял, что дракон дал ответ; мужчина ощущал нить, тянувшуюся от него к черному зверю. Таргариен аккуратно, не делая резких движений, протянул руку в сторону дракона и сделал шаг к чудовищу, запев, надеясь, что это успокоит дикого ящера.        — Как один мы соберемся, и с тремя головами. Полетим мы, как было предначертано судьбой. Красиво, свободно.*        Каннибал издал свистящий звук, он зашевелился и проехал брюхом по камню и песку, шурша чешуей, и подошёл к выходу. Визерису пришлось отскочить в сторону, чтобы дракон не сбил его с ног. Зверь вышел на пляж, и, как показалось Визерису, собирался взлететь, оставляя человека одного, но вместо этого чудище зарычало – это был призывный рев. Таргариен ощутил, как его сердце заколотилось в груди, руки больше не дрожали, он сделал шаг, затем ещё один и ещё.        Пока он не вышел из пещеры на берег, где, изогнув шею в его сторону, повернул голову Каннибал, дракон опустился на один бок, неловко и неуклюже. Визерис понял, что тот предлагает забраться на него; изумрудные глаза дракона встретились с сиреневыми глазами валирийца.        Сребровласый медленно подошёл к дракону, не сводя с него глаз. Каннибал пошевелился, большой хвост лениво зашуршал по песку. Визерис протянул руку, касаясь крыла дракона, тот терпеливо наблюдал, хотя Таргариен ощутил, как могучие мышцы дрогнули под его касанием, а черная чешуя переливалась малахитовыми бликами, что неизменно завораживало. Визерис начал вскарабкиваться по крылу дракона, Каннибал отвернулся, подняв голову к небу. Цепляясь за чешую и думая о том, что он делает, роя себе могилу, но эти мысли выветрились из головы короля, когда подул ветер, развивая его волосы и полы мантии. Визерис устроился на спине дракона, между двумя гребнями, он сильно вцепился в наросты. Каннибал поднялся во весь свой рост, он опёрся о хвост, расправив большие крылья, оттолкнулся от земли, поднимая брызги мокрого песка.        — Стой! — слово вылетело из уст короля и тот крепче ухватился за отростки.        Каннибал набрал крутую высоту, разгоняя стаи чаек, порывами ветра и разнося по округе свой рев.        Первый и последний всадник.        Каннибал сделал круг над Драконьим Камнем, грозно ревя и предупреждая о своем присутствии. Они пролетели над шпилями чернокаменного замка, родового гнезда Таргариенов, с крыш которого разлетелись птицы. Визерис держался крепко, его сердце пело: как же давно он не летал! Он помнил свой последний полет с Балерионом, как ему пришлось поднимать Черного Ужаса в небо. Каннибал нырнул к горам, сердце подскочило к горлу, и король сглотнул. Сын Бейлона Храброго увидел людей, собравшихся во дворе замка: рыцарей гвардии, драконоблюстителей и слуг; кто-то заметался в панике. Визерис понимал, что они видят, как огромное чудище, дикое и свирепое, летит над ними.        Он услышал рев и, повернув голову, увидел, как старушка Вхагар, стоя на пригорке, яростно ревёт в их сторону. Каннибал, повернувшись, грузно опустился на холм рядом и издал ответный рев, скаля зубы. С соседнего холма раздался ответный свирепый рев Среброкрылой. Визерис заметил Рейегона и обглоданные кости быка, которые ранее принесли Вхагар. Он не мог видеть лица кузена, но отчётливо мог представить его шок.        — Каннибал?! — услышал недоверчивый крик Рейегона.        — Он взывал ко мне! — ответил Визерис, выкрикивая слова.        Каннибал, утробно зарычав, поднялся в небо, громко хлопая крыльями и унося всадника прочь, в сторону Узкого моря.        Король закончил говорить, он протянул руку и наполнил себе кубок вина, отпил, смачивая горло, и понял, что руки его дрожат от вновь пережитых эмоций. Он снова драконий всадник, и это осознание наполняет его гордостью. Поставив кубок на стол, Визерис взглянул на родственников, видя в их глазах одобрение, восхищение и поддержку.        Рейниру распирало от гордости, щеки её были красны, а глаза блестели восторгом. Теперь эта история станет её любимой, и она будет просить отца рассказать её снова и снова, пока не надоест. Эймма поцеловала мужа в щеку.        — Трудно поверить, что ты оседлал Каннибала, — произнесла Рейнис. Она бы не поверила, если бы не увидела это чудовище рядом с королем с балкона своих покоев.        — Каннибал, — ухмыльнулся Деймон, — Боги, Визерис, да ты безумен.        Король усмехнулся в ответ. Какое-то время они ещё сидели вместе, разговаривая и вспоминая, кто и как оседлали своих драконов. Затем, распрощавшись, они разошлись по покоям.        * * *        Прохладный ветерок развевал лёгкий тюль в покоях королевы, задевая огненные языки свечей, заставляя их подрагивать. Бревна в камине забавно потрескивали, сухая древесина разлеталась мелкими искрами, пока огонь жадно поглощал угощение.        