Дело не в близнецах

      Беспокойное щебетание птиц, доносившееся из приоткрытого окна. Отсутствие хоть какого-то намёка на солнце. Резко поднявшийся ветер, разнёсший по улице кучу пыли. И тихий гром где-то в далеке... Это всё совершенно не настраивало на бодрое пробуждение и продуктивный день. Через сон Сынмин почувствовал, как прогнулась кровать, а после распрямилась. Одно тело покинуло их мягкую обитель, заставляя нахмуриться сквозь сон. Парень на автомате потянулся к опустевшему месту, сонное сознание восприняло исчезновение тепла, как что-то нехорошее. Морфей тянул обратно в свои владения, а Сынмин пытался отогнать его, что повлекло за собой невольный вздрог. Краем слуха Ким уловил тихий смешок и в следующую секунду лба коснулось нечто мягкое, а тёплая рука огладила лицо. — Скоро вернусь, малыш, — ласково прошептали, позволяя немного расслабиться. Учитывая, что лица при поцелуе коснулись чужие волосы – это был Сэм. — На балконе тоже закрой, раз встал, — прохрипел на ухо один из Хванов. А это уже Хёнджин. Он продолжал держать руку на талии Сынмина всю ночь и сейчас не смел отпускать, только сжал сильнее, чтобы притянуть отодвинувшееся тело ближе к своей груди. Резко стало тихо. Звуки с улицы больше не проникают, благодаря закрытому окну. — Воду принести? — спрашивает Сэм, направляясь на выход из комнаты. На него легла ответственность по закрытию всех окон перед начинающимся ливнем, так как он лежал ближе всех к краю кровати. Хёнджин в ответ отрицательно промычал. — Можешь принести для Сынмини, вдруг он захочет, когда проснётся, — от заботы старшего в груди упомянутого разлилось тепло. Ким перевернулся в объятиях, глубоко вздыхая и осторожно потягиваясь, а после обнял старшего близнеца, утыкаясь тому в ключицы. Хёнджин не стал засыпать обратно без брата. Пока ждал того из своего маленького путешествия по квартире, рукой зарылся в пушистые волосы спящего парня и осторожно стал пропускать локоны сквозь пальцы. Тихое сопение Сынмина убаюкивало, но парень не сдавался сонливости. По окну один за другим начали бить крупные капли дождя, а гром сумел преодолеть препятствие в виде стекла и прозвучал уже громче. Сэм вернулся со стаканом воды, оставил его на тумбочке и нырнул под одеяло, крепко прижавшись к сынминовой спине. Младший тут же расслабился, до этого не заметив, как непривычно и некомфортно было без второго близнеца. — Кажется придётся отложить поездку, — с досадой произнёс Сэм. — Думаешь? Может дождь утихнет к обеду, и мы же на машине, — задумчиво ответил Хёнджин, всё продолжая гладить Сынмина по голове. — Он расстроится... — добавляет уже тише. — Ах, Джинни, ты такой милый, — Сэм начал тихо ворковать, протягивая руку к брату, чтобы ущипнуть за щёку, а тот в шутку нахмурился и клацнул зубами рядом с шаловливыми пальцами. — Хотя нет, злюка та ещё. — Спи давай, — проворчал старший близнец, перехватывая руку. Он уложил её на спящего Сынмина, а свою положил на талию Сэма, обнимая так обоих парней сразу. — У нас в запасе ещё часа три, будем надеяться, что дождь стихнет. Сэм одобрительно промычал, прижимаясь ближе и зарываясь носом в сладкопахнущие волосы Кима. Сынмин тихо проскулил через сон после очередного раската грома, что прозвучал громче предыдущих. В ответ его сильнее сжали с обеих сторон, давая чувство безопасности. Хваны знали, как их мальчик любит быть зажатым между ними и чувствовать обоих сразу. И они были совершенно не против дать их мальчику то, в чём он нуждался. И когда Сынмин однажды обмолвился о том, что хочет забрать собачку из приюта, который часто посещал, то близнецы тут же подготовили все документы и сами поставили перед фактом поездки в приют в один из дней, когда все свободны. Их младший встретил эту новость с блеском в глазах и радостью, что была в каждом движении, в каждом действии. Поэтому никакая плохая погода не сможет нарушить их планы по осчастливливанию Сынмина.

