Аркейн: Чужак из Песков

Любая буря имеет свойство заканчиваться. Этот шторм так же подошёл к концу. Резко, без всяких предпосылок. Абсолютная тишина. От этого мира можно ожидать всего. Особенно, когда имеешь дело с магией. Могущество людей, подчинивших себе природу, силу дня и ночи, и самой жизни может быть безграничным. Но шторм, сменившийся тишиной, был каким-то неправильным. Неестественной была эта тишина. Холодная и вязкая, пропитанная ужасом. Стоило мне лишь открыть глаза, и я быстро обнаружил причину этого ощущения. «А я точно жив?» — пронеслась где-то отдалённо мысль, отдающая острой головной болью. Раздавшийся вокруг лязг упавшего на палубу оружия был столь оглушительным на фоне этой тишины, что, казалось, барабанные перепонки готовы были взорваться. — Чёрт меня подери… — Раздался неподалёку от меня впервые тихий голос капитана Люсьена, — это что, звёзды? Туман рассеялся. Руки сражавшихся секунду назад пиратов и солдат невольно разжались, не в силах удержать десятки шпаг и абордажных сабель. Все они смотрели на тысячи ярчайших огней, вышедших из-под пелены, медленно проплывающих мимо. Бескрайний горизонт, что видели моряки перед собой, впервые за всю их жизнь, стал действительно бескрайним. — Космос, значит… — презрительно бросил я, вспоминая уроки учителя. Мир куда ушли боги после войны с демонами Скиджи. Дом Забытого создателя. Малая её часть. «Обитель сильных мира сего». Создателей магов, и покровителей народов. Я наконец поднялся с колен, в последний раз бросив взгляд на заклинательницу. Её серебряные волосы растеклись по мостику подобно ртути. Свет звёзд играл на них, плавно переходя на медленно угасающие, но по-прежнему яркие голубые глаза. Губы её медленно двигались, безуспешно пытаясь извлечь хотя бы шёпот. В этом не было нужды, я слышал это уже десятки раз. «Проклинаю тебя, Пламерождённый». — Да ради бога. — кинул я ей вслед, после чего подошёл к ошеломлённому капитану Люсьену, стоявшему неподалёку. — Капитан, велите всем возвращаться на корабль, пока они ещё худо-бедно в своём уме. Жду вас и старпома в вашей каюте. — — - — - — Итак, песчаник, потрудись объяснить мне, и капитану в первую очередь! — Хрипел уже изрядно охмелевший старпом, опираясь на стол. — Какого чёрта происходит? Это твоих рук дело? Вы проклятые эшгольты приносите одни только неприятности! — Мэл, не горячись, прошу тебя, — пытался успокоить своего старпома Люсьен. — Не держите зла на паренька, мы все сейчас на нервах и не понимаем, что происходит. Поэтому, мистер Флеймборн, я так же был бы вам крайне признателен, если бы вы приоткрыли для нас завесу тайны всего происходящего. — Ничего, каждый борется со стрессом по-своему, Люси, — отмахнулся я, не отвлекаясь от поиска тарелки в ближайших тумбах, — хотя твоему парнишке явно стоило бы поучится у тебя манерам. И ради ваших чёртовых богов, зови меня хотя бы Галлом. Не переношу, когда ты играешь в аристократа. Давно же знакомы, чёрт возьми. — Отец, этот оборванец слишком много себе позволяет! — Вновь вмешался, Солас Младший, однако встретив суровый взгляд отца тут же притихнув добавил, — он же просто использует нас… — Люсьен, ты сам как считаешь, что произошло? Ты не рассказывал пареньку как мы познакомились? — Спросил я старого товарища с лёгкой насмешкой, пропустив мимо ушей высказывания старпома. Я наконец нашёл глиняную тарелку и иглу. Осталось лишь смешать ингредиенты. После недолгого молчания, капитан с опаской наблюдая за моими действиями, всё же высказал единственное предположение. — Проклятье, верно? — Пробурчал тот себе под нос, недовольно всматриваясь в сошедшую с ума стрелку компаса. — Всё немножко сложнее, чем в тот раз, — мрачно подметил я, снимая бинты с предплечья. Когда они наконец рухнули на пол, бледный свет факелов впервые за долгое время осветил рыжеватую кожу, усеянную ожогами, на которых словно бельмо на глазу были выбиты многочисленные чёрные снежинки. — Как бы ты поступил на месте самодовольного бога, у которого на его глазах в кровавой бойне лишили жизни очередное дитя, обладающее его божественным даром? — Поставил бы жизнь на кон, лишь бы те, кто в этом участвовал ответили за содеянное… — Хорошо, — тихонько кивнул я, медленно проводя иглой очередную ветвь, — а если бы виновниками этого были твои собственные дети, погрязшие в кровавых распрях и забывшие о том, что они некогда они были семьёй? Однако, капитан не ответил. На пару минут в каюте воцарилась абсолютная тишина. Ни шума волн, ни свиста ветра. Лишь тихий вой, где-то очень далеко, что казалось, медленно становился всё громче и громче. — Я тоже не знаю, Люси, — тяжело вздохнул я, укрывая руку под плащ, — но есть основания полагать, что мы скоро узнаем…