Раздался плеск воды, стоило Эймме подняться, поддерживаемая под руки служанками, что тихо ворковали: "Осторожнее Ваша Милость.". Платиноволосая аккуратно перешагнула бортик медной ванны, ступая ножкой на мягкое пушистое полотенце, что было постелено на небольшой табурет. Затем туда же опустилась вторая ступня. Аррен прикрыла глаза. Ребенок снова зашевелился в утробе, пинаясь маленькими ножками и ручками.        "Он такой живой!" — тепло подумала Эймма, чувствуя мимолетную усталость от его активности.        Служанки в алых платьях с белыми передниками и того же цвета чепчиками закружили вокруг королевы. Старшая из служанок отдавала распоряжения, пока другие выполняли. Уже была расстелена постель под голубым балдахином и нагрета с помощью латунной грелки, что по форме напоминала сковороду с крышкой с мелкими отверстиями для выхода тепла, и очень длинной деревянной ручкой: туда, в жаровню, ложили тлеющий уголи: клали ее между льняными простынями. Впрочем, в такие теплые летние ночи грелка и не нужна была, но, по наставлениям мейстера Меллоса, грелку все же приходилось класть. Мейстер уверил: дитя должно быть в тепле. Эймма мысленно закатывала глаза на такие наставления, уставшая от этой беременности.        Другие держали дополнительные полотенца и халат, пока третий вытирали насухо королеву: бережно проходясь мягкими полотенцами по нежной светлой коже дочери Дейлы, собирая влагу с ее тела. Служанки ворковали над женщиной, приговаривая, какая она красивая, славная, как народ любит ее. Полотенца прошлись по рукам, по изгибу тяжёлых грудей, наполненных молоком. Эймма издала тихий судорожный стон: грудь так ныла и была чрезмерно чувствительная. Служанки вытерли ее живот, стройные ноги. Королева шагнула вперёд, вдевая стопы в мягкие тапочки, ей помогли надеть длинную сорочку. Затем ей на плечи лег расписанный по краям синей гжелью халат: ленты аккуратно завязали под грудью.        Внезапно двери покоев королевы открылись. Служанки вздохнули, и их руки разошлись от королевы в стороны. Женщины тут же сложили ладони на белых передничках, склоняясь в поклоне. Эймма поправила халат и посмотрела на вошедшего. На губах ее расцвела мягкая улыбка.        — Ваше величество, — произнесли служанки хором, не поднимая головы.        Визерис стремительно вошёл в покои жены. За его спиной тяжело закрылись резные, из дуба двери. Полы его халата развевались, а мягкая туника колыхалась вокруг ног. Таргариен улыбнулся, скользнув взглядом по жене, лаская ее теплотой. Лёгким движением руки сребровласый мужчина разрешил служанкам поднять головы. Визерис подошёл к Эймме ближе. Он протянул руку, ласково касаясь ее щеки, погладил, наслаждаясь мягкостью ее кожи, большим пальцем касаясь мягкой нижней губы супруги.        — Как ты мой Соколенок? — любяще спросил король, взгляд его был нежным, полным тепла.        Лицо Эйммы смягчилось, в голубых глаз заплясали искры тепла. Она склонила голову, прижимаясь губами к внутренней стороне ладони мужа, заставляя его на миг затаить дыхание. Когда она вновь посмотрела на Визериса, на губах Аррен раскрылась улыбка. Король жестом отпустил служанок, тем самым велев оставить его и жену наедине. Таргариен отвёл супругу к мягкой софе, куда усадил ее, а затем сел и сам.        Слуги недолго метались по покоям королевы, сливая воду из медной ванны, вытирая полы, а затем унося и саму ванну прочь из комнат, напоследок сделав книксен и пожелав монархам Шести Королевств доброго вечера.        — Как видишь, мой Визи, со мной все в порядке, — произнесла Эймма, посмотрев на Визериса. Она сжала его ладонь и направила к своему животу, приложив крупную мужскую руку к теплой поверхности сорочки, что выглядывала из-под халата.        Глава короля расширились, на лице расплылась счастливая улыбка, задевая глаза, вокруг которых собрались морщинки лучей. Он погладил животик супруги, улыбаясь шире: это его наследник толкается так активно и живо! Если Боги будут благосклонны, это дитя выживет. Он был уверен в этом: ведь во снах старший сын Бейлона видел, как нянчит сына, что играется с резным драконом, которого он сам выстрогал ещё для Рейниры, и смотрит на отца большими голубыми глазами матери. Его маленький Бейлон.        Визерис наклонился целуя жену в щеку и тут же прижимаясь лбом в её лбу.        — Мой милы Соколенок. Я так тебя люблю, — с чувством прошептал мужчина, останавливая руку на животе платиноволосой, — даже если ты подаришь мне ещё одну дочь...        Женщина тихо усмехнулась. Она подняла голову, прижимаясь губами к виску супруга. Внезапно она поднялась на ноги, медленно проходя по мягкому ковру в сторону широкой кровати, попутно теряя мягкие тапочки. С плеч соскользнул халат, волной упав на пол. Эймма на миг остановилась, посмотрев на мужа через плечо, опустила невинно ресницы и отвернулась. Уже подходя к кровати, сбросила с себя сорочку, что улетела в сторону кресла. Оставшись обнаженной, она грациозно, насколько это возможно, с животом забралась на кровать, перевернулась на спину и поманила пальчиком мужа, призывно улыбаясь.        