~♡~

      Тучи не желали расходиться уже как третий день. Казалось, что небо светлеет, ветер сбавляет обороты, а дождь затихает, но в итоге всё возвращалось через некоторые мгновения. Комнату озарила яркая вспышка, после которой прозвучал раскат. Это напугало маленькое существо, что ещё с утра беспокойно бегало по комнатам. Сынмин сидел на мягком ковре в гостиной, взглядом отслеживая передвижения их нового члена семьи. Тот неустанно нарезал круги по квартире, запрыгивая на те поверхности, куда мог дотянуться. Это забавно, поэтому на лице Кима можно заметить лёгкую улыбку. — Кками так однажды снесёт что-то, — пробурчал Хёнджин, стараясь подойти к Сынмину так, чтобы не наступить случайно на бегающий комочек. — Он ещё осваивается в квартире, дай ему время, — мягко отвечает младший, на секунду ловя щенка, он успевает немного погладить того, прежде чем звучит новый раскат и четвероногий вновь срывается с места. Вероятно он в поисках лучшего места, где можно спрятаться, но по счастливо высунутому языку можно понять, что не так уж этот комок и боится происходящего. Просто слишком перевозбуждён из-за смены обстановки. Хёнджин садится на диван, потягивается и блаженно вздыхает. С утра была тренировка по баскетболу, поэтому мышцы легонько болят, но эта боль приятна. Он смотрит на Сынмина, что пару раз безуспешно пытается словить тёмненькую четвероногую ракету и посмеивается, когда тот безнадёжно поджимает губы. — Оставь его и иди ко мне, куколка, — Хван хлопает по бедру, призывая младшего. Тот кидает сначала недовольный взгляд, а потом расслабляет лицо и даже улыбается как-то игриво. Встаёт на четвереньки и подползает ближе к ногам Хёнджина, разводит те в стороны, устраиваясь между. — И что это... — Ты сам сказал подойти к тебе, — отвечает Ким, укладывая голову на бедро, что было открыто из-за шорт. Он трётся щекой, оставляет влажный след на внутренней стороне, а после легонько чмокает. — И зачем нужен был щенок, когда у нас уже есть один, — смеётся Хван, получая уже укус, после которого остаётся красный след зубов. — Ай! Плохой щеночек. — На секунду мне захотелось предложить тебе массаж, но раз уж я плохой щеночек, то обойдёшься, — надуто проговаривает Ким, вставая на ноги, но Хёнджин быстро хватает парня за талию и тянет на себя. Сынмин с писком падает на бёдра, издав после стон боли. — Ты твёрдый, — жалуется он, хныкая и ёрзая на месте. Ощущение такое, что на ягодице останется синяк от этого столкновения с мышцами и костями Хвана. — Ещё нет, но если продолжишь ёрзать, то... — Фу, Хёнджин. — Что ещё за "фу"? — оскорблённо спрашивает Хван. А Сынмин уже умудряется выбраться из чужого захвата от греха подальше. Дождь начинает стихать, а гром звучит уже далеко, в окно начинают светить лучики солнца, что проглядывают сквозь серые тучки. Кажется скоро будет видна радуга, но пока в окне не находится ничего интересного, поэтому Сынмин ложится обратно на пол и подзывает Кками, чтобы ещё немного поиграться. Хёнджин умилительно наблюдает, как собачка активно виляет хвостиком и кружит вокруг Кима, пару раз цапая за руки, но не так сильно. — Так, массажа мне не ждать? — интересуется Хван. Сынмин фыркает. — Ты противный. Сделаю массаж Сэмми, когда он вернётся с работы. — "Сэмми", — старший повторяет за Кимом сладко произнесённое имя и закатывает глаза. Младший лишь качает головой на такое передразнивание и уделяет больше внимания щенку. Проходит время, за которое комната наполняется звуками из телевизора. По нему передают какой-то баскетбольный матч, Сынмин не особо интересуется экраном, в отличие от Хёнджина, который сосредоточен на происходящем. Кима же больше привлекает серьезный вид Хвана, что лежит на диване словно греческий бог, подложив под голову руку. Он расслаблен и для полноты картины не хватает только протянуть гроздь винограда. Иногда его брови хмурятся, видимо, когда какой-то из игроков совершает действие, которое не одобряет Хван. И вид немного строгого Хёнджина заставляет сердце Сынмина ускорить свой ход. Он признаёт это достаточно привлекательным. Пока рука осторожно поглаживает щенка по шерсти, глаза всё не могут оторваться от старшего. Но в этом деле помогает звук открывшейся двери, на который тут же подскакивает Кками и уносится в коридор. Сынмин неосознанно повторяет за щенком, оказываясь вскоре там же. Он радостно улыбается, когда Сэм приглашающе разводит руки и ловит тело своего парня в объятия. От этого Хвана пахнет выпечкой, из-за его работы в пекарне, но с волос неприятно капают холодные остатки дождя, от которого парень не смог укрыться. Сынмин ёжится из-за них и решает отстраниться, чего не разделяет Сэм. Он между прочим соскучился безумно за день и всё время мечтал расцеловать своих парней. И от мечты отказываться не собирается. Холодные губы касаются мягких щёчек Кима, а тот весь извивается в объятиях, пытаясь избежать капель. — Ладно, всё, отпусти, — просит Сынмин, смеясь, на что Сэм трясёт головой и стряхивает с длинных локонов ещё больше влаги, и Кима не отпускает. — Сэм! Хватит, ну! — Что у вас тут... Сынмин с визгом изворачивается от ледяных пальцев, проскользнувших под кофту, а после забегает за спину выглянувшего Хёнджина. Сэм смеётся, начинает освобождать себя от уличной одежды, а старший близнец хмыкает, скрещивая руки. — Ну и кто из нас противный? — издевательски спрашивает. — Да идите вы... Кками единственный нормальный в этом доме. Бросив на близнецов наигранно обиженный взгляд, Сынмин подхватил щенка на руки и унёсся с ним в спальню. — Кажется мы оба остались без массажа, — вздыхает Хёнджин. — А? — не понимает его брат. Но старший лишь улыбается и быстро чмокнув близнеца в губы, уходит на кухню, чтобы поставить чайник греться. — Вы уже успели поспорить? — Сэм заходит туда следом, чтобы оставить принесённые продукты. — Сынмини просто, как обычно, строит из себя недотрогу, — с улыбкой рассказывает старший. — А тебе бы в душ, отогреться, а то заболеешь ещё. — Сходишь со мной? — с блеском в глазах спрашивает Сэм, на что получает щелчок по лбу. Близнец надуто трёт место удара. — Почему зонтик не взял? — отчитывающим тоном обратился к нему Хёнджин. — Я же на машине, какая разница... — А от машины до подъезда и до работы ещё несколько метров под дождём, — звучит мягкий, но такой же отчитывающий голосок Кима. Он кидает полотенце на голову Сэма и трёт, не щадя, заставляя того кряхтеть и извиваться, в попытке избежать такого мини-наказания. Кажется очень трогательным, что Сынмин ушёл не просто так, а за полотенцем, но Сэму страшно за то, во что в итоге превратятся его волосы... — Там булочки с кремом! — громко оповещает он, указывая на принесённый пакет. Фраза работает, как надо, потому что Сынмин тут же прекращает насилие над головой и радостной ланью спешит к указанному месту. Где-то в стороне хихикает Хёнджин, пока Сэм с ужасом расчёсывает пальцами свои длинные волосы. Он дуется, бурча себе что-то под нос и уходит в душ, не замечая умилительные взгляды своих парней, что кидались вслед. Когда же Сэм возвращается на кухню, уже отогретый горячей водой и в своей любимой мягкой домашней одежде, к нему тут же подбегает Сынмин. Он обхватывает лицо Хвана ладошками и подтягивается на цыпочках, чтобы дотянуться до мягких губ. Сэм устраивает руки на талии парня и с охотой отвечает на нежный поцелуй, наступает, заставляя Кима отходить, пока не упрётся в столешницу. Руки с талии соскальзывают ниже, Сэм чуть приседает, чтобы подхватить Сынмина за бёдра и поднять с места. Тот от неожиданности взвизгивает в поцелуй, его усаживают на поверхность и вскоре к ним подходит Хёнджин, что приобнимает брата, а другой рукой гладит Кима по бедру. — Не хотите на выходных сгонять в торговый центр? — спрашивает Хёнджин у парней, когда те прекращают свои милования. Сэм задумчиво мычит, пока прижимается своей щекой о кимову, а тот радостно принимает протянутую Хёнджином булочку. Стол для них смысла, кажется, не имеет и они полностью забывают о его существовании, оставаясь около столешницы. Ким тихонько болтает ногами, а близнецы по сторонам