Стоит ли говорить, что испытывал в этот момент Визерис? Ведь в его штанах начался пожар. Король вскочил на ноги, быстро избавляясь от одежды. Он чуть запнулся, снимая штаны, видя, с каким интересом она оглядывает его. Пресс достаточно крепкий, как и все остальное в мужчине. Он ловко забрался на кровать, нависая над супругой, что весьма довольно улыбалась. Визерис наклонился, касаясь горячими губами нежной кожи шее любимой, оставляя поцелуи на коже, спускаясь ниже.        * * *        — А что это вы делаете, а? — раздался в ночной тишине кухонь замка, насмешливый голос Лейнора.        Три красавицы, что расположились по бокам от кухонного островка, в центре которого стояла корзинка с пирожными, а рядом кувшины с малиновым компотом, замерли в самых различных позах: одна с набитым ртом, точно хомяк, упрятавший зерна за щеки, вторая только подносила сладость ко рту, скосив взгляд на незваного гостя, а третья покраснела от стыда и смущения, став практически в тон своих волос, судорожно сглотнула, опуская хрустальный кубок с компотом на стол. Рейнира с набитым ртом широко раскрыла глаза, застуканная на месте преступления. Алисента, краснея до мочек ушей, поспешила запахнуть халат, пряча сорочку молочного оттенка. Лейна опустила руку с приложенным и, нахмурившись, посмотрела на брата.        — Отрада Королевства, Жемчужина Дрифтмарка и Дева Башни, — изогнул губы в насмешливой улыбке Лейнор, он стоял прислонившись плечом к косяку двери, косы были распущены и падали на плечи, выглядело это забавно словно паук лапки расставил, — и чего это мы не спим леди, в столь поздний час? — он выгнул светлую бровь.        — Тебе это снится, — произнесла Лейна подражая весёлому тону младшего брата.        — Мне это не снится, — ответил Лейнор покачав головой и улыбнулся шире.        Наследник Дрифтмарка плавно оттолкнулся от косяка двери и подошёл к столу, разглядывая красавиц и пирожные. Насмешливый взгляд Лейнора упал на Ниру, на миг задержавшись на ней, а затем скользнув к сестре.        — Я даже знаю кто это мог придумать, — протянул он весёлым тоном, — да, сестрица? Только ты могла, взять Рейниру и леди Алисенту, повести невинных дев на кухню кушать сладости.        Лейна усмехнулась по-доброму так, как может только сестра. Она приняла предположение Лейнора, хотя понимала, что он догадался, кто на самом деле привел их сюда ночью. Алисента на миг внутренне возмутилась: почему юный лорд Лейнор решил, она не могла предложить эту идею двум валирийким девам? Предложи Хайтауэр такое, Рейнира точно бы подержала ее. Но высказывать свои мысли рыжеволосая не спешила. Рейнира тем временем управилась с пирожным и теперь облизывала пальцы. Алисента глотнула компота из своего кубка.        — Я их привела сюда и что? — произнесла Лейна, упирая руки в бока и чуть сжимая ткань голубого шёлкового халата из Пентоса.        — Моя милая сестрица, я слежу за твоей фигурой, — улыбаясь произнес Лейнор, — кто же тебя такую пышку замуж возьмёт?        — Найдётся тот кто, возьмёт, более того мужчины любят дам в форме, — заявила язвительно Лейна.        Лейнор протянул руку к корзинке со сладостями и взял одно вишнёвое пирожное.        — Это за то чтобы я молчал, о ваших ночных похождениях, — Веларион подмигнул Рейнире, — к тому же надо делиться! — сказав это он одним укусом проглотил сладость довольно улыбаясь.        Девушки переглянулись, улыбнувшись друг другу.        — Нам оставь! — воскликнула Рейнира, потянувшись к корзинке.        Веларион что-то угукнул и девушки присоединились к нему продолжая вечернюю трапезу.        Не прошло и пары минут довольного блаженного мычания, как со стороны дверей кухни послышались шаркающие шаги и ворчание, попутно с лязгом металла. Юные аристократы замерли вовсе, глаза уставившись на двери, сердце бурно застучало в груди, по телу прокатились ледяные мурашки. А за дверями раздался голос старшей кухарки: "я же говорю, что слышала что-то!", а вслед ей голос стража: "Сайфа, в полное может быть так, что это придворный кот грызунов гоняет.". Ручка двери зашевелилась.        Рейнира схватила за руку Алисенту, а Алисента Лейну! Лейна, Лейнора! И вся четверка рванула с места с шальными улыбками на лицах. Принцесса вывела их тайными коридорами слуг к одному из гобеленов, за которым скрывался тайный проход, пока остальные громко шептали, хотя на самом деле тихо, о том, что стоит поторопиться, пока на кухне раздавалось ворчание кухарки и хохот рыцаря.        Шалость удалась.