от него попивают свои напитки. Где-то в гостиной спит Кками, утомлённый своей дневной активностью. — Я бы съездил. Гардероб надо обновить, — отвечает Сэм, а Ким ему поддакивает. Лето близится и обещает быть жарким, потому нужно к нему хорошенько подготовиться. Сынмин всё думает о парочке шорт, а Сэм ему на это хитро блестит глазами и пытается уговорить на юбку. С того раза в зимнем домике, Сынмин так и не надел подаренную вещицу. На самом деле он уже не был так против, просто всё пытался подгадать удачный момент для неё, но такого ещё не находилось. Одна идея, правда, застряла в голове и не желала покидать мыслей. Сынмин уверен, что ему просто нужно это предложить и нужный человек без раздумий согласиться, но пока парня одолевают сомнения действительно ли ему это надо. Хёнджин замечает, что младший из них троих летает где-то в облаках, а в уголке губ соблазнительная капелька крема. Трудно удержаться от того, чтобы не слизать её. Ну, Хёнджин и не сдерживает себя. К тому же, немного играет обида за то, что Сынмин подарил поцелуй брату, а его с утра динамил. Ким на это действие немного дёргается, но после сам затягивает старшего Хвана в поцелуй. Сладкий такой и с каплей горечи из-за кофе, что пьёт старший, но самый любимый, наравне с поцелуями Сэма. Тот с любовью смотрит на парней, но вскоре его отвлекает лай из соседней комнаты, куда он тут же спешит. Хёнджин, будучи голодным на прикосновения Сынмина, напирает сильнее. Руки ставит по бокам от бёдер, а сам встаёт меж разведённых ног. Его ведёт от того, как Ким зарывается пальцами в короткие волосы и сжимает их. Это больше нравится Сэму, конечно, но на то эти двое и близнецы, чтобы разделять некоторые детали вместе, даже фетиши. — У меня уже губы болят, — сбито шепчет Сынмин, прикладываясь лбом о крепкое плечо. — Скажи ещё, что тебе это не нравится, — усмехается Хван. — Нравится, — разомлевший и задобренный булочками Ким, уже не огрызается, не сопротивляется, будучи полностью честным и открытым. Он получает нежный чмок в висок, когда поднимает голову и встречается с таким же взглядом. На кухню возвращается Сэм с щенком на руках. Тот хлопает влажными глазками и хвостиком машет при виде двоих других хозяев. — Кажется он напугался, когда проснулся и никого не оказалось рядом, — мягко посмеиваясь сообщил младший Хван. — Кого-то напоминает, — Хёнджин легонько кивает головой на Сынмина, но тот это замечает и возмущённо бьёт в плечо. Да, бывают моменты, когда с утра сонный мозг Кима реагирует остро на отсутствие хотя бы одного близнеца. После того, как однажды их обоих не оказалось рядом, Хваны, отлучившиеся в магазин вместе, были застаны тяжело дышащим Сынмином в коридоре. Он выглядел плаксиво, но грозно хмурил брови. Однако вопреки всему этому, младший быстро заключил близнецов в объятия и попросил больше так не исчезать. С тех пор кто-то один всегда остаётся рядом, до полного пробуждения, чтобы больше не волновать их возлюбленного. Сынмин слишком привязался к обоим и даже не представлял жизни без кого-нибудь одного, что уж говорить о двоих. Близнецы влились в повседневную жизнь и засели в ней настолько, что уже просто непривычно без них. Ровно то же чувствуют и они по отношению к Киму. Просыпаться втроём, по полчаса дарить утренние поцелуи друг другу, спорить кто первый в душ, а после идти чуть ли не всем вместе, завтракать под строгим надзором Сынмина, опять целоваться, чтобы зарядиться на весь день энергией и считать часы до вечера, когда они вновь смогут собраться втроём и уделить время своим парням. Только с недавних пор у них появился четвёртый член семьи, которому требуется не меньше внимания. — Дождь закончился. Кто гулять с ним пойдёт? — спрашивает Сэм, почёсывая щенка за ушками. — Давай я, — вызывается Хёнджин, забирая Кками с рук брата. — На вас выбор фильма. Сегодня их ждёт очередной приятный вечер в окружении любимых. И даже если они просто смотрят фильмы из раза в раз, вечер становится особенным. Просто потому что они есть друг у друга, а остальное не важно.

~♡~

      В торговом центре под конец недели шумно очень. Люди наконец вырвались из лап работы, учёбы и прочих занятостей и позволяют себе расслабиться с помощью похода за различными вещицами. У кого-то их уже столько набралось, что в руках тяжело унести и они арендуют тележку. Сэм смотрит на это всё с лёгкой завистью, ему нравится, когда много одежды и всегда есть из чего выбрать наряд, но бюджет ограниченный, поэтому он может позволить себе лишь парочку. Но и это хорошо, для него главное, что он тут со своими парнями, которые в моде, конечно, не смыслят, но всегда поддержат выбор большими пальцами вверх. Сэм отходит к очередной вешалке с худи, желая приобрести что-то новенькое, пока Хёнджин лениво тянется за ним, засунув руки в карманы и скучающе поглядывая на другие вешалки. Мимо проходят множество людей, с большим вдохновением и рвением найти подходящую вещицу. Вообщем-то, жизнь тут кипит активнее, чем на улице. И это просто ужасно. Сынмин сглатывает, старается сердце успокоить и дыхание выровнять, но один момент крайне мешает этому. Он идёт медленно, отставая от своих парней, шлёт им тихие проклятия в спины и бесится сильнее, ведь сам согласился на это. Сначала было легче, но со временем близнецы начали скучать и решили чуть поиграться. Хёнджин замечает как младший плетётся сзади, останавливается, чтобы дождаться и на губах его играет ухмылка, которую Ким не против стереть. Желательно своими губами. Он наконец доходит до старшего, а тот сразу же обхватывает талию одной рукой и забавляется с того как мило и злобно выглядит младший. — Сэхёну наверняка требуется совет и взгляд со стороны, иди помоги ему, — Хёнджин подталкивает Кима, а сам вновь незаинтересованно оглядывает помещение. Сынмин вздыхает и послушно следует направлению, сокращая расстояние до второго близнеца, что увлечённо изучал принт на одежде. А потом Ким готов кончиться на месте. Всхлип невольно вырывается и Сынмин рот затыкает себе, кусает губы. По ногам дрожь и сердце неистово стучит, но он доходит до Сэма и дрожащей рукой хватается за локоть того. — Минни? — обращает на него внимание Хван. Он секунду изучает состояние младшего, а после расплывается в такой же улыбке, что у брата. Чёртовы близнецы. — Демоны, — шипит Сынмин, сдавливая руку Сэма, а тот хихикает только. — Малыш, ты сам согласился, — Сэм треплет парня по волосам и возвращается к разглядыванию вещей. Сынмин понимает, что его состояние полностью его же вина. Хотя он не может сказать, что ему настолько всё не нравится. Изначально идея засунуть в себя вибратор перед поездкой в магазин – воспринялась крайне скептично. Но Ким подумал, что это придаст новые ощущения и добавит немного разнообразия. Хотя он был готов кончить уже от растяжки и первых вибраций, что близнецы пустили для проверки, но те были куда предусмотрительнее. Тогда Сэм достал из их "сокровищницы" адово кольцо – как зовёт его Ким. И с одной стороны это правда новые ощущения, а с другой Сынмину уже плакать хочется из-за всего этого. Ходить с вибратором было не так тяжело в спокойном его состоянии. Но потом Хваны заскучали и решили чуть взбодрить их парня. Первый уровень, а ощущается уже невозможно. Если бы не кольцо, то Ким бы точно не выдержал и пары секунд. Периодически Хёнджин, который является обладателем пульта, отключал её, позволяя младшему спокойно выдохнуть, а после включал в неожиданные моменты, наслаждаясь тем, как Сынмин вздрагивает и старательно держит равнодушное лицо. Сэм пока что был увлечён одеждой, хотя тоже пару раз поддразнивал Кима. Это немного ранило Сынмина, который всё-таки хотел внимание обоих парней. Поэтому сейчас он крепко впился пальцами в локоть Сэма, заставляя того взглянуть на себя. — Погоди, Минни, — отмахнулся тот. Сынмин хмурился и выглядел разбито, когда повернулся к Хёнджину, что уже подошёл к своим парням. Старший Хван непонимающе оглядел их и, кажется, поняв ситуацию, мягко улыбнулся самому младшему, а после погладил по голове. — У меня есть одна идея, — прошептал он, потянув за собой Сынмина. Они оставили Сэма, что с головой окунулся в мир моды и стиля, а сами отправились на выход из этого отдела. — Куда мы? — расстерянно интересуется Ким, на что Хёнджин многозначительно улыбается. — Хённи увлёкся, из-за чего совсем забыл о нашем милом парне и его маленькой проблемке, — Хван вёл куда-то целенаправленно и постепенно до Сынмина начало доходить куда. — Думаю, его следует немного проучить. Хёнджин завёл Кима в дальний коридор, где стояли различные комнаты: материнская, служебная, туалеты... Это и была их цель. В этой стороне центра мало кто бывает, из-за того, что большинство магазинов переехало ближе ко входу или было закрыто. Поэтому никаких помех не создалось, когда двое зашли в просторную кабинку. На всякий случай Хёнджин закрыл дверь на замок и сел на крышку унитаза, а после потянул на себя Кима. — Куколка ведь хочет разрядки? — он устроил руки на ягодицах парня, когда тот сел на бёдра. — Без Сэма? — невинно хлопнул глазами Ким. Хёнджин лишь улыбнулся и включил вибратор сразу на второй уровень. Сынмин вскрикнул, не ожидая такого. Он прикусил губу, хоть это и не помогало сдерживать скулёж, и уткнулся головой в шею Хвана. — Он присоединится к нам чуть позже, если сможет найти, — томно прошептал старший, а после укусил за ушко и прибавил уровень вибрации. В штанах у обоих уже неприятно давило, а Сынмин начал едва ли не с ума сходить из-за сдерживаемого оргазма. Вибратор умудрялся попадать по нужной точке, доводя этим до звёзд перед глазами. Ещё сложнее стало, когда штаны с бельём лежали на выступе у стены, а Хёнджин начал играться с вибратором. Он дёргал за ограничитель, который не позволял тому войти глубже, выводил и вводил, менял угол и просто доводил Сынмина до еле сдерживаемых всхлипов и стонов прямо на ухо. Любимая мелодия. В какой-то момент на телефон Хвана пришло сообщение. Трудно было не догадаться "от кого". Он усмехнулся и открыл диалог. Хённи "Я, конечно, всё понимаю, но где вы??" "Вы меня бросили"

Джинни

"Не бросили, а оставили наедине со своими тараканами"

"Из-за них нашей куколке стало плохо, подумай о своём поведении"

Хённи "Что-то с Минни?? Что случилось? Где вы?"

Джинни "Да, Минни очень плохо без внимания одного модного придурка" "*фотография*" "Поспеши и найди нас. Куколка очень в тебе нуждается ;)"

У Сэма дыхание сбилось, когда он получил фотографию их мальчика, что прижимался к Хёнджину, пока тот с дьявольской ухмылкой сжимал оголённую ягодицу. Глаза судорожно стали искать опознавательные знаки. Точно туалет. А если раскинуть мозгами, то Хёнджин мог повести Кима только в один из всех, что есть в центре... — Малыш, потерпишь ещё немного? Хённи уже в пути, — Сынмин в ответ дышал тяжело и дрожал, он мотал головой, чувствуя, что скоро взорвётся. — Колечко снимет только он, — продолжал шептать Хёнджин, получая на это плаксивый скулёж. Он прекратил мучить парня, теперь просто поглаживая того по спинке. Сынмин скользнул рукой ниже и залез Хвану в штаны, обхватив возбуждённую плоть. — Я хочу его внутри, — горячо прошептал Ким в шею, после оставив такой же опаляющий поцелуй. — Ну-ну, а как же Хённи? — Не могу терпеть... Хёнджин посмеялся и противиться желаниям младшего не стал. Вибратор вышел вместе с разочарованным выдохом Кима, но тот вскоре сменился протяжным сладким стоном, когда Хван медленно вошёл. Сынмин задыхался от наполненности. Узел в животе уже трещал, точно взорвётся скоро. Вместе с первым толчком послышалось шаги, а после знакомый голос разрезал напряжённую тишину. — Мне вас ещё по кабинкам искать? — недовольно прошипел младший близнец, на что Хёнджин не сдержал смешка. — Ищи-ищи, — ответил старший, делая ещё один толчок и выбивая судорожный стон из Кима. — Ох, блять, — Сэм тут же подошёл к единственной запертой кабинке и вежливо постучался. — Открывайте. — Ну что, куколка, откроем нашему моднику? — специально громко спросил Хёнджин. Сынмин закивал, теряясь в ощущениях. Как бы приятно это всё не было, но хочется уже закончить. До невозможного тянет и давит везде, что он близок к потере сознания. — Тебе повезло. Звучит щелчок и дверь распахивается, а Сэм выглядит взбешённым. Жаль Сынмин не видит, а то таким младшего близнеца редко можно застать. Он заходит внутрь и также закрывает кабинку, кидает пакеты на выступ и сердито смотрит на парней. Однако тут же смягчается, когда Сынмин оборачивается и тянет дрожащую руку. — Прости, милый, — Сэм опускается, чтобы быть на одном уровне с Кимом и дарит тому извиняющийся поцелуй. Рука скользит к ширинке и тянет за ремень. — Двоих не приму, — разочарованно говорит Ким, получая успокаивающий чмок от Сэма. — Ну почему же? — а вот Хёнджин другого мнения. Он помогает Сынмину встать и развернуться. Сэм страхует спереди, замечая насколько дрожат ноги у младшего. Тот опускается обратно на член Хвана до упора и выгибается от немного другого угла попадания. — Теперь вполне можешь. Ротик-то свободен, — хрипит Хёнджин на ушко, а после устраивает руки на талии и толкается. Парни понимают задумку старшего, будучи совершенно не против её осуществления. Сынмин пытается трясущимися пальчиками растегнуть ремень, но мало, что получается, поэтому на подмогу спешит Сэм, расправляясь со всем мешающимся. Он облегчённо выдыхает, когда возбуждённый орган берут в руку. Кабинка позволяет облокотиться на дверь и при этом обеспечить удобное положение Сынмину. Тот пока спокойно двигает бёдрами на Хёнджине, оставляя бережные чмоки с опаляющими выдохами по всей длине члена Сэма, когда второй член внутри задевает комок нервов. Дует на влажную головку и лижет пару раз, а после берёт в рот. Стараясь не задевать зубами, он двигает головой, обводит венки языком и рукой себе помогает. А Хёнджин хватается за бёдра и с усердием помогает младшему насаживаться. Кабинка и весь туалет наполняется пошлыми звуками шлепков, хлюпов и сбитого дыхания, вместе с тихими стонами. Становится жарко невыносимо и скользко от пота, но Ким всё равно хватается свободной рукой за Сэма, чтобы хоть немного себя держать в устойчивом положении. Он сам уже давно на пике и старательно доводит до него своих парней. — Хён, дай мне вибратор, — просит он отрываясь от члена. Получив нужную вещь в руку, вместе с пультом, Сынмин кидает взгляд наверх и встречается с опаской в глазах младшего Хвана. — Солнце, ты чего удумал? — Вставлять не буду, не бойся, — фраза не успокаивает только потому, что Сынмин тут же прикладывает вибратор к члену, запустив на нём третий уровень. Сэм за стенку хватается, в попытке удержаться на ногах, мычит высоко и срывисто, потому что вибрация сильная, а ощущается она вместе с горячим языком Кима и всего этого оказывается так много, что оргазм наступает слишком быстро, но ярко. Сэм соскальзывает на пол, благо чистый, и смотрит на Сынмина с шоком, а после спохватывается вытирать лицо любимого, что сейчас было в белёсых потёках. — Прости, — виновато поджимает губы, за что получает поцелуй от Сынмина. Хёнджин сзади любуется этим всем действом слегка двигаясь в Киме и оглаживая тело того. — Лучше просто сними с меня эту хрень, — Ким намекает на кольцо и Сэм тут же тянется к тому, но вовремя встречается со взглядом брата. Старший машет головой, показывая, что ещё не время, поэтому младший близнец лишь обхватывает член и давит под колечком. — Ещё немного, милый, — улыбается Сэм, а Хёнджин в это время хватается покрепче за ягодицы Сынмина и начинает двигать им самостоятельно, насаживая резко и до упора, при этом самостоятельно подмахивать бёдрами. — Ч-чёртовы... демоны... — сбито произносит Ким, сжимая плечи Сэма. И почти вскрикивает от максимального напряжения везде, где только можно. Пара слезинок вытекают из глаз, голос хрипнет и тело кажется уже взлететь готово. Сынмин перестаёт чувствовать себя физически, полностью тонет в накатывающих волнах оргазма. Лишь краем слуха цепляется за хриплый стон Хёнджина, а после сам выстанывает сдавленно, на мгновение теряя зрение. Чернота перед глазами рассеивается, остаётся тяжёлое дыхание и нежные поглаживания. — Минни, ты как? — заботливо спрашивает Сэм, стирая влажные дорожки с щёк младшего. — Ахуенно, — хрипит тот, откидываясь на грудь Хёнджина, под которой чувствуется бешенное биение сердца. — Ты молодец, Сынмини, — Хёнджин обвивает талию и целует в щёчку, пока Сэм делает то же самое, но спереди. И Сынмин чувствует себя грязно и устало, но счастливо. Он не знает, как дойдёт хотя бы до машины, ноги совершенно не чувствуются, а сознание уже клонит в сон. Но он не особо волнуется насчёт этого. На что ему парни, правда? Те и вытрут всего, и в порядок приведут, и на спину закинут, и подарят ещё целое множество поцелуев перед тем, как выйти из уборной. По пути до выхода из центра Сынмин почти засыпает на спине Хёнджина, но приходится открыть глаза, чтобы глянуть из-за чего они остановились. Сэм крутится вокруг какого-то аппарата, а потом весь воодушевлённый и удивительно бодрый возвращается к парням. — Эта штука браки регистрирует, фальшивые правда... — он закусывает губу, кидая секундый взгляд в сторону. — Я тут подумал... не хотите слетать в Америку? — С мамой решил познакомить? — сонно спрашивает Ким. Они не раз обсуждали знакомство с родителями. Мать Хванов скорее всего смирится, возможно даже будет рада, что у её сыновей появился кто-то. А вот родители Сынмина, лелеющие поняньчить внуков могут воспринять это негативно. Ким никогда не узнавал как те относятся к нетрадиционным отношениям, поэтому с опаской думает о знакомстве. — И это тоже, — загадочно тянет Сэм. Он берёт Хёнджина под руку, получая ворчания, что ему так Сынмина держать неудобно, но брат полностью это игнорирует. Ведёт дальше и спустя несколько минут вновь подаёт голос. — Хочу замуж за вас. За обоих. Тут уже сон, как рукой снимает и Сынмин почти подскакивает на Хёнджине. Они оба смотрят на Сэма во все глаза, а тот впервые мнётся так боязливо и неуверенно. — Сэмми... — Мы братья. Это даже в Америке запрещено, — Хёнджин в отличие от брата был реалистом, поэтому данная фраза прозвучала для мечтательного Сэма достаточно жёстко. Сынмин погладил старшего по плечу, чтобы успокоить, а после потянулся к младшему Хвану и зарылся в волосы. — А я не против, — говорит он. — Вы можете выйти за меня, а между собой что-нибудь придумаете. Какая разница, какой там штамп стоит в паспорте и как регистрируют брак? Главное ведь наши чувства. Хёнджин вздыхает, а Сэм с блеском смотрит на Кима. — Ты прав. Ах, Минни у нас такой чудесный! — Сэм вновь обхватывает руку брата и тянет дальше в сторону парковки. — Тебе важна церемония? Разве мы не можем просто подарить друг другу кольца и где-нибудь отметить? — спрашивает Хёнджин. Он не видел в этом какого-то особого смысла, ведь, как и сказал Сынмин — важны лишь их чувства. Но раз его Сэхённи так хочет, то он будет готов найти свидетеля, который сможет расписать их троих. — Можем, но... мне хочется немного официальности. — Ладно. Давайте приедем домой и подумаем об этом, — заключает старший Хван, чувствуя два опаляющих поцелуя в обе щеки. — Спасибо, Джинни! — Хён лучший! Одновременно восклицают парни, а Хёнджин не может сдержать улыбки. Рядом с такими парнями всё-таки хочется мечтать и весь реализм рушится на глазах. Кажется, он готов горы свернуть, чтобы они всегда были такими радостными. Что-ж, впереди их ждёт ещё много дел. Возможно будет тяжело, но они вместе и не такое переживали. Главное их чувства – одни на троих, а остальное становится абсолютно не важным.

ノ※。.:*:・